Берсерк забытого клана. Скрижаль Москаленко Юрий

Глава 1. Суета, одним словом

Люблю погружаться в раздумья лёжа в ванной, когда никто не мешает и тело начинает потихоньку просыпаться. Бонус получился из элементаля знатный и я задумался, как его так получше припрячь, что бы пользу выжать по максимуму.

Да просто. Маскируем объект лесами с мешковиной, закрывая строительство от глаз и готовим запас материалов. Песка там, кирпича… Короче всего, чего такого Калигуле понадобится. И просто ночью работу делаем, предварительно посадив рабочих на неразглашение. Можно даже взять и наложить заклятие какое-нибудь, наверняка что бы сработало и никто не брякнул лишнего.

С этим вроде понятно. Вон, за ночь отгрохали несколько санузлов на моём этаже с таракашкой. Вот блин зря его вспомнил. Прибежит скоро хвалиться и понты разбрасывать о крутости его работы с элементалем в качестве руководителя. Это стопудово!

Затем я не спеша перебрал в памяти свои элементарные задумки и определил ещё один источник дохода, как актуальный. Ну вот чем не бренд майонез изготавливать и продавать по империи? Да и кетчупа давно не ел. Ну и автоматом прибавим такую классную штуку в кулинарии, как томатную пасту.

А что? Вон, когда прадед с дедом спорили, то тот что помоложе утверждал о незаменимости этого продукта. Достаточно было в армии почистить лука, сдобрить пастой и пожарить. Голод утоляли тока на раз-два.

Ну а индустрия? Хм-м… Тут я просто гением получаюсь с бритвами теми же, костюмами модными и с прицелами. А уж про то, где я нахожусь сейчас и отмокаю? Так тут ваще крутизна, как я считаю.

Главное народ заинтересовать, а иначе получится как с Грохом. Типа, «…нафиг надо, отхожее место внутри варганить, ежели на заднем дворе всё готово и не пахнет…»

– Хозяина! Ну как тебе? – голос усатого деспота заставил открыть глаза. – Как наша сработала? Моя как думал? – начались деланные размышления на публику, для меня то есть. – Хозяина проснётся и радостная станет, как поплещется! Потома, хозяина начальникой снова станет, и подумает такой: «А не пора ли мне кушать, однака?» И закажет завтрак, вку-ус-ны-ы-ый! – продолжил таракан с предвкушением трапезы в тоне, даже причмокнул.

Я открыл глаза и приподняв брови домиком скосился на бортик ванной, где усатый расположился вальяжно, но поглядывал на воду с опаской. Ногу за ногу закинул, и просто лучится от гордости за свою прозорливость в услужении хозяину. Хм! Меня даже улыбка посетила. По идее, он прав, если так-то… Положа руку на сердце.

– Слышь, чудо усатое, – я обратился с иронией к рыжему. – А ты не лопнешь от важности и где, кстати Калигула?

– Неа! Моя даже от еды не лопается! – парировал Чукча, гладя животик сразу четырьмя лапками. – А твоя слуга теперича с тобой будет, – он указал мне в район шеи. – На постоянку рядом и перескакивать ко мне сможет, если позвать. Через много-много расстояний! – провёл деспот ликбез для меня, чем озадачил и заставил по иному взглянуть на своего таракана непонятного статуса.

Я инстинктивно хлопнул себя по обозначенному месту и нащупал кулончик на малахитовой цепочке. Отодвинул и присмотрелся. Им оказался изумруд оправленный в серебро и смотрящийся очень классно. Его словно делили две змейки, вцепившись зубами и обвив с двух сторон сразу. При этом, в глазницах рептилий хвостатых я увидел камни побогаче. Брильянты что-ли? Где их эти двое из ларца достали интересно мне знать?

Пришла дурная мысль проверить тот подарочек от Голицыных, до которого руки никак не доходят. Ох, чуйка меня не подводит последнее время. Не это ли самое мне подарили. А что? Всё возможно. Камешки дорогущие просто так не валяются. Да ещё и с серебром в комплекте. Но тогда почему перстень с цепкой молчат?

– Слышь, чудик? – я попытался сцапать его для допроса с пристрастием. – Стой, говорю! Ай… блин! Твою же…

Быль-б-л-бл…

Я вертонулся, подскользнулся и погрузился с головой в воду, неудачно уперевшись локтем. Когда вынырнул то усатый уже сидел на умывальнике и опасливо на меня таращился.

– Ты-то, с какого перепуга заделался хозяином элементаля? – я швырнул в агрессора мочалку, как раз под рукой оказавшуюся.

Шлёп! Попал, но уже не так удачно, и в Гришку, зашедшего с вопросом каким-то, и теперь стоящего в обалдении от приветствия такого, утреннего. А таракашки, кстати, уже нет. Смылся гадёныш.

– Привет Григорий, проходи уже, – я постарался стать добрым. – Хотя, ты и так уже прошёл. Стряслось что-то?

Молодой граф Распутин, смотря на меня в немом вопросе, не смог сразу вернуться к теме своего прибытия. Гришка так и стоит на пороге, продолжая глазеть на меня как на психа, сбежавшего из супер охраняемой больницы.

