Антология суицидологии. Основные статьи зарубежных ученых. 1912–1993 - Коллектив авторов

Антология суицидологии. Основные статьи зарубежных ученых. 1912–1993
Коллектив авторов


Статьи, включенные в «Антологию суицидологии», охватывают период с 1910-х по 1990-е годы и широкий спектр тем, посвященных изучению суицида; антология содержит работы наиболее известных ученых и специалистов-практиков из разных стран; на авторитетном уровне продемонстрирован мультидисциплинарный характер исследований самоубийства.

Включены статьи, ставшие труднодоступными, опубликованные ранее в малотиражных изданиях, но представляющие несомненный интерес для современного специалиста.

В формате a4.pdf сохранен издательский макет.





Коллектив авторов

Антология Суицидологии



© Когито-Центр, 2018


* * *




Предисловие к русскому изданию


Джон Т. Молтсбергер


В связи с публикацией «Антологии суицидологии» на русском языке Александр Моховиков обратился ко мне с просьбой кратко представить ее читателям, живущим в Восточной Европе.

Подбирая статьи для антологии и готовя ее в 1996 году к изданию на английском языке, мы с Марком Голдблаттом хотели облегчить читателям доступ к наиболее важным работам, посвященным клиническому подходу к суицидальным пациентам, поскольку этот доступ осложнен давностью их публикации. Преимущества, которые, как мы надеемся, получили после выхода антологии англоязычные читатели, многократно возрастают для российских читателей благодаря усилиям А. Моховикова, поскольку в Восточной Европе найти эти труды в оригинале еще труднее. Поэтому мы, редакторы англоязычного издания книги, весьма признательны ему за расширение сферы влияния нашей миссии, состоящей в ознакомлении читателей с рядом важных работ, имеющих значение для эффективного клинического лечения суицидальных пациентов. Заслуга в выполнении этой работы целиком принадлежит А. Моховикову, поскольку именно он проявил инициативу и осуществил ее без нашей помощи.

Бурное развитие биологических исследований в области суицидологии в течение последних 30 лет дает надежду на качественное лечение потерянных душ, живущих на краю суицидальной пропасти. Однако биология является дисциплиной, довольно далекой от непосредственного клинического изучения феномена самоубийства. Наш же интерес обращен к субъективному опыту суицидентов, переживания которых очень часто отмечены невыносимым душевным страданием, которые умоляют о немедленном облегчении, более того, требуют его, иначе им не миновать неизбежности самоубийства.

Я посвятил клиническому изучению суицидальных пациентов сорок пять лет и встречался с тысячами из них, но тем не менее считаю, что весьма плохо понимаю феномен самоубийства. В некотором смысле это суждение лишено оснований, поскольку на самом деле многое в нем мне ясно. Видимо, возникающее у меня чувство недоумения перед суицидальным актом отражает мою недостаточную способность к эмпатическому вчувствованию в опыт распадающейся на части психики, когда психическое Я стремится извергнуть, отбросить Я телесное, подобно тому как капитан тонущего корабля приказывает для спасения выбросить за борт балласт и спилить мачту. Здесь не следует заблуждаться: многие люди, убивающие свое тело, полагают, что благодаря подобной жертве они станут жить в лучшем месте и времени.

Конечно, нам не хватает качественных феноменологических исследований субъективных переживаний, которыми отмечены последние часы и дни пациентов, сводящих счеты с жизнью. Возможно, у кого-то из читателей этой книги появится возможность исследования внутренних переживаний достаточно большого числа пациентов, едва не погибших от своей руки, чтобы помочь всем нам лучше понять то, что кажется почти недоступным пониманию.

Выражаю свою благодарность Александру Моховикову и передаю наилучшие пожелания всем читателям русского издания этой книги.




