(Не)приятность для дракона Гордова Валентина

– Здравствуйте, я ваш новогодний подарок. – Безрадостно повторила я недавно услышанные слова Правителя драконов.

Собравшиеся в зале мужчины в количестве тринадцати штук синхронно обернулись в сторону распахнувшихся дверей и в немом ужасе уставились на меня. И вот не знаю я, что больше всего их изумило – то, что я осмелилась появиться на их тайном совете или то, что я про этот совет вообще узнала.

А я узнала. Потому что не следовало меня злить. И пусть дорогой Правитель драконов теперь не удивляется, если на него обиженные служанки случайно ведро воды выльют или гардину уронят. Я им всем такого рассказала, что вышеперечисленное будет смехотворной ерундой из всего возможного перечня того, что давно вынашивающие месть слуги своему хозяину устроить могут.

Но эффектнее всех буду мстить, разумеется, я.

Потому что не следовало ему похищать меня. Он ведь за меня даже выкуп королю не заплатил, как принято в наших землях, дракон меня просто забрал. Он даже слов короля не выслушал, хотя ему определенно следовало прислушаться к «Вам точно не нужны эти проблемы» и «Вся империя демонов ничто в сравнении с ней!». А империя у демонов внушительная и могущественная… была, пока мы ей мной придуманные санкции не ввели.

Дракон решил, что он умнее всех. Как же мне хотелось убедить его в обратном! Мне этого настолько сильно хотелось, что уже через час после своего приезда я пошла на страшное – на соблазнение! Соблазнять пришлось одного из приближенных к правителю, причём пирожными. Кто бы мог подумать, что лорду Элирику жена запрещает сладкое вкушать… Вообще мужик падкий и слабохарактерный оказался, я бы такого у власти держать не стала, но как источник информации он оказался весьма полезен.

Кстати, вон он сидит: за два места справа от Правителя, смертельно бледный, с лихорадочно мечущимся из стороны в сторону взглядом. Не задерживая на нём внимания, я вновь посмотрела на причину всех своих неприятностей.

Великий и всем известный Правитель Параиса, страны, в которой на добровольной основе помимо драконов поселились ещё и люди. Его называют справедливым и мудрым, благородным и преданным своей стране, сильным и умным повелителем. Раньше мне и в голову не приходило сомневаться в этом. Ровно до того момента, как это существо не появилось на пороге моего дома, не ткнуло в меня пальцем и не сказало безразличное «Её». Будто я была не человеком, а какой-то бесправной вещью.

А самое обидное, что мои права действительно теряли всю свою значимость в сравнении со страхом перед целым Правителем Параиса. Его попросту боялись, а потому мой король даже не подумал отказывать. Жизни людей из всего его королевства, жизни лично его и его семьи значили для него куда больше, чем всего лишь умная, полезная и сообразительная, но легко заменимая Первая Фаворитка.

Вот так король Зелин лишился своей палочки-выручалочки, а Правитель драконов – уважения в моих глазах.

Но, судя по уже его немигающему взгляду, неотрывно следящему за каждым моим движением, дракона этот факт мало расстраивал.

Не тратя более времени на ненужные прелюдии, я твёрдой уверенной походкой прошла к ужасу всего нашего мира, остановилась под его практически ненавистным взглядом в каком-то шаге от него же и спокойно положила на стол перед ним конверт.

Дракон даже не дёрнулся. Он вообще никак не отреагировал на мой жест, продолжая прожигать меня таким взглядом, будто это не он меня в свой дом притащил, а я сама незаконно в него пробралась. И была не украденной девушкой, а как минимум отвратительной букашкой.

Чувство неприятное, но не смертельное и уже вполне для меня привычное, всё же восемь лет при дворе короля Зелина прожила, а там вот такими вот взглядами меня практически каждый встречный награждал.

– Что это? – Скривившись неприязненно, в конце концов холодно бросил Правитель.

И вот тогда я, спокойно всё это время стоящая рядом с ним, набрала в грудь побольше воздуха и ответила:

– Вам лучше самому посмотреть.

Меня наградили таким взглядом… Но, как я говорила, взглядами меня было уже даже не удивить, не говоря о том, чтобы смутить или испугать, а потому я вновь никак не отреагировала.

Правителя моё спокойствие явно нервировало, что он и продемонстрировал, недовольно поджав губы и сцепив зубы так, что на щеках отчётливо проступили узлы мышц.

Отвернувшись, он нехотя подцепил письмо. Пробежался взглядом по указанному на конверте имени отправителя, невесело хмыкнул и без проблем сломал печать. Небрежно вытащил чёрную бумагу, сам конверт отшвырнул на стол, затем развернул написанное моей твёрдой рукой послание.

