Я знаю, ты вернешься - Фликей Лена

Я знаю, ты вернешься
Лена Фликей


Вторая книга из серии "Одарённые".

Романтический отпуск Лизы и Алекса внезапно закончился: случилось страшное и они вынуждены бежать из Индии. Но и в Москве случилась трагедия: одного из членов семьи убили. Без того шаткий мир Херишей нарушен, и Лизе понадобится время, чтобы разгадать, кто стоит за всем этим.

Содержит нецензурную брань.





Лена Фликей

Я знаю, ты вернешься





Пролог




Ближе к ночи берег в посёлке Арамболь, на севере штата Гоа, начинал пустеть. Один за другим закрывались кафе, туристы возвращались в свои номера, местные разбредались по домам, закрывался блошиный рынок и широкий песчаный пляж погружался в темноту и безмолвие. Лишь изредка то в одну, то в другую сторону по берегу проходили туристы, подсвечивая себе путь электрическими фонариками и распугивая крабов, вышедших на охоту. Ближе к полуночи со стороны моря к главной улице, светящейся окнами многочисленных гест-хаусов, направилась миниатюрная белокожая девушка со светло-рыжими волосами, завязанными в высокий хвост на макушке. Она была одета в широкие льняные штаны с этническим узором и топик на тонких лямках с вышитым на груди знаком «ом».

Сегодняшняя ночь была особенно тёмной, к вечеру натянуло облака, они полностью скрыли луну и звёзды, и найти свой скутер в кромешной мгле оказалось непростой задачей. Девушка вынула из рюкзака телефон, зажгла на нём фонарик и внимательно осмотрела припаркованные мопеды. Найдя свой, она погасила фонарик, выкатила скутер на дорогу и, перед тем как убрать телефон в рюкзак, взглянула на часы. Время приближалось к полуночи. Девушка недовольно покачала головой, оседлала скутер и, разрывая тишину южной ночи рёвом двухтактного двигателя, поехала вглубь посёлка. Она снимала домик вдали от пляжа, и её ждал довольно долгий путь по извилистым плохо освещённым дорогам, но девушка не волновалась об этом, ведь на протяжении месяца, что жила тут, проделывала этот путь каждый день дважды – утром и вечером.

Девушку звали Алиной Тарасовой, она прилетела в Гоа из Санкт-Петербурга около месяца назад, бросив нелюбимую работу в банке, и сейчас наслаждалась каждым мгновением свалившейся на голову свободы. В свои двадцать семь Алина выглядела максимум на двадцать. Благодаря невысокому росту, светлой коже, которую почти не трогал загар и весёлому нраву.

Обычно она уезжала с пляжа не так поздно, но сегодня из-за Влада задержалась дольше обычного. Они познакомились пару недель назад, и почти сразу стали встречаться. Алина решила, что вытянула счастливый билет, ведь Влад был настоящим красавчиком. Впрочем, со временем восторги поутихли. У нового парня оказался вздорный характер, самомнение размером с баобаб и уверенность, что весь мир вертится вокруг него. Но к тому моменту Алина крепко влюбилась и терпела все выходки Влада. Он знал, какое производил впечатление на женщин, но считал, что модельная внешность оправдывает скотское поведение. К примеру, сегодня устроил настоящий скандал из-за того, что Алина не захотела остаться на ночь. Сам Влад снимал бунгало прямо на пляже, и она могла бы остаться, но только ей надоело уступать ему во всем. Влад требовал от Алины постоянных компромиссов, сам же при этом ничего подобного делать не собирался. Его заносчивость и самоуверенность давно раздражали Алину, а сегодняшний скандал вывел окончательно. Они расстались на плохой ноте. Алина швырнула ему в лицо обвинения в эгоизме и неумении слушать других, а он сказал, что она дура и никогда не сможет найти нормального парня, если будет вести себя подобным образом. И вот если первое её не очень задело, то со вторым Влад попал в цель. У Алины с парнями не ладилось. Она паталогически выбирала не тех. До того как встретить Влада, Алина познакомилась на пляже с довольно симпатичным местным, и они провели чудесный вечер вдвоём, но только вот в финале она чуть не попала в серьёзные неприятности. Харви, как он сам себя называл, пригласил её на вечеринку. Алина согласилась, но оказалось, это не просто вечеринка и гости там не собирались пить пиво, танцевать и болтать о пустяках. Увидев десять парней в одной комнате, Алина бросилась прочь и только благодаря англичанину на байке, что подобрал её, напуганную, на дороге, смогла унести ноги. С тех пор Харви она не встречала, что, впрочем, можно было считать удачей.

