Отчаянная помощница для смутьяна - Свободина Виктория

Так там меня обследовали, и оказалось, что здоровье у меня отменное, никаких проблем. Доктор еще, похоже, явный любитель девушек в теле, посоветовал моей маме не заниматься ерундой и оставить меня в покое. Да… было это года три назад. Сейчас же все изменилось в худшую сторону. И дело тут не только в моем внешнем виде. Я слишком во всем доверилась Андрею, переложив ответственность за свою жизнь на него, а до этого почти за каждым моим шагом следили родители – поздний единственный ребенок, любимица. Я всегда была вкусно накормлена и балована сладким. Меня никогда ничего не заставляли делать по дому, все возможные проблемы решали до того, как они вообще возникнут. В школе мне удалось немного наверстать упущенное и получить немного самостоятельности. Правда, по совету родителей дружила только с хорошими девочками заучками, и сама, в общем-то, такой была. Никаких бурных страстей в школе не пережила, тихо мирно закончила ее с золотой медалью. Затем университет… тоже с красной коркой, и хорошее теплое место по знакомству в большой известной компании. Вышла замуж. Все, казалось бы, жизнь удалась.

Еще раз с отвращением посмотрела на себя в зеркало. Вернулась в ванную, высушила голову, вышла. Спать не хочется. Есть наоборот снова хочется жутко, но не буду. Зашла в спальню, достала блокнот, ручку и села на кровать. Заголовок выела пафосный вверху страницы – «План моего изменения». Пункт первый. Выделила жирным. «Похудеть». Пункт второй. Тут я зависла, задумавшись, как лучше написать. «Стать независимой, самостоятельной и непредсказуемой». Да, именно непредсказуемой. Вся моя жизнь всегда была тщательно распланирована, везде лежат подушки безопасности. Но стоило только случиться чему-то плохому – измена Андрея, и я поняла, что живу в карточном домике, да, тщательно выстроенном, но готовом в любой момент рассыпаться, и рассчитывать теперь нужно только на себя. Надо самой разрушить окончательно этот домик и выйти, наконец, в большой мир, в котором тысячи дорог и вольный ветер… так, что-то я опять в пафоса навожу. Пункт третий. «Найти себе нового хорошего мужчину». Подумала, подумала и зачеркнула. Не нужен мне сейчас мужчина. Это тогда вновь все по кругу – встречи, свадьба, дом и кухня. Да и после Андрея, мне кажется, я вообще не смогу на мужской пол смотреть.

Стало чуть легче. Завтра начну разрабатывать и уточнять первые два пункта. Нужно будет внести уточнения. Резко я свою жизнь не поменяю и сама не изменюсь, но надо будет постоянно над собой работать. И главное – перестать уже столько есть. Ничего, я человек неглупый, найду способы, как добиться результата. Вот только силу воли откуда взять? Тем не менее, твердо решила. Стану худой, стройной, красивой, независимой и буду жить на полную катушку. Андрей себе еще все локти обкусает, что променял меня на другую.

Утро. Плотный завтрак. Ну… меня сегодня целый день не будет. Надо подкрепиться. Пришел мастер, сделал свою работу. Теперь у меня новый замок. Я счастлива до неприличия. Насыпала коту побольше еды и воды подлила, хотя если надо, Себа и в туалет у меня может забраться, чтобы попить – в этом плане не гордый. Сколько уже пыталась отучить от этой дурной привычки – не получается. Вообще, у моего кота характер почти как у мужа…

Приехала на работу, а там… трагедия. Как раз обед все наши в кафе собрались. Впервые вижу, как Марина плачет навзрыд, размазывая по щекам тушь. Марина не одна такая. Еще пара красивых девиц тоже выглядят весьма расстроенными.

– Что там? – полюбопытствовала я у своей соседки по столику Ирины.

– Да, Радов этот бушевал сегодня – как к нему кандидатки потянулись, так и началось. Не знаю, что там с Мариной, но вон ту брюнетку вообще в одном нижнем белье выгнал из кабинета. То ли так подшутил, то ли она решила раздеться, чтобы доказать свою профпригодность. Радов орал страшно после прихода третьей кандидатки. Скандал еще тот получился. Андрей Александрович мужик, конечно, красивый, но смутьян еще тот. И главное непонятно, что его не устраивает в кандидатках? Недостаточно красивые, что ли? Или к китаянкам привык?

– А сам он не говорит, какая помощница ему нужна? – почему-то история с акционером меня заинтересовала.

– Не-а. Кричит только: «Дайте мне нормальную помощницу!» и все.