По мере прочтения лицо его каменело всё больше и больше. В итоге, когда последнее слово было прочитано, Правитель выглядел так, будто вот прямо сейчас собирался кого-то убить. И я даже знаю кого, да. А потому спокойно так ему напомнила:

– Четвёртая строка снизу.

Где крупными белыми буквами была указанна сумма неустойки, которую Правитель Параиса обязуется выплатить королю Зелину в случае моей смерти.

– Что это? – С плохо скрываемой яростью вкрадчиво поинтересовался он, не поворачиваясь ко мне.

И вот тогда я пожалела, что не вижу его лица. Потому что да, именно сейчас и происходило то самое правосудие, по итогу которого дракон должен был раз и навсегда уяснить, что помимо него в мире есть ещё уйма умных образованных личностей. Одна из них прямо сейчас стояла перед ним.

– Вы сошли с ума? – Полюбопытствовал он без какого-либо сожаления по этому поводу, лишь только с глухим раздражением.

– Что вы, я полностью в своём уме. – Вежливо отозвалась я.

– Сомневаюсь. Вы хоть сами понимаете, какой абсурд здесь написали?

Я понимала кое-что другое, и мне было искренне жаль, что сам Правитель мою правду видеть отказывался. Но мне не привыкать иметь дело с недальновидными существами, а потому я любезно пояснила:

– Никакого абсурда, ваше величество, всё честно и законно. На правах Первой Фаворитки короля Зелина я позволила себе составить данный договор, согласно которому вы обязуетесь или вернуть меня туда, откуда имели неосторожность забрать, или выплатить моему королю неустойку.

– В десять тысяч золотых? – Рыкнул, уточняя, дракон. – Вы себя так высоко цените?

Весь его совет, до этого переводящий взгляды с него на меня, слажено замер, недоверчиво и потрясенно уставившись уже только на меня.

Безразлично пожав плечами, я честно его заверила:

– О, поверьте, я ценю себя куда больше, но, прогулявшись по вашему замку и оценив скромность интерьера, великодушно решила снизить собственную стоимость в десять раз.

Кто-то выразительно зарычал. Мы с Правителем одновременно повернули головы и посмотрели на одного из присутствующих драконов. Тот от нашего внимания рычать перестал и смущенно замолчал, но гневные взгляды в меня бросать не прекратил.

– Лорд Рэйвис, – холодно окликнул его главный дракон, – впредь постарайтесь быть более…сдержанным.

То, с какой интонацией было произнесено последнее слово, заставило и всех остальных опустить головы и старательно делать вид, что их всех тут вообще нет и никогда не было. Всё же мне не соврали, когда сказали, что Правителя тут поголовно все боятся.

– Радомира, – а вот это уже мне, причём голос не потеплел ни на градус.

– Леди Янир, – исправила я, проигнорировав красноречивые взгляды, коими меня наградили.

Дракон – их Правитель, не мой. И тот факт, что он меня нагло выкрал, совершенно не позволяет ему игнорировать простую вежливость. Я же его по имени не зову.

– Леди Янир, – послушно исправил мужчина, даже кивнул, а потом на миг замер, чтобы откинуть письмо на стол, повернуться ко мне, взглянуть снизу вверх и поинтересоваться: – неужели вы действительно полагаете, что я стану выполнять ваши абсурдные требования?

Во всём происходящем мои требования были как раз единственным адекватным поступком, но говорить об этом я не стала. Не потому, что боялась и сомневалась в собственных выводах, нет. Просто я точно знала: дракон меня и слушать не будет.

Кто он и кто я? Великий дракон и жалкая украденная человечка.

– Вы похитили королевского советника государства, с которым поддерживаете торгово-экономические отношения. – И, собственно, это и была причина, по которой меня или вернут домой, или хотя бы выкупят.

Но я всё же надеюсь на первое, потому что от второго лично мне не будет никакого толка.

– Вас мне подарили, – не пожелав так просто сдаваться, холодно-отстранённо заметил Правитель.

И всё в нём, весь его вид прямо говорил о том, что из этой перепалки выйдет только лишь один победитель. И это, по мнению дракона, буду не я.

Улыбнувшись ему чуть снисходительно, я очень, вот просто безукоризненно вежливо попросила:

– Будьте так любезны предоставить письменное тому подтверждение. – И, приободрённая его молчанием, продолжила: – Столь ценные подарки не делаются просто так, ваше величество, вам ли не знать. Следовательно, для этого у моего короля должен был быть не только повод, но и официальное подтверждение свершившегося акта дарения.

Я всегда знала, что я умная, а сейчас убедилась в этом ещё раз.

Вот только Правитель моей радости не разделил. Конечно, возможно, он радовался внутренне, как и я, не показывая этого внешне, но что-то я сильно в этом сомневаюсь. Нет, дракон совершенно точно рад не был. Он был в ярости.

