Эрик Фоглер и преступление белого короля - Осес Беатрис

Эрик Фоглер и преступление белого короля
Беатрис Осес


«Эрик Фоглер и преступления белого короля» – первая книга из детективной саги испанской писательницы Беатрис Осес. Эрик Фоглер – странный, раздражающе педантичный подросток, который живет в Бремене вдвоем с вечно занятым отцом. Еще у него есть дядя (о нем мы знаем лишь то, что он привозит племяннику подарки из дальних поездок) и бабушка, которая живет в другом городе и терпеть не может внука. Но Эрику придется провести с ней пасхальные каникулы, и именно тогда произойдет много таинственных и страшных событий… Книги продолжают традиции черного романа с элементами мистики. Главный герой здесь – не следователь, а случайный свидетель, который вынужден стать детективом и сам становится жертвой.

Для старшего школьного возраста.





Беатрис Осес

Эрик Фоглер и преступления белого короля


Моему отцу



Erik Vogler y los cr?menes del Rey Blanco

© Beatriz Osеs, 2014

© Iban Barrenetxea, 2014 Originally published in Spain by edebе, 2014 www.edebe.com

© Перевод. Оформление. Издание на русском языке. ООО «Попурри», 2020




Глава 1. Ошибка с билетом







Эрик Фоглер никак не ожидал, что вечером произойдет такое. Несколько часов он собирал вещи. Разложил носки из натуральной шерсти по цветам, пиджаки – по толщине ткани, брюки – с учетом того, как давно он их носит. Потом в одно из боковых отделений чемодана засунул дорожный набор для шитья и кожаный футляр, в котором лежало все необходимое для чистки обуви. На кровати дожидались своей очереди идеально свернутые ремни, несколько шелковых рубашек и сумочка с предметами гигиены. Несколько мгновений Эрик с гордостью осматривал результат своего труда. Потом принялся складывать только что отглаженные трусы – и тут в дверь его комнаты постучали.

– Эм… можно? – с запинкой проговорил отец, заглядывая в спальню.

– Да, входи, входи, – ответил Эрик, жестом приглашая его. – Я еще не закончил.

– Как дела? – робко произнес отец.

– Да уже немножко осталось. Но хотелось бы разложить рубашки в алфавитном порядке.

– В алфавитном порядке?

– Да, по фирме-производителю или по названию ткани. Не решил еще. Кстати, ты узнавал, какая завтра погода в Нью-Йорке?

– Вот об этом я хотел с тобой поговорить, сынок… Видишь ли, с этой поездкой вышло маленькое недоразумение.

– Что случилось? – спросил Эрик, застегивая одну из внутренних молний чемодана.

– Видишь ли… Ты ведь помнишь, я покупал билеты на самолет по интернету пару месяцев назад?

Эрик кивнул и сел в кресло. В тот вечер на нем была пижама в шотландскую клетку и тапочки в тон, привезенные дядей из поездки в Эдинбург. Юноша молча посмотрел на отца. Он не понимал, к чему тот клонит со своим вопросом. Франк Фоглер скрестил руки на груди, сглотнул слюну и немного помедлил. После чего откашлялся, вздохнул и продолжил:

– Ну… я ошибся с датой, когда покупал их, – выпалил он, глядя сыну прямо в глаза.

Не может быть! Это, видно, шутка такая, глупая и жестокая. Но Франк Фоглер лишь кивал в ответ на вопросительное выражение лица сына. И тогда юноша выронил кашемировый шарф, который держал в руках.

– Как так? – выдавил он из себя и почувствовал, что пульс его начинает учащаться.

– Я по ошибке купил их на прошлый месяц. Видимо, перепутал, когда выбирал дату, и только сегодня утром понял это, распечатывая их, – пояснил отец, закусив нижнюю губу: он всегда так делал, когда ему приходилось сообщать дурную новость.

– Не может быть, не может быть… – тихо твердил Эрик, пытаясь сохранять спокойствие.