Придётся пояснять, пролить свет на нечаянность своих действий.

– Тут этот, рыжий и усатый сидел, – я указал на край умывальника. – Бросок не очень получился, так что – извини! Дружище, – расшифровал я свой неудачный манёвр с мочалкой. – Так, что там? Завтракать пора или как? Гришка? Ау? Ты тут, вообще?

Парень наконец-то вышел из ступора и сняв с крючка полотенце вытер лицо. Сложил его и повесил на место, действуя аккуратно, наверное из-за боязни возвращения моего гневного настроения. Но моё искреннее выражение дружелюбия произвело нужное воздействие на настрой друга.

– Там это, Феликс. Эм-м… Там граф прибыл с коробками какими-то, – он наконец заговорил. – Не, даже не с коробками, а с футлярами красивыми из дорогого дерева выделанными, – внёс он существенную поправку, чем заинтриговал меня окончательно.

Я хотел было моментально подняться, но вспомнил, что в ванной сижу.

– Гришка, дружище, – тут я стал говорить по деловому, – ты иди, завтрак закажи у госпожи Беллы, и Татищева предупреди, мол, что я пока домываюсь, – пришлось аккуратно озадачить делами и спровадить друга. – Да, пусть комнату себе пока выбирает, и к завтраку приходит в мой зал. Ты, кстати, обеспечь всех креслами и пару в запас организуй, – я заранее прикинул, что гости у нас будут частыми, и по утрам в частности, да и вообще. – Давай, а я скоро буду!

– Конечно, Феликс, – он даже обрадовался поручениям от меня прозвучавшим. – Конечно, всё сделаю! Будь спок! – показав на пальцах зайчика, типа «Окей!», он опять применил кусочек жаргона.

Налету схватывает незнакомые термины и выражения из моего мира.

Парень всё понял и ретировался, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Гришка вышел, оставив меня домываться, ополаскиваться и одеваться, наедине с мыслями о загадочных шкатулках, принесённых Татищевым. Прям нетерпение душевное разжёг такое, что я даже про узурпатора усатого забыл, с его выходкой очередной, это по поводу эксплуатации элементаля. Моего, Калигулы, кстати.

Наскоро завершив водные процедуры я покинул первый нормальный санузел этого мира, при этом обернувшись пару раз и проверив его реалистичность. Пришлось ущипнуть себя для убедительности. Мол, это не сон такой мне приснился, радужный.

Одевшись я вышел из спальни в общий зал своих апартаментов, который несёт функции официальной приёмной, и обеденной комнаты, и просто помещения для общения с друзьями и релакса. Все уже собрались, а на нескольких подносах я увидел разнокалиберные тарелки из серебра, не иначе, прикрытые высокими крышками, по форме полушарий.

Чай уже разлит в чашки по количеству сидящих за столом, напиток приятно пахнет и испускает струйки прозрачного пара. Все в сборе, кроме Роксаны, что мне кажется неестественным в свете прошедших пары суток, проведённых девушкой вместе с нашей компанией.

Мне сразу пришла мысль о чём-то случившемся ночью, страшном и, несомненно, чрезвычайном происшествии, даже боюсь представить конкретно какого, способного заставить девушку пропустить общий сбор. А ведь наша отважная подруга потом дуться будет, да ну и пусть. Как-никак, а Роксана у нас – это хоть и девчонка, физиологически, но с пацанским характером и поведением, аналогичным хулиганскому. То её не выгонишь, а то игнорить удумала!

Хотя, утренние занятия у неё наверняка насыщеннее, как и у всех представительниц прекрасного пола. Ну или, она банально отлёживается после всего случившегося в усадьбе у Шуйских и в лавке у Артура.

В камине лениво потрескивает пара полешек, хотя холода или иной причины, кроме как для эстетики, я не вижу.

– Утречка всем, кого ещё не видел, – я бодренько поздоровался, посмотрев на Татищева и Тимку, который старался по запаху определить, что скрыто под крышками в тарелках. – А что не начали трапезничать, ведь остынет же? – я отреагировал как и положено для себя.

– Ну, негоже без главы начинать, как-то неправильно это, – подметил Гришка.

Остальные кивком выразили согласие с Распутиным.

– Да ладно, – я отмахнулся. – А ежели бы я, вообще, до обеда плескался? Короче, если что, на будущее, не нужно меня до посинения и обморока голодного дожидаться, – я глянул на графа в первую очередь как на взрослого аристократа соблюдающего законы и традиции. – Тем более, что вы, Николай Фёдорович, даже не ночевали и наверняка всю ночь на ногах провели, не едавши.

Друзья посмотрели на меня с изумлением, точнее с лёгким недопониманием, но спорить в открытую по поводу законов этикета не стали. Ну и это уже хорошо.

– Эм-м… – Татищев вскинул бровь. – Я постараюсь, Феликс, хотя и не согласен с вами внутреннее.

– Уж постарайтесь, вы этим очень меня обрадуете, – настоял я на своём.

