S-T-I-K-S. Цепные псы Богданов Арт

Возрастные ограничения 16+

© Каменистый Артём (Мир S-T-I-K-S, его устройство и терминология)

© Богданов Арт

© ИДДК

* * *

Глава 1

Первыми пришли звуки – странные шорохи, вздохи и неприятный, режущий слух гул. Затем появился свет, неяркий и размытый, словно туман. Следом пришло ощущение качки. Артём попытался встать, преодолевая жуткую слабость и накативший приступ тошноты. Постепенно мир вокруг замедлял вращение, обретал краски и наполнялся запахами и отчётливыми звуками. Через несколько минут все чувства Артёма пришли к взаимному согласию и, перестав наконец-то ощущать себя ребёнком на карусели, он смог осмотреться.

Он лежал на железной пружинной кровати в довольно большом, чем-то напоминавшем казарму, помещении явно советского происхождения. Сумеречный свет проникал через линию узких, забранных решётками окон под самым потолком. Грубо окрашенные в неопределённый грязный цвет стены и неопрятно белёный потолок. Богатство интерьера определялось тремя десятками таких же кроватей, поставленных в три ряда, и парой светильников без плафонов, сиротливо торчащих над двумя бронированными дверями в противоположных концах комнаты. Все это обильно украшено вековой паутиной и нецензурной прозой вперемешку с ещё более пошлыми рисунками, нацарапанными на стенах.

Резкий запах пота и прочих результатов жизнедеятельности человека напомнил о соседях. Две дюжины мужиков бомжеватого вида в хаотическом порядке расположились в комнате и явно изнывали от скуки и безделья.

– Нехорошо, – пробормотал Артём под нос.

Он как профессиональный военный понимал, чем может закончиться вынужденное безделье трёх десятков мужиков, запертых в клетке.

Вообще-то, Артём Сергеевич Тропов, 80-ого года рождения, бывший капитан воздушно-десантных войск, а ныне заключённый №… по статье №… за убийство вышестоящего начальника, не слишком удивился, обнаружив себя в такой обстановке. Так и должно быть. Смущал лишь новый способ доставки заключённого к месту не столь отдалённому. Последнее, что запомнил Артём, это лекарственный запах аэрозольной струи, попавшей ему в лицо, сразу после военного трибунала.

Артём внимательно осмотрел помещение, отмечая каждую мелочь и особое внимание уделив контингенту камеры. Все мужики как один имели следы нездорового образа жизни на небритых и помятых лицах. Некоторые из лиц были несколько пообтрёпанней остальных, а текстура и цвет украшений красноречиво сообщали об их недавнем приобретении.

Причину битых физиономий и как следствие порядка в камере Артём обнаружил секундой позже. Мужик, сидевший у противоположной стены, и сквозь хитроватый прищур карих глаз наблюдавший за действиями Артёма, сидел, словно удав среди бандерлогов. Смуглый брюнет лет тридцати пяти-сорока с ранними залысинами, худощавого телосложения, в серо-синем спортивном костюме, на первый взгляд обычного обывателя не выглядел опасным. Тем не менее, явно взвинченные отсутствием водки бомжи старательно обходили взглядами угол незнакомца. Но Артём не был простым обывателем и в этом товарище сразу почувствовал сжатую, словно пружина, силу. Силу бойца.

Скрестив взгляды с незнакомцем, Артём не отвёл глаза, посчитав, что такой человек должен уважать лишь силу противника. Как и он сам. Мужик, которого Тропов про себя окрестил Удавом, долго бодаться взглядами не стал. Бодро соскочив с нар, он прямо направился к койке Артёма, распугав при этом большую половину сокамерников. Артём оценил скорость, с которой мужики уходили с траектории движения Удава, как и пружинистую, почти крадущуюся походку. Для такого мастера рукопашки, как Артём, покалечить бомжей не составляло особого труда, а определённая теснота помещения лишь помогала бы профессиональному бойцу, мешая дилетантам задавить его массой. Но ужас сокамерников и нулевое количество инвалидов говорили о необычайном качестве исполнения воспитательных работ, проведённых Удавом.

– Здоров, солдатик. – Удав нарочито неуклюже плюхнулся рядом с Артёмом.

– И тебе поздорову, добрый молодец. – Артём решил принять условия игры, навязанной незнакомцем.

Добрый молодец в ответ заржал так, что все присутствующие инстинктивно втянули головы в плечи до такой степени, что послышался синхронный хруст почти трёх десятков шей.

– А ты юморист! – отсмеявшись, хлопнул по плечу Артёма Удав. – За какие такие дела такого комедианта загребли?

– Да так, по мелочам провинился – кое-кому шею свернул.

– Бывает, – согласился Удав, окинув комнату тяжёлым взглядом, от которого эпидермис сокамерников приобретал неестественно бледный оттенок. – Николай, – неожиданно протянул руку Удав, – Николай Назарук, майор МВД.

– Тропов Артём, капитан ВДВ, – представился он, крепко пожав протянутую ладонь.

– Ха, я так и знал, что ты наш, только думал, звание твоё повыше, – вполне удовлетворённо сказал Николай.

– Приходилось и другие звезды носить, но не срослось, – пожал плечами Артём.

– Ясненько, а сам откуда будешь?

– Томск.

– Да ты что! – воскликнул Удав, громко хлопнув себя по бёдрам – Земеля. А я из Затона.

– Слушай, Коля, а где это мы? – Артём окинул камеру взглядом.

– А черт его знает, брат, – Удав почесал давно не бритый подбородок. – Здесь всех доставили, как и тебя, в отключке. И охрана, я тебе скажу, ребята серьёзные. Не простое это заведение, правда, что этот мусор человеческий здесь делает, не пойму, – Николай кивнул на оторопевших мужиков, которые своими пропитыми мозгами наконец-то сообразили, что в их клетке появился второй лев, и это явно не способствовало повышению их настроения. – Если б не эти слизняки, я б решил, что это вербовочный лагерь КГБ. А так хрен поймёшь, что это.

– Так КГБ покинуло наш бренный мир вместе с Союзом, – возразил Артём.

– Издеваешься? – нравоучительно поднял палец Николай. – Такие организации не могут умереть, словно одряхлевший медведь. Они вечны. Просто меняют хозяина.

– Думаешь, нас завербуют? Но для чего?

– Поживём – увидим!

– Хороший подход, – согласился Артём.