– Я весь день искал другие билеты. Но нашел только одно свободное место на наш рейс, – жалобно проговорил Франк Фоглер.

– Я тебя не понимаю.

– Оставалось единственное свободное место, – повторил отец.

– И?

– И я купил на него билет себе, – стыдливо пробормотал отец.

– Ну ладно, ничего страшного, я могу полететь следующим рейсом, – предложил сын, стараясь не показывать своего отчаяния, – и мы встретимся в аэропорту Нью-Йорка, или я возьму такси и доеду до отеля. Наверняка есть какое-то решение.

– Нету, – перебил отец.

– …Я сейчас же посмотрю в интернете расписание и поищу другой билет. Могу и туристическим классом полететь, если нужно, – добавил он, не теряя надежды.

– Эрик, ты не понимаешь, завтра начинаются каникулы, и, к несчастью, билеты на все рейсы проданы. Я уже много раз проверял: ни одного места не осталось. Слишком поздно. Боюсь, в этот раз ты не сможешь полететь со мной в Нью-Йорк.

– …Но… что ты такое говоришь? – спросил Эрик растерянно и вскочил с кресла, словно подброшенный пружиной.

– Не переживай, сынок, будет еще возможность, обещаю тебе, – попытался утешить его отец. – Мне очень жаль.

– Я так и знал!!! Я тебе говорил!!! – завопил Эрик. – Их должен был покупать я-я-я! Я уже ВСЕ рассчитал, папа, я в своем ежедневнике записал уже все возможные маршруты прогулок по городу, перечень ресторанов и музеев, рекомендованных к посещению, я на память знаю главные станции нью-йоркского метро… И вот, смотри! – он в ярости стал разворачивать у отца перед носом что-то вроде туристической карты. – Я также пронумеровал все городские памятники по дате возведения, чтобы упорядочить их осмотр. Я все спланировал до миллиметра! А теперь что будет, а? Ты можешь мне сказать? Чем прикажешь заняться на пасхальных каникулах? Оставишь меня одного тут, в Бремене?

– Нет. Поедешь к бабушке, – ответил отец.

– Ты серьезно?

– Отправишься в Грасберг до моего возвращения, – решительно проговорил Франк Фоглер.

И тогда Эрик, не выпуская из рук карту Нью-Йорка, над которой так долго работал, рухнул без сознания прямо на арабский ковер – подарок дяди из поездки в Марокко. Очнувшись посреди ночи, он обнаружил, что лежит в своей кровати, под пуховым одеялом, весь в холодном поту; сердце его разрывалось на части. Было четыре часа утра, и уснуть ему больше до рассвета так и не удалось.









Глава 2. Далеко-далеко от Нью-Йорка


Когда Эрик садился в машину отца, чтобы вместо Нью-Йорка ехать к бабушке, он уже знал, что для него начался сущий кошмар. Франк Фоглер наблюдал за ним краем глаза в зеркало заднего вида. Темные и блестящие волосы юноши были уложены гелем, на косой пробор. Между отцом и сыном царила полнейшая тишина, ее нарушал лишь стук капель дождя по стеклам машины. Они выехали из города очень рано.

Время от времени Франк замечал на себе вызывающий взгляд сына и испытывал чувство вины. Он знал, что Эрик не скоро его простит. Поэтому, чтобы отвлечься от этих мыслей, стал переключать радиостанции и слушать новости того апрельского утра.

«Найдена мертвой девушка, пропавшая на прошлой неделе в Северном районе Бремена, – сообщал мужской голос. – Труп обнаружен менее часа назад в парке в пригороде Гамбурга. На данный момент у полиции нет подозреваемого в совершении преступления. Дело расследует инспектор Гербер, не пожелавший делать никаких заявлений относительно слухов о том, что данное убийство связано с убийствами двух других молодых людей, пропавших в Бремене в последние месяцы».

Эрику стало не по себе, он заворочался в кресле.

– Ты не можешь что-нибудь другое включить? – недовольно сказал он, хмурясь и глядя в окно.

