Когда пора отступиться Пирс Блейк

Что же до похорон, то Райли их просто терпеть не могла. За последние пару десятилетий работы в правоохранительных органах она видела столько суровой действительности, связанной со смертью, что похороны ей казались фальшью – на них смерть всегда выглядела слишком чистой и миролюбивой.

«Всё это сбивает с толку», – всё время думала она. Эта девочка умерла жестокой смертью, от своих или от чужих рук.

Но Эприл настояла на том, чтобы они пришли, и Райли не могла позволить ей пережить это всё в одиночку. По иронии судьбы одинокой себя чувствовала Райли. Она выбрала место рядом с проходом на заднем ряду в битком набитой церкви, в то время как Эприл сидела на одном из первых рядов, прямо за местами для семьи – так близко к Тиффани, как могла. Но Райли радовалась, что Эприл сейчас рядом с подругой, и была не против сидеть одна.

Витражи блестели на солнце, а гроб перед ними был усыпан цветами, возле него стояло несколько больших венков. Служба была степенной, хор пел хорошо.

Прямо сейчас священник что-то бубнил о вере и спасении, убеждая всех, что Лоис попала в лучшее место. Райли не обращала особенного внимания на его слова. Она оглядывалась, пытаясь найти что-то, что могло бы объяснить, почему умерла Лоис Пеннингтон.

Вчера она заметила, что родители Лоис сидели на диване, не касаясь друг друга. Она не была уверена, как правильно прочла язык их тел. Но теперь рука Лестера Пеннингтона успокаивающе лежала на плечах Эвники, и они оба казались ничем не примечательными скорбящими родителями.

Если и было в семье Пеннингтонов что-то неправильное, она этого не замечала.

Как ни странно, от этого Райли стало заметно некомфортно.

Она считала себя внимательным знатоком человеческой природы. Если Лоис действительно совершила самоубийство, вероятней всего, в её семье были какие-то проблемы. Но в ней не было видно ничего странного – ничего, кроме обычного горя.

Священнику удалось закончить речь, ни разу не коснувшись темы предполагаемой причины кончины Лоис.

Затем последовал ряд коротких, полных слёз надгробных слов друзей и родственников. Они говорили о горе и о счастливых временах, иногда рассказывали смешные истории, которые вызывали грустные смешки со стороны прихожан.

«Но ничего о самоубийстве», – думала про себя Райли.

Что-то ей казалось странным.

Разве никто из тех, кто был близок Лоис, не хочет признать, что в её последние дни закралась безнадёжность: борьба с депрессией, битва с внутренними демонами, безответный плач о помощи? Неужели никто не считает её трагическую смерть уроком для других, кому нужно помочь и кого нужно поддержать, чтобы они не пытались отнять собственную жизнь?

Но никто не говорил ничего в таком духе.

Никто не хотел говорить об этом.

Казалось, что всем стыдно, или они озадачены, или и то, и другое.

Может быть, они даже не вполне в это верят.

Надгробные слова закончились, и подошло время прощания с телом. Райли не поднялась с места. Она была уверена, что мастер похоронных дел сделал качественную работу. Как бы ни выглядела сейчас бедняжка Лоис, она точно не была похожа на саму себя, найденную повешенной в гараже. Из собственного тяжёлого опыта Райли знала, как выглядят погибшие от удушья.

Наконец, священник произнёс прощальное благословение и гроб вынесли. Семья вместе вышла, и все присутствующие тоже стали расходиться.

Когда Райли вышла на улицу, она увидела, что Тиффани и Эприл со слезами обнимают друг друга. Затем Тиффани заметила Райли и подбежала к ней.

– Разве нет ничего, что вы могли бы сделать? – сдавленным голосом спросила девочка.

Потрясённая Райли проговорила:

– Нет, мне очень жаль.

Прежде, чем Тиффани успела сказать что-то ещё, её окликнул отец. Семья Тиффани садилась в чёрный лимузин. Тиффани присоединилась к ним и машина уехала.

Райли повернулась к Эприл, которая отказывалась смотреть на неё.

– Я поеду на автобусе, – сказала Эприл.

Эприл ушла, и Райли даже не пыталась её остановить. Чувствуя себя ужасно, она пошла к своей машине, стоящей на парковке у церкви.