И сидел, сцепив руки в кулаки с такой силой, что под тёмной кожей проступили отчётливые сине-фиолетовые вены. Крылья носа чуть подрагивали, немигающий взгляд пронзал меня буквально насквозь, зубы едва ли не скрипели.

И вот, спрашивается, чего так злиться? Не обрадовался тому, что жертва похищения оказалась сообразительной и отказалась изображать убитую горем пленницу? Ну, так это не по адресу. Я вообще плакала от жалости к себе последний раз года три назад.

Не хочет деньги за меня платить? Вот тут я его очень хорошо понимала, и на его месте тоже начала бы жадничать. Ну так платить ведь никто и не заставляет, вернуть меня домой будет куда разумнее и проще.

Не понравилось, что я чего-то требую? Тут я его тоже понимала, но помочь ничем не могла. В нашем мире ты или глупый и всеми любимый, или умный и одинокий. Да-да, каким-то невероятным образом наличие работающего мозга прямо влияет на твоё дальнейшее благополучие. Причём данное удивительное открытие относится исключительно к представительницам женского пола.

– А если я откажу? – Вполне предсказуемо поинтересовался мужчина.

Подавив раздражённый вдох и желание просто его послать, я бросила взгляд на тяжёлые часы у стены и очень даже вежливо ответила:

– То вы совершите самую большую ошибку в своей жизни.

И это даже не угроза, нет. Это простое предупреждение, практически дружеское. Вот только в ответ мне ожидаемо скептически хмыкнули, изогнув тонкие губы в довольно жестокой усмешке, и бросили, как кость собаке:

– Нет.

И сомнения, что до этого лёгким покалыванием скользили по моей коже, пропали, словно по щелчку. Никакого сожаления, никаких угрызений совести, никаких колебаний. Только чёткое понимание того, что Правитель это заслужил.

Он ещё не знал, что, забрав меня из дома, получает безвозмездный комплект разнообразнейших неприятностей. Он не знал, что совсем скоро пожалеет о своём решении заполучить Первую Фаворитку короля Зелина. Он не знал, кто стоит перед ним.

Дракон недооценил своего противника. Более того, он вообще ничего о нём не знал. Серьёзный промах, которым я была не вправе не воспользоваться.

И когда мне молча кивнули на дверь, предлагая благоразумно скрыться с чужих глаз и пойти заливать свой проигрыш слезами, я была единственной, кто знал, что случится дальше.

Я была единственной, кто не испугался прогремевшего на улице взрыва. Более того, я также была единственной, кто прямо сейчас мог назвать точное место взрыва.

Драконы разом вскочили со своих мест, завыли охранные заклинания, темноту улицы прорезали многочисленные вспышки заклинаний! Крик, шум, какие-то команды, лязг мечей, рёв пламени! Весь дворец пришёл в движение, стремясь обнаружить причину взрыва и устранить её, пока она ещё чего взорвать не успела.

А причина в этот момент подавила победную улыбку и отступила в сторону, чтобы не мешать ничего не понимающим драконам принимать решения. Правитель, поднявшись на ноги и лишь чудом не зацепив меня, поспешил на выход из зала, попутно раздавая указания окружающим его лордам. А я осталась и, глядя на его удаляющуюся спину, спокойно опустилась в кресло с высокой спинкой, что ещё пару секунд назад занимал сам Правитель.

Не знаю, как он это сделал, но на выходе мужчина вдруг резко затормозил. Я наблюдала за ним с искренним любопытством, мысленно продумывая, что же он сейчас сделает. А сделал он следующее: ме-е-едленно обернулся и посмотрел прямо на меня. При виде моей широкой улыбки у него очень нехорошо прищурились глаза. Совсем нехорошим был и обманчиво плавный шажок в мою сторону, но…

Но я, как уже говорила, глупой никогда не была. Напротив, я себя считала очень умной, и в людях и нелюдях разбиралась неплохо, а потому я предсказала и вот это развитие событий, на случай которых у меня был ещё один сюрприз.

Повторный взрыв прозвучал немного дальше и одновременно с ним погас свет во всём дворце. Обрушившаяся темнота ослепила, подстегнула слух и многократно увеличила громкость творящегося вокруг безобразия.

Визг, крики, топот, какой-то звон! Зато охранные заклинания перестали выть на всю округу, потревоженные взрывом, что случился непозволительно близко от охранного центра, отвечающего не только за магическое освещение, но и за охрану всего города.

Ох, чувствую, кто-то сегодня ночью повеселится! Причём не со мной в моей комнате, как мне до этого угрожали. Мне вообще угрожать нельзя, я тогда жутко злой и непредсказуемой становлюсь.

