Тёмные сказки - Дубов Дмитрий

Тёмные сказки
Дмитрий Дубов


Рад приветствовать Вас, мой дорогой читатель. Для многих основополагающими работами писателей являются фундаментальные труды по много тысяч страниц. Для меня всё иначе: главным в творчестве великих я вижу короткие рассказы, в которых нам является квинтэссенция их чувств и мировоззрения. Лично мне близки многие рассказы Кинга, Симмонса, Баркера, Брэдбери, Мьевиля, Лукьяненко и Стругацких. Рад познакомить Вас с моими рассказами, написанными в период с две тысячи второго по две тысячи девятый год. Тут часть меня тех лет.





Дмитрий Дубов

Тёмные сказки





Методы воспитания


Воспитание ребёнка – есть

прямая обязанность родителей.


– И вот они зашли в тёмный и страшный лес, который казался живым существом. Искривлённые ветви деревьев тянулись к их обнажённым шеям, словно скрюченные руки старухи к младенцу, пытаясь задушить их и тем самым преградить дорогу к заколдованному замку…

– Папа, мне страшно, – сказал маленький мальчик и заплакал. – Я боюсь их.

– Валер, ты зачем опять Мишку своими страшилками пугаешь? – спросила мужа Марина. Валера имел обыкновение коротать вечера, читая сыну, которому совсем недавно исполнилось четыре годика, страшные истории. – Прочитай ему лучше что-нибудь нормальное!

– А что, по-твоему, нормальное? «Колобок»? Или, быть может, «Красная шапочка»? – усмехнулся Валера. – Мой сын уже вырос из того возраста, чтобы слушать подобные глупости.

– Не забывай, пожалуйста, что он и мой сын тоже, – сказала Марина, входя в детскую. – И я не хочу, чтобы мой ребёнок вырос с расшатанной психикой! Разве мало хороших красивых детских сказок, от которых дети не плачут?

– Да они же все глупые, – настаивал Валера. – Правда, ведь, Миш?

– Да, они глупые, – подтвердил четырёхлетний отрок.

– Ну, я не знаю! – взвилась Марина. – Те глупые, от этих он плачет. Может тогда подождать, пока он подрастёт?

– Что ты, мама?! – испуганно залепетал Миша. – Не надо ждать, просто мне иногда бывает страшно.

– Нет, это нормально? – риторически вопросила Марина. – Валер, и всё же, я прошу тебя: не надо издеваться над ребёнком. Бог с тобой, читай ты ему, что он захочет, но можно ведь опускать наиболее пугающие места?

– Можно, конечно, – ответил Валера. – Но в таком случае и эти сказки станут чрезвычайно глупыми. Ты понимаешь, я хочу, чтобы наш мальчик рос смелым и ничего не боялся.

– Да ты только посмотри на него! – не унималась Марина. – Ведь он же белее бледной поганки! Ну, куда такое годиться?

– Мама, не переживай, я не стану поганкой, если буду слушать эти сказки, – сказал Миша.

Детская непосредственность несколько разрядила атмосферу, и на губах у родителей заиграли улыбки.

Подобные разговоры случались, чуть ли не каждый вечер. Всё это происходило потому, что у родителей были разные взгляды на методы воспитания ребёнка, но всегда в этих спорах побеждал Валера, так как он привлекал на свою сторону мнение сына, а Марине приходилось сдаваться.

Нельзя сказать, что её мучили какие-то предчувствия. Ей просто не нравилось то, каким образом её муж подаёт ребёнку знания. Отчасти это случалось ещё и потому, что иногда она сама слушала эти страшные истории. Она не находила в них ничего привлекательного. На её взгляд: уж лучше «Колобок», чем «Кости цареубийцы». Надо признаться, ей и самой было не по себе от этих историй, и она не понимала, как ребёнок может слушать всю эту чушь. Но он слушал.

– В любом случае, малыш, тебе пора спать. Дочитаете завтра, – поставила Марина жирную точку в сегодняшнем разговоре.