От редактора русского перевода


Александр Моховиков[1 - Моховиков Александр Николаевич (1955–2015), кандидат медицинских наук, доцент кафедры клинической психологии Одесского национального университета им. И. И. Мечникова, вице-президент Общества практикующих психологов «Гештальт-подход» (Москва), ведущий тренер и член профессионального совета Московского гештальт института, национальный представитель Украины в Международной ассоциации превенции самоубийств (IASP), член тренерского совета Украинского общества психотерапевтов, член Международного общества по изучению развития поведения (ISSBD), Европейской ассоциации исследования подросткового возраста (EARA). Александр Николаевич стоял у истоков данного издания, был его инициатором и научным редактором. К нашему глубокому сожалению, ему не довелось уведеть завершенный результат своего труда. Надеемся, что эта книга станет достойным вкладом в то дело, которому посвятил большую часть своей жизни Александр Николаевич Моховиков. Коллектив издательства «Когито-Центр»]


Когда более 20 лет назад я вплотную занялся вопросами профилактики самоубийств, мне неслыханно повезло, как я теперь понимаю. Судьба свела меня с профессором Эдвином Шнейдманом, которого с полным правом можно назвать основоположником современной суицидологии и ведущим специалистом в этой области человеческих знаний. Знакомство, начавшееся с изучения его работ, в дальнейшем переросло в сотрудничество, дружбу, поддерживаемую теперь обстоятельной и теплой перепиской.

Если взглянуть на суицидологию конца 1980-х годов в СССР, то перед нами возникнет следующая картина: научные исследования, носившие «камерный» характер и публиковавшиеся чаще всего под грифом «Для служебного пользования», психиатры (и не только психиатры), смотревшие на самоубийство как на удел психически больных, отсутствие каких-либо попыток суицидальной профилактики, фигура умолчания в обществе по поводу этого феномена: «Вроде бы есть, а все же как бы нет. И если есть, то где-то далеко не среди нас». Вспоминается высказывание Надежды Мандельштам о том, что самоубийца в советском обществе приравнивался к дезертиру, а таковых в стройных рядах строителей коммунизма быть не должно.

В те времена в одной из работ профессора Шнейдмана я прочел, что толика суицидальной профилактики стоит многих тонн клинической помощи самоубийцам. Я много размышлял по этому поводу, и у меня возникла идея перевода на русский язык самых основных образцов западной суицидологической мысли, которая интенсивно развивалась на протяжении десятилетий, тогда как отечественная научная деятельность в этой области тлела и прозябала. Я обратился к профессору Шнейдману с просьбой о разрешении перевода его самых важных работ, а также о рекомендации для перевода и публикации наиболее авторитетных, по его мнению, руководств по работе с суицидентами и их близкими. Одна из его настоятельных рекомендаций касалась перевода сборника статей по этой теме, который является настольным пособием для любого англоговорящего специалиста, работающего в сфере суицидологии или интересующегося ею. Перевод этой книги предлагается вниманию читателей.

Антология составлена ведущими специалистами США в этой области – Джоном (Терри) Молтсбергером и Марком Голдблаттом. Английский оригинал вышел в свет в 1996 году и включал 40 глав. Для русского издания выбраны 29 глав. Сокращению подверглись, прежде всего, главы биологической направленности, что связано не с недооценкой подобных исследований в су-ицидологии, а скорее с тем, что сегодня эта отрасль науки переживает период весьма бурного развития, и поэтому материал оригинала выглядит устаревшим. Выпущены также главы, в которых описаны результаты грантовых исследований и которые содержат любопытный клинический материал, но лишены важных концептуальных обобщений.

Хочется верить, что эта антология станет спутником многих читателей, увлеченных проблемой понимания феноменов самоубийств, и внесет свой вклад в их профилактику, жизненно необходимую для нашего общества.




Предисловие


Эдвин Шнейдман


В том неоспоримом факте, что самоубийство живет и процветает, заключается некий парадокс, и об этом свидетельствует замечательная книга, которую вы держите в руках. Область научного исследования самоубийства и практики его превенции зачислена в ряды академических дисциплин, и ее достижения за определенный период подытожены summa cum laude[2 - С наибольшим почетом (лат.).]на страницах антологии основных работ по суицидологии.

По своей природе предисловия к книгам должны представлять собой панегирик, провожающий их в путь-дорогу, желательно благополучную. Они являются для книг поддержкой и напутствием. Но читатель не всегда верит в то, что написано в предисловиях, считая многое оборотом речи или просто преувеличением.

