Милослава: (не) сложный выбор - Красовская Марианна

Милослава: (не) сложный выбор
Марианна Красовская


Когда кнес Градский предложил своей дочери Милославе самой выбрать жениха – она серьезно задумалась. Степной хан ей люб, а брак с князем оборотней обещает комфорт и беззаботность. Что важнее в жизни – рай в шалаше (то есть в степном шатре) или покойная жизнь в высоком тереме? А может быть, всё уже давно решено за неё, только девушка об этом не догадывается? И день ее свадьбы окажется совсем не таким, каким она его себе представляла…





Марианна Красовская

Милослава: (не) сложный выбор





Глава 1. Непростой выбор


Подслушивать под дверями порой очень полезно. Самые интересные вещи я обычно узнаю именно таким неправедным способом.Вот и сегодня я замерла рядом с отцовской горницей, по-иностранному именуемой кабинетом, внимая его словам.

Точнее, вначале я услышала голос мачехи:

– Кнес[1 - Кнес – высшее дворянское звание в Славии. Супруга кнеса – кнесса, дети: кнесинка либо кнесич (последнее употребляется крайне редко, чаще первого сына , наследующего имение, называют младшим кнесом)], меня очень беспокоит Святослава. Ей уже шестнадцать, ее пора выдавать замуж, пока она не опозорила семью. Девочка строит глазки всем особям мужского пола без разбора. Она заигрывает даже с конюхом. Если быстро не выдать ее замуж – она принесет в подоле.

– Линд, мы не можем выдать Славу замуж раньше старшей сестры. Это недопустимо! – ответил отец.

Старшая сестра, то есть я, истово закивала головой. Что Славке пора замуж, и побыстрее, я тоже прекрасно понимала. Девочка, как говорится, созрела. Да у нее уже грудь больше чем у меня! А уж когда она надувает губы, хлопая длиннющими ресницами, поводя плечами – и святого сможет соблазнить.

– Значит, нужно срочно выдавать замуж Милу! – жестко сказала Линд. – И то сказать, девочке двадцать один год. Доколе ты ее возле себя удерживать будешь?

Вот за что я люблю мачеху – она с батюшкой не церемонится. Если мягкая нежная Линд разговаривает с кем-то таким тоном – лучше соглашаться с ней во всем.

Мачеха совершенно права. Я уже почти перестарок. Еще пара лет – и меня замуж даже с моим приданым не возьмут.

Не то, чтобы мне было нужно замужество, но это лучше участи старой девы. Батюшка отчего-то тянул с этим делом, а я и не напоминала ему, упиваясь такой сладкой свободой.

В отцовском доме хозяйка я, не мачеха. Мачеха какое-то время пыталась вести хозяйство, но получалось у нее не слишком хорошо. Слуги ее хозяйкой так и не признали. Оно и понятно, не ровня Линд кнесу.

Линд была танцовщицей в бродячем цирке, где ее батюшка и нашел. Первая жена, моя мама, год как умерла от лихорадки. Увидел циркачку батюшка и пожелал в постель взять. Она ведь совсем юная была, младше, чем сейчас Славка – едва пятнадцать исполнилось.

Линд и сейчас очень красивая, яркая, слишком яркая для знатного рода. Волосы у нее неприлично рыжего цвета, как заморские фрукты апельсины, глаза зеленые, кожа белая-белая. Сколько уж она притираний изводит на нее, избавляясь от простонародных веснушек! Сейчас, в ее довольно почтенном возрасте, она самая красивая из всех моих знакомых, а тогда, вероятно, и вовсе мужчин с ума сводила. В цирке житье не сахар, вот Линд и поддалась соблазну, согласилась на предложение кнеса стать его содержанкой. Да и нравы в народе попроще. Никто не требует от простолюдинок, чтобы себя блюли. Это только в знатных семьях соблюдают приличия, да и то – только с виду.

А как Линд понесла, батюшка подумал немного и женился на ней. На сына надеялся, наследника. А родилась Славка.

Я куда более завидная невеста. Первая-то жена у отца была очень знатного рода – одна из дочерей государевых. Стало быть, прежний государь – мой дед, а нынешний – мой дядя.

Дочерей у прежнего государя много было, от разных жен и наложниц. Вот и награждал ими своих воинов за верную службу.

Приданое у меня немаленькое – пара деревень, да лес, да поля, где хлеб сеют, да две мельницы и речка.

Да только много нас таких, внучек государевых. А женихов, равных нам, намного меньше.

А у Славки всего и богатства, что батюшкино благословение, сундук с золотом, да красивая грудь.

И характер еще, конечно.

