Опасные любовные связи - Болдуин Ким

Опасные любовные связи
Ким Болдуин

Ксения Алексу


Элитные оперативники #1
Домино – наемник-оперативник из элитного подразделения, где нет места страху перед опасностями. Всю свою жизнь ее обучали бороться с террористами и оставаться незаметной, смешиваясь с праздной толпой. Она опытна и может сыграть любую роль, необходимую для достижения ее цели. Она живет по принципу: цель оправдывает средства. Но ее последнее задание, где она должна исследовать деятельность журналистки по имени Хэйли, окажется настоящей проверкой не только ее навыкам, изобретательности и храбрости, но и преданности. Потому что на сей раз она окажется перед непростым выбором между преданностью своему подразделению и любовью.

Первая книга в романтической серии «Элитные оперативники».





Ким Болдуин, Ксения Алексу

Опасные любовные связи








Издательство SolidBiz.ru издает лесбийские романы, детективы, триллеры, фантастику, научную фантастику, эротику и общую лесбийскую беллетристику.




Пролог



Стамбул, Турция. Двенадцатью годами раньше

Пот стремительными каплями сбегал со лба Домино и застилал глаза едкой пеленой. Уже четыре дня Домино провела в душной комнате перед завешенным окном с видом на отель, где расположился Хамад Омар Хасан, основатель террористической группировки, которая изрядно досаждала силам США и ООН в его родном Кувейте. Официальные власти уже выследили его, но не доставало формальных оснований для ареста, поэтому Организации Элитных Наемников было дано задание нейтрализовать его.

Несмотря на ужасную усталость, после череды бессонных ночей, она следила за каждым его движением в телескоп. Годы тренировок научили Домино отсекать любые отвлекающие факторы, которые могли нарушить нормальный ход операции. Это было ее первое боевое задание по разведке наблюдением, поэтому ничто не должно было ускользнуть от ее взгляда. На часах было тысяча четыреста – два часа дня – у Хасана время послеобеденного отдыха. Вот и сейчас он лежал на софе.

Один из его людей стоял у окна, наблюдая за происходящим на улице, – таков был его, часового, ритуал долгостояния.

Домино проследила за его взглядом, устремленным тремя этажами ниже, в сторону стамбульского Большого базара, где сновали туристы, в поисках кошелок и ковриков, цветастых местных тканей изысканного плетения, редких сувениров ручной работы или побрякушек, в изобилии предлагаемых тысячами торговцев и магазинов. Все покрывала пыль, взметенная в воздух шумным полуденным движением.

Напротив отеля остановилась черная Audi, четырехдверная, одна из последних моделей. Она выделялась среди других машин в городе, большинство которых были или ветхими представителями более старших модельных линеек, или роскошными на момент выхода, но уже никуда не годными. Постовой у окна связался с кем-то по мобильному, одновременно продолжая наблюдать за происходящим на улице. Водитель машины, как оказалось, тоже говорил по мобильному. Ну, неужели сукин сын наконец выдвинется из отеля?

Охранник разбудил шефа, еще кто-то из его людей замотал у Хасана на голове тюрбан, такой же черный, как его борода. Если приехавший на машине, не поднимается к Хасану, значит, тот спустится сам. Домино достала сотовый и набрала.

– Занимайте позиции. Кролик вылезает из норы.

Три кувейтца направились к двери.

Она отставила телескоп, потом надела длинное мусульманское платье поверх своей одежды и закрыла лицо хиджабом. Вышла на улицу, села на заднее сидение неприметной, старенькой легковушки, за рулем которой был кто-то из своих, тоже одетый соответствующим образом. Мусульманская женщина не может просто так сесть в машину к западному человеку и не привлечь внимания. Третий наемник ОЭН ехал где-то недалеко впереди.

Домино шла к этому моменту через годы тренировок, боли и отказа от личной жизни. Она должна была держаться в тени, следовать за целью, получать и передавать новые данные об обстановке. Никто не должен был заметить местную женщину.

Они почти час ехали в оживленном потоке, и участвовавший в операции мужчина проклинал необходимость останавливаться перед пешеходными переходами. Домино старалась оставаться сосредоточенной. Они достигли Эсенйюрта, когда позвонил оперативник, находившийся в машине впереди. Хасан вот-вот выйдет.