Ему все равно светило пятнадцать лет, так что можно было выслушать загадочных вербовщиков. Хуже не будет. Единственным беспокоящим фактором стала группа сокамерников, ни под каким соусом не годившихся в наёмники. Разве что окопы копать. Но в наше время с этим вполне мог справиться самый захудалый трактор.

– А ты, за какие грехи здесь?

– Не поверишь, если расскажу. Но если в вкратце, то я оказался не в том месте, не в то время.

– Как и большинство невинных душ за решёткой, – с иронией согласился Артём.

Удав иронию оценил и снова заржал. Похоже, характер у него довольно беззлобный и оптимистический. Но мозгами мужик явно не обижен. Он все время контролировал ситуацию. Несмотря на видимую беззаботность, его взгляд украдкой обшаривал пространство камеры. И без сомнения показушная расслабленность могла мгновенно перейти в серию молниеносных ударов.

– А ты невинная душа? – спросил Николай.

– Да нет, за дело сел, – Артём поморщился.

Вспоминать своего покойного комбата не хотелось.

– Я понял, – Удав ободряюще похлопал капитана по плечу.

Похоже, и вправду понял. Скрип смотрового окошка прервал процедуру знакомства.

– Что-то рано для хавки, – озабоченно пробормотал майор.

И оказался прав, вместо еды в камеру влетел серый цилиндр газового баллончика.

– Газы!!! – отдал неизвестно кому и в данном случае совершенно бесполезную команду.

Сработал выработанный годами тренировок рефлекс. Бомжи, подавшиеся было вперёд, наверняка ожидая еды, беспорядочно заметались по камере, натыкаясь друг на друга, громко матерясь и надсадно кашляя. Николай, прижав подушку к лицу, нырнул под кровать поближе к стене. Артём, не дожидаясь приглашения, последовал примеру новоиспечённого друга. Но это не особо помогло. Артём не смог определить вид газа, но эффект оценил секунд за десять. Едва обрётший очертания мир снова рухнул во тьму.

Последующее возвращение в реальный мир ничем не отличалось от предыдущего. Бешеное вращение земли под ногами, туман в глазах, вата в ушах, резь в носу и жгучее желание блевать. Возможно, Артёма тут же и вырвало бы, если бы не пустой желудок. Когда Артём восстановил тонус настолько, что смог соображать, первое, что заметил, это новое украшение на шее. На ощупь стальной сегментный ремешок плотно, но вполне безболезненно обтягивал горло. Сзади к ошейнику крепилась коробка, внутренняя сторона которой повторяла контур тела. Коробка своеобразными крыльями ложилась на плечи, что позволяло ей не ёрзать и, распределяя вес, не давить на горло. Извернувшись, Артём разглядел цилиндрик камеры, органично влитый в правое наплечное крыло. В целом назначение ошейника не стало загадкой.

Утолив интерес к новому колье, Артём огляделся. Новые апартаменты отличались ещё большим аскетизмом, чем предыдущие. Обычная ниша огромной площади с мощной решёткой вместо четвертой стены. Стены и пол камеры обиты грубой доской. Несмотря на то что пол подогревался, в камере было холодно. Интерьер отсутствовал полностью и контингент, сильно прибавивший в количестве, но не изменивший качества, валялся покатом на голом полу.

С другой стороны решётки располагался гигантский ангар со странным дирижаблем, более походившим на пресловутые НЛО. Чечевицеподобный объект легко сошёл бы за летающую тарелку стометрового диаметра, если бы не несколько вертолётных двигателей по периметру и плоская дюралевая корзина снизу. И в открытую пасть поддона по рампе заползал вполне родной БТР.

Перед решёткой неторопливо прогуливались полтора десятка ребят в агрессивно красивых спецназовских комбезах чёрного цвета. Настолько красивых, что не могли восприниматься серьёзно, как голливудские актёры. Их костюмы больше походили на гибрид рыцарского доспеха и защитного костюма мотоциклиста. Сегменты доспехов, на вид металлические, плотно прилегали друг к другу, но явно не стесняли движения. Картину дополнял закрытый шлем, больше подходивший какому-нибудь киношному космодесантнику. А вот банальные РПК, висящие за их плечами, отбивали любую охоту геройствовать. Артём слёту понял, что ребята ими пользоваться умеют и наверняка очень любят.

Капитан, оценив внешнюю обстановку, вернулся к камере. Большинство коллег по несчастью все ещё лежало в отключке. Столь быстрым приходом в сознание Артём обязан либо лучшему здоровью, либо подушке, послужившей слабенькой, но защитой. В дальнем конце камеры капитан увидел своего нового знакомого, который с присущим ему оптимизмом плескался в воде, бьющей из короткого обрезка трубы. Артём только сейчас обратил внимание на мучившую его жестокую жажду. Недолго думая Тропов двинулся вперёд, стараясь не наступить на густо поваленные в полном беспорядке тела.

– Не подвинешься, друг? – прохрипел Артём пересохшим горлом.

– Да пошёл ты!

Удав резко развернулся, единым движением тела переходя в боевую стойку, выкинул правую руку вперёд, метя Артёму в солнечное сплетение. Не ожидавший такого капитан не успел среагировать, но подсознание годами тренированного бойца вовремя вмешалось, развернув корпус и слегка сместив его вправо. Рассмотрев, кто перед ним, и оценив уход, Удав хмыкнул.

– А, это ты, Артём. Извини, не признал твой голос, – Удав демонстративно поднял руки и отошёл в сторону, освобождая проход.

Капитан усмехнулся про себя. Учитывая манеру контроля пространства, присущую майору, Артём очень сомневался, что его подход к Николаю остался незамеченным. Проверяет, волчара. Но это не волновало Артёма. В данной ситуации ему необходим союзник, и майор подходил по всем статьям. Он медленно, с наслаждением, напился и сполоснул лицо ледяной водой, прогоняя посттоксикологическую головную боль. К его удивлению, особого похмелья после газовой атаки не чувствовалось.

Пока Артём приводил себя в порядок, многие узники начали приходить в сознание, и клетка наполнилась стонами и многоэтажным матом. Вскоре возле крана должна образоваться порядочная свалка. Артём решил не испытывать судьбу и убраться в более безопасное место. Вдвоём с Николаем они заняли угол возле решётки.

– Что скажешь? – Артём кивнул в сторону дирижабля, на который заезжал очередной БТР.