Когда абсолютно чёрные глаза с жутким вертикальным зрачком серебряного цвета смотрят на тебя из темноты – это страшно. Но ещё хуже, когда их хозяин открывает рот, а из его горла прорывается разгорающееся пламя, и весь зал наполняет негромкий, но отчётливый рык, заставляющий дрожать даже каменные стены.

– Как ты это сделала? – Вкрадчиво спросил он сквозь утробное рычание.

Даже темноте вокруг вдруг страшно стало, не говоря уже об остальных лордах, которые и без того молчали, а теперь, кажется, начали молиться Тьме о спасении.

– Что вы, ваше величество, как я могла такое сделать? – Я вся – сплошная невинность.

И не настолько я глупая, чтобы ему в таком состоянии в чём-то признаваться. Да я ему вообще ни в чём признаваться не собиралась!

А на самом деле… не следовало ему оставлять меня одну на столь долгое время. Я и за пять минут совершала вещи в разы масштабнее, а тут три часа и целый замок в моём распоряжении.

Я собой даже загордилась.

А теперь надо срочно отсюда уходить, пока разозлившийся дракон чего не выкинул. Например, меня из окна седьмого этажа, на котором мы и были.

Но Правитель не стал ничего делать. По крайней мере, пока. Ещё какое-то время посмотрев на меня от двери, он моргнул, развернулся и вышел, уводя весь свой совет следом. И не сказал ничего. Но что-то мне подсказывает, что так просто об этом никто не забудет.

Устало выдохнув и мысленно поздравив себя с началом самой настоящей войны, я махнула рукой, мысленно коснулась магического источника внутри себя и создала несложное заклинание освещение. Вместо привычного для любого мага огонька в воздухе сформировалась, тускло замерцав, светло-голубая полупрозрачная бабочка.

Внутри кольнуло неприятное воспоминание о временах, когда мы с мамой ещё могли бегать по лугу за домом и ловить вот точно таких же сине-голубых бабочек. Временах, когда всё было совершенно иным. Когда не было никого сильнее папы и никого прекраснее мамы.

Хотя, кое-что всё же осталось неизменным: никого прекраснее мамы я так и не встретила.

Тряхнув головой в попытке отогнать неприятные мысли, я велела самой себе не расслабляться. Впереди было ещё много дел, по окончанию которых я неизменно должна была оказаться дома. И меня совершенно не волновало, возвратом с извинениями это будет или банальным побегом.

Поднявшись с чужого кресла, я жестом поманила за собой заклинание и неторопливо пошла по опустевшему залу к дверям.

Вот только не в комнату пролегал мой путь, а в самое важное место каждого дома: на кухню. Всё же мстя мстёй, а кушать хочется всегда.

Идти по тёмным коридорам было нисколько не страшно. Весёлую компанию мне составляла моя светящаяся бабочка. Пару раз на нас натыкались перепуганные служанки, но они быстро успокаивались, завидев меня, и по моему же указанию направлялись в отведенные им комнаты с указаниями «не покидать их до выявления и устранения всех проблем». Попадались ещё и драконы из стражи, которые говорили мне почти то же самое, настаивая на том, чтобы я пошла в свои комнаты.

– Обязательно, – со всей серьёзностью кивала я и продолжала путь на кухню.

А потом я, наконец, пришла.

Открыв деревянные двери, я мгновенно оказалась в царстве сочных ароматов жареного мяса, сладко-кислых соусов, сочных овощей и притягательных приправ. Замерев на миг на пороге, я с упоением втянула в себя чудесный, чуть пьянящий аромат, и только после этого огляделась.

Главные повара замка собрались в кухне в полном своём составе, рассевшись за большим деревянным столом, в центре которого горели три белые свечи. Танцующее на их оплавляющихся кончиках пламя бросало на лица четырёх женщин причудливые тени, делая их таинственными и в какой-то степени пугающими.

– И через два года мы с ним поженимся и уедем отсюда, – мечтательно вздохнула самая молодая кухарка по имени Кенелим.

В этот момент я лишний раз порадовалась своей практически безупречной памяти. Это действительно очень полезное умение. Мало того, что вы будете помнить о важных вещах, так ещё и сможете запоминать имена, лица и даже некоторые факты из жизни людей, с которыми только-только познакомились. Это автоматически делает вас лучше в их глазах.

– Сомневаюсь, – хмыкнула я, закрыла за собой двери, прошла к столу и села на свободное место, оказавшись как раз напротив Кенелим.

– Ой, леди Янир, вы невероятная женщина! – Заговорщически прошептала сидящая справа от меня Хэссиль и нервно рассмеялась, прикрывая рот ладонью.

Эти четверо были моими основными поставщиками важной информации, за что я посвятила их – и только их – в свой план под названием «Отомсти крылатому узурпатору». С этими женщинами было выгодно сотрудничать. Во-первых, через их кухню проходило очень много драконов со дворца. С одним перекинулись парой фраз, второй разболтал на эмоциях последние новости, третья поведала тройку сплетней. Именно здесь оседала та информация, что почти всегда оказывается полезной и о которой зачастую не знает даже окружение правителей.