Они остановились. Не терять цель! Она взяла пару прозрачных полиэтиленовых пакетов с фруктами и овощами, вышла из машины, подождала, пока преследуемый поравняется с ней. Улица была забита из-за расположившегося здесь рынка.

У Домино между грудей пробежал ручеек пота. Как женщины, одетые во все это, выдерживают такую жару? Сконцентрируйся на задании, и ты не почувствуешь жары.

Как оказалось, цель здесь – чтобы сделать покупки. Домино следовала за ним, не обращая внимания на смрад нескончаемой сгущающейся толпы и перезрелых подгнивших фруктов. У одного из прилавков Хасан лениво указал на самый спелый арбуз, который потом нес кто-то из его людей. Они прошли ряд насквозь и свернули в одно из турецких кафе, обещавшее кондиционер, кофе и лукум. Хасан расположился за столиком у большого окна, выходившего на рынок, и стал смотреть на прохожих.

Приятная прохладная тень от колонны ближайшей мечети тоже была выгодной позицией. Оттуда Домино сообщила по мобильному:

– Кафе «Лукум», это в конце рынка. Кролик, похоже, устроился.

Не прошло и десяти минут, как окно кафе разлетелось вдребезги. Кто-то из оперативников ОЭН выстрелил с балкона дома напротив.

Первая пуля пришлась мимо. Один из людей Хасана встал, заслоняя босса, и получил вторую в ухо. Кровь плеснула наружу и потекла вниз по шее прежде, чем охранник упал. Как мог наш оперативник промахнуться? Бывает. Не теряй концентрации.

Откуда-то слева от Домино прозвучал еще один выстрел, и сотрудник ОЭН грузно упал с балкона прямо на улицу. Черт, неужели, убит? Стрелявший выкрикнул что-то на арабском, Домино разобрала только имя Аллаха. Твою мать. У него еще люди, на улице.

Теперь Хасан и оставшийся охранник открыли стрельбу изнутри кафе, и, похоже, им было наплевать, скольких они ранят или убьют. Гражданские попадали на землю, закрывая головы руками; люди кричали, рассыпаясь по укрытиям, которыми стали прилавки рынка. Женщина, застреленная у входа в кафе, лежала на пыльном тротуаре, ребенок плакал в ее руках.

Звучали выстрелы, а внимание Домино приковала к себе маленькая девочка, которая никак не могла освободиться из-под мертвого тела матери. Она встанет и окажется прямо в центре всего этого. Оценить обстановку и предпринять разумные действия. Их оставалось двое против, бог знает, скольких еще, а у Домино даже не было ствола. Кто-то из людей Хасана поливал огнем другого ОЭНовского оперативника, а девочка направлялась прямо поперек линии огня.

Домино встряхнулась, приводя себя в чувство, и достала нож из голенища сапога. Она бесшумно подкрадывалась к стрелку, убившему их оперативника. Он все еще палил из-за дерева. У Домино зашумело в голове от выброса адреналина, и пульс заглушал даже звуки выстрелов. Ее сердце отбивало такой бешеный ритм, что на секунду ей показалось, оно могло выдать ее.

Ее рука с ножом будет действовать бесшумно и быстро. Домино была уже позади стрелка, она схватила его за волосы и отвела назад голову, точно рассекая сонную артерию. Он рухнул на землю, словно каменный. Уверенным движением она вернула нож в потайной футляр, а МП5, из которого стрелял убитый ею боевик, спрятала под платьем. Домино направилась в сторону кафе – сквозь летящие пули и толпу паникующих горожан.

Еще оставался один оперативник, у которого, скорее всего, уже выходил весь боезапас. И они должны были завершить операцию, она должна была показать себя. Не сомневаться. Ты можешь. Помни, чему тебя учили.

И хотя Домино была сконцентрирована на окне кафе, она заметила девочку, стоящую на коленях подле убитой матери, девочка плакала, а над ее головой летели пули. Увиденное подталкивало Домино вперед, наперерез линии огня, мимо турецкой полиции, вязавшей всякого местного – неважно какой национальности. Она должна была действовать. Немедленно. Не раздумывай. Будешь раздумывать, закрадутся сомнения. Тот, кто сомневается, едет домой в цинковом ящике.

Домино, надеясь как можно незаметнее обойти кафе, пробралась к нему сзади. Там она обнаружила окно туалета. Повесив автомат на плечо, она подпрыгнула, ухватилась за верх рамы и подтянулась. Попав в уборную, в нерешительности положила ладонь на ручку двери.