*

В тот день ужин едва ли можно было назвать весёлым, как это было всего два дня назад. Эприл всё ещё не говорила с Райли, да и с остальными едва ли перекинулась парой слов. Её печаль была заразительна. Райан и Габриэлла тоже сидели мрачные.

Посреди ужина Джилли вдруг заговорила.

– Я сегодня подружилась с одной девочкой в школе. Её зовут Джейн. Она тоже приёмная.

Лицо Эприл посветлело.

– Так это здорово, Джилли! – воскликнула она.

– Да. У нас много общего, есть о чём поговорить.

Райли тоже немного воспряла духом. Было здорово, что Джилли наконец начала заводить друзей. И Райли знала, что Эприл переживает о Джилли.

Девочки немного обсудили Джейн, а затем все снова замолчали, погрузившись в прежнее уныние.

Райли знала, что Джилли хотела сломать мрачное настроение, подбодрить Эприл. Но теперь младшая девочка выглядела обеспокоенной. Райли решила, что её тревожит такое напряжение в её новой семье. Джилли явно боится, что может потерять то, что обрела совсем недавно.

«Надеюсь, что её тревога беспочвенна», – подумала Райли.

После ужина девочки поднялись в свои комнаты, а Габриэлла стала убираться на кухне. Райан налил по стакану виски для себя и для Райли, и они вместе сели в гостиной.

Какое-то время они оба молчали.

– Я пойду поговорю с Эприл, – наконец сказал Райан.

– О чём? – спросила Райли.

– Она была грубой. И она неуважительно к тебе относится. Это не должно сойти ей с рук.

Райли вздохнула.

– Она не была грубой, – сказала она.

– Что ж, а ты как это назовёшь?

Райли задумалась на мгновение.

– Просто ей не всё равно, – сказала она. – Она беспокоится за подругу и чувствует себя беспомощной. Она боится, что с Лоис произошло что-то ужасное. Мы должны радоваться тому, что она думает о других. Это признак взросления.

Они оба снова замолчали.

– Как ты думаешь, что случилось на самом деле? – наконец спросил Райан. – Как думаешь, Лоис покончила с собой или её убили?

Райли устало покачала головой.

– Хотелось бы мне знать, – вздохнула она. – Я привыкла доверять интуиции, своим инстинктам. Но сейчас инстинкты не включаются. Я ничего не чувствую по этому поводу.

Райан погладил её по руке.

– Что бы ни случилось, ты за это не ответственна, – сказал он.

– Ты прав, – сказала Райли.

Райан зевнул.

– Я устал, – сказал он. – Лягу, наверное, сегодня пораньше.

– Я ещё посижу здесь, – сказала Райли. – Пока не хочу спать.

Райан поднялся, а Райли плеснула себе ещё один большой стакан виски. В доме было тихо, и Райли чувствовала себя одинокой и, как ни странно, беспомощной – совсем как Эприл. Но после второго стакана она начала расслабляться и почувствовала сонливость. Она скинула туфли и вытянулась на диване.

Через какое-то время она проснулась от того, что кто-то укрывал её одеялом. Райан, видимо, спустился посмотреть, как она, и убедиться, что ей удобно.

Райли улыбнулась, теперь ощущая себя менее одиноко. Затем она снова уснула.

*

Когда Эприл бросилась к гаражу Пеннингтонов, у Райли появилось ощущение дежавю.

Как и вчера, Райли крикнула:

– Эприл, не ходи туда!

На этот раз Эприл сорвала полицейскую ленту, прежде чем открыла дверь.

Затем девочка исчезла в гараже.

Райли побежала за ней и вошла внутрь.

Внутри гараж был ещё больше и темней, чем вчера, как огромный заброшенный склад.

Райли нигде не видела Эприл.

– Эприл, где ты? – закричала она.

Голос Эприл отозвался эхом:

– Я здесь, мам.

Райли не понимала, откуда раздаётся голос.

Она медленно повернулась, вглядываясь в кажущуюся бесконечной темноту.

Наконец, включился свет.

Райли застыла в ужасе: прямо перед ней с потолочной балки висела девочка на пару лет старше, чем Эприл.

Она была мертва, но глаза её были открыты и смотрели прямо на Райли.

Вокруг девочки на столе и на полу были разбросаны сотни фотографий в рамках, на которых была изображена девочка и её семья в разные годы.

– Эприл! – закричала Райли.

Ответа не последовало.