Я прошёл к своему месту, выбранному для меня так, чтобы видеть всех за столом, и только сейчас заметил такую классную вещь, виденную по телеку, как подставка для варёных всмятку яиц. Прям вот как в фильме каком-то. Даже специальная ложечка есть. Прикольно! Я неосознанно улыбнулся, что не ускользнуло от моих товарищей.

– Вас, кх-м, – граф кашлянул. – Прошу прощения, тебя Феликс, что-то развеселило? – заинтересовался Татищев, убирая крышку с основного блюда.

Я не смог сразу ответить, так как этим самым блюдом оказалась каша. Замаячила перспектива остаться голодным, ведь это произведение кулинарии я не ем лет с трёх. Фобия такая на любые каши образовалась.

– А-аа, нет, – я придвинул диетический продукт, а именно яйцо всмятку на ножке и постучал по его верхушке. – Просто давненько не встречал такой сервировки, – пояснил так, как в голову пришло. – Люблю такое на завтрак употреблять, вот только кроме кашки. Не ем её ни в каком виде.

– Напрасно, – граф искренне удивился. – Довольно вкусно и главное сытно!

– Ничего не могу с собой поделать, – посетовал я как можно сокрушённее. – Много раз пытался и всё бестолку.

В целом же, Татищева такой мой ответ устроил, а я проигнорировал основное блюдо завтрака и спокойно сварганил пару бутербродов с маслом.

– Феликс, барин, ты совсем странный, – заявил Тимка. – Такую вкуснятину и не есть? Я тогда слопаю и твою порцию! – добавил глава беспризорников и опечалился. – Нет, лучше с собой возьму.

Я моментально вспомнил о всех тяготах и лишениях перенесённых пацаном и о его ватаге беспризорников. Задумался о количестве голодных ртов и мне стало грустно.

– Не стоит, Тимофей! Скоро твои архаровцы голодать перестанут, – решился я на озвучивание другу одной из идей или её намётка. – Ты посчитай всех своих, а я попробую загрузить их работой. Думаю голодных точно не будет, да и возможность приодеться к зимушке появится.

Тимка удивлённо вскинул бровь, а затем глянул на меня с надеждой и немой благодарностью во взгляде.

– Барин, ты не шути только так вот, – произнёс он серьёзно. – Нельзя давать надежду тем, кто её потерял и не быть уверенным в исполнении задумок! – добавил поучительно глава малолеток.

Он задумался и опустив голову начал ковырять в тарелке ложкой.

– Ешь давай! Поверь мне, что всё будет как и говорено! – я попытался подбодрить его. – Надеюсь ингредиенты типа яиц и масла никто перепутать не сможет. Будут твои малолетки трудиться на фабрике, думаю уже к концу осени. Ну и за тепличками присматривать… – тут я задумался, прикидывая новые возможности.

Тимка оживился и активнее заработал ложкой, наслаждаясь обычной кашей, на которую я даже взглянуть не могу. Ну вот порода у меня такая дурная.

Все приступили к трапезе, не смея отвлечься на разговоры, хотя взгляды присутствующих красноречиво указывали на всеобщий интерес к принесённым графом шкатулкам. Не могу иначе назвать эти футляры, выделанные столь искусно, что хранить в них драгоценности я бы не постеснялся.

Я же задался правомерным вопросом: «Говорить ли о элементале товарищам, и если – да, то как это известие преподносить?»

Нет, то что этот секрет останется в тайне я уверен, однако сам факт появления у меня духа Земли может произвести на друзей любое впечатление. Мне же неизвестна реакция здешних аборигенов на такие повороты судьбы.

Тук-тук!

В дверь вежливо постучали.

– Да? – я отвлёкся на визитёра.

Друзья тоже посмотрели в сторону двери, прервавшись от трапезы.

Вошла девушка, одетая скорее в униформу, чем в платье. Я такие видел на старинных фотках у бабушки, в школе когда она обучалась и где были все одинаковыми. Ну не прям один в один, а приблизительно и с некоторыми изменениями, типа кокошника белоснежного и ещё некоторых незначительных деталей.

Она выразила приветствие лёгким поклоном с приседанием. Ну не знаю я, как он называется у аристократов.

– Разрешите, я заберу пустую посуду и приборы? – спросила и застыла в дверях. – Может ещё чего изволите? Я немедленно принесу.

Я посмотрел на опустевшие тарелки у друзей и разрешил ей выполнить свои обязанности.

– Да, конечно. Пожалуйста убирайте, – я высказал согласие и жестом пригласил горничную пройти. – Мы как раз закончили завтракать. Почти, – добавил я оценив Тимку, с наслаждением лакомившегося вареньем.

– Милая, принесите нам кваску и ещё чая, – поправил меня Татищев, тоже обратив на сорванца внимание. – Будьте столь любезны.

– Конечно, как вам будет угодно, – она опять выразила почтение лёгким приседанием с поклоном.

Девушка в кокошнике убрала пустые тарелки и расстроилась, видя нетронутое мной блюдо утреннего рациона, но перекочевавшее ближе к Тимке.