Мопед ехал не больше тридцати, но Алина никуда не торопилась. Лихачить на подобной дороге казалось самоубийством. Она преодолела половину пути до дома, когда сзади послышался шум двигателя автомобиля. Алина немного снизила скорость и прижалась к обочине. На довольно узкой, но пустынной дороге, разъехаться с машиной казалось простым делом. Но поравнявшись с девушкой, водитель зачем-то резко выкрутил руль вправо. Машина вильнула. Алина попыталась уйти от столкновения, дёрнула мопед и свалилась в кусты. Автомобиль резко остановился, противно заскрипев резиной по выщербленному асфальту. Только каким-то чудом Алина ничего не сломала. Она с трудом выбралась из-под заглохшего мопеда и увидела фигуру мужчины, направляющегося к ней. Наверное, он перепугался, что сбил человека и теперь спешил на помощь. Алина поднялась на ноги, сняла шлем и хотела было отругать нерадивого водителя, когда поняла, кто перед ней. Она инстинктивно отступила от него на пару шагов, споткнулась о сваленный мопед и рухнула на спину…

Через пять минут на месте аварии не осталось никого. В кустах, невидимый в темноте, лежал брошенный старый скутер. А на утренней практике известного учителя йоги в это утро было на одного ученика меньше, чем ожидалось. Но, к сожалению, никто этого не заметил.




Часть первая. Индия





Глава первая


Домик оказался небольшой хижиной на берегу моря. Он стоял за низким забором из бамбуковых жердей в окружении тянущихся в небо кокосовых пальм. Во дворе были расставлены в беспорядке несколько деревянных шезлонгов, знавших лучшие времена. На них лежали потрёпанные временем, и палящим солнцем матрасы. В жарком дневном безмолвии было приятно прилечь на шезлонг и лениво наблюдать за тем, как ветер раскачивает широкие пальмовые листья, чувствовать его лёгкое дуновение на влажном от пота лице и ни о чём не думать, пребывая в приятной полудрёме.

Мы прожили в этом скромном жилище две недели, и я привыкла к шуму лопастей вентилятора под потолком, к лаю собак перед рассветом, когда наверху, там, где дорога соединяла Мандрем с Арамболем, проезжал припозднившийся байк.

Когда мы только приехали, я ожидала найти тут белоснежное бунгало из стекла и бетона, стоящее посреди аккуратно постриженного изумрудного газона, но на самом деле всё оказалось намного скромней. Я увидела крохотный домик, некогда ярко-розовый, а сейчас совсем выгоревший от солнца, с одним окошком и покосившейся дверью. Он стоял прямо на рыжей, выжженной солнцем земле, и ни снаружи, ни внутри не отличался роскошью убранства. В ответ на мой озадаченный взгляд Алекс улыбнулся, пожал плечами и сказал, что мне здесь понравится, нужно только понять смысл этого места. Я поверила ему и стала любить всё это потому, что никогда раньше не видела Алекса таким счастливым и улыбающимся всему вокруг.

Утро начиналось с йоги. За час до рассвета мы выходили из ворот домика прямо на широкий пляж и на мокром плотном песке делали комплекс Сурья Намаскар, а после сидели рядом на иссушенной солнцем бесцветной коряге и ждали, когда первые лучи коснутся глади Аравийского моря. Утром море было спокойным, и мы плавали до завтрака в его тёплой и такой ласковой воде. Наплававшись, шли в душ, где, заливая весь пол и стены водой, любили друг друга с неистовой страстью, словно молодожёны.

Алекс взял в аренду мотоцикл, старенький и шумный «Роял Энфилд», и иногда мы с грохотом носились по дорогам, распугивая неспешных туристов на мопедах и вечно бибикающих таксистов.