– Но я уже не малыш, мама, – проговорил Миша, кутаясь в уютное пуховое одеяло. – Мне уже нравятся девочки.

Родители вновь засмеялись. По крайней мере, в одном они были солидарны – ребёнку надо отдавать всё своё тепло и ни в коем случае не показывать внутрисемейных конфликтов, пока он не подрастёт, чтобы не пришлось его спрашивать, с кем он хочет остаться: с мамой или с папой?

– Ложись спать, Казанова ты наш, – сквозь смех сказал Валера.

– Пап, а кто такой Казанова? – спросил Миша.

– Спи уже, – вместо ответа произнёс Валера и выключил в детской свет.

После этого родители поцеловали своё чадо, и ушли на кухню. Это была ещё одна семейная традиция: после того, как Мишу укладывали спать, Валера и Марина сидели на кухне, пили чай и о чём-нибудь разговаривали. Последнее время эти разговоры всё больше касались проблематики воспитания малыша, мирно посапывающего за стенкой.

Валера, отец Миши, был полностью уверен в том, что его сын не должен вырасти размазнёй. Он тратил почти всё своё свободное время на то, что закалял сына, учил его делать гимнастику, прививал волю к достижению поставленной цели и т.д. Для того чтобы воспитывать ребёнка подобным образом, он читал массу соответствующей литературы.

В той же литературе было много написано о том, что надо избавить своего ребёнка от всяческих страхов, боязней и фобий. Но как это сделать? Всё там же советовалось подготавливать ребёнка к жестокой повседневной действительности поэтапно. Первым этапом значилось чтение на ночь страшных сказок, чтобы ребёнок научился перебарывать в себе неуверенность в завтрашнем дне и тому подобные эмоции. Да, именно для того, чтобы ребёнок умел справляться с негативными эмоциями, и рекомендовалось читать ему на ночь что-нибудь «душетрепательное».

Вторым этапом шла подготовка ребёнка к стрессовым ситуациям путём симулирования всё того же стресса, но на этот шаг в отношении своего сына Валера ещё не решился.

Очень часто в последнее время по вечерам он пытался показать своей жене преимущества именно такого воспитания, но она ничего не желала слышать об этом. Порою Валере казалось, что она делает это исключительно ему назло, но потом он отметал эти мысли, как несостоятельные. Помимо вопроса о способах воспитания ребёнка, в их семье царили полное взаимопонимание и единые взгляды на всё. Как ни странно, Миша оказался их яблоком раздора.

Конечно, о разводе речь не шла, но он уже наметился чёрным пятнышком на горизонте, за который уходила дальнейшая жизнь. И Валера, и Марина прекрасно понимали, что просто необходимо сохранить семью хотя бы до тех пор, пока ребёнок не повзрослеет. К тому же, они любили друг друга.

– Муж, – сказала Марина, усевшись на кухне на своём привычном месте между холодильником и столом. – Я не хочу, чтобы ты читал нашему сыну на ночь всю эту абракадабру. Я, конечно, всё понимаю, но мне иной раз и самой становится страшно от диких фантазий авторов.

Страшные сказки – глупость какая! А ведь даже такая мелочь может привести к серьёзным разладам в семье.

– Сколько раз мы уже обсуждали эту тему? – поинтересовался Валера. – Сотню? Тысячу? Давай сделаем так: мы раз и навсегда решим этот вопрос, иначе мы просто не сможем дальше жить вместе.

– Я это понимаю, – Марина достала спрятанную пачку сигарет (она никогда не курила при сыне) и затянулась ароматным дымом. – Я и не стала бы затевать всех этих разговоров, если бы не понимала, вот только боюсь, что ты всё равно сделаешь по-своему. Валер, ну я прошу тебя, не травмируй ты его психику всякими этими вурдалаками и прочей нечистью!

Валера задумчиво посмотрел в окно. Там, за стенами их уютного маленького мирка, бушевало лето. Была середина июля – самое время купания и приобретения загара. Сейчас, правда, уже наступали сумерки, но это ничуть не умаляло красоты пейзажа, раскинувшегося за окном.