В данном случае я приведу убедительное доказательство, подтверждающее искренность моих убеждений. Завершая работу над своей книгой «Душа самоубийцы» (N. Y.: Oxford, 1996; русский пер. – М.: Смысл, 2001), которая заканчивается разделом «Рекомендованная литература», я утверждал: «Даже если принять во внимание, что существуют сотни книг о самоубийстве, то хорошенько порывшись в памяти и пересмотрев стоящие у меня на полке издания, я остановлюсь на двух совершенно обязательных книгах». Одна из них – антология основных работ по суицидологии под редакцией Джона Молтсбергера и Марка Голдблатта. Об этой антологии я писал:

Эта замечательная книга является новейшим и, можно сказать, самым полным пособием по проблеме самоубийства, особенно его психологических аспектов. В сборник вошло 40 избранных работ: специальные психиатрические и психологические статьи, изданные, начиная с первой половины ХХ века и кончая современностью. В ней можно найти все «классические» статьи. Эта антология входит в число книг, которые должен прочесть каждый серьезный студент, желающий ознакомиться со специальной литературой по данному вопросу.

Какие еще произведения о самоубийстве можно считать обязательными для изучения? Моими любимыми являются: «Пробуждение» Кейт Чопин, «Госпожа Бовари» Гюстава Флобера, и – для любителей толстых романов – «Анна Каренина» Льва Толстого. Каждый, кто прочтет эти блестящие образцы изящной словесности, узнает много нового об этом явлении. Профессиональный же взгляд на суицидальную драму представлен в антологии основных работ по суицидологии.

Эта антология является воистину исчерпывающей. По времени она охватывает период с 1910-х по 1990-е годы; в ней представлен широкий спектр работ в данной области; она содержит исследования авторов из разных стран; и, что, возможно, интереснее всего: на авторитетном уровне она демонстрирует широкий, мультидисциплинарный характер исследований самоубийства (и самого этого феномена), включая статьи наиболее известных ученых и специалистов-практиков.

Следует отдать должное издательству New York University Press, опубликовавшему его. Джон Молтсбергер и Марк Голдблатт заслуживают особой благодарности за осуществление этого проекта и тщательное редактирование текстов..




Введение


Джон Молтсбергер, Марк Голдблатт


Хотя для самоубийства существует не одна, а множество причин, все они сливаются в один поток, мощное течение которого – душевная боль – увлекает за собой все остальное. Люди, обреченные на такую боль, предпочитают смерть невыносимому страданию, которое кажется им вечным. Мало кто описал мучения, приводящие к самоубийству, лучше Уильяма Стайро-на (Styron, 1990), автобиографические воспоминания которого о состоянии, близком к самоубийству, были навеяны видениями ада у Джона Мильтона[3 - Первое впечатление Сатаны от ада после низвержения ангелов тьмы с небес Мильтон описывает следующим образом:Мгновенно, что лишь Ангелам дано,Он оглядел пустынную страну,Тюрьму, где, как в печи, пылал огонь,Но не светил, и видимою тьмойВернее был, мерцавшей лишь затем,Дабы явить глазам кромешный мрак,Юдоль печали, царство горя, край,Где мира и покоя нет, кудаНадежде, близкой всем, заказан путь,Где муки без конца и лютый жарКлокочущих, неистощимых струйТекучей серы.Джон Мильтон. «Потерянный рай».Кн. I, 11, с. 59–69. Пер. А. Штейнберга]и опубликованы под названием «Видимая тьма».. Черпают ли писатели-теологи свои видения об осуждении на вечные муки из интуиции, рождаемой депрессивным страданием? Поэты и художники нередко становятся жертвами самоубийства (Jamison, 1993), но то же самое можно сказать и о множестве обычных людей. Сотни тысяч пациентов содрогаются в муках депрессии, и многих она доводит до самоубийства. Только в Соединенных Штатах более 30 тысяч человек ежегодно сводят счеты с жизнью.