Во-вторых, именно этим женщинам доставалось в случае неприятностей. У дракона нет настроения? Ему не понравилось блюдо? Напиток пролился? Конечно, виноват обслуживающий персонал. Так всегда и везде. Те, в чьих руках сосредоточена власть, очень быстро к ней привыкают и сами не замечают, как начинают ею злоупотреблять, ставя себя выше остальных.

Так что у этих дам был прочный фундамент затаённой обиды для того, чтобы согласиться на грандиозную месть, в которой они, по сути, и участвовать не будут. Они просто предоставляют мне информацию и еду в любое время суток, а всю грязную работу делаю за них я.

Вежливо улыбнувшись Хэссиль, я повернулась к Кенелим и, глядя ей прямо в глаза, спросила:

– Ты думаешь, что через два года начнёшь новую жизнь? – Распространённая ошибка, которую совершаем все мы, даже не задумываясь об этом.

Живём не сегодня, а завтра. Не делаем, а планируем. Всё ждём чего-то, надеемся на будущее и обещаем себе, что через определенный промежуток времени всё у нас наладится и мы сможем начать жить так, как нам бы того хотелось.

Мы живём ожиданием, не замечая того, как наше жизнь ускользает от нас.

Девушка с заколотыми на затылке в чуть растрепавшийся кулёк волосами смутилась от моего внимания и неуверенно кивнула, опуская взгляд. Её щёки заметно порозовели, глаза расширились и теперь старательно на меня не глядели.

Будто я была каким-то злым монстром.

Повернув голову влево, я вежливо попросила у Терренс:

– Можно мне чего-нибудь вкусного и сладкого?

Кухарка не растерялась, прикинула что-то и уточнила:

– Ягодное пирожное?

Подумав, я чуть скривилась в ответ. Пирожное, конечно, вкусно и сладко, но так ма-а-ало… А месть – дело крайне выматывающее. Тем более, я соблюдала диету последние десять дней, питалась одной травой и запивала её водой, чтобы быть самой стройной и красивой на празднике в честь дня рождения королевы. Теперь быть стройной и красивой не было необходимости, а вот вкусно покушать необходимость была, называлась она просто: «Стресс».

Красота – понятие очень растяжимое, у каждого она своя, так что не стоит отказывать себе в соблазнительном лакомстве. Хочешь торт – ешь торт. Тем более, если у тебя уже даже поводов быть самой-самой элементарно не осталось. Быть красивой для похитившего меня дракона? Вот ещё. Ему надо, он пусть красивым и будет. Для самой себя? Можно, конечно, даже нужно, но в данный конкретный момент мне для себя нужен был именно торт.

– А есть что-нибудь побольше? – Всё тем же вежливым тоном поинтересовалась я и скользнула взглядом по помещению.

– Побольше у нас только торт для Правителя, но… – начала было отвечать Терренс и резко замолчала на полуслове, даже рта не прикрыв.

Я заинтересованно взглянула на неё и с трудом сдержала понимающую улыбку, когда её глаза хитро засияли, а губы медленно растянулись в очень коварной улыбке.

– Думаю, Правителю в эту ночь будет не до сладостей. – Продолжая сдержанно улыбаться, задумчиво протянула я.

Улыбка Терренс стала шире.

– Сейчас, Радочка, – прощебетала она, легко поднялась, что было очень удивительно для её телосложения, и пошла куда-то в сторону, в темноту.

Не задумываясь даже, я дёрнула к ней своё заклинание, что бабочкой порхало под потолком. А сама вновь вернула своё внимание немного успокоившейся и больше так сильно не смущающейся Кенелим.

– Почти все люди совершают одну и ту же ошибку. Знаешь, какую? – Девушка отрицательно покачала головой, вопросительно заглядывая мне в глаза. Я улыбнулась, безразлично отметив, что улыбка вышла несколько превосходящей и даже каплю жестокой – такой, какой она стала за время моего пребывания во дворце Зелина. – Все люди заблуждаются в том, что со временем у них всё будет хорошо.

Терренс поставила передо мной весь торт прямо на подносе – этакий кулинарный шедевр из белого крема и чёрных ягод черники. Между прочим, моих любимых.

Женщина заняла своё место рядом со мной и все они с одинаковым интересом замерли, неотрывно глядя на меня и ожидая продолжения. Я не стала томить их слишком долго:

– Мы живём надеждой. Всё плохо, мир вокруг нас рушится, мы идём на дно, но упорно продолжаем верить, что всё наладится. Знаете, это неплохо, если вы прилагаете хоть какие-то усилия для того, чтобы жизнь у вас действительно наладилась. Если жить одной надеждой, ничего не будет. – И дальше, спустя мгновение тишины: – Так значит, ты просто ждёшь, пока пройдёт пара лет и вы сможете пожениться. Почему не сделаете этого сейчас?