Алекс покрылся ровным золотистым загаром, а его светлые волосы совсем выгорели. Мне нравился этот новый Алекс, с искренней улыбкой и мягким тёплым светом больших зелёных глаз. Я тоже загорела, но не так сильно, как он, а мой нос покрыла россыпь веснушек. Алекс гладил моё лицо и говорил, что ему нравятся веснушки: они делают меня юной и невинной, а он ощущает себя мальчишкой рядом со мной. Я не протестовала, хотя исправно мазала лицо солнцезащитным кремом каждое утро, в надежде, что веснушек станет меньше.

Первые дни мы провели только вдвоём, но вскоре в небольшом кафе неподалеку познакомились с супругами из Берлина. Шмидты были женаты уже десять лет. Руперт, несмотря на внешность викинга и крепкое телосложение, казался мне безобидным, а вот рядом с его женой – яркой блондинкой с грубоватым, но чувственным лицом, – мне становилось не по себе. Я часто ловила на себе её пристальный оценивающий взгляд, и хотя думать так у меня не было причин, мне казалось, она только и мечтает, что затащить меня в постель.

Немцы жили в частном йога-отеле, в огромном, как танцевальный класс, номере с кондиционером, французскими окнами и террасой, с которой можно было любоваться закатом. Я немного завидовала им, но Алексу ничего не говорила – не хотелось его расстраивать.

Шмидты проводили в Гоа всю зиму. К нашему приезду им наскучило сонливое однообразие отдыха, но узнав, что я тут впервые, Руперт вознамерился показать мне всё то, чем славится северное побережье штата, начиная от колоритного заката на ближайшем к нам пляже в Арамболе и закачивая ночным рынком в Арпоре. Поначалу мы вежливо отказывались, но под напором Руперта невозможно было устоять, и вскоре мы уже весь день проводили вчетвером, хотя я бы предпочла уединение со своим парнем.

Как-то вечером мы с Алексом лежали обнажённые под москитной сеткой, его рука расслаблено покоилась на моём бедре, и я слышала, как на улице громко кричат птицы. Вентилятор лениво гонял по комнате прогретый за день воздух и колыхал сетку, так что она иногда задевала меня по руке.

– Ты знаешь, чем занимаются Шмидты? – внезапно спросил Алекс.

– Нет, откуда мне знать.

– У них свой бордель в Берлине.

– Что?!

– Бордель, – повторил он, как ни в чём не бывало.

– В смысле они тайные сутенёры? – я повернула к нему голову.

– Нет, это легально в Германии. Ничего тайного, – он перекатился на бок и, подняв руку, прикоснулся к моей щеке кончиками пальцев. – Официальное заведение, реклама, вывески и всё такое. Мне рассказал Руперт. Аннет раньше сама работала проституткой, а потом решила открыть свой бизнес.

– Ты шутишь!? – я поднялась на локте и смотрела на Алекса с изумлением.

Он убрал выбившуюся прядку с моего лица и улыбнулся:

– Да, а он был её клиентом. Она знала, что Руперт богат, и подкинула ему идею как заработать. Он согласился, и так возникла их семья и новый успешный публичный дом.

– Невероятно, – я покачала головой. – Теперь ясно, почему она так смотрит на меня: видимо, оценивает, подойду ли я для работы в их заведении.

– Она другого хочет, – сказал Алекс и улыбнулся. – Руперт недавно спрашивал, как я отношусь к обмену партнёрами.

– Господи, – я отшатнулась. – И ты, конечно, сказал, что очень плохо?

– Я так и сказал, но он, как мне показалось, не поверил, – Алекс не выглядел встревоженным, скорее озадаченным, и это беспокоило меня больше, чем предложение Руперта.

– Зачем мы общаемся с этими ужасными людьми? Может, нужно послать их к чертям со всеми их борделями и извращениями?

– Они забавные, – Алекс притянул меня к себе и поцеловал в губы. – Тебе нужно спокойней относиться к различным проявлениям сексуальности. В этом нет ничего предосудительного.

– В том, чтобы предложить тебе свою жену взамен на твою девушку? – я оттолкнула его шутливо.

– Для кого-то это нормально, – ответил он и сел на кровати. – Пойдём на ужин, скоро закат.

Мы приняли душ, оделись и вышли на улицу. Жара ещё не спала, но прохладный бриз приятно освежал разгорячённые тела.