Отец стал искать радиостанцию классической музыки. Дождь лил еще сильнее. Под звуки Шестой симфонии Бетховена они, наконец, выехали из города и двинулись по шоссе, которое должно было привести их в Грасберг – деревню, где жила бабушка Эрика.

Берта Фоглер считала внука невыносимым. Она не раз пыталась с ним поладить, но это было выше ее сил. Она не могла вытерпеть его причуд, его одержимости чистотой, этот его тон всезнайки, жеманную манеру сморкаться, которая была у него с раннего детства. Поэтому, когда сын Франк позвонил ей накануне вечером и объявил, что Эрик останется у нее до конца Страстной недели, ее бросило в жар. Ей пришлось приложить руку к груди, чтоб сердце не выскочило. Она начала делать глубокие вдохи, силясь успокоиться, прежде чем ответить.

– Но, сынок, ты же знаешь, что у меня не слишком хорошо получается о нем заботиться, кроме того, он уже так давно меня не навещал.

– Да, да…

– Не думаю, что это хорошая идея, – отговаривалась она, в изнеможении падая на пыльный диван.

– Вот именно поэтому, мама, именно поэтому! Теперь у вас есть возможность получше узнать друг друга.

– Ты разве не помнишь, что случилось в прошлый раз, когда он приезжал ко мне?

На другом конце трубки воцарилось молчание.

– А мы провели вместе всего один день! Теперь представь, что будет за неделю!

– Ну, с тех пор прошло почти три года, и Эрик сильно переменился, мама…

– Не пытайся меня обмануть!.. Уверена, он все такой же несносный.

– Пожалуйста, пожалуйста, – умолял ее Франк Фоглер, схватившись за телефонный шнур и стараясь говорить как можно тише, – ты же знаешь, я не стал бы тебя просить, если б не крайняя необходимость. Я ошибся при покупке билетов и теперь не знаю, что делать.

– Я не готова брать его на себя, сынок.

– Пожалуйста!

– Ну нет же, нет…

– Я в отчаянии, – взмолился он.

– А ты не можешь нанять кого-то присмотреть за ним?

– У меня нет времени, мама! Послушай, я вернусь в Бремен в следующую субботу вечером и приеду за ним в Грасберг в воскресенье, клянусь. Это всего лишь неделя – вот увидишь, время пролетит незаметно! – уверял Франк Фоглер, стараясь, чтоб слова его звучали убедительно.

– …Ну хорошо. Но за тобой должок, и весьма серьезный.

«Неделю с бабушкой, неделю…» – цедил Эрик сквозь зубы. То есть семь дней, сто шестьдесят восемь часов, десять тысяч восемьдесят минут и шестьсот четыре тысячи восемьсот секунд. «Я не вынесу!» – говорил он тихо, не отводя глаз от окна автомобиля. А отец тем временем будет находиться где-то наверху Эмпайр-стейт-билдинг, или гулять по авеню с небоскребами, или смотреть мюзикл на Бродвее. Жизнь несправедлива, чудовищно несправедлива. По крайней мере, так думал юноша в то утро.

Беспрестанно прокручивая в мыслях свою беду, он едва заметил, что дождь прекратился. Он также не обратил внимания на то, что отец выключил музыку и снова слушал новостную радиостанцию, где постоянно обсуждали убийство Зандры Надель. Тем более, не видел он указателя, сообщавшего о том, что они прибыли в Грасберг, и не рассматривал улочек, по которым они, подпрыгивая на ухабах, ехали.

Глаза его были полны слез ярости и бессилия. Ему недавно исполнилось пятнадцать, он думал о своей карте нью-йоркских памятников, о том, как долго готовился к поездке. А потом вдруг ко всем этим образам прибавилось лицо бабушки, ее белая грива, развевающаяся на ветру, и невольно мурашки побежали у него по спине.

– Мы уже приехали! Можешь выходить из машины! – внезапно объявил отец, паркуясь у старого дома.