– Даже не знаю, что тут можно сказать, – пожал плечами майор. – Все это как-то нелогично. Я бы предположил, что нас хотят продать куда-нибудь на восток. Сейчас торговля людьми процветает. Но учитывая, что по календарю середина октября, а на улице мороз, думаю, мы где-то на севере. Скорей всего, в северной Сибири. А этот пузырь… Ни хрена не понятно.

– Да уж… И БТРы эти. Нас что, на войну собираются отправить? С кем, интересно?

– С кем воевать, есть всегда. Но войско никчёмное, – Удав презрительно кивнул на начавшуюся сутолоку у водопоя.

Пока все шло вяло, в ход больше шёл мат, чем кулаки. Но по мере прибытия очухавшихся становилось все теснее. А сушняк давил немилосердно, и мужики здорово злились. Скоро начнётся заварушка не хуже, чем в ковбойском салуне. Артём посмотрел на неловкие тычки кулаками и пинки ногами, которыми обменивались мужики. И вынужден согласиться с Николаем. Бойцы из них никакие.

– А как насчёт этих штучек? – Артём постучал пальцем по коробке ошейника, – приходилось когда-нибудь встречать такие?

– Только в парочке второсортных боевиков. Но идея хорошая. Не виси эта хрень у меня на шее, я бы наверно восхитился.

– Думаешь, там взрывчатка?

– Скорей всего. И ещё GPS-маяк. Это однозначно. И ещё куча всякой фигни.

– Дороговато для охраны бомжей.

– Зато эффект стопроцентный. Или делай, что дядя скажет, или собирай мозги совочком.

– Не нравится мне все это, ох, не нравится, – Артём тяжело вздохнул.

– Ничего, земеля, прорвёмся. Сдохнуть ведь только раз можно.

Пока они с Николаем обсуждали свое незавидное положение, с внешней стороны клетки появился новый персонаж. Одет он был как и охранявший их спецназ, но без шлема. На наплечниках спецназовца красовались три крупных звезды. Он некоторое время наблюдал за свалкой у крана, а затем достал из кармана комбеза миниатюрный пульт и нажал на кнопку. Артёму показалось, что в его голове взорвалась бомба. Боль оказалась просто жуткой. А красные сполохи в глазах ещё долго мешали видеть. Рядом сквозь зубы матерился Удав.

– Меня зовут полковник Котов, – громким командным голосом представился мучитель, когда охреневшие от такой шокотерапии узники начали потихоньку подниматься с пола. – Сейчас я ваш прямой командир. От вас требуется молча и быстро выполнять мои приказы. Никаких вопросов и самовольных действий. Я сказал, вы выполнили. Точка. Непонятливые есть?

Непонятливых не оказалось. Их кое-как построили в колонну по три и отконвоировали на дирижабль. Внутри корзины оказался вполне приличный салон с тремя сотнями кресел, оснащённых ремнями безопасности. Подручные Котова с проворством бывалых сержантов и их же методами быстро рассадили толпу по местам. Кресла оказались вполне комфортными. В придачу на спинке переднего оказался карман с флягой воды и пакетом галет.

В общем, обстановка напоминала стандартный самолёт внутренних авиарейсов, если бы не охрана в широких проходах. Артём, который последний раз ел неизвестно, когда, быстро управился с пачкой печенья. Пока он ел, охрана рассадила всех, награждая увесистыми пинками самых нерасторопных. Удав, с которым они старались держаться вместе, сидел рядом и уже успел отобрать пакет галет у какого-то несчастного, ещё и по морде съездил.

– Выживает сильнейший, – пожал он плечами в ответ на неодобрительный взгляд Артёма, но печенье не отдал.

Перед взлётом Котов выступил с короткой речью, показав на охрану, занявшую позиции вокруг основного массива кресел на специально развёрнутых для удобства наблюдения местах. Объяснил порядок посещения сортира, стеклянной кабинки в углу салона. Напомнил о вреде любопытства и своеволия. Все это напомнило Артёму его первые дни в институте.

– Серьёзный мужик, – поделился своими впечатлениями Николай.

Артём не мог не согласиться. Котов и впрямь выглядел тёртым жизнью полевым командиром. Высокий, широкий в кости, на вид лет сорока, с ёжиком русых волос. На гладко выбритом ястребином лице словно две льдинки сверкали голубые глаза из-под густых бровей. Не удивительно, что у собранного здесь отребья от одного его вида начинался мандраж. Больше им с Удавом поговорить не дали. Поступил приказ заткнуться и, похоже, ребятки из охраны собирались поддерживать идеальный порядок с помощью ошейников. Цеппелин с тихим гулом и легкой вибрацией оторвался от земли. Поехали?!

Глава 2

Полет проходил удивительно гладко. Лёгкий гул двигателей еле ощущался и даже убаюкивал, так что, несмотря на зудящее чувство неопределённости и беззаботный храп Удава на соседнем кресле, Артём даже слегка задремал. Разбудили его, да и не только его, необычные ощущения. В голове все перемешалось. Верх оказался где-то справа, низ вверху. Все остальные чувства начали сбоить и требовать уточнения координат на плоскости. Начало подташнивать, что для капитана десантуры было позором. Но вскоре все прошло, как будто и не случалось. Гомон в салоне остановили злобные окрики церберов, и все моментально успокоились. Дальше потянулись томительные часы ожидания.

– Подъем, салаги!!! – громкий крик Котова вырвал Артёма из странного забытья. – Строем подходим к выходу, спустившись по рампе, строимся в две шеренги на аэродроме. Нарушители спокойствия будут немедленно и жестоко наказаны.

Равнодушный, холодный тон полковника стегал словно кнут, отбивая всякое желание на себе проверять правдивость сказанного. Тем более сейчас он звучал через мегафон закрытого шлема, что только добавляло ему ужасающих обертонов. Бомжи нервно кусали губы, теребили полы видавших виды пиджаков, но чаще всего с загнанными взглядами ощупывали ошейники на своих шеях.

Артём только сейчас понял, что обручи других несчастных гораздо проще по строению. Просто сегментные ошейники в палец толщиной со скруглёнными краями, свободно облегающие тощие шеи и порой полностью прятавшиеся под высокими воротами свитеров. Крылатые только у него, Удава и, как заметил Артём, у ещё нескольких парней более молодцеватого вида по сравнению с собравшимся отребьем.