– Я не понимаю, как можно рассказывать такие вещи малознакомым людям? – спросила я Алекса.

– Какие вещи? – он кинул рассеянный взгляд в сторону калитки и лишь потом взглянул на меня.

– Про то, что ты работала проституткой. Мне казалось, люди скрывают такую стыдобу.

– Я не вижу в этом ничего постыдного, – Алекс взял меня за руку и повёл в сторону моря, – мы на Гоа. Тебе пора бы уже привыкнуть к здешним нравам.

– Тут какие-то особенные нравы?

– Тотальная свобода. В этом нет ничего предосудительного, никто не обязан жить согласно твоим представлениям о морали и нравственности.

– При чём тут мои представления! – я гневно посмотрела на Алекса. – Заниматься сексом с чужой женой – это ненормально. Это же измена!

– Измена – это другое, в данном случае секс – это только секс и ничего больше. Просто способ получить кайф от своего тела. И в том, чтобы поменяться партнёрами в таком случае, ничего страшного я не вижу. В конце концов, никто никого не обманывает.

Мы вышли на берег и пошли в сторону Мандрема. Ветер трепал полы моей юбки, выбившиеся из причёски пряди.

– То есть ты считаешь, что в их семье всё хорошо? – я покосилась на Алекса. – Мне казалось, что если ты начинаешь заглядываться на других, то пора разводиться.

– Совсем нет, их связывает много больше, чем секс – нормальная дружная семья, – его лицо оставалось невозмутимым.

– Что ты хотел этим сказать? Что жениться на бывшей проститутке нормально? – я раздражённо откинула с лица волосы, пожалев, что не надела бандану.

– А почему нет? – Алекс улыбнулся. Он либо не замечал моего раздражения, либо старательно делал вид.

– Ну, она же спала со всеми подряд.

– Не обязательно быть проституткой, чтобы спать со всеми подряд, поверь.

– Ты оправдываешь Аннет? – я выдернула руку из его ладони.

– Не понимаю, почему ты считаешь, что она вообще нуждается в оправданиях, – он остановился и развернулся ко мне. – Аннет не делает ничего предосудительного.

Мне следовало бы сменить тему или постараться сгладить углы, миролюбиво согласившись с ним, но я уже завелась.

– Но она хозяйка борделя! – я всплеснула руками.

– И что? Это всё легально, девочки работают добровольно. В чём её грех? – он нервно скривил губы. – Я регулярно пользовался услугами проституток и, поверь, они такие же люди, как и остальные. Некоторые добропорядочные женщины сделали много больше зла, чем эти, по сути, несчастные девочки.

– Это грязный бизнес, Алекс! Ты никогда не задумывался о том, что девчонки идут работать туда не по призванию? Их затаскивают обманом, или заставляет крайняя нужда. Может, в твоей Германии всё и правда так радужно, как ты говоришь, но в России большинство проституток находятся на положении рабынь!

– Тебе-то это откуда известно? Что ты, девятнадцатилетняя девочка, выросшая в тепличных условиях, можешь об этом знать? – он не повышал голос, но в его напряжённой позе я ощущала угрозу.

– Я знаю, потому что одна из девчонок из моей группы чуть не попала в такой бордель! Поехала в Москву на заработки и едва не оказалась в сексуальном рабстве. Хорошо, что у неё брат полицейский, смог её вытащить.

– При чём тут твоя подружка и Аннет?!



Читать бесплатно другие книги:

Как поймать и приготовить пальмового краба, если посольство не платит зарплаты, а ты голоден?Гаагская конференция – с...

Интеллектуально-психологическая драма "Пропуск в лучшую жизнь", написанная Н.И. Курсевич для трех актрис, затрагивающ...

Книга моего дедушки об освоении Дальнего Востока рядом с границей с Китаем.

...

Сага о великой любви Клэр Рэндолл и Джейми Фрэзера завоевала сердца миллионов читателей во всем мире. Ради такой любв...

Встретились как-то в лаборатории две молекулы… Звучит как начало анекдота, не правда ли? Если вам так показалось, то ...

Заключительный том цикла романов о русском офицере из будущего Сергее Кобрине, начатого книгами «Комбат», «Комбриг», ...