Нет права на провал. Она сделала глубокий вдох, фокусируясь на том, чтобы не допускать до сознания звуки выстрелов за стеной, плач маленькой девочки и крики людей.

Она привела автомат в боевое положение, и ударом распахнула дверь. Хасан и его человек укрывались за перевернутым мраморным столиком и палили во все, что движется. Домино прицелилась из-за угла и спустила курок, затем вышла из укрытия. Она стреляла очередями, пока все не стихло, пока не стало некому ответить ей огнем.

Хасан и его охранник лежали безвольно один на другом, на полу, усеянном гильзами и брызгами крови. Или это был арбуз… или то и другое?

Как в тумане, Домино бросилась к туалету, швырнув автомат, и скинула хиджаб и маскировочную мусульманскую хламиду. Она должна была выглядеть как потерянная и напуганная американская туристка, потому что стрельбу учинили люди в мусульманских одеждах. И если бы такие же были на ней, полиция задержала бы ее раньше, чем Домино прошла рыночный ряд до середины.

Она подтянулась, так же, как когда влезала в окно, и висела на согнутых руках, снаружи, собираясь спрыгнуть, как вдруг какой-то мужчина закричал и указал на нее. Он был метрах в пятнадцати от нее и кричал ей на арабском:

– Ни с места!

«Antezer kef!» – это был мужчина в мусульманской одежде и с винтовкой – еще один боевик Хасана.

Чертыхаясь про себя, Домино отпустила руки. И, едва она оказалась с противником лицом к лицу, он выстрелил. Пули угодили в стену в считанных сантиметрах от головы Домино, а она вытащила из голенища нож. Пригнувшись, метнула его.

Не произнося ни слова, смотрели они, оба, как расползалось алое пятно по груди боевика. Он поднял, было, и направил на Домино винтовку, но в тот же момент осел на землю. Домино подбежала к неподвижному телу и вынула из его груди свой нож. Она хотела заправить волосы за ухо, но замерла, увидев кровь боевика на своей руке – и собственная рука на мгновение показалась ей чужой.

Где-то неподалеку все еще звучали выстрелы. Домино игнорировала шум и происходящее вокруг. Начисто вытерла руки об одежду боевика. Достала мобильный, чтобы связаться с последним уцелевшим оперативником.

– С кроликом покончено, – сказала Домино ничего не выражающим голосом.




Глава первая



Мальта. Наши дни

До рассвета оставалось еще около часа, поэтому на сонных улицах мальтийской столицы, большого портового города, этим июньским утром было пока сравнительно немноголюдно. Лишь некоторые занимали свои рабочие места. Конечно, это были пекари, рыночные торговцы, работающие под открытым небом, и рыбаки, вернувшиеся после ночи работы, когда они ставили свои сети, в теплой лазури Средиземного моря. А в соборе Св. Иоанна пятеро священников готовились к воскресной мессе.

Громадный собор XVI века был главной достопримечательностью Валетты, его величественный барочный интерьер, включающий бесценные произведения искусства, привлекал множество туристов, а, вдохновленный им, сам Вальтер Скотт признавался в свое время, что собор Св. Иоанна – самое прекрасное место, из всех, которые ему довелось увидеть.

Старший из сановников прошел по пределам, меняя поставленные в молитве свечи, а потом замер, благоговейно оглядывая высокие стены собора, украшенные витиеватой резьбой по мрамору, и пол, хранивший под собой могилы знаменитых рыцарей.



Читать бесплатно другие книги:

Ася Калиновская посвятила свою жизнь медицине и педагогике: в семнадцать лет закончила медицинское училище, а позднее пр...
Все знакомые с процессом развития Творческого объединения литераторов газовой промышленности по произведениям его участн...
Ася Калиновская посвятила свою жизнь с 15 лет медицинской работе. Среднее образование – диплом фельдшера - дополнился ди...
Сплошные беды сваливаются на главного героя авантюрного романа «Найти то…»! Сначала – полная амнезия. Осмотрев себя, гер...
«Пойти туда» – остроумная и увлекательная история одного отпуска, во время которого главный герой Игорь не столько отдых...
Новая экспедиция в мифологическую Грецию неуемного фантазера и выдумщика Фреда Саберхагена приносит бесценный трофей: ме...