Горничная ничего не спросила, однако по всем внешним признакам стало ясно, что в ближайшее время госпожа Белла получит доклад о происшествии, чрезвычайном для местной кухарки. Ладно, поясню им потом, что да как.

Когда первые позывы утреннего голода утолили и все расселись более вальяжно, наступил момент для начала общения, попивая чай и принесённый квас местной предупредительной горничной госпожи Беллы.

– Так что же вы нам такое принесли, уважаемый Николай Фёдорович? – я решился на озвучивание всеобщего интереса, уже не скрываемого ни кем. – Не томите, продемонстрируйте нам, граф. Никогда не поверю, что вы провели бессонную ночь без пользы. Наверняка контроль вели какой-то. А? Граф?

Гришка с Тимкой оживились, собственно, как и сам Татищев, который словно ожидал от меня этого вопроса.

Граф медленно снял шитую вензелями, белоснежную салфетку, которую перед завтраком заправил за воротник и встал, расправив несуществующие складки на бузупречной одежде.

Затем он медленно прошёл мимо камина к небольшому столику, несущему функции журнального или декоративного, и встал рядом с ним, положа руку на футляры. Николай Фёдорович просто излучает гордость всем своим видом.

– К-хм! – Татищев кашлянул готовясь к пояснениям с демонстрациями.

Мы, естественно, развернулись к нему и приготовились внимать моему мудрому поверенному в делах.

– Итак, я пожалуй начну с самого интересного, и продолжу поочерёдно знакомить вас, уважаемые друзья, с новинками, получившимися в результате конструкторской мыследеятельности нашего дорого Феликса Игоревича, – начал граф проникновенно.

Я принял его посыл с благодарным взглядом.

– Граф, ну вы и свои заслуги не забывайте! Без вашего старания вряд-ли, что-нибудь получилось бы так скоро! – парировал я его слова. – Давайте продолжим без лишнего пафоса и официоза! Уж больно интрига сильна, – я выразил и общее настроение друзей. – А?

Пока я говорил, Татищев взял со столика самый малый футляр из всех ожидающих очередь для демонстрации.

Кстати, не заметить руну или символ с моего именного, теперь, перстня Рюриков просто невозможно. Она прямо сияет позолотой и я не без основания заподозрил о использовании в отделке и украшении шкатулки настоящего сусального золота. Слышал о таком, но никогда в жизни не встречал.

Повертев коробочку так, чтобы мы насладились моментом, Татищев подошёл ко мне, как к виновнику и открыл её.

– Вот! – с этим восклицанием он вытащил предмет моих мечтаний.

Рука сама потянулась к щетине на подбородке и я взял в руки первую безопасную бритву. Шедевр! Даже нарезка от скольжения на ручке выполнена в виде цветочков, листочков и хитросплетений веточек замысловатых форм. Красотища!

– Это! Это… Да, это су-у-пе-е-ер! – вырвалось у меня восхищение из груди. – Охрененно! Блин!

Тимка с Гришкой пока смотрели на эту вещицу без особого энтузиазма, не понимая причины моего восторга. Парни переглядывались и посматривали на нас с графом как на ненормальных, или слегка неадекватных.

– Ну, граф! Умеете вы удивить! – я одобрительно покачал головой, откручивая ручку и снимая прижимную пластину. – И лезвие даже почти по чертежу сделали! – я оценил пластинку из металла тонкой выделки. – Как его ковали? Э-хх! Такая тонкая работа! – подвёл я итог, сгорая от желания немедленно опробовать модель из своего покинутого мира.

Татищев испытал гордость в очередной раз и вернулся к столику с новаторствами, а я неотрывно изучал всего четыре незамысловатые детальки бритвы, когда-то виденной мной рядом с умывальником прадеда. Точная аналогия, если точнее выразиться. Ручка с резьбовым отверстием, лезвие и две планки, посадочная и прижимная с резьбовым штырьком. Вот и всё.

Действительно, я приятные ощущения испытываю в отличии от конкретно озадаченных парней, уже готовящихся произнести вслух предсказуемые вопросы по данной теме.

– Эм-м… Феликс, и вы граф? – Григорий сдался первым. – А, собственно, что это такое?

Откинувшись на спинку стула и приняв самое сладостное выражение удовольствия, я ещё раз демонстративно потрогал щетину на лице и улыбнулся друзьям.

– А это, Гришка, безопасная бритва, – я отдал ему станок в руки. – Не порежься смотри, – я предупредил, видя как он с подозрением рассматривает кромку лезвия, – хотя он, станочек в смысле, гораздо проще в обращении и не такой маньячный, как те сабли, которыми лица скоблят, – пояснил я не без доли иронии и содрогнулся, вспомнив как меня брила Марфа.

– Ну надо же… – произнёс Распутин недоверчиво. – Счас спробую!

Он скребнул по щеке и удивлённо уставился на полоску кожи без щетины, глянув на себя в зеркало. Тимка ухмыльнулся, собственно как и Татищев.

– Ладно, – пришлось прервать испытания девайса, оценив время на напольных часах. – У нас сегодня много дел, а посему, граф, давайте перейдём к следующему лоту нашего представления! – попросил я продолжить ознакомление.