Легкая она как птичка, щебечет, смеется, наряжается. Такая жена больше мужчинам по нраву. Ума-то у большинства своего хватает, а вот такие, как Славка да как Линд, исключительно для любви созданы.

Хотя Линд намного умнее, чем кажется на первый взгляд.

С самого начала, сообразив, что прислуга подчиняться ей отказывается, пошла плакаться к свекрови. Говорят, бабка мою мать не любила, а вот в Линд души не чает. Правду сказать, и мачеха моя к бабке со всем уважением относится – и кусок ей лучший за обедом положит, и подарки дарит, и матушкой называет. Свою-то мать она никогда и не знала – в цирке все дети общие были.

Так свекровь хозяйство и вела, а потом и я уже в возраст вошла.

Батюшка меня не слишком любит, но и замуж выдавать не спешит. Сватались ко мне многие, да всем отказано было. А два последних года и сватов уже не засылали, ждали, пока Славка подрастет.

Интересно, как я из дома уеду, кто хозяйкой останется? Неужто Линд придется воевать со слугами? Впрочем, меня это волновать уже не будет.

Я поднялась в свою горницу, подняла тяжелую крышку сундука с моим девичьим приданым.

Уж сколько велось разговоров, что все эти простыни, полотенца да сорочки – пережиток прошлого! К чему везти в дом мужа кумачовую скатерть да дюжину батистовых пеленок – как будто своего добра у него нет?

В крестьянских семьях, конечно, такое приданое – неплохое подспорье, да и в семьях победнее пригодится.

А дочкам кнеса это зачем?

Тем не менее, Линд заставляла нас со Славкой зимними вечерами прясть шерсть, расшивать бисером шали, шить нижние юбки, которые уже двадцать лет никто не носил. Славка, конечно, ныла, но с матерью не поспоришь.

Меня Линд не больно строжила, на то была бабка, а Славку могла и хворостиной отходить. Всё пыталась из нее кнесинку сделать. Но со Славки как с гуся вода – поплачет да побежит к отцу жалеться.

Богатое приданое у меня: две дюжины тонких простыней, два лоскутных одеяла, три подушки гусиного пуха, десяток батистовых сорочек, расшитое покрывало, несколько отрезов шелка да парчи, чулки да платки без счету. Хорошо хоть от скатерти и ковра удалось избавиться. И это только один сундук. В другом сундуке мои платья, обувь, пелерина меховая, перчатки и шали.

Что ж, за приданое стыдно мне не будет.

А всё же волновалась.

Кого же отец мне в женихи выберет?

Сейчас ближних женихов трое: князь[2 - Князь – титул иностранный. У оборотней своя иерархия, хотя уже две сотни лет они подчиняются государю. Князь – звание внутреннее, и в Славии не считается каким-то титулом, хотя князья и считаются выше, чем обычные помещики. Принято считать, что князь – это недокнес. Поэтому большинство князей стараются выслужиться и получить право брать в жены дочерей кнесов, дабы называться согласно нашим обычаям] оборотней Волчек, сиятельный кнес[3 - Сиятельный кнес – кнес из ближней родни государя, брат, либо дядя, либо второй сын, либо брат/отец/дядя государыни] Ольхов и степной хан[4 - Степь – ближнее к нам государство, даже и не полноценное государство, а союз полудиких племен, кочевников. Неоднократно Славия пыталась подмять Степь под себя, но каждый раз встречала такой отпор, что потом долго жалела. Нынешний государь со Степью замирился и на ее автономию не покушается. У степняков есть какое-то свое исконное название их земель, но и они уже по-нашему говорят просто «Степь»] Таман. Из дальних, конечно, имелись те же внуки прежнего государя, двоюродные, стало быть, братья. Степень родства не запретная к браку, но и не самая желательная.

А те трое ближних женихов – один другого лучше, хоть плачь. Сиятельный кнес дважды вдов. У него полный дом детей. Старшая дочь его ровесница Славки. Возраст его меня не смущает, сиятельный далеко не стар, по-мужски красив и, судя по количеству детей, вполне силен в постельном деле. Вот только в доме его я буду непонятно кем. Я сама-то с одиннадцати всем хозяйством заведовала, а Ольховские дочки того старше. Не допустят меня к управлению домом – кто я буду? Чем заниматься? Детей рожать – а надо ли ему еще детей? Красоты ради? А сколько у меня той красоты? Да и возраст уже не юный. Я не Линд, и сейчас-то раскрасавицей не слыву, а через десять лет и вовсе даже то малое, что у меня есть, растеряю.

Вот матушка моя куда красивее была. Ее парадный портрет в большой столовой висит – там она, пожалуй, и Линд красивее.