Увидев прозревший взгляд Артёма, упавший на его ошейник, Удав криво ухмыльнулся.

– Понял наконец-то! – процедил он. – Похоже, у нас с тобой общая судьба, парень. Узнать бы теперь, какая. Скажу одно, – он пальцем провёл по вороту своего крылатого обруча, – к нам отнеслись серьёзно.

Большего он сказать не успел. Котов отдал приказ начать высадку. Ботинки охраны заработали, методично подгоняя самых нерасторопных. Впрочем, таких оказалось немного. Несмотря на неблагообразный контингент, дисциплина в строю была образцовой. Охрана пинала бомжей больше по привычке, чем по делу. Похоже, полковнику удалось сломать дух этих людей в столь короткий срок, что Артёму в бытность его ротным и не снилась. И делал он это явно не впервые.

– Ну уж нет! – сквозь зубы процедил Артём. – Со мной вам ещё придётся повозиться.

– Ага, и тебя зацепило, – скривившись, пробормотал Удав, оглядывая соседей и надзирателей.

И тут же получил увесистый пинок от одного из последних. Он бросил на обидчика такой взгляд, что тот неосознанно отшатнулся.

– Отставить разговоры, двигай! – надо отдать должное охраннику, взял он себя в руки мгновенно.

Артём напрягся, приготовившись ввязаться в последнюю в своей жизни драку, если Удав пойдёт в атаку. Но, похоже, благоразумие того взяло верх над яростью. Удав, буркнув что-то нечленораздельное и понурив голову, поплёлся вперёд, как будто и не собирался только что свернуть шею своему надзирателю.

Спускаясь по рампе, Тропов осмотрелся, пытаясь определить, куда его на этот раз занесла злодейка судьба, но к каким-либо достоверным выводам не пришёл. Тарелка цеппелина приземлилась на огромной квадратной площадке размером с небольшой аэродром, покрытой железобетонными плитами, каковым, наверное, и являлась.

Справа от него находились ряды низких серых боксов для бронетехники, о чем свидетельствовала колонна БТРов и БМПэшек, сгружаемых с боковой рампы и других дирижаблей, севших неподалёку. Позади автопарка возвышались четырёх-пятиэтажные здания, напоминавшие до боли знакомые казармы, коих Артём повидал за свою жизнь не мало.

Разглядеть что-либо ещё не позволяли туши цеппелинов, стоящих рядом. Артём оценил опыт пилотов, посадивших огромные корабли почти впритирку друг к другу. Несмотря на это, высота поддонов оставляла много свободного пространства для манёвров прибывшей бронетехники и автопогрузчиков, суетливо разгружавших дирижабли. Между техникой сновали, занимаясь своими делами, люди в серых рабочих комбинезонах с простыми обручами на шеях. Ещё пара охранников носила такие же, как у него, крылатые ошейники, которые на фоне футуристических боевых комбезов казались их неотъемлемой частью.

Серовато-голубое небо над казармами густо испещрено перьевыми облаками. По внутренним часам Артёма от взлёта до приземления прошло чуть более трёх часов, однако погода на улице соответствовала середине лета, но никак не октября. Похоже, эти пузатые туши могли развить очень приличную скорость, а с виду не скажешь.

Коллеги по несчастью с завидным ускорением, заданным пинками охраны, закрывали бреши в двух шеренгах у трапа корабля под хмурым взглядом Котова, стоящего рядом.

– Ты – сюда, – не глядя на Артёма, указал ему полковник рукой на место позади себя.

Там уже стоял, набычившись, Николай и ещё несколько парней в «крылатых» ошейниках, замеченные им ранее. Чуть позади высился вооруженный надзиратель. Шлем скрывал выражение лица, но показушно-расслабленная поза Артёма не обманула. Как и рука, рефлекторно поглаживающая висевший на плече РПК. На правом бедре цербера приторочен старенький АПС на спецзажиме. Здесь, где бы это здесь ни было, явно испытывали тягу к крупным калибрам и скорострельности оружия.

К удивлению Тропова, Котов отделил ещё десяток парней в простых ошейниках. Все они выглядели рослыми и относительно здоровыми, но имели потрёпанный вид. К основной массе прибывших подошли десятка два рабочих в серых комбинезонах с различными шевронами на рукавах. Подручные Котова называли фамилии и выстраивали вышедших из строя в колонну по два, около одного из серых. После того как группа укомплектовывалась, их уводили в сторону боксов во главе с серым и в сопровождении одного цербера. Похоже, о том, что кто-то попытается сбежать, здесь не слишком беспокоились.

Полковник некоторое время наблюдал за распределением и, оставшись довольным результатом, повернулся к группе за спиной. Окинув собранное воинство скептическим взглядом, Котов пренебрежительно хмыкнул. Удав в ответ скрипнул зубами, а некоторые соседи нервно втянули головы в плечи, стараясь казаться как можно меньше. Артём же не разделял ни ярости Николая, ни страха остальных, поэтому взгляд полковника встретил прямо и глаз не спрятал. Тропова даже заинтриговала вся эта ситуация, и он не понимал, с чего это оптимист майор вдруг так разъярился. Если его ожидала схожая с Артёмом судьба, то стоило послушать, что скажет Котов. Тем более полковник казался настоящим мужиком и толковым командиром.

– За мной! – коротко приказал Котов и шагнул в сторону.

Сзади пристроились два надзирателя. Не удивительно, что колонна сформировалась сама собой и, отстав от полковника лишь на пару шагов, двинулась за ним. Церберам даже не пришлось напрягать связки.

Их строй обошёл цеппелин и углубился в проход между складами. Территория объекта была аккуратно прибрана. Бордюры побелены, дорожки подметены, противопожарные щиты полностью укомплектованы, знакомые кусты и трава на газонах старательно пострижены. Артёму на миг показалось, что он попал в образцовую военную часть.

Технических средств охраны капитан не заметил, но охранники на пути встречались часто. За складами, огороженными четырёхметровым забором из сетки-рабицы с колючкой поверху, впечатление военной части усилилось. Стандартные казармы выстроились вдоль прямых асфальтных дорог. Деревья и кусты словно высаженные под линейку. Артём прикинул размер объекта, в том, что это военный объект, он уже не сомневался. Выходило что-то вроде квадрата со стороной в километр, с аэродромом в центре, окружённом складами и боксами. Плюс, скорее всего, подземный бункер неизвестных размеров. А это тридцать-сорок тысяч населения без особой тесноты. Серьёзный объект.