Николай Фёдорович легонько кивнул и взял самый крупный из футляров, серьёзной длины, плоский и узкий. Уважаемый граф не стал делать новую интригу с позёрством, и сразу прошёл с очередным шедевром к нам, позволив оценить и его оформление, очень похожее на первую шкатулочку.

– Вот, первые и пока единственные воплощения очередной придумки господина Феликса! – с этаким вступлением Граф открыл её и мы трое ахнули. – Рунические карабины!

На алом бархате расположены два ружья, точнее карабина времён колонизации Америки. Видел такие по историческим фильмам. Однозарядные с казённой частью со стороны приклада. Рычаг нужно отжать и вставлять патрон когда открывался затвор. Ну похоже очень.

– А ну-ка, ну-ка, – я взял один из экземпляров в руки и начал осмотр.

Гришка ударил по руке Тимку, попытавшемуся сцапать второй слонобой.

– Куда?! Не хватай, пока взрослые не проверили всё! – сопроводил он своё действие.

– Это ты, что-ль, взрослый самый тута? – парировал Тимоха. – Смотри годки не попутай!

Наш главарь беспризорников обидчиво на него посмотрел и сделал фигу за спиной, что не ускользнуло от меня. Наверняка и язык выставил.

Тем не менее Гришка Распутин не обратил на него внимания и с вожделением присоединился ко мне с осмотром оружия под одобрительные взгляды Татищева.

Два произведения искусства с нормальными прицельными приспособлениями, по обыкновению украшенные резьбой и гравировкой. На прикладах отражены все магические стихии в виде рун, завуалированных под причудливые растения, как и на стволах и всех металлических частях и деталях. Калибр оружия весьма серьёзный, даже слишком.

Я пару раз вскинул оружие и оценил его прикладистость. Образец пришёлся удобно и под руку, но вот калибр меня смутил окончательно.

– Итак, граф, что за осадные пушки вы нам приготовили, а точнее подвергли модернизации? – спросил я завершив ознакомление.

Положив карабин на своё место в футляре я вопросительно глянул на Татищева, успевшего разместить на столе перед нами остальные две шкатулки, втрое меньшие по размеру, чем та, что с длинными стволами слонопотамских ружей.

– Как я и говорил, это рунические карабины, – пояснил Николай Фёдорович, открыв остальные подарки. – А это, рунические револьверы, две пары. Переламываемые для удобства перезарядки.

Достав первый попавшийся экземпляр, он щёлкнул рычажком и револьвер переломился, выбросив патроны.

– Вот это да! – выразил я восхищение. – Как у ковбоев, прям один в один!

Я взял в руки и примерился к оружию, а Татищев вскинул бровь и вопросительно на меня глянул, услышав новое словечко из моего лексикона.

– Не обращайте внимания, граф! – я предупредил его застывший на устах вопрос. – Это такие воины на лошадях, быстро и метко стреляющие с бедра и пасущие скот. В основном, крупнокопытный и парнорогатый!

Шутку он не оценил, но вопрос задавать не стал, дав возможность всем троим наиграться новинками нашего арсенала.

Приятные револьверы, действительно удобные во всех смыслах и ствол не такой длинный, как у моего первого рунного образца, купленного у торговца на чёрном рынке.

– Патронташи и кобуры тоже готовы, – продолжил Татищев. – Только я их не показывал сразу, что бы вы не лишились радостного чувства сюрприза. Они в моей комнате. Я принесу, – добавил граф вставая со стула на который присел, пока мы игрались с оружием.

– Да-да, конечно, Николай Фёдорович, – я ответил не глядя на него. – Это будет кстати.

Я отобрал себе пару револьверов и положил на стол перед собой. Налил хмельного квасу и залпом выпил бокал, обмыв таким незамысловатым способом обновки.

Григорий забрал остальные два экземпляра, а Тимка вынул из-за пазухи двухзарядный пистолет, маленький и коварный по причине неслабого калибра. Пацан демонстрировал обиду, раз ему не досталось ничего, но не уныл и даже испытал радость, когда мы опоясали себя ремнями-патронташами и вложили новые стволы в кобуры.

– Ну вот и славно! – Гришка подал реплику, разглядывая нас обоих в отражении.

Плащи, пошитые по моей моде, прекрасно сочетаются с арсеналом на поясах и не затрудняют выхватывание револьверов в случае необходимости. Пришла мысль о шляпах, как о недостающих элементах экипировки. Можно заказать и носить до холодов, или, ну их. Ладно, подумаю ещё.

– А откуда?.. Нет не так, а по какому поводу такие богатства? – задал я вопрос, давно вертевшийся на языке. – И как удалось так быстренько сварганить прицелы? Бритва опять же? Граф, расскажите нам секрет ведения переговоров с мастеровыми.

– Да, поделитесь, пожалуйста, – поддержал меня Гришка. – В будущем, довольно скором, любому из нас пригодятся такие познания!

Татищев скромно улыбнулся и присел за стол, где наполнил чашку свежим чаем. Граф сделал пару глотков и сварганил загадочное выражение. Вот ведь, скромняга аристократическая, как о так делает? Наверное с кровью передаются такие привычки. Мне ещё учиться и учиться.