Позволяя девушке подумать, я подцепила аккуратно лежащую на краю подноса вилку, отломила кусочек торта и отправила удивительное лакомство в рот. М-м-м, как же вкусно! Там сладко, но не слишком, а в меру, легко и воздушно, как облачко, с чётким привкусом моей любимой черники. Я едва в голос не застонала, прикрыв глаза и с блаженством смакуя десерт.

– У нас недостаточно накоплений. – Робко отозвалась Кенелим.

Открыв глаза, я с интересом на неё поглядела, провокационно спросив:

– А действительно ли в этом вопрос?

Кени непонимающе нахмурилась, опустив взгляд на стол. Думала она несколько долгих минут, пользуясь тем, что остальные ей не мешали, а мой рот был занят тортом.

– Что вы имеете в виду? – Дрожащим от напряжения голосом спросила молодая девушка.

Молодая, наивная, доверчивая и неопытная.

– Думаю, тебе стоит поговорить с ним. – Задумчиво облизнула я вилку и указала её кончиком на сидящую напротив меня Кенелим. – Задай ему парочку правильных вопросов.

– Каких? – Не поняла она.

– Например, как долго тебе ждать свадьбы. Чего конкретно нужно ждать. Что будет после того, как вы это получите. Чего он хочет от тебя. Спрашивай уверенно и не прячь глаза, смотри прямо на него. Если ты будешь смотреть ему в глаза и спрашивать всё это спокойным голосом, он начнёт нервничать. А когда человек нервничает, он начинает говорить правду.

Высказав всё это, я мило-мило улыбнулась едва ли не плачущей девушке. Жалкое зрелище. Никто не любит неуверенных. Если вы сами не уверены в себе, то остальные будут воспринимать вас точно также.

– Иди. – Велела я ей и отправила в рот ещё один кусочек своего тортика.

Кенелим, вздрогнув, расширила глаза и взглянула на меня почти с ужасом, надеясь, что я скажу, что пошутила и ей не придётся никуда идти. Но я уверенно молчала, глядя ей в глаза и безмолвно приказывая делать так, как я сказала.

И она поднялась, чуть не уронив стул, выпрямила спину, сжала миниатюрные ручки в кулаки и посмотрела поверх моей головы с мрачной решимостью.

– Иди. – Повторила я, взмахом руки отправляя вместе с ней свою бабочку, что безропотно полетела к двери, освещая девушке дорогу.

Она и ушла, а мы остались сидеть в тишине. Остальные кухарки неотрывно смотрели на меня, а я… я ела торт. Вкусный торт. Такой, за поедание которого меня по головке точно не погладят.

– Бедный ребёнок, – со вздохом сожаления нарушила тишину обычно молчаливая Ирив.

Оставшиеся в темноте женщины согласно покивали, глядя на меня со смесью жалости и умиления.

– Такую маленькую, и украли! – Покачала головой Терренс, заправила за ухо выбившуюся из пучка прядь коротких тёмных волос, встала и отошла куда-то в сторону.

– Вообще-то, мне двадцать один. – Заметила я. – Не такая уж и маленькая.

И в ответ на свои слова я получила снисходительные улыбки. А ещё чашку чая, поставленную передо мной вернувшейся Терренс.

* * *

Кухню я покинула пятнадцать минут спустя. За это время мы успели перемыть пару десятков косточек дракону, который так и не сумел до сих пор наладить освещение, доесть мой торт и подумать над вопросом «Куда же Кенелим запропастилась?». Собственно, как раз из-за последнего вопроса я и ушла.

Отправленное с девушкой заклинание легко пульсировало, указывая мне направление, в котором нужно было идти. И я шла по незнакомым коридорам, за изучение которых сяду в самое ближайшее время, и чувствовала нарастающую тревогу.

Не мою тревогу.

Она колебала сгущающийся воздух вокруг, пропитывала его электрическими всполохами, заставляла мою кожу покрываться встревоженными мурашками. Здравый смысл и чувство самосохранения на пару шептали о том, что мне следует развернуться и пойти обратно. Но я нередко их игнорировала, проигнорировала и сейчас.

И не зря.

Всхлипы стали слышны с лестницы, ведущей в западное крыло второго этажа, по которой я и поднималась, освещая свой путь тремя порхающими голубыми бабочками.

Страх заинтересованно поднял голову, но был усыплён силой воли, привычно гасящей почти все эмоции внутри меня. Без эмоций жить проще. И ум соображает быстрее.