Я хмыкнула. И глубоко задумалась. А может тоже попробовать себя на должность помощницы этого Радова? Нет, вряд ли, конечно, он меня возьмет, да и на самом деле меня мое место вполне устраивает – сижу тихо за компьютером, ищу по резюме подходящих кандидатов на работу в нашей компании, приглашаю на собеседование, которое провожу уже не я. Приятно чувствовать себя эдаким охотником за головами. Однако на должности уже засиделась, особого ума она не требует, риска никакого, приключений никаких. Буду подыскивать себе новое занятие, а на собеседование к Радову схожу как на приключение. Небольшая встряска мне не повредит.

Интересно, Андрей Александрович на меня тоже наорет? На меня еще никто никогда не орал, впрочем, я тоже почти никогда не повышала голос. Это будет любопытный садомазохистский эксперимент. М-да. Надо сегодня идти, а то передумаю.

– О чем задумалась? – полюбопытствовала Ирина.

– Да вот тоже, наверное, схожу сегодня на собеседование к Андрею Александровичу.

Ирину удивленно округлила глаза.

– Зачем?!

– Ну… мне кажется, что в перспективе я вполне нормальная помощница, – которой просто отчаянно необходимо почувствовать себя живой.

Когда пришла в свой отдел, подошла к девушке, которая занимается внутренними переводами сотрудников и подбором помощника для Радова в частности. Записалась на собеседование к Андрею Александровичу и пошла к своему непосредственному начальнику отпрашиваться на данное мероприятие. В итоге к трем часам о моем небольшом развлечении узнали все кому не лень. Меня реально отговаривали… не позориться, аргументируя тем, что такую, как я, Радов себе в помощники не возьмет. Такому ведь, как Андрей Александрович, нужна тощая красивая модель, и это точно не я.

Со мной увязалась целая толпа коллег с телефонами, чтобы «поддержать», а на самом деле запечатлеть мой фееричный вылет из кабинета Радова и выложить на неофициальный сайт компании. Да, добрые у меня сослуживцы. А я со спокойной душой, наслаждаясь возникшим вокруг меня ажиотажем, поднимаюсь на лифте почти на самый верх. Говорят, Андрею Александровичу после приезда выделили новый кабинет, на пару этажей повыше, и наделили большей ответственностью, поскольку в Китае он очень хорошо себя показал.

И вот я у кабинета с красивой деревянной дверью, мне дают какие-то нелепые советы коллеги. Советуют, в какую позу лучше встать, чтобы показать себя в наиболее выгодном ракурсе, но все это больше похоже на насмешку. Захожу, быстро оглядываюсь. Кабинет действительно большой, красивый, мебель из стекла и натурального дерева насыщенно-коричневого цвета. Мне нравится. Довольно уютная и современная приемная. Сюда бы еще зелени… так, не о том думаю. Надо же, уже решаю, куда горшки с цветами ставить. Постучалась в дверь кабинета, получила разрешение войти, сказанное бархатным мужским голосом с легкой хрипотцой. Зашла, узрев сидящего за столом мужчину. Слухи не врут, Радов действительно очень хорош собой, куда симпатичнее моего мужа, который тоже считается красавцем. Радов смотрит на меня с какой-то опаской. Подхожу ближе.

– Здравствуйте, Андрей Александрович. Меня зовут Ксения Михайловна, – замолчала, не зная, что еще сказать. Дело мое уже заранее принесли из кадров.

Радов долго молчит, сверля меня изучающим взглядом.

– Так, Ксения Михайловна, признавайтесь, раздеваться планируете?

Удивлённо округлила глаза.

– Нет.

– Уже хорошо. Соблазнить меня планируете? – Радов произносит свои вопросы с очень серьёзным лицом, хотя все происходящее больше похоже на шутку. Где я и где этот красавчик, он на меня даже не посмотрит, да мне и не надо.

– Нет.

– Замечательно.



Читать бесплатно другие книги:

Заключительная часть трилогии «Три метра над небом» Федерико Моччиа. Главный герой Стэп, в прошлом уличный хулиган, р...

Самовлюбленность, вечное «мне, мне и мне», невероятная заносчивость, бесконечные манипуляции – вот он, типичный нарци...

Если любовь безответна, если она стала мучением и не дает дышать, то есть лишь один выход. Отправиться к тому, кто сп...

История одного детского невроза с погонями и перестрелками в декорациях предвоенной Вены.

...

Серебряный век – образное название в истории русской поэзии конца XIX – начала XX века. Это была «одна из самых утонч...

Целая жизнь – длиной в один стэндап.

Довале – комик, чья слава уже давно позади. В своем выступлении он лавируе...