– Нет ничего проще, – начал он легко пожав плечами. – Нужно просто надавить на жилку торговую и пообещать первую лицензионную грамоту оружейнику. Хм-м. С оружием проблем не оказалось с самого начала, ведь мастеровые в оружейной артели, что ремонтом занимаются, моментально поняли суть новшества и его привлекательность, – он кивнул своим мыслям. – В отличии от безопасной бритвы, понять преимущество которой удалось мастеровым лишь после исполнения первого экземпляра. Её опробовали и сразу изготовили ещё несколько. Продав образцы им же, я окупил приобретение прекрасных рунных револьверов и их модернизацию. Ну а карабины мне попросту подарили в знак расположенности и будущего сотрудничества, – завершил он незамысловатый доклад по теме.

Мы оценили правоту Николая Фёдоровича и больше не стали задавать вопросов. Всё оказалось предельно ясно и логично.

Посмотрев на часы я отметил, что уже начался десятый час утра. Завтрак с демонстрацией новинок конкретно затянулся.

– Эм-м, что-то подобное я и предполагал, – я встал из-за стола. – А теперь, Тимка бежит стремглав и готовит бричку для нас. Если вы, граф, пожелаете, то можете продолжить пользоваться двуколкой, однако нам пора к господину Гроху. Всем троим, желательно.

Тень удивления проскочила на лицах друзей.

– Нам предстоит обсудить перестройку таверны, – пришлось пояснить. – Вы, граф, будете контролировать процесс, так что, – я развёл руками, – так что, несмотря на кучу важных дел, вам придётся посетить уважаемого Гроха вместе с нами. Тимка? – я посмотрел на предводителя беспризорников и вскинул брови. – Ты ещё тут?

– Счас всё справлю! – выкрикнул пострел и умчался, забыв и дверь притворить.

– Как скажешь, Феликс, – согласился Татищев и направился к выходу из комнаты готовиться. – Дайте мне пару минут и я выйду к парадной!

– И мы там уже будем! – добавил я, завершая мероприятие, осмотра и завтрака.

Так как мы с Гришкой были почти готовы сборы много времени не заняли и пройдя по коридору к выходу из апартаментов мы оценили парадный, официальный вход в наше жилище, отделанный гораздо богаче того, что ведёт к подъезду с выходом во дворе.

Спустившись мы сразу окунулись в суетную жизнь города и встали на красивом каменном крыльце ожидая появления Тимохи на бричке и графа.

Город уже проснулся и толпы горожан спешат по делам по пешеходным мостовым. Брички, двуколки и кареты потоком движутся в обоих направлениях проезжей части, изредка разбавляемые верховыми жандармами с шашками, портупеями на белоснежных гимнастёрках и рукоятками огнестрельного оружия выглядывающими из кобур.

Жизнь идёт привычным чередом. На нас практически не обращают внимания, разве что изредка поглядывают на необычный покрой плащей. Да и не мешаем мы просто никому из граждан, спешащих на работу или по своим делам в это утро, уже дышащее приближением осенней погоды.

Однако сейчас пока ещё тепло, несмотря на начавшую желтеть листву ухоженных деревьев, высаженных вдоль улицы. Причём, каждое насаждение огорожено низенькой литой оградкой. Красиво получилось. Отдаю должное городской управе, заботящейся о эстетике.

Тимка появился через пару минут и лихо припарковался прямо перед нами. Татищев всё же воспользовался двуколкой и подъехал через спустя минут пять. Ведь ему пришлось ждать, пока транспорт не подготовит местный конюх, чьи услуги входят в пансион от госпожи домовладелицы Беллы.

– Внимание, внимание! – выкрикнул какой-то пацанёнок, прицепившийся сзади проезжающей кареты.

Там предусмотрено местечко для багажа, которым заяц-безбилетник и воспользовался для скоростного передвижения по городу. Причём, сорванца никто не прогонял, словно такой метод путешествий тут в порядке вещей. Прикольно! Чо он там вещает во всё горло? Я прислушался и ткнул Гришку в бок, одновременно придержав готовящегося к старту брички Тимку.

– Внимание всем заинтересованным! Сегодня вечером на ристалище Академии Боевых Рун состоится поединок двух вольнонаёмных Магов! Пропускные грамоты можно приобрести в почтовых отделениях и в городской управе!

Как же я долго ждал этого момента!

Чуть вслух не прокричал слова искреннего восторга, но таракан в кармане вовремя меня остановил, заворочавшись и бурча что-то невнятное по поводу малого количества крошек. Вот ведь, агрессор! Когда успел туда пробраться?

– Граф! – крикнул я Татищеву, – Вы сможете организовать дополнительно пару билетов Тимке и Гришке?

– А вам? – она удивился такому количеству. – Вам, Феликс, разве не интересно присутствовать на поединке?

Тут я вспомнил, что он не знает об абонементе, презентованном Трубецкими за услугу невозбуждения уголовного дела.