Хотя самоубийство является третьей по частоте причиной смерти молодых людей в США после несчастных случаев и ВИЧ-инфекции, в программах медицинского образования ему не уделяется должного внимания. Большинство терапевтов и хирургов осведомлены о нем не намного больше, чем обычные люди (Murphy, 1975). Многие психиатры обладают весьма скудными знаниями по этой проблеме. В программе ординатуры по психиатрии много внимания уделено биологическим и психофармакологическим аспектам расстройств, при которых часто совершается самоубийство (аффективные расстройства, алкоголизм и шизофрения), однако его непосредственные клинические феномены не изучаются. Студентов обучают, каким образом следует отмечать соответствующие пункты в перечне признаков больших депрессивных синдромов по DSM-IV, но никто не учит их оценке депрессивного страдания. Более того, страдание вообще не включено в стандартную номенклатуру диагностических критериев депрессии (American Psychiatric Association 1994, р. 327). Мы находим там упоминания о «подавленном настроении», «снижении интереса или удовольствия», однако отсутствуют ясные указания для распознания унылого ветра депрессивного страдания (см. Э. Шнейдман, глава 29 настоящего издания). Еще в большей степени учебные программы пренебрегают влиянием бессознательного при самоубийстве, семейной динамикой, сновидениями, психотерапией, характером объектных отношений и качественным диагностическим интервью.

Мы надеемся, что эта антология поможет клиницистам сосредоточить внимание на тех феноменах самоубийства, которые они, возможно, упускают из вида, и будет способствовать тому, чтобы остальные читатели стали эмпатически ближе к людям, которых преследуют ужасы суицидальной болезни.

Исследования самоубийства стали появляться в XVIII веке, но лишь на протяжении последних 35 лет они стали развиваться быстрыми темпами. Жан Эскироль (1772–1840), психиатр времен Французской революции, проложил путь к медицинскому пониманию безумия. Работая над тем, чтобы освободить психически больных из тюремных застенок и создать для них более гуманные условия содержания, Эскироль создал классификацию психических расстройств, на мысль о которой его навели исследования Карла Линнея, знаменитого таксономиста растений эпохи Просвещения. Самоубийство занимало важное место в исследованиях Эскироля, и этой проблеме он отвел главу в своем «Трактате о душевных болезнях» (Esquirol, 1838).

Если Эскироль придал самоубийству значение медицинской проблемой, то Эмиль Дюркгейм (1858–1917) социологизировал его и рассматривал в русле тенденции общества к интеграции своих членов и регуляции образа их мыслей, чувств и действий. Его знаменитую книгу «Самоубийство» (1897) часто цитируют специалисты. А вскоре Зигмунд Фрейд и его последователи пси-хологизировали суицид. Венское психоаналитическое общество обратилось к этой теме через несколько лет после выхода в свет работы Дюркгейма. Материалы его заседания (1910), на котором обсуждалась проблема самоубийства у студентов, впоследствии были опубликованы (Friedman, 1967). Семь лет спустя появилась статья Фрейда «Печаль и меланхолия» (Freud, 1917), в которой внимание сосредоточено на агрессии, бессознательно обращенной против себя. Ее влияние оказалось очень сильным и наложило отпечаток на исследования в этой области в последующие 40 лет.

Но какими бы важными ни являлись эти ранние исследования, реальные вклады в понимание проблемы самоубийства в прошлом делались редко, и между ними проходили годы и десятилетия. Суицидологические исследования стали более популярны немногим более 30 лет назад, отчасти из-за выделения средств на психиатрические исследования, а также благодаря творческому мышлению и инициативе Эдвина Шнейдмана, Нормана Фарбероу, Роберта Литмена и других основателей Центра предотвращения самоубийств в Лос-Анджелесе.