Невысокая, стройная, полногрудая, с каштановыми косами до самого пола, смотрит спокойно, с достоинством. Глаза колдовские, будто золото.

Мне от матушки только косы и достались. Толстые, каштановые с красным отблеском. До пола не доросли, конечно, срезали мне волосы, когда в детстве с лихорадкой болела, но почти до колена спускаются.

Возни с такими волосами много, а всё же я кнесинка, на то у меня девки дворовые есть. Целый день у них на мои волосы в банный день уходит: распустить, вычесать, промыть мылом да водой с травами, маслами умастить, снова промыть, расчесать, высушить, заплести.

В простой семье обрезали бы мне их по плечи, да дело с концом.

Как знать, не придется ли в замужестве и стричь волосы…

Во всяком случае, у Тамана мне с косами жизни не будет.

Тамана я давно знаю, почитай, с детства. Еще отец его, степной хан, с моим отцом побратался. Во многом благодаря моему отцу отец Тамана под себя степь и подмял. Что уж у них за история была, мне неведомо, а только в детстве я часто с Таманом наперегонки по двору носилась, да и в степь меня отец нередко брал.

Знаю я, что Таман ко мне трижды сватался.

А еще он первым оказался, с кем я поцеловалась.

Мне было пятнадцать, когда меня ко двору государеву представили. Так вышло, что и Таман на том балу был. Черноволосый, невысокий, с раскосыми глазами, в своих шальварах и степной рубахе с жилетом выглядел он как белая ворона среди статных офицеров в мундирах да бояр в придворных сюртуках. Над ним не смеялись, нет. Только шепотки, косые взгляды, еле заметные усмешки. Он стоял в одиночестве у окна весь темный лицом, сверкая узкими черными глазами.

Я, никого не знающая, совершенно оглушенная суматохой первого в моей жизни бала, обрадовалась ему как родному.

В тот день у меня было много партнеров в танцах, но Тамана я сама просила танцевать со мной первым. Танцевал он прекрасно, тогда мы еще были одного роста, рука на моей талии прожигала меня сквозь платье.

Он назначил себя в тот вечер моим кавалером. Отец не возражал, как никак, Таман – наследник хана, по статусу как сын государя.

Видя его благосклонность, и прочие молодые девушки принялись ему улыбаться – не столько из интереса к нему, сколько чтобы досадить мне, выскочке и серой мыши.

Однако к вечеру разгоряченные мужчины завели разговор про государева жеребца, великой красоты и стати, но необъезженного и неуправляемого: дескать, трех конюхов искалечил, никого к себе не подпускает. Конечно, сразу нашлись желающие эти слова опровергнуть, и государев сын щедро пообещал жеребца подарить тому, кто на нем хотя бы пятнадцать минут продержится.

Государь кивнул благосклонно, явно понимая, что задор из молодых людей должен куда-то выплеснуться. Пусть лучше десяток глупцов поломается, чем заведут драку прямо в бальном зале: мебель ведь разнесут да семьи рассорят. Батюшка говорил, на балах это не редкость.

Таман тогда дерзко заявил, что не родился еще конь, который может его сбросить.

Его подняли на смех.

Барышни остались в зале, прилипнув к окнам, юноши отправились вниз, на лужок, а конюхи вывели жеребца.

Надо сказать, это действительно был дикий зверь. Абсолютно черный, с чудной гривой, тонкими ногами и великолепной статью – я такого красавца видела впервые. Четверо конюхов с трудом удерживали бьющегося жеребца.

Желающих показать молодецкую удаль резко поубавилось, все же среди гостей откровенных дураков не было, таких старались ко двору не допускать. Смотрели друг на друга, никто не желал первым опробовать жеребца.

Я только посмеивалась.



Читать бесплатно другие книги:

Что ты сделал, когда наступили последние времена? Предательство и ненависть пришли в твою жизнь, а ты был не готов. Т...

Книга о пчёлах. Истории и разговоры о пчёлах. Рассказы и диалоги о пчёлах.

Публикуется в авторской редакции с с...

Джордж и дружелюбный робот Больцмановский Мозес после космического путешествия на корабле «Артемида» возвращаются на ...

Вам вручили акт выездной (камеральной) налоговой проверки и вменили нарушение статьи 54.1 Налогового кодекса РФ, пост...

Сегодня ты обычный студент. И собираешься на лето отправиться в родной город, чтобы пройти там обычную практику. А за...

Это уникальная история компании inDriver – глобального конкурента Uber и «Яндекс.Такси». Начавшись в 2012 г. в глубин...