Райли проснулась и села на диване, как ужаленная, от ночного кошмара пульс у неё зашкаливал.

Она едва удержалась, чтобы не закричать что есть сил: «Эприл!»

Но она знала, что Эприл спит наверху.

Вся семья спала – кроме неё.

«Почему мне приснился такой сон?» – гадала она.

Ей потребовалось не больше мгновения, чтобы узнать ответ.

Она поняла, что её инстинкты наконец включились.

Теперь она знала, что Эприл была права: в смерти Лоис что-то не так.

И она должна выяснить, что.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Когда Райли вылезла из машины в Колледже Бярс, у неё по спине пробежал холодок. Причиной тому была не только погода, не отличавшаяся теплом: аура школы была неизъяснимо недружелюбной.

Осматриваясь, она дрожала всем телом.

Студенты ходили по кампусу, плотно укутавшись от холода, торопясь добраться до зданий и едва разговаривая друг с другом. Никто не выглядел довольным.

«Ничего удивительного, что здесь подросткам хочется покончить с собой», – подумала Райли.

Во-первых, место выглядело так, будто принадлежит прошлому веку. Райли показалось, что она перенеслась назад во времени. Старые кирпичные здания были в превосходном состоянии, как и белые колонны: пережитки времени, когда в таких местах обязательно были колонны.

Похожий на парк кампус был впечатляюще огромным, учитывая, что находился он в столице страны. Конечно, это Вашингтон разросся вокруг него за почти два столетия существования колледжа. Маленькая, эксклюзивная школа процветала, подготавливая выпускников, которые после этого добивались успеха в самых престижных университетах страны, а затем занимали влиятельные позиции в бизнесе и политике. В таких школах студенты устанавливали важные связи, которые поддерживали потом всю жизнь.

Естественно, для семьи Райли учёба здесь была слишком дорогой – даже, считала она, с поддержкой стипендии, которую иногда давали блестящим студентам из многообещающих семей. Не то чтобы она вообще хотела бы отправить сюда Эприл. Да, кстати, и Джилли.

Райли вошла в здание администрации и нашла кабинет декана, где её приветствовала строгая секретарь.

Райли показала женщине значок:

– Специальный агент Райли Пейдж, ФБР. Я вам звонила сегодня.

Женщина кивнула.

– Декан Отри ожидает вас.

Секретарь ввела Райли в огромный, сумрачный кабинет, стены которого были обшиты панелями из тёмного дерева.

Изысканно одетый мужчина преклонных лет встал из-за стола, чтобы поприветствовать её. Он был высоким, с серебристыми волосами, на нём был надет дорогой костюм-тройка и галстук.

– Агент Пейдж, я полагаю, – сказал он с холодной улыбкой. – Декан Уиллис Отри. Присаживайтесь.

Райли села перед его столом. Отри тоже уселся и повернулся на кресле.

– Я не уверен, что понимаю цель вашего визита, – сказал он. – Это как-то связано с безвременной кончиной Лоис Пеннингтон, не так ли?

– Вы говорите о её суициде, – проговорила Райли.

Отри кивнул и сложил руки домиком.

– Едва ли это можно назвать делом для ФБР, по моему мнению, – сказал он. – Я звонил родителям девочки, чтобы выразить им искренние соболезнования от имени школы. Они, конечно, подавлены. Всё это такое несчастье. Но, похоже, у них нет особенных вопросов.

Райли поняла, что должна тщательно выбирать слова. Она приехала раскрывать не порученное ей дело – на самом деле, её начальство в Квантико вовсе не одобрило бы её визит. Но возможно, ей удастся сделать так, чтобы Отри этого не узнал.

– Другой член семьи выразил недоверие, – сказала она.

Райли решила, что нет нужды уточнять, что она имеет в ввиду сестру-подростка Лоис.

– Какое несчастье, – повторил декан.

«Ему как будто нравится это слово», – подумала Райли.

– Что вы можете рассказать мне о Лоис Пеннингтон? – спросила она.

Отри принял скучный вид, его мысли, по-видимому, блуждали где-то далеко.

– Что ж, ничего такого, что её семья не успела бы вам рассказать, я в этом уверен, – сказал он. – Я не был знаком с ней лично, но…

Он повернулся к компьютеру и что-то ввёл.