– Само собой, граф! Как же без меня? Я там буду на правах постоянного зрителя с неограниченным количеством посещений! – пришлось пояснить наскоро. – У меня проход открытый и я позже поясню почему! Кстати, если освободитесь к тому времени, то и вы присоединяйтесь. Средства на пропускные грамоты возьмёте из нашего запаса. Надеюсь, бухгалтерию вы вести умеете не хуже всего остального!

– Благодарю, Феликс Игоревич, за лестную похвалу! – он слегка поклонился соблюдая аристократические манеры достойного мужа. – Воспользуюсь разрешением, – тут он глянул на меня, уже хмурящегося, – пардон, воспользуюсь дружеским приглашением, – он поправился, вызвав у меня положительные эмоции.

Граф, с выражением еле скрываемого восхищения моей прозорливостью и щедростью, повёл плечом и повертел головой, мол – «Вот можете и вы удивить, господин Феликс!»

Я же, в ответ на такую мимику, лишь улыбнулся и кивком обозначил Тимке разрешение на выдвижение к Гроху с Ксандрой.

Мы тронулись, как и обычно с искрами из-под копыт лошадки, а граф последовал за нами в одиночку на двуколке, более сдержанно, как и положено человеку его возраста и статуса.

До места домчались очень быстро и, припарковав транспортные средства на отведённой площадке, проследовали во владения будущей семейной пары. Наши партнёры оказались на месте, причём в весьма красноречивых позициях. По моему, мы прервали како-то диспут пары разъярённых буйволов.

Хотя… Нет. Не пары, а одной буйволицы в лице Ксандры, и нарушителя спокойствия, или раздражителя в лице Гроха, недвусмысленно закрывшегося подносом. Несколько расколотых тарелок и поблёскивающие осколки бокалов, поведали нам об относительно успешной обороне хозяина от метательных снарядов. Хорошо, что до боевых Рун не дошло, хотя, всё-таки нет… Висящий в воздухе половник тут же скорректировал моё неправильное предположение. До каких-то магических средств дошло.

– А, Феликс, мы тут слегка повздорили, – первым среагировал сам Грох, видевший, как мы появились на пороге.

Ксандра спешно убрала половник, который спокойно улетел по направлению к кухонной зоне, где исчез в приёме окна для грязной посуды, весело звякнув обо что-то уже внутри. Молодая женщина искренне улыбнулась мне с друзьями, застывшими в замешательстве и покраснела.

– И вам доброго денёчка, – я поздоровался, обрадовавшись их перемирию. – Боюсь даже представить причину лёгкой ссоры, – выдал я проходя и садясь за ближайший столик у барной стойки. – Может расскажете и мы вместе решим проблемку? – я заподозрил несогласие с некоторыми пунктами предварительного эскиза модернизации таверны.

Друзья последовали моему примеру, пока ещё опасливо поглядывая в сторону исчезновения кухонного оружия. Хозяева присоединились, взяв пару стульев из-за соседних столиков и снова смутились, уже оба, а я спокойно достал свою рабочую тетрадь и пару карандашей.

Татищев, глядя на мои приготовления, выудил из саквояжа свой талмуд для записей и рабочих пометок. Мы все приготовились, сосредоточив внимание на хозяевах и ожидая от них пояснения.

– Мы тут тебя делим, Феликс, – обескуражил Грох ответом и моментально схлопотал тычок от улыбающейся кухарки.

У графа выпало перо от такого известия. Гришка поперхнулся и потянул ворот рубашки, ещё и сглотнув, а Тимка просто открыл рот, прекратив ловить носом вкусные запахи, доносящиеся отовсюду.

– Ха-хах! – раздался у меня в мозгах смешок Чукчи. – Хозяина, моя тебя поздравлять намеревается!

Я же, очень красноречиво охреневая, уставился на будущую семейную пару с немым вопросом.

– Поверьте, уважаемые, но эта информация ни как мне не помогла и жизнь не облегчила! – наконец выдавил я из себя ответную реплику. – В каком это смысле, вы меня делите?

Грох щёлкнул пальцами, призывая разносящего, высунувшего голову из своей каморки от греха подальше, а Ксандра сделала миленькое выражение безмятежности.

– Мы оба хотели видеть тебя приглашённым со своей стороны, – внесла ясность женщина, чем успокоила всех и дала наконец-то возможность выдохнуть. – Я вот хочу записать тебя дружкой, как и мой ненаглядный, – она чмокнула суженного.

Тем временем подбежал кто-то из прислуги и застыл в почтении с полотенцем на плече, готовый выслушать распоряжения помирившихся хозяев.

– Любезный, кваску организуй всем побыстрому, – коротко распорядился Грох и потерял интерес к разносящему Виктору, старшему из всех работников за исключением Ксандры. – Да, Феликс, представьте себе, вот такой пустячок внёс толику хаоса в наш мирный дом, – добавил уже нам и вздохнул. – Э-хх. А ведь я и спорить перестал…

Я поднял руку останавливая монолог.

