Тень Земли - Ливадный Андрей

При правильных настройках они легко вводили в заблуждение фокарсианских бойцов, чье восприятие смещено в инфракрасный диапазон.

Под прикрытием ложных целей Илья ринулся к обрыву. Двоих снайперов он снял, а оставшиеся ему пока не угрожали. Выжившие ашанги замешкались: внезапное появление десятка «людей» привело их к мысли о засаде – недавние события заставляли так думать, и они мгновенно рассредоточились по доступным укрытиям, в то время как Стужин достиг края рухнувшего перекрытия, зацепил карабин троса за кусок ржавой арматуры и уже спускался по отвесной растрескавшейся стеклобетонной стене.

Пятьдесят метров вниз, отталкиваясь ногами, едва придерживая устройство скольжения, которое начало дымиться на последних мгновеньях стремительного спуска, и сразу же – рывок, освободивший фиксаторы карабина.

Тихий гул механизма экипировки, автоматически сматывающего трос, резанул по натянутым нервам, но его заглушили иные звуки: дробный перестук выстрелов, разрозненные разрывы – сигнатуры маскирующих устройств гасли одна за другой, еще немного – и ашанги поймут, как жестко их провел человек.

Илья бегом припустил к ближайшим руинам, где фоновое тепло, обилие металла и густая растительность надежно скроют его от обнаружения, заскочил в полуразрушенное здание, сгоряча отмахнулся от хищной разновидности лиан, потянувшихся к нему из тьмы, и вжался в простенок подле просевшего, перекосившегося дверного проема, напряженно внимая показаниям имплантов.

В неярком лунном свете на краю обрыва появились фокарсиане.

«Преследовать не станут». Эмоции захлестнули вихрем, сердце билось часто, дыхание рвалось.

«Надо выходить из форс-режима… Долго не продержусь, опыта мало, да и незачем…» Последняя мысль вдруг резко поблекла, словно выцвела: он заметил, что ашанги один за другим начали стремительно спускаться вниз!

«Вот же привязались, твари!» – Илья не выдержал и открыл огонь из гущи растений, целясь по показаниям датчиков.

Султанчики белесой пыли вырвало из отвесной стены. Трое фокарсиан полетели вниз, четверо успешно продолжали спуск, наверху показались новые силуэты бойцов, вдруг издалека ударили снайперы с двух «высоток», используя крупнокалиберные импульсные системы вооружений.

Стену над головой пробило навылет. Лианы, подбиравшиеся сзади, отпрянули, помещение наполнилось едкой гарью. Стеклобетон, испаренный попаданием, превратился в частички сажи. Илью контузило, на миг погасло сознание, он пошатнулся, но устоял на ногах.

«Фрайг!..»

Сзади обвал, тупик. Впереди враг. В стороны от входа уводят глубокие извилистые овраги, петляющие между оплывшими холмами руин. Неподалеку протекает речушка, в низинах сыро, изредка в старых воронках попадаются озера темной затхлой воды. Местность Илья изучил неплохо и, к своей досаде, понимал: надежных укрытий тут нет, а единственный заметный издалека ориентир – комплекс орбитального лифта.

«Там, кстати… и держать оборону удобно!..» После полученной контузии мутью накатывала дурнота, подташнивало, окружающие предметы внезапно теряли четкость очертаний. «Только не тормози… двигай… направо…» – постегивал себя Стужин, страшась вновь потерять сознание.

Выскочив наружу, он едва не столкнулся с ашангом, рефлекторно полоснул очередью, еще один фокарсианин атаковал его сбоку – стремительная тень метнулась наперерез, сбила с ног, сипло ударил «бионик», но ничего, экипировка выдержала, да и иглы прыснули неточно, лишь одна задела вскользь, оставив едкий, разящий токсином грязновато-зеленый след на легкой композитной броне.

Он встретил врага ударом ноги. Фокарсианин попался на удивление хлипкий. Его не окрепший после недавней линьки хитин треснул, брызнула кровь.

Илья вскочил, подобрал оброненную «Грозу», пошатываясь, отбежал от места схватки за первый поворот оврага. Если б не ограничения, накладываемые тиберианцами на экипировку и вооружение испытуемых, он бы встретил ашангов почти на равных!