– Скажи честно, – наконец, произнёс он. – Чего ты боишься? Может быть, ты действительно так считаешь только из-за того, что сама по ночам мучаешься кошмарами? А, может, всё дело в другом? Скажи мне правду. Ты хочешь сказать, что посредством всех этих историй в нашей семье вырастет чудовищный маньяк-психопат?

– Нет, я так не думаю, – ответила Марина. – Просто мне кажется, что твои эти… способы воспитания возымеют обратный искомому результат. Вместо того чтобы вырасти смелым львом, он станет трусливым шакалом – этого-то я и боюсь больше всего.

– Ты зря опасаешься. Наш сын никогда не станет шакалом. Пойми ты, наконец, такую вещь, что я ни в коем случае не занимаюсь отсебятиной. Я постоянно читаю книги по воспитанию, где чёрным по белому написано, что ребёнка надо научить противостоять нега…

– Ты мне уже все уши прожужжал с этими своими книжками, – перебила его Марина. – Однако почему-то мне кажется, что тот, кто написал их, никогда не имел собственных детей! Господи, да у меня же просто сердце разрывается, когда я слышу, как он плачет по ночам после твоих «сказочек».

– Кстати, я всего лишь один раз слышал, как он ночью плакал, и случилось это как раз после того, как ты ему прочитала «Колобка».

– Я что-то не припомню, чтобы он хоть раз плакал после того, как читала ему я.

– Конечно, не помнишь, ты же тогда спала, как убитая, а я подошёл к нему и спросил, почему он плачет. И знаешь, что он ответил?

– Что?

– Он, оказывается, плакал потому, что ему зайчика было жалко, ведь тот остался голодным. Прелесть, а не ребёнок.

– Правда?

– Чистейшая правда.

– Но вернёмся к нашим баранам.

За окном окончательно стемнело, и в открытую форточку доносились приятные ночные запахи и стрекотание цикад. Семья жила в двухэтажном загородном домике, с десятью сотками прилегающей земли. Они называли его своей летней резиденцией.

Земля, составляющая надел этого домика, была засажена фруктовыми деревьями и засеяна газонной травой, образовывая чудный сад, весьма подходящий для развития здорового ребёнка.

– Я понимаю так: что буду просто вынужден прекратить все эти чтения на ночь. Или я не совсем правильно отразил твоё мнение?

– Ну, почему же прекратить? Ты можешь продолжать читать ему, но что-нибудь более изящное, чем все эти рассказы о живых мертвецах, отрубленных головах и так далее. Есть же, в конце концов, такие безобидные писатели, как Жюль Верн, Джек Лондон, Пушкин, наконец! Почему ты не хочешь воспитывать его на той литературе, на которой росли мы?

– Безобидные? Ну, не такие уж они и безобидные, как тебе кажется, – Валера почесал сначала затылок, а потом шею. – Но если ты хочешь, чтобы наш сын вырос таким же, как и мы, то я вполне могу почитать ему «Кота в сапогах», хотя это тоже страшная сказка.

– Причём тут «Кот в сапогах»? И потом, что плохого будет в том, если наш сын вырастет таким же, как и мы?

– Как мы? Да ты посмотри на себя! Ты же при каждом шорохе трястись начинаешь! А я? Я тоже не лучше! Я же хочу, чтобы у нашего ребёнка с малых лет ушла из крови эта привычка бояться всего и вся! – ответил на это Валера.

– Нет, иногда я тебя просто не понимаю, – растерянно пролепетала Марина.

– Давай пойдем на компромисс.

– Это как? – удивилась Марина.

– На некоторое время я перестану читать Мишке ужастики, и, понаблюдав за ним, скажем, до следующего лета, мы вновь вернёмся к этому вопросу. Идёт?

– Хорошо, идёт, – Марина смотрела на мужа изучающим взглядом. Она всегда удивлялась тому, как легко он может сглаживать любые края, будь они даже острыми, как бритва. – Смотри, уже совсем поздно.