– Не бывает розы без колючек, Грох! Запомни это! – я выразительно глянул на вмиг покрасневшую женщину. – Ладно, но меня можно было и спросить? Поинтересоваться, – начал я легко возмущаться. – Короче, уважаемые, у нас много дел, таким образом я ограничусь общим приглашением и выступлю другом обоих брачующихся. И всё на этом, – я заявил о непоколебимом решении. – Теперь поговорим о ближайших планах переустройства.

Друзья успокоились и приняв серьёзные выражения приготовились к обсуждениям, ну или к выслушиванию готовых решений.

– В целом, – сдвинув брови кивнул Грох и достал из кармана мятые, но заботливо сложенные листочки эскизов. – Вот, в общем я согласен со всем, но переделка фасада разве так уж и обязательна? – он расправил нужный листочек с рисунком и задумчиво почесал подбородок.

Я наморщился, затем принял решительное выражение и накрыл эскиз ладонью. Сказать правда не успел ничего, так как Виктор принёс заявленный квас и приборы. Пришлось подождать, пока ароматный напиток не разольют по бокалам и не попробуют шедевр Ксандры, смело претендующей на гуру в вопросе приготовления всего, что только угодно.

Виктор удалился и друзья вновь сосредоточили внимание, только уже на мне, как на ответствующем ораторе. Пришлось выдержать короткую паузу.

– Грох, объясни мне свою неуверенность… – я попытался начать, но Ксандра встала и остановила меня.

– Он согласен! – безапелляционно заявила молодая женщина и села, ещё раз ткнув хозяина в бок локтем. – Феликс, делай как считаешь нужным!

Я принял её ответ, выданный за будущего мужа, но необходимость больших окон решил прояснить, так как именно это смутило Гроха. Хотя бы коротенько. Ну пару слов всего.

Отпив ещё пару глотков лёгкого тонизирующего кваску, теперь уже я поднялся с места, для подчёркивания важности слов произнесённых далее.

– Грох, дружище, – начал я. – Представь, что ты идёшь по холодной заснеженной улице города. Представил?

Хозяин наморщил лоб.

– Ну, представил, – он даже поёжился для убедительности.

Я мысленно улыбнулся, видя его старания вникнуть в суть перестройки и продолжил:

– Идёшь ты, идёшь, а вокруг всё унылое и однообразное, – добавил я серых красок в будни зимнего города. – Как вдруг! – я хлопнул в ладоши для усиления эффекта повествования.

Хозяин от такого моего действия чуть дёрнулся на стуле. Видать не любит местное население никаких неожиданных сюрпризов.

– Как вдруг? – вопросительно проговорила заинтересовавшаяся Ксандра. – Что там Феликс? А?

Я осушил бокал с квасом и поставил его на стол, ударив по поверхности.

– Вдруг ты видишь перед собой разодетых господ, чинно сидящих в лёгкой одежде и довольно попивающих коктейли, – подошёл я к главному. – Все радостно общаются, им тепло и на столах стоят горячие блюда, приготовленные уважаемой Ксандрой! – я поднял указательный палец. – Вопрос к тебе, ты войдёшь или нет?

– Эм-м… – Грох поскрёб пятернёй голову и закивал, продолжая представлять или проигрывать описанную мной ситуацию. – Ну…

Друзья тоже одобрительно посмотрели друг на друга и вздохнули мечтательно.

– Да любой зайдёт! – промежду прочим заявила Ксандра. – Прав Феликс! – она посмотрела на меня тем самым загадочным взглядом мудрой женщины. – А теперь, давайте к делу, – кухарка резко поменялась в лице на серьёзного, делового человека. – Говори, Феликс, что сейчас нужно?

– Да! – подтвердил её слова сам Грох. – До меня дошло наконец-то. Кстати, у тебя, Феликс, уже около пятнадцати рубликов набралось. Помимо коктейлей и твой соус прибыль ощутимую даёт…

– Были уже лазутчицы, – перебила хозяина Ксандра. – Пытались рецептом манаеза разжиться. Н-да… – она улыбнулась своим мыслям.

– Майонеза, – я поправил кухарку. – Ну это не суть, как важно! Название можно любое придумать, провести ребрендинг… Эм-м… Давайте об этом потом, а сейчас на строительстве сосредоточимся, – прекратил я уход от главной темы собрания.

Испытав удовлетворение от проведённого убедительного диалога я опустился на стул и открыл свою тетрадку. Знаком указал Татищеву на его амбарную книгу, так как по другому этот талмуд для записей назвать не возможно и вдохнул более спокойно.

Страницы: 12 »»

Читать бесплатно другие книги:

Я Льяра Яррант, дочь советника, племянница императора и тот еще везунчик. Еще вчера я и не мечтала п...
Эта книга включает в себя наиболее полную информацию о практическом использовании рун трех строев: с...
Проработав шесть лет телохранителем, Алина Лисовская никогда не думала, что так глупо погибнет. И по...
Нравственно-философское повествование об ответственности человека за все живое вокруг, о трудном и м...
Первая работа, первый отпуск… Рите так повезло – путёвка в молодёжный дом отдыха! Сочи, море, солнце...
Как разлюбить праздники? Легко! Вместе с подарками под елку заполучить ворох неприятностей, став объ...