– Судя по всему, она была совершенно обычной первокурсницей, – сказал он, глядя на экран. – Достаточно хорошие отметки. Никаких сообщений о чём-то неподобающем. Хотя я вижу, что ходила к психологу по причине депрессии.

– Но она не единственная студентка вашей школы, кто покончил с собой в этом году, – заметила Райли.

Выражение Отри немного потемнело. Он промолчал.

Перед отъездом Райли вкратце изучила два самоубийства, упомянутых Тиффани.

– Утверждают, что Дианна Уэббер и Кори Линз убили себя в прошлом семестре, – сказала Райли. – Причём Кори сделала это прямо здесь, в кампусе.

– Утверждают? – переспросил Отри. – Не вполне удачное слово, как мне кажется. Я не слышал обратного.

Он слегка отвернулся от Райли, как будто её здесь и не было.

– Мисс Пейдж… – начал он.

– Агент Пейдж, – поправила его Райли.

– Агент Пейдж, я уверен, что такой профессионал как вы в курсе, что за последние десятилетия процент самоубийств среди студентов колледжа вырос. Это третья по частоте причина смертности среди детей, достигших студенческого возраста. Каждый год в кампусах колледжей совершается более тысячи суицидов.

Он сделал паузу, как будто хотел, чтобы она прочувствовала вес его слов.

– И конечно, – продолжал он, – в некоторых школах случаются групповые самоубийства. В Бярс высокие запросы. К несчастью, на нашу долю выпало больше суицидов, но это неизбежно.

Райли подавила ухмылку.

Цифры, которые разузнала Эприл пару дней назад теперь ей пригодились.

«Эприл бы обрадовалась», – подумала она.

Она сказала:

– Процент самоубийств среди студентов колледжей по стране составляет семь с половиной человек на сто тысяч. Но буквально в этом году уже трое из ваших семисот студентов покончили с собой. Это в пятьдесят семь раз выше среднего показателя.

Отри поднял брови.

– Что ж, я уверен, что вам известно о…

– Выбросы, – договорила за него Райли, всё ещё сдерживая улыбку. – Да, мне известно о них. И всё же, уровень самоубийств в вашей школе кажется мне совершенно… несчастливым.

Отри молча смотрел, глядя в сторону.

– Декан Отри, у меня создаётся впечатление, что вы не рады тому, что здесь ходит сотрудник ФБР, – сказала Райли.

– Я действительно не рад этому, – подтвердил он. – Да и могу ли я радоваться? Это же пустая трата времени, как вашего, так и моего, и денег налогоплательщиков. А ваше присутствие здесь может создать впечатление того, что что-то не в порядке. А у нас в Колледже Бярс всё в порядке, смею вас уверить.

Он наклонился через стол к Райли.

– Агент Пейдж, к какому именно подразделению ФБР вы относитесь?

– Отдел Поведенческого Анализа.

– А, это неподалёку, в Квантико. Что ж, возможно, вам захочется узнать, что многие из наших студентов родом из семей политических деятелей. Некоторые из родителей имеют заметное влияние на правительство – включая ФБР, смею полагать. Я уверен, что вы не хотите, чтобы до них дошли такие известия.

– Такие известия? – переспросила Райли.

Отри покачался в кресле вперёд и назад.

– Подобным людям может захотеться подать жалобу вашему начальству, – сказал он со значительным видом.

Райли почувствовала себя не в своей тарелке.

Она почувствовала, что он догадался, что она приехала не в официальном порядке.

– Лучше всего не создавать проблем там, где их нет, – продолжал Отри. – Я лишь отмечаю это для вашего блага. Мне бы ужасно не хотелось, чтобы вы поссорились со своим начальством.

Райли чуть не рассмеялась вслух.

Ссоры с начальством были для неё привычным делом.

Как и отстранения или увольнения с последующим восстановлением в должности.

Это Райли не пугало.

– Понимаю, – сказала она. – Вы пойдёте на всё, чтобы не испортить репутацию вашей школы.

– Рад, что мы поняли друг друга, – сказал Отри.

Он встал, очевидно, ожидая, что Райли покинет его кабинет.

Но Райли не была готова уйти – ещё нет.

– Спасибо, что уделили мне время, – сказала она. – Я уеду сразу, как только вы дадите мне контактную информацию семей предыдущих самоубийц.

Отри уставился на неё. Райли смотрела на него в ответ, не вставая с места.

Отри посмотрел на часы:

– У меня встреча. Я должен вас покинуть.