Эрик с неохотой открыл дверь и вышел. ПЛЮХ! И тут же ступил в глубокую лужу посреди улицы.

– Мои «Ломбартини»! – воскликнул он в ужасе, вставая на цыпочки, чтобы как можно меньше намочить ботинки.

В этот момент черная кошка выбежала с противоположного тротуара и подскочила к нему. Приблизившись к Эрику, она посмотрела на него своими большими желтыми глазами и угрожающе мяукнула.









Глава 3. На балконе


Дома, оставшись наедине, Эрик и Берта молча глядели друг на друга. Они стояли в гостиной. Он сжимал ручку своего огромного чемодана. Она держала перед собой одеяло в оранжевую и розовую полоску, покрытое катышками.

– Итак, – начала бабушка, – я приготовила для тебя одну из комнат на верхнем этаже. В Грасберге сейчас довольно холодно, так что одеяла не помешают. Как проголодаешься – можешь спускаться к завтраку. Если тебе нужно что-то еще…

– Нет, спасибо, – соврал Эрик.

О да, ему нужно было что-то еще! Ему хотелось знать, какого дьявола он делает в этом доме, каким образом Нью-Йорк вдруг превратился в недостижимую мечту и почему волосы бабушки похожи на огромный моток шерсти, в котором с одинаковым успехом можно спрятать как вилку, так и садовые грабли.

Берта проводила внука до самой комнаты по длинной деревянной лестнице, ступеньки которой непрерывно скрипели, как будто вот-вот готовы были сломаться под тяжестью шагов. На каждой площадке юноша останавливался перевести дух и собраться с силами, чтобы вновь тащить свой чемодан.

Потом они пошли по длинному узкому полутемному коридору – в самую дальнюю часть дома.

– Надеюсь, комната тебе понравится. Можешь убрать одежду в шкаф вон там, в глубине: я тебе оставила несколько свободных вешалок. Я буду внизу, у меня дела в подвале, но если тебе что-то понадобится – ну ты знаешь, – и она ушла, вручив ему одеяло в полоску и открыв перед ним дверь его новой спальни.

– …Хорошо, – пробормотал внук и застыл на пороге, не отваживаясь войти.

Когда, наконец, он заглянул в комнату, бабушка уже исчезла где-то на нижних ступеньках, и он остался совершенно один. Увидев, в каком состоянии находится спальня, Эрик выпучил глаза от ужаса. Быстро-быстро он вытащил из кармана брюк «Пассион» платок с вышитыми на нем инициалами и поднес его ко рту. В комнате пахло сыростью, а под кроватью как будто что-то ворочалось. Он отложил в сторону свой кожаный чемодан и одеяло в полоску. После чего схватил стоявшую за дверью вешалку, чтобы воспользоваться ею как копьем. Потихоньку, очень осторожно, юноша шел по направлению к кровати. Руки начинали потеть.

По мере того, как он продвигался, сердце билось все чаще. Доски скрипели под мокрыми «Ломбартини». Он наклонил палку к полу, почти касаясь его. Повозил ею во все стороны под кроватью, словно собирался выудить оттуда рыбу с жуткими челюстями.



Читать бесплатно другие книги:

Он немногословен, но если пообещал, то выполнит обещанное, таков Комбат, ведь это не просто кличка главного героя Бор...

Представьте мир, где все люди рождаются любого цвета радуги. Каково будет в этом мире родиться серым? Положение в спе...

Прошли столетья с тех пор как отгремели чудовищные войны магов, и половина континента превратилась в покрытую пеплом ...

Военный гений, по праву командовавший Парадом Победы. Дважды Герой Советского Союза, одолевший «коричневую чуму». Вет...

После успешного, но опасного сотрудничества с группой «Сигма» пара бывших армейских разведчиков Такер Уэйн и его пес ...

Зачастую мы так спешим от метро до работы и обратно или торопимся к месту встречи, что не замечаем многого даже на хо...