Наверно, именно по этой причине я не поспешила на раздающиеся всхлипы, обосновано опасаясь того, кто может их издавать. Вместо этого я, не дожидаясь того, как окончательно поднимусь, метнула вперёд одну из бабочек.

А когда мои ноги всё же коснулись пола второго этажа, взору моему предстали уже два родных заклинания. И сжавшаяся в комок у стены Кенелим, старательно пытающаяся сдерживать рыдания.

Демоны.

Нет-нет, они здесь были не причём, это всего лишь бедняжка Кени. Маленькая глупая девочка, которой только что, кажется, разбили её хрупкое сердечко.

– Эй, – мягко окликнула я её, подошла и присела рядом с ней, осторожно коснувшись плеча.

Кенелим вздрогнула всем телом, перепугано обернулась, расширив от ужаса глаза, но потом поняла, что это я, и её истерика пошла на новый уровень.

Так просто её не успокоишь.

– Ну-ка, давай, дорогая, поднимайся, – успокаивающе мягким голосом велела я ей, взяла за плечи и попыталась поднять.

Получилось у меня не с первого раза, но в итоге девушка всё же оказалась на своих ногах. Её колени подкашивались, все тело дрожало, по щекам текли непрерывные горячие слёзы и рыдания рвались наружу. Кенелим сдерживала их из последних сил.

– Пошли, – отдала я новое приказание и потащила её к своей комнате.

Повезло, что она была не очень далеко отсюда, всего тремя этажами выше, прямо в башенном ответвлении.

Когда мы вышли в моей тёмной гостиной, за нами закрылась дверь, а из моей правой ладони разлетелись по комнате пара десятков тускло светящихся бабочек, Кенелим потеряла над собой весь контроль.

– Почему я такая? – Доносилось от неё сквозь громкие рыдания.

Рыдания, что не стихали вот уже минут десять. Кени, сидя на диване, судорожно сжимала в руках одну из подушек, я успокаивающе поглаживала её по спине, ожидая, пока она сама успокоится. Потому что если в таком состоянии прервать её истерику, она потом накроет в два раза сильнее.

– Какая? – Мягко спросила я, с жалостью на неё глядя.

За прошедшее время это были наши первые слова.

– Я уродка! – Воскликнула девушка и завыла в голос. – Я страшная и глупая!

С глупой я бы согласилась, но вслух этого, понятное дело, не сказала, а вот насчёт страшной была категорически против, потому что искренне считала Кенелим красивой молодой девушкой.

– Я такая страшная! – Заревела она с новой силой, застилая слезами покрасневшее лицо. – Во мне всё не так, поэтому он ушёл от меня! Я так ненавижу себя!

– Это неправда, – уверено одёрнула я её.

– Правда. – Рыдания Кени резко стихли. Всхлипнув, она вытерла глаза ладонями и повернула голову, чтобы, глядя мне в глаза, уверенно произнести: – Я страшная. Глупая. Жалкая. Посмотри на меня. Посмотри! Я не удивлена, что он ушёл от меня. Я знала, что так будет. Знаешь, почему он не хотел свадьбы сейчас? Потому что он вовсе не хотел её. Он не собирался жениться на мне. Он хотел лишь подождать, а потом использовать моё тело и уйти. Ты оказалась права.

Её слова оказались для меня неожиданностью. Когда советовала ей поговорить с ним, я лишь хотела, чтобы между ними не было недопонимания и разногласий, но я не думала, что всё будет именно так. С другой стороны, хорошо, что она узнала это сейчас и вот так, а не застукала его в обнимку с какой-нибудь служанкой.

– Он назвал меня уродкой, – улыбнулась Кени сквозь слёзы и шмыгнула носом, – и он прав. Я уродка. Посмотри на меня. Я ужасная, страшная, некрасивая. У меня большой нос, кривые брови, маленькие глаза. У меня щёки и тонкие губы. У меня даже пальцы кривые, представляешь? А ещё я толстая и неуклюжая.

– Это неправда, – повторила я спокойно, – ты очень красивая, Кенелим.

И это была правда. Передо мной сидела действительно красивая девушка. Она не была толстой и неуклюжей, как только что заявила. Худой и немного скованной, что объяснялось её излишней неуверенностью в самой себе. И её лицо было довольно милым, немного наивным, но красивым. Симметричным, с плавными чертами лица, изломанными бровями и тёмно-коричневыми, в цвет волос, ресничками, сейчас слипшимися из-за слёз. А пальцы… Кривые пальцы! Да как до такого вообще можно додуматься?!

– Это правда, – грустно отозвалась она, – а знаешь, кто действительно очень красив? Драконессы. И ты. Я бы хотела быть похожей на тебя. Ты можешь помочь мне в этом?

– Как? – Хмыкнула я, не воспринимая её слов всерьёз.