Райли улыбнулась.

– Я тоже тороплюсь, – сказала она, взглянув на собственные часики. – Так что чем скорее вы дадите мне информацию, тем скорей мы с вами сможем вернуться к своим делам. Я подожду.

Отри нахмурился, затем снова сел к компьютеру. Он что-то напечатал на клавиатуре, затем загудел его принтер. Он передал Райли листок с информацией.

– Боюсь, что мне придётся пожаловаться вашему начальству, – сказал он.

Райли не двигалась. Её любопытство возросло.

– Декан Отри, вы только что упомянули, что на «вашу долю выпало больше самоубийств». О скольких самоубийствах мы говорим?

Отри ничего не ответил. Его лицо покраснело от ярости, но голос прозвучал спокойно и сдержано.

– Передайте своему начальству в ОПА, что я с ними свяжусь, – сказал он.

– Разумеется, – сказала Райли нарочито вежливо. – Благодарю, что уделили мне время.

Райли вышла из офиса, а затем и из административного строения. На этот раз ветер бодрил и вселял энергию.

Уклончивость Отри убедила Райли в том, что она наткнулась на гнездо зла.

А Райли специализировалась на зле.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Сев в машину, Райли стала проглядывать информацию, которую ей дал декан. Она стала вспоминать подробности смерти Дианны Уэббер.

«Конечно, – вспомнила она, открывая старые новостные сообщения на телефоне. – Она дочь конгрессвумен».

Депутат Хейзл Уэббер была восходящим политиком, замужем за известным юристом из Мэриленда. Смерть их дочери была в новостях прошлой осенью. В тот момент Райли не обратила на этот случай особенного внимания: всё напоминало скорей сплетню из жёлтой газеты, нежели настоящую новость, кроме того, Райли считала, что такие случаи – дело семьи и никого более.

Теперь она думала иначе.

Она нашла номер телефона вашингтонского кабинета конгрессвумен Хейзл Уэббер. Она набрала номер и услышала в трубке деловитый голос секретаря.

– Говорит специальный агент Райли Пейдж, ФБР, Отдел Поведенческого Анализа, – представилась Райли. – Мне бы хотелось договориться о встрече с депутатом Уэббер.

– Могу я спросить, какова цель встречи?

– Мне нужно поговорить с ней о смерти её дочери прошлой осенью.

Повисло молчание.

Райли сказала:

– Мне жаль беспокоить конгрессвумен и её семью по поводу этой ужасной трагедии, но нам нужно довести дело до конца.

Опять молчание.

– Простите, – медленно произнёс секретарь, – однако депутата Уэббер сейчас нет в Вашингтоне. Вам придётся подождать, когда она вернётся из Мэриленда.

– А когда это произойдёт? – поинтересовалась Райли.

– Я не могу сказать. Вам придётся перезвонить.

Не произнеся больше ни слова, секретарь повесил трубку.

«Она в Мэриленде», – подумала Райли.

Райли быстро поискала в интернете и выяснила, что Хейзл Уэббер живёт на лошадиной ферме Мэриленда. Судя по фотографии, место найти было нетрудно.

Но прежде чем Райли успела завести автомобиль, у неё зазвонил телефон.

– Это Хейзл Уэббер, – сказала звонящая.

Райли была поражена. Секретарь, по-видимому, немедленно позвонил конгрессвумен после того, как повесил трубку. Райли точно не ожидала, что Уэббер свяжется с ней напрямую, и уж точно не так скоро.

– Чем я могу вам помочь? – спросила Уэббер.

Райли снова объяснила, что ей хотелось бы «закончить дело» относительно смерти её дочери.

Страницы: «« 12345 »»

Читать бесплатно другие книги:

В современной системе здравоохранения существует немало проблем, причем это общемировая тенденция. Ч...
Любовь, ревность, музыка и поэзия — всё это живёт в трёхминутных историях — песнях поэта-песенника О...
Книги популярной американской писательницы известны читателям всего мира. Роман «Зоя» особенно интер...
Золотая медаль не помогли юной Виктории, распознать - предательство, обман и цинизм. Безжалостно вор...
Думаете об открытии бизнеса или развитии существующего? Чтобы избежать потери времени, сил и денег (...
Константинополь, конец XIII века. Чтобы освободить несправедливо заключенного брата Юстиниана, молод...