Невдалеке ударили выстрелы, взвыла стая диких псов, затрещали ветви, а он, переведя дух, побежал дальше, на ходу восстанавливая работу засбоившего после контузии расширителя сознания, считая нечеткие мерцающие маркеры, обозначавшие обнаруженных фокарсиан.

Те сцепились со стаей голодных диких собак, что немного задержало преследование, но все равно дело дрянь. За ним в погоню пустились с полсотни чужих. Есть ли засады на пути – неизвестно.

Он бежал, не оглядываясь, не пытаясь остановиться и дать отпор. Подходящих позиций Стужин не видел, а умирать молодым не собирался. «Доберусь до башен гравилифтов… там узкие тоннели… уравняют шансы», – лихорадочно проносилось в голове.


* * *

До комплекса орбитального лифта Илья добрался едва живой. На протяжении трех километров пути ему дважды приходилось вступать в короткие перестрелки с преследователями. Ашанги упорно пытались его нагнать, пользовались в основном «биониками», из трофейного оружия целили только по ногам.

На экипировке уже не осталось живого места. Композитные пластины, вшитые в ткань, посекло иглами, лохмотья легкого камуфлированного бронекомбинезона цеплялись за колючки низкорослого кустарника, осложняя и без того нелегкий бег по руинам.

Фильтры в дыхательной маске он поменять не успел, и метаболический имплант буквально выжигал силы, нейтрализуя смертельное воздействие токсинов, игнорируя последствия контузии, а они проявлялись все сильнее, резче.

Оврагов стало больше. Бывшие улицы будто ручейки вливались в широкий разлом проспекта. Кое-где на высоту в десять-пятнадцать этажей вздымались здания, некоторые вырывались еще выше, но все равно казались приземистыми, незначительными на фоне дюжины башен, образующих плотный кольцевой периметр.

Проспект начал ветвиться. В лунном свете многочисленные дорожные развязки выглядели как творения скульптора-сюрреалиста. В большинстве обрушенные, фрагментарные, они закручивались разорванными спиралями, тянулись к многоуровневым парковкам, но не доставали до них, щерились огрызками арматуры, постанывали на ветру, издавая протяжные скрежещущие звуки.

На паркингах теснились ржавые корпуса машин. До войны миллион человек в сутки пользовались услугами орбитального лифта.

Илья бежал из последних сил. Кровь глухо пульсировала в висках. Ашанги уверенно сокращали дистанцию, он сумел оторваться от них едва ли на сотню метров, но теперь шаг за шагом терял и это минимальное преимущество.

Расширитель по-прежнему сбоил. Антигравитационные шахты, в прошлом доставлявшие пассажиров до уровня первой посадочной площадки, то расцветали в ночи огненными прожилками сигнатур, то вдруг темнели, обретая материальность обветренного, покрытого разводами минеральных солей, местами потрескавшегося, опаленного давними взрывами стеклобетона.

Остаточная энергоактивность в цепях питания никакого оптимизма не внушала. Комплекс, конечно, строили на века, многие аварийные подсистемы функционируют до сих пор, но толку-то от них?

Заметив хорошо сохранившийся путепровод, Стужин резко свернул, задыхаясь, с надрывом миновал два витка «серпантина», чувствуя усилившуюся резь в груди.

Очередной приступ тошноты и головокружения заставил остановиться. Присев под защитой массивного, но невысокого ограждения, покрытого амортизирующим пенопластиком, он взглянул вниз.

Фокарсиане уже совсем близко. Вон их силуэты мелькают между нагромождениями мятых сгоревших флайкаров.

Зрение плыло. Реальность теряла очертания, но внезапное включение расширителя, сопровождаемое острой вспышкой головной боли, прояснило рассудок.

Стужин поймал этот миг, прицелился. Длинная очередь вспорола сумрак, фигуры внизу заметались, двое фокарсиан остались корчиться в грязи, остальные ответили на огонь, стреляя из-за укрытий. Странно они себя вели.

Вокруг засвистели иглы, несколько пуль вырвали куски массивного поребрика, резанув горячей бетонной крошкой.

Струйка крови из рассеченной щеки обожгла, заставила опомниться. Надо уходить глубже… Он вновь дал очередь, теперь уже не высовываясь, для острастки.