На улицах кроме уже знакомых «серых» и космодесантников попадались и женщины в обычных платьях. Этого Артём понять не мог. Сверхсекретный объект и девушки, свободно гуляющие по нему, как-то не вязались между собой. Как раз две молодые девчонки проплыли мимо, смеясь и окидывая их озорными взглядами. Ошейники, похоже, их нисколько не шокировали.

Глянув на майора, Артём увидел точно такую же, как, наверное, и у него самого, озадаченную мину. Они пришли к одним и тем же выводам. Остальные удивлённо озирались по сторонам, тем не менее, не забывая передвигать ногами. Разве что кроме ещё одного владельца «крылатого колье». Тот буравил спину Котова холодным, не обещающим ничего хорошего последнему взглядом.

Пока они шли, Назарук толкнул Артёма в бок и кивком показал на крышу казармы. Капитан разглядел пулемётные точки по углам. Покрутив головой, он заметил ещё парочку. Это вообще ни в какие ворота не лезло. Странный объект, странные люди в странных костюмах, и ещё более странные методы конспирации. В голове крутилась туча вопросов, но задавать их пока некому.

Они вслед за полковником свернули к одной из казарм. В курилке возле входа курили и травили анекдоты человек пятнадцать. Некоторые из них одеты в боевые комбезы, другие в шортах и футболках. Кто-то в таких же, как у Артёма ошейниках, но все с оружием. Вновь прибывших они оглядели вскользь, без особого интереса. Кое-кто кивнул Котову в знак приветствия. С уважением, но без раболепия.

– Справа по одному поднимаемся за мной! – скомандовал полковник и снова устремился вперёд, даже не оглянувшись.

Похоже, Котов не сомневался, что его приказы выполнят в точности и без промедления, и его уверенность передалась новым подчинённым. Первый справа слегка замешкался, но стоявший за ним парень, пытавшийся просверлить полковника ледяным взглядом, подтолкнул того и одновременно левой рукой придержал его соседа, с перепугу рванувшего следом. Котов одним своим видом запугал этих людей до полусмерти. Хорошее качество для командира любого звена, а для полковника просто незаменимое.

Они поднялись на второй этаж, и Артём услышал громкий крик дневального, вызывающий дежурного по роте. Что ж, если опустить свободно гулявших по части пигалиц и вольной формы одежды мужиков в курилке, порядки здесь армейские. Группа влилась в расположение и выстроилась в две шеренги слева от Котова. Похоже, мужики судорожно вспоминали, чему их учили в армии. Никто не хотел расстроить командира. Замыкающие строй охранники остановились возле дверей.

Артём с интересом огляделся, пытаясь найти новые странности. Это превратилось в некую игру. Ему хотелось расколоть этот необычный орешек до того, как ему объяснят все, как неразумному дитяти. Расположение роты мало чем отличалось от виденных им ранее. Четыре жилых кубрика на три десятка коек, с прикроватными тумбочками каждый. Спортзал с несколькими простыми тренажёрами. Напротив комната чистки оружия с деревянными столами. Артём не сомневался, что дальше, по центральному проходу, найдёт кабинеты офицерского состава и тактокласс. А, возможно, и ленинскую комнату.

Из странностей капитан заметил мощные решётки на окнах, вторые металлические двери-купе из сантиметрового бронелиста, поставленные на ролики с электродвигателем. На дверях прорезаны небольшие бойницы. А у прикроватных тумбочек в специальных стойках стояли РПК. Здесь с минуты на минуту ожидали вторжение американской армии в полном составе. Во главе с президентом США на танке и с шашкой наголо. Никак не меньше.

Напротив входа стояла тумбочка дневального с трубкой связи и шлемом дневального и без какого-либо герба. На тумбе стоял мужик лет сорока с пышными усами под огромным носом. На шее у него висел простой обруч.

На крик дневального, как из-под земли, появился молодой лейтенант, облачённый в доспех с двумя звёздочками на плече.

– Принимай пополнение, лейтенант, – произнёс Котов. – Знаешь, что делать. А вы за мной. – Это уже относилось к владельцам «крылатых».

К манере полковника отдавать приказы и не дожидаться возражений Артём уже привык. Он молча двинулся следом, а Удав пристроился у него за спиной. Оба цербера замкнули строй, пропустив вперёд остальных «избранных».

Идти пришлось недалеко. Возле трёхэтажного здания, куда привёл их Котов, стояло два БТРа, заплатанных столь густо, что приходилось сильно сомневаться в их боевых качествах. Чуть дальше протянулась пятнадцати-двадцатиметровая стена из железобетонных блоков, опоясывая базу по периметру. Стена, как и створки раздвижных стальных ворот, находившихся тут же, поражала своей мощью. Перед воротами стояли две вышки с пулемётными расчётами наверху. В курилке сидел в одиночестве боец в комбезе, рядом стоял агрессивного вида автомат неизвестной марки.

У Артёма появилось чувство неуверенности. Где бы он ни оказался, в этом месте бушевала война. Иначе увиденное им не объяснить. Капитану уже расхотелось получить ответы на свои вопросы, которые, очевидно, ему не понравятся. Быстро оглянувшись, он увидел кислую мину Назарука. Он пришёл к тем же неутешительным выводам. И куда девался его оптимизм. А вот высокий парень, идущий следом, все так же равнодушно смотрел под ноги. Артём позавидовал его выдержке. Остальные вели себя несколько иначе, но тоже впадать в истерику не торопились.

Они зашли внутрь здания, миновав ещё одни массивные двери, и попали в небольшой холл. Вправо и влево уходили узкие коридоры с железными дверями по обеим сторонам и лампами дневного света на потолке. Напротив входной двери стоял письменный стол с компьютером. Слева от стола виднелся лестничный пролёт, уходивший как вверх, так и вниз.

За столом сидел уже седой, но ещё крепкий старлей и яростно клацал мышкой. Ошейника на нем не было. Подняв глаза на вошедших, он вскочил. На его морщинистом лице промелькнула богатая гамма чувств, но, в конце концов, он потупился с донельзя виноватым видом.

– Петрович, опять монстров крошишь вместо того, чтобы за периметром смотреть, – тоном Котова можно рельсы резать. – Может, тебя в рейд послать? Удаль твою молодецкую проверить на деле?