Валера промычал в ответ что-то неразборчивое. Он был полностью поглощён изучением темноты, сгустившейся за окном. Небо приобрело тёмно-фиолетовую окраску, и на нём, словно на бархате изумительной красоты, были рассыпаны далёкие солнца иных миров.

Астрономия – это было наиболее серьёзное увлечение Валеры после воспитания ребёнка. Жена шла третьим номером.

– Ты спать идёшь? – спросила Марина, поднимаясь из-за стола.

– Да, да, уже иду, – спохватился Валера и залпом допил остатки остывшего чая.

Спальня располагалась на втором этаже. Это была большая и просторная комната с минимумом мебели: посередине стояла огромная кровать, а в углу у окна телевизор на подставке. По стенам разместились несколько картин.

Несмотря на распахнутую настежь створку окна, в комнате было очень тепло. Атмосфера дышала уютом и спокойствием, напоминая своим обитателям, что они влюблены друг в друга и хотят быть вместе.

Марина поднялась первой. Разделась и сразу же юркнула под одеяло, чтобы к приходу мужа от постели веяло ароматом её прельщения. Так приятны были эти ночи в загородном доме! Столько в них было тепла и покоя!

Валера поднялся спустя несколько минут и, не теряя времени даром, поспешил присоединиться к жене.

Марина очень любила его. Когда он был рядом, она прощала ему все его «задвиги». Он был обыкновенным мужчиной, при этом довольно красивым и статным. А уж темперамента в нём было, хоть отбавляй.

– Валер!

– Чего?

– Я забыла тебе сказать, хорошо, что хоть сейчас вспомнила.

– Что такое? Опять эти дни?

– Да нет же! Пока ты там пугал нашего несчастного Мишутку, мне позвонил главный редактор нашего издательства…

– Так, так, так. И чего же он хочет? Ты же вроде бы как в отпуске?

– Да, но у них там – в Москве – какая-то заварушка с заложниками; и главный просил, чтобы я приехала на пару дней. Ведь ты же знаешь, что твоя жена самый лучший репортёр.

– Как же, как же! Уж мне ли этого не знать?! Но сдаётся мне, что не из-за заложников вызвал тебя главный.

– А из-за чего же?

– А из-за тебя самой. Такой приятной на ощупь и вкус козочки! Ам!

– Ну, хватит дурачиться, я же серьёзно тебе говорю! Ты не против, что я оставлю вас тут на пару дней совсем одних?

– Как же я могу быть против?! О, Джульетта, ты разбиваешь мне сердце! – ласковые прикосновения. – Нет, я не против. Езжай, конечно, только будь поосторожней, ведь мы тебя так любим!

– Я буду осторожной! Я буду о-оч-чень осторо-ожной! Ведь я тоже вас люблю…


* * *

Миша не спал. Нет, отнюдь не оттого, что происходило наверху, – он уже давно привык к этим монотонным поскрипывающим звукам и не боялся их. Не спал он оттого, что ему всюду мерещились вурдалаки и оборотни; деревья, тянущие к нему свои искривлённые ветви, и выползающие из-под кровати змеи.

Он был весь в поту, но боялся откинуть одеяло, так как рисковал быть атакованным всей этой нечистью. Восприимчивое детское воображение впитывало в себя все страхи, словно губка, и усугубляло их.



Читать бесплатно другие книги:

Герои рассказа Борис и Люба любовники с долгой историей знакомства. По молодости Борис занимался альпинизмом. Во врем...

С каждым годом, тех, кто победил в Великой Отечественной, все меньше. Они подарили нам свободу и жизнь. Мы обязаны им...

Отчим Тани Садовниковой, отставной полковник внешней разведки Валерий Ходасевич, во время чемпионата мира по футболу ...

Катя Базутина никак не могла разобраться в своих чувствах. Ей нравился собственный начальник, но Вадим был женат, а К...

Темное вещество, гравитация, возможность межгалактических полетов и Теория Большого взрыва… Изучение тайн Вселенной п...

История группы Coldplay ? исключительная и неотразимая. В Viva Coldplay! Мартин Роуч рассказывает ее с честностью кри...