– Возьми меня под своё попечение. Научи быть красивой. У меня проблемы с внешностью и мне нужна помощь, – произнесла она с такой уверенностью, что на какой-то миг мне стало страшно.

– Единственные проблемы, что я вижу у тебя, связаны с твоей заниженной самооценкой, – просветила я её в ответ.

Кени резко подалась вперёд, ближе ко мне, и, почти касаясь моего лица своим, пьяно прошептала:

– Помоги мне!

Мне не хотелось ей помогать. Мне хотелось просто рассмеяться, а потом, если настроение не улучшится, пойти и набить наглую морду тому уроду, что обидел эту слегка сумасшедшую особу. А уже потом, исходя из нашей с ним «беседы», я, возможно, ещё и к обнаглевшему Правителю зайду! Выскажу ему всё, что я о нём думаю. Может быть, даже поугрожаю ещё.

– Как же я тебе помогу, глупышка? – Грустно вопросила я, глядя на неё со снисхождением и почти что безразличием.

Помочь нуждающемуся – это одно, но выслушивать подобные истерики? Извините, я не обязана этого делать. И я совершенно точно не буду делать то, что мне не нравится. Слушать её теперь – мне не нравилось. Куда лучше было, когда она дрожала от страха и смущения. Даже ничего было, когда она ревела. Но не теперь.

– Научи меня, – прошептала она, словно безумная, приближаясь ко мне всё ближе.

Страшно мне не было, лишь неприятно. Поэтому я, не предпринимая попыток отстраниться, безэмоционально ей велела:

– Отодвинься.

Отсутствие каких-либо эмоций и суровый голос – и люди уже выполняют то, что тебе нужно, зачастую даже не задумываясь об этом. Вот и Кени сейчас отодвинулась и села нормально, продолжая смотреть на меня с мольбой и отчаянием. А я сама невольно вспомнила Правителя и то, что он и сам проворачивал с окружающими нечто подобное, пугая их и заставляя делать то, что ему надо.

– Нет, – дала я ей свой простой и понятный ответ, – я не стану этого делать. Попроси кого-нибудь другого. Кого-нибудь из драконесс.

Хотя я уже сейчас могла с уверенностью сказать, куда и на какой срок они Кени пошлют за простую просьбу помочь ей стать похожей на них.

– Драконессы не подойдут мне, – покачала она головой.

– Почему? – скучающе поинтересовалась я, уже собираясь выпроваживать девушку прочь из своих комнат.

Но она заставила меня позабыть об этом, ответив очень спокойно:

– Потому что Правитель даже не взглянул ни на одну из драконесс, но привёл во дворец тебя.

Переведя взгляд от двери, на которую сейчас смотрела, я внимательно взглянула на ту, что сейчас казалась мне особенно безумной.

– Что ты хочешь этим сказать?

Кени пожала плечами, улыбнулась так, будто знала величайшую тайну, и ответила:

– В тебе есть что-то такое, чего нет ни в ком из других. И это что-то заметил наш Правитель, а потому и захотел тебя себе.

Логику в её словах я увидела сразу. Ведь дракон, когда явился к моему королю, не взглянул ни на одну из трёх его дочерей, ни на представленных его вниманию фавориток, ни даже на королеву. Его взгляд сразу пал на меня, а приказ отдать меня слетел с губ сам собой, будто дракон даже и не задумывался об этом.

Отсюда следует, что во мне действительно есть это таинственное «что-то». И я даже знаю, что именно. Уверенность, собранность и решительность во взгляде, спокойная уверенность в движениях и жестах, осмысленная оценка любой ситуации, быстрое принятие решений любой степени сложности. Ну, и выглядела я тоже очень ничего. Мне нравилось. А раз нравилось мне, то нравилось и всем остальным. Запомните, окружающие воспринимают вас так, как вы сами им себя показываете. Если вы смущаетесь, отводите взгляд, прячете себя, то на вас с большей вероятностью даже не посмотрят. Но если же вы чувствуете себя свободно, непринужденно и уверенно, можете не сомневаться: окружающие заметят вас.

Страницы: 1234 »»

Читать бесплатно другие книги:

«По средам и пятницам мама забирала мальчиков из школы в 12:30. Они всегда выходили последними. Поче...
Жизнь Михаила Пришвина (1873–1954), нерадивого и дерзкого ученика, изгнанного из елецкой гимназии по...
Оксана Миргородская принадлежит к старинному роду чувствующих – тех, кто воспринимает мир на уровне ...
Евгению очень "повезло" с соседкой сверху! Она затопила его квартиру, постоянно падает, все разбивае...
Потомственная ведьма Весения после новогоднего бала узнает, что ее приворожили, и теперь влюбиться о...
Мир будущего. Многие хотели бы попасть в него. А если против собственной воли? Да еще, вместо реальн...