После этих слов Петрович побелел как мел и втянул голову в плечи.

– Виноват, товарищ полковник, – промямлил он. – Больше не повторится.

– Передай пополнение Чёрному, – бросил Котов, буравя старлея хмурым взглядом, как будто решая, как лучше снять с него шкуру. Под этим взором Петрович начал трястись как заяц. – А после смены, ко мне в кабинет. Вопросы?

Голос полковника из-под маски шлема отдавал железом и чем-то инопланетным. Дарт Вейдер в миниатюре. С другой стороны – чудик в плаще с лазерным мечом не столь страшен, как пьяный десантник, которому и море по колено, и кирпич на один удар лбом.

– Никак нет, товарищ полковник, – старлей, поедая глазами Котова, вскинул руку к виску, забыв, что его шлем стоит на столе.

– Вот ещё, – Котов бросил на стол флэшку, – отдашь Чёрному. И придумай себе наказание, чтобы я с ним согласился, иначе придумаю сам.

– Будет сделано! – гаркнул Петрович.

Котов оглянулся и с минуту разглядывал прибывшее пополнение, как будто только что их увидел. Оставшись довольным осмотром, он шагнул мимо стола, на лестницу и, не оглянувшись, спустился куда-то. Сопровождение осталось, привалившись к косякам входа.

Когда шаги полковника затихли, Петрович, испустив вздох облегчения, буквально упал на стул. Минуту он переводил дух, затем только достал из-под стола чёрную коробку беспроводного коммуникатора. Нажав тангенту, он приложил трубку к уху, ожидая соединения.

– Алло, Чёрный, Барс вернулся! – сказал Петрович в трубку. – И привёл с собой десяток орлов тебе в помощь. Иди, забирай.

– Слышь, батя, скажи, куда мы попали? – майору не терпелось узнать, что за хрень вокруг творится.

Петрович оценивающе посмотрел на Удава, решая, стоит ли послать того подальше. Поднял флэшку, покрутил ее в руках и снова бросил на стол.

– Блажен не ведающий, – наконец сказал он с тяжёлым вздохом. – Слыхал такое? Это как раз ваш случай. Ещё успеешь наслушаться и насмотришься вдоволь.

Удав нахмурился, не удовлетворённый ответом, но настаивать не решился. Даже такой ответ обещал впереди кучу неприятностей, и ни к чему усложнять себе жизнь излишним любопытством.

Через пару минут ожидания по лестнице поднялся просто огромный мужик в комбезе с капитанскими звёздочками на плечах. И с внешностью боксёра-супертяжеловеса. Широкое лицо с тяжёлым квадратным подбородком, перебитый нос, мясистые губы. В целом, обычный мордоворот, какому место в клубе вышибалой, выносить пьяных гуляк по четыре за раз. Если бы не цепкие, колючие глаза профессионального спецназовца. Недооценивать его было бы большой ошибкой.

Когда тот подошёл к столу, Артём рассмотрел под звёздочками небольшой рельефный шеврон в виде заострённого снизу щита со стилизованной волчьей мордой.

– Петрович, ты опять засыпался со своими игрушками, – глубокий бас Чёрного вполне соответствовал облику. – Как мальчик, ей-богу!

Сделав старлею замечание, капитан начал осматривать их отряд, не обращая внимания на бормотание Петровича. Взвесив и оценив каждого по отдельности, он протянул руку к Петровичу. Тот быстро вложил в неё флэшку Котова.

– Пошли, ребята, – обратился он к прибывшим, одновременно кивком освободив эскорт. – Когда Барс закончит, зайди ко мне – я добавлю! – развернувшись уже на лестнице, кинул он несчастному дежурному.

Следуя за Черным, они вышли из здания штаба и свернули к ближайшей казарме. Дневальный роты на первом этаже сидел за столом и не подумал вскакивать и звать дежурного. Он просто окинул каждого хмурым взглядом и придвинул руку к автомату, лежащему перед ним на столе. И то, только тогда, когда заметил чужаков.

Капитан свернул влево. Они прошли мимо хорошо обставленного кубрика. На кожаных креслах сидели все те же спецназовцы. Все занимались, чем хотели, кто расписывал пулю, кто просто читал. Но возле ноги каждого стоял автомат. Бойцы с интересом осмотрели новобранцев, но от замечаний воздержались. Чёрный открыл дверь кабинета магнитной картой. Артём шагнул за ним. Остальные не отстали.

Кабинет обставлен как средней руки зал для совещаний с большим телевизором на стене. Чуть в стороне стол с компьютером, мягкое кресло, сейф в углу, диванчик у стены. Светло-синего цвета стены завешаны картами, таблицами и распечатками. Напротив экрана даже пара дюжин стульев для проведения брифингов.

– Присаживайтесь, – капитан махнул рукой на стулья, занимая место за столом.

Зажужжал, загружаясь, компьютер. Минут десять никто не нарушал тишины. Чёрный просматривал, по-видимому, их личные дела на мониторе, время от времени бросая на одного из них взгляды поверх экрана. На Артёма он смотрел с долей уважения, на майора задумчивые, а на их безымянного спутника недоверчиво-оценивающие. Да и остальным ребятам достался свой взгляд. Интересно, что такого Котов на них накопал?

Закончив читать, Чёрный пересел с кресла на край стола. Ещё раз окинул их толпу взглядом, достал из кармана маленький брелок. Артём напрягся и почувствовал, как заёрзал Назарук. Таким же в ангаре, перед посадкой на цеппелин, пользовался Котов. Остальные остались относительно спокойными.

– Вижу, вы поняли, что это такое, поэтому советую держать эмоции в узде. И слушать внимательно. Значит так. Мы с вами находимся в другом мире земного типа. Первопроходцы назвали его Коммуной. А этот городок носит гордое название Новый Сталинград, – капитан замолчал, чтобы оценить реакцию слушателей.

Артёму показалось, он ослышался, но отпавшая челюсть майора развеяла сомнения. Даже их спутник приподнял бровь. Остальные выразили эмоции по-разному, в основном матом. Видимо, довольный эффектом, Чёрный продолжил.