Критическим для развития исследований самоубийства стал 1958 год. В это время открыл свои двери Центр предотвращения самоубийств в Лос-Анджелесе. Его ядром стал энергичный профессиональный коллектив, который занялся мультидисциплинарным исследованием этой проблемы и опубликовал ряд важных работ, получивших столь широкий отклик общественности, что все большее число людей, деятельность которых проходила в различных сферах интеллектуальной и общественной жизни, стали проявлять интерес к причинам самоубийства и возможностям его предотвращения. Эдвин Шнейдман предложил термин «суицидология» – отрасль знаний, занимающаяся исследованием самоубийства и связанных с ним феноменов.

В 1968 году по его инициативе после встречи в Чикаго ряда известных ученых различных специальностей, интересующихся проблемой предотвращения самоубийств, была создана Американская ассоциация суицидологии. Она основала журнал, посвященный проблеме самоубийства и смежным вопросам («Самоубийство и угрожающее жизни поведение»), который с того времени стимулирует интерес к этой теме и способствует исследованиям суицидального поведения.

За последние 35 лет начавшийся с маленького ручейка поток печатных работ по проблемам самоубийства превратился в водоворот. Основанный в 1987 году Американский фонд предотвращения самоубийств под руководством Герберта Хендина сегодня спонсирует проводящиеся в США исследования в этой области, способствуя развитию суицидологии и разработке новых способов лечения суицидентов.

Антология основных работ по суицидологии была опубликована в то время, когда ежегодно появлялось огромное количество изданий по этой теме, большая часть которых, однако, имела отдаленное отношение к клинике. Теперь очень трудно распознать и выделить исследования, полезные для практической помощи суицидентам. Многие статьи феноменологического направления покрываются пылью, затерявшись на дальних полках библиотек. Некоторые из них, появившиеся в малоизвестных журналах, очень трудно разыскать. Предлагая читателям эту антологию, мы стремимся привлечь их внимание к самым лучшим работам, собрав их в одном издании, которым будет легко пользоваться. Выпуская эту антологию, мы хотели избавить студентов, пожелавших изучить определенный многообещающий источник или вернуться к прочитанному, от утомительных поисков среди груд старых и новых журналов и книг.

Антология не предлагает читателям исчерпывающего набора образцов современной литературы, в поток которой постоянно вливаются новые работы по социологии, философии, эпидемиологии, нейрохимии и других наук. Было бы несправедливо сказать, что мы недооцениваем значение могучей суи-цидологической реки. Однако по большей части эти исследования обтекают стороной повседневную клиническую практику. «Антология суицидологии» предназначена для клиницистов, у которых нет времени для длительного плавания в поисках того, что может поддержать их в работе. Представленные статьи специально отобраны для помощи в понимании суицидентов.

Хотя в антологии отсутствуют психофармакологические исследования, мы не преуменьшаем ценность и значение биологических работ. Более того, мы подчеркиваем, что обычно адекватное лечение суицидентов подразумевает широкий подход к проблеме, и один из ее аспектов лежит в области психофармакологии.

Создание в последние годы новых антидепрессивных препаратов представляет значительный шаг вперед в помощи суицидентам. Однако большинство психофармакологических работ касаются лечения депрессии и психических нарушений вообще, а не собственно суицидальных тенденций.

Бурные дискуссии о флуоксетине (прозаке), возникшие в США вскоре после появления этого препарата, в последнее время поутихли (Teicher, Glod, Cole, 1990). Каждое лекарство имеет определенные побочные действия. Преобладающее большинство психиатров полагают, что антидепрессанты являются весьма эффективными средствами лечения депрессии.



Читать бесплатно другие книги:

Истаивает в прошлом девятнадцатый век – галантный, кровавый, голодный… Что же ждет на переломе времен Российскую импе...

Начнем с того, что всех носорогов на Земле нужно срочно спасать и защищать от браконьеров. И не только в сказке, но и...

Шок! Сложнейшая книга для глобализированного рынка. Здесь не будет ненужной воды типа всяких абстрактных описаний на ...

Клиника Святого Георгия открылась после реконструкции.

Жизнь Российской империи постепенно налаживается после т...

Полуторавековая история самого влиятельного и успешного банкирского клана Ротшильдов предстает перед читателем в обши...

Российская империя, 1905 год.

Александр Белозерский, наследник крупнейшей промышленно-торговой империи, молод, ...