Беглый взгляд по сторонам. Короткий отрезок путепровода плавно изгибался, вливался в темный зев тоннеля.

Какой-то из технических входов? А не все ли теперь равно? Он припустил бегом, стараясь держаться центра широкого дорожного полотна, в мертвой зоне для находившихся ниже фокарсиан.


* * *

Только оказавшись внутри башни, Стужин понял, что сам себя загнал в ловушку. Метрах в десяти от массивных, открытых на половину хода ворот произошел обвал. Плотно спрессованные обломки стеклобетона наглухо запечатали тоннель.

Две двери располагались в стене у самого входа. Обе закрыты.

Он оглянулся. Ашанги уже во всю прыть неслись по короткому отрезку путепровода, но огня не открывали, даже «биониками» не воспользовались.

«Живым не дамся…»

Илья отстрелял по ним остаток патронов в магазине, резко рванулся к ближайшей двери, ударил в нее плечом, и та вдруг глухо завибрировала, открываясь. Мощный механизм, поддерживающий массивную бронеплиту, кто-то регулярно обслуживал. Не иначе технический серв, переживший десятилетия забвения? Ну точно! За невысоким порогом обнаружилось небольшое помещение, плавно расширяющееся входом в вертикальную шахту грузового гравилифта. В глубине дымчатой облицовки стен тлели россыпи алых индикаторов.

Он на бегу перезарядил стрелковый комплекс, одновременно считывая данные, поступающие от аварийных автоматических подсистем.

Недопустимо низкий заряд накопителей. Отчет о произведенном ремонте. Список требуемых запасных частей – автоматика обращалась к человеку, надеясь на его помощь, но куда там…

Сервомеханизмов он не заметил. Все технические ниши открыты. Наверное, рыщут в других башнях, выискивая замену вышедшим из строя узлам.

Илья заскочил в шахту гравилифта, вжался в закругляющийся простенок, с надеждой взглянул вверх. Тускло, прерывисто светились некоторые секции ускорителей и гравикомпенсаторов. Похоже, оборудование исправно процентов на семьдесят. Нет энергии.

Фрайг, что же делать?!

Выглянув наружу, он не заметил фокарсиан, те еще не успели ворваться в пультовый отсек, наверное, затаились у входа, готовясь к атаке, понимая, человеку теперь уж точно не ускользнуть!

Отчаянная мысль пришла в голову. Нет!.. Слишком рискованно! Разорвет ведь в клочья!..

А какие варианты? Через пару минут меня нашпигуют иглами с нейротоксином, парализующим мышцы, и возьмут живым. В ходе недавнего рейда тиберианцы отбили у чужих одного пленника. Стужин видел отчет в сети. Фокарсиане использовали человека как подопытного, отрабатывая на нем формулы новых токсинов.

«Уж лучше рискнуть, чем попасть в лапы к тварям!»

Он выщелкнул из креплений на поясе две энергоячейки. Слот для элементов аварийного питания располагался при входе в вертикальную шахту. Восстановить подачу энергии – дело нескольких секунд, но примет ли система приказ на включение гравилифта?

Держа вход под прицелом, Стужин попятился, вновь оказавшись внутри шахты.

Индикация в глубине полупрозрачной облицовки начала меняться, и в этот миг ашанги ворвались внутрь.

Илья похолодел. Внутри все сжалось. Стрелять нельзя, риск задеть аппаратуру слишком велик!

Он отдал мнемоническую команду. Незримая сила рванула его вверх. Последнее, что запомнил Стужин перед внезапной потерей сознания, были взрывающиеся кольца ускорителей и тела фокарсиан, разорванные неадекватной работой гравикомпенсаторов.

Это происходило далеко внизу…


* * *

Мглистый, но теплый вечер окутал землю.

Илья очнулся, резко привстал. Воспоминания о пережитом накатили и схлынули, оставив чувство неопределенности и железистый привкус во рту.

Импланты работали без сбоев. Ощущались слабость и головокружение. Он уже понял: прошли почти сутки с момента потери сознания. Система поддержания жизни не позволила ему очнуться прежде, чем были устранены последствия контузии и отравления токсинами. Синяки, ссадины, порезы и ожоги не в счет.

Он осмотрелся.