– Раньше на планете существовала высокоразвитая цивилизация. По крайней мере, наши яйцеголовые так считают. Что они учудили, нам до сих пор непонятно. Но мы нашли много прекрасного, включая кучу нелицеприятных монстров. Однако советская власть не терпит поражений, тем более, когда Гитлер стучится танками в двери Москвы. Поэтому появился ещё один фронт. Армию собирали из зэков концлагерей, а патриотизм развивали с помощью похожих ошейников. Но сильно не продвинулись. Создали плацдарм огромной кровью и поняли, что людей не хватит. Проект засекретили и стали разбираться, что к чему. Разобрались лет через двадцать. Монстры эти и есть аборигены, заражённые каким-то странным вирусом. Вирус, попадая в клетку, порабощает ее и начинает активно размножаться. К тому же, он генерирует ещё не изученное поле, объединяя себя в единый организм и создавая невероятные способности. В псевдоразумную колонию. Подробнее сможете узнать на теоретической подготовке во время КМБ. А пока могу показать, с чем мы имеем дело, – Чёрный взял пульт и включил видеозапись.

Качество ролика оказалось слабеньким. Видимо, снимала камера телеметрии на шлеме. Но рассмотреть монстра удалось хорошо. Человекоподобное существо с сероватой кожей и каким-то неестественным телосложением, абсолютно голое, с атрофированными мужскими признаками. Двигалось оно поразительно быстро и смертоносно. Оружия Артём не заметил. В эфире раздались отрывистые приказы вперемешку с пулемётными очередями. Ролик резко замер, запечатлев монстра, так что можно рассмотреть во всех подробностях. А может, это просто последний кадр, перед тем как оператору оторвали голову вместе со шлемом. Мощное тело с пятипалыми руками, увенчанными длинными когтями. Но больше всего Артёма поразили глаза. В них отсутствовала даже тень эмоций. По сравнению с ними глазок видеокамеры был взором, полным теплоты.

– А мы здесь при чём? – хрипловатый голос принадлежал их невозмутимому незнакомцу.

Его вопрос вывел Артёма из ступора. Чёрный кивнул, видимо, ожидая такого вопроса.

– Каждый из нас, включая и меня, сильно нагрешил на родной планете. А здесь вам предлагают нечто большее, чем камера зоны строгого режима. Конечно, поначалу война с инопланетными монстрами кажется гораздо худшей участью.

Капитан жестом остановил уже готовую сорваться с языка гневную тираду Назарука. Он явно вёл такие разговоры не впервые и мог предсказать реакцию слушателя.

– Но все не так плохо, как кажется с первого взгляда. Зары без сомнения очень опасны, но лишь на близких расстояниях и для не обученных и не дисциплинированных малых групп. У нас потери несут, в основном, в пехотных ротах, и только если поднимется паника. А вас, как ценных и квалифицированных спецов, определили в группу особого назначения. Ваш психопрофиль указывает, что вы свободно и безболезненно адаптируетесь в новых условиях, а также у вас характер авантюристов. Родственников и очень близких друзей нет. Идеальный вариант для нашей ситуации.

Чёрный оглядел хмурые физиономии новобранцев и ободряюще улыбнулся.

– Почти восемь лет назад я сидел на вашем месте и думал, что мне снится кошмарный сон. Но за эти годы кошмар превратился в скучную обыденность. Заставить пойти в отряд я никого не могу. Это должно стать осознанным решением, так как в бою каждый должен быть уверен в надёжности тыла. И вы можете отказаться. У нас есть мастерские, где нужны рабочие, есть гарнизонный караул, сидящий на пулемётных точках. Отрабатывать свой хлеб можно где угодно. Но сами понимаете, льготы у них слабенькие. А мы стоим на ступень ниже учёных. Живём в отдельных квартирах, а денег хватит удовлетворить все свои потребности.

– А если я хочу вернуться до… на Землю, подальше от этих симбионтов?

Николай задал вопрос с такой кислой миной, как будто знал, что ответ окажется неприятным. Артём уж точно знал, а Чёрный лишь озвучил его мысли.

– Мы лишь маленькие пешки в одной большой игре спецслужб. Секретность превыше всего. Тем более, здесь о демократии и прочей ерунде давно не слышали.

– Чем занимается ваш отряд? – хладнокровие одного из прибывших просто поражало.

Он даже не обратил внимания на внешний вид монстров. Это явно люди, но изменившиеся. Мутанты. Но все же люди.

– Сопровождением ученых на кластеры городов и важных караванов на иные базы, ещё спасательными операциями и рейдами зачистки территории. Работы, как и приключений, хватает.

– Я согласен, где подписать? – третий поднялся со стула.

– Подписей нам не требуется, но советую вам хорошо все обдумать. Повторяю, для нас важен надёжный тыл. Сейчас у вас начнётся адаптационный период с обучением необходимым вам навыкам. После него вы дадите свое согласие, а ребята отряда свою оценку вашим действиям. К нам рвётся много людей из пехоты, но проходит крайне мало. Кстати, голова не болит? Не подташнивает? Это местное действие атмосферы. Вас на некоторое время изолируют в карантин. Для адаптации. Обычные тюремные камеры. Но уж простите. Вы и так немного заключённые. Надеюсь, отнесётесь с пониманием. После будем работать вплотную.

– А как же это? – Артём потрогал свой крылатый обруч.

– Его снимут с вас, как только внутренний отдел сочтёт вас благонадёжными. Вам нужно уяснить, что в этом мире важна надёжность человека, как личности и как воина. Тогда у вас появится возможность продвинуться вверх по служебной лестнице и получить соответствующие привилегии. Самые достойные из нас, старожилов, часто бывают во внешнем мире. Но что бы заслужить такую честь, нужно пролить немало крови за наше дело. Я носил браслет доверия, как у нас называют эти штуки, два года. И только от вас зависит, когда вас припишут к благонадёжным. И мой вам совет, отнеситесь серьёзно к вашей службе. Сейчас вы не в состоянии понять, что вам повезло, но со временем все вокруг станет привычным. И вы поймёте, что здесь и есть настоящая жизнь для настоящих мужчин. За много лет я повидал много новобранцев, но с вами мы сработаемся. Я это нутром чую.

С этими словами Чёрный достал трубку коммуникатора и вызвал некоего Прохора.

– Ещё одно, – добавил капитан, пока Прохор не ввалился в кабинет. – Ваше прошлое это ваше личное дело. Ребятам из отряда скажете только то, что сочтёте необходимым. Они будут судить вас, какими вы есть, а не кем вы были. Ваш авторитет начинается с порога этого кабинета. Удачи!

С последними словами капитана раздался короткий стук в дверь и на пороге появился невысокий мужичок лет шестидесяти с лукавым выражением лица. Пышные усы под носом картошкой и прищур серых глаз придавали ему плутоватый вид.

– Разрешите, товарищ капитан, – Прохор говорил с ярко выраженным западно-украинским акцентом. – Вызывали?

– Вызывал, Прохор, вызывал, – откликнулся Чёрный. – Вот пополнение прибыло, с Большой Земли. Прошу любить и жаловать. Проводи ребят в их апартаменты и заодно обрисуешь обстановку. У них наверняка тьма вопросов. В общем, не мне тебя учить детей строгать.

– Будет сделано, ваше благородие, – с ухмылкой козырнул Прохор. – Пошли, ребята. И не переживайте так. Не вы первые, не вы последние.

Когда за их группой закрылась дверь, оказалось, что вокруг них собралось с десяток бойцов. Артёму кто-то всунул в руки эмалевую кружку.

– Держи, браток, поможет собраться, – произнёс незнакомый старлей с понимающим взглядом.

От кружки исходил запах самогона. Такие же кружки он заметил у своих товарищей. Артём зажмурился и влил в себя стопку жгучей жидкости. Жар рванулся по жилам, растапливая ледяной комок где-то в районе живота. Раньше Тропов его и не замечал. Приятное тепло ударило в голову, снимая напряжение.

– Ладно, ребятки, пошли, покажу ваши апартаменты, а заодно погутарим о житье-бытье. У вас, наверное, от вопросов языки чешутся.

Погутарить не получилось, потому как за их спинами хлопнули с железным лязгом массивные двери карантинного карцера. За каждым – своя дверь узкой камеры. Зачем все это, непонятно.

Да и разбираться нет никакого желания. Голова гудела растревоженным ульем пчёл и тошнило, как на каком-то там месяце беременности. Хотя беременный капитан ВДВ – та ещё хохма. Артём упал на откидную койку камеры, не задумываясь о странностях. Утро вечера мудренее. Даже если хрен поймёшь, где тут утро, а где вечер.

Глава 3

Разбудил Артёма железный лязг окошка на двери. Стандартная камера, стандартные порядки, хоть многое и выбивалось из понятия «нормально». Например, завтрак. Поднос уставлен парой тарелок и пиал с салатами. Хоть и не деликатесы, но на питании тут не экономили. Мясо, каша, салаты, чёрный кофе, колбаса, сыр. Даже чекушка коньяка стояла на подносе. Прямо Новый год какой-то. Будто последний завтрак расстрельника, а не обычного заключённого. Смущала лишь маленькая пластиковая бутылочка из-под сока с мутной жидкостью.

– Это что за хрень? – спросил он, игнорируя остальные блюда.

– Голова болит? – хмыкнул Прохор. – Это местное лекарство. На основе самогона. Сам готовил. Ну ты жук, – снова хмыкнул Прохор, глядя в полные скепсиса глаза капитана.

Он споро открутил крышку и сделал полноценный глоток. Лихо ухнул, скривился и занюхал все это дело кусочком огурца с тарелки Артёма.

– Гадость! Уже семь лет прошло, а все никак не привыкну.

– Ты семь лет тут? – удивился Артём, борясь с приступами голода и позывами рвоты.

– Что, тошнит, болезный? – улыбнулся старшина. – Ты живчик выпей, полегчает.

– Живчик?

– Местное название этой дряни. Наши яйцеболваны зовут его так, что хрен выговоришь, не сломав язык об задницу, но местные в такие дебри не вникают и все зовут своими именами. Так что и мы, народ простой, больше у них лексикон перехватываем, чем своих задротов в очках слушаем. Те при слове «топтун» морды кривят так, что очки на брови залезают. Зато любят за чашкой кофе покидаться умными фразами, типа: «Э-16 не подвержен энтропии кластеров энергопитания», – Прохор на последней фразе, кривляясь, сорвался на фальцет, изображая нечто среднее между мартышкой Крылова и проституткой с окружной.

– Местные? Топтун? Ты о чем? – Артём насторожился.

– Всему свое время, солдатик. Ты только пей эту дрянь регулярно, но не много. Глоток раз в два-три часа. Не больше. Обо всем остальном узнаешь после карантина, – поморщился Прохор.

– И долго мне тут сидеть?

– Что, надоело? Не боись. Через три дня покинешь это уютное гнёздышко. Зуб даю.

Что-то в интонациях Прохора настораживало. Нотка печали и некой тоски. Не все тут гладко. Артём за годы службы многое повидал. Сотни и тысячи призывников, оторванных от привычной жизни и силой втиснутых в рамки устава и приказов, заставляют учиться бытовой психологии. Ведь любой имбецил, оторванный от юбки матери, решивший повеситься в сортире назло дембелям или «шакалам», которые не уважают его «внутренний мир и врождённый индивидуализм» – это огромная проблема для тех же сержантов и «шакалов». А уж про игры с оружием среди любителей шутеров и прочей ереси можно говорить часами. Все это тренирует внутренний компас настроения собеседника. Да что там говорить, Артём сам сорвался и попал за решётку только потому, что не прочёл, не понял, не принял. За дело попал, но ни о чем не сожалел.

Мужик не тот, кто яйца носит, а тот, кто поступает как должно. Невзирая на последствия, ранги и чины.

– Что, все так плохо? – Артём постарался добавить в голос нотки уверенности в себе, откровенности, доверия и толику панибратства.

Среди вояк это работает. Свой своего видит издалека.

– Руку дай, – нахмурился Прохор, что совсем не соответствовало ожидаемой реакции.

Страницы: 123 »»

Читать бесплатно другие книги:

Новый детективный роман Инны Бачинской «Пропасть смотрит в тебя» входит в авторский цикл «Дикие лебе...
Дорогому правителю драконов нужно было трижды подумать, прежде чем похищать меня. Ему следовало прис...
Домашняя жизнь дружелюбного пса по кличке Бэк перевернулась с ног на голову. Его похитили, увезли на...
Кто бы мог подумать, что я способна на всепоглощающее и безграничное чувство любви? Да еще к попадан...
Конкретное попадалово "Ровного пацанчика с района" в далекие миры. "Лунапарк с нуля" построить не по...
Мария, привлекательная молодая женщина, преподает в университете и очень любит свою работу. Романтич...