Тела трех фокарсиан, выброшенные вслед за ним на промежуточную площадку, валялись поодаль. Мертвы. Из горловины грузовой гравишахты все еще выталкивало едкий дым.

Вокруг простиралась захватывающая дух панорама. Волею обстоятельств он оказался на такой высоте, откуда обычные небоскребы (а их в окрестностях уцелело немало) выглядели маленькими.

Промежуточная площадка орбитального лифта имела форму пяти лепестков. В центре располагался огрызок срезанного сверхмощным лазером силового набора. Основную конструкцию рассекло и обрушило, вокруг высились огарки сателлитов, попавших под плазменные удары, да лохматилось сложное плетение прочных тросов. Некоторые, раскачиваясь под порывами ветра, скребли по выгоревшему остову аэрокосмического истребителя. Чуть дальше виднелись надстройки батарей противокосмической обороны, а уже за их периметром располагались обтекаемые каплевидные вздутия грузовых и пассажирских терминалов. Все разрушены в той или иной степени. Некоторые лишились облицовки и выглядели как скелеты.

Раньше площадки защищали энергетические купола, но теперь их эмиттеры не работали. Уцелевшие конструкции мелко вибрировали под постоянным напором ветра. Монотонное подвывание воздушных потоков создавало гнетущую обстановку.

Ветер внезапно усилился. Особенно мощный его порыв заставил комплекс двенадцати башен содрогнуться, взъерошил непрочно сидящую в креплениях обшивку одного из куполов, высек из нее резкий скрежещущий звук, приподнял, вырвал и закрутил в потоке трапециевидный сегмент – тот, вращаясь, пролетел над головой Ильи и врезался в ближайшую надстройку локационной системы.

Задерживаться на открытом месте опасно. Стужин защелкнул карабин страховки за сохранившее прочность переплетение балок, снова осмотрелся, сопротивляясь напору ветра.

«Спуститься с такой высоты проблематично», – подумал он, собираясь добраться до грузопассажирских терминалов. Там должны быть аварийные лестницы для эвакуации, на случай отказа автоматических систем.

Близился закат. У горизонта виднелся грозовой фронт, но небо над комплексом оставалось безоблачным. Первые шаги дались с трудом, однако ветер понемногу начал утихать, его порывы стали слабее.

Илья мог поступить двояко. Нарушить правила, подключить все компоненты личной наносети либо найти способ спуститься, остаться на маршруте.

Он сканировал частоты связи. Снаряжение для полевого выхода Стужин получал на базе тиберианцев. В его кибстек установили довольно примитивную версию коммуникатора, снабдили оружием, легкой броней, средствами защиты, а заодно установили ограничители работы имплантов.

Илья давно не задавал недоуменных вопросов. Планета, откуда родом экипаж «Тени Земли», расположена в глубинах гиперкосмоса. Там вообще не работают кибернетические устройства.

Щелкнул модуль связи. С высоты удалось засечь навигационные маркеры двух патрулей, но с призывами о помощи он повременил.

Вслух, конечно, никто ничего не скажет, вышлют флайбот, эвакуируют без проблем, но рейтинг понизят, маршрут не зачтут, а значит, заветная мечта станет чуть дальше.

Нет, после всего пережитого такой финал его категорически не устраивал. К тому же дух исследователя дал о себе знать. Илья не слышал, чтобы кто-то поднимался сюда за последние десятилетия. Устройства орбитального лифта считались нефункциональными. Уцелевшую промежуточную платформу бегло осмотрели лет тридцать тому назад.



Читать бесплатно другие книги:

Один из наиболее емких, пожалуй, романов в истории русской литературы. Кроме внезапно приключенческого сюжета книга пред...
В сборник включены пьесы-сказки для детей после двенадцати. В пьесе «Ванюшка» обыгрываются волшебные предметы из русског...
Эти игры начались вместе с появлением человечества. Но кем являются люди в этих играх – просто пешками или равноправными...
Данное пособие является вспомогательным материалом для подготовки к экзаменам, зачетам по дисциплине «Бухгалтерская (фин...
Господь не послал пророков наказывать и уничтожать неправедный мир, но Он послал их, дабы мир полюбил Его слово, которое...
Любое заблуждение приводит в тупик, болезнь и старость приводят к смерти, жестокость приводит к боли. Эта книга расскаже...