О горах да около. Горный синдром - Сальников Андрей

О горах да около. Горный синдром
Андрей Сальников


Побывав в горах однажды, вы или безнадёжно заболеете ими, или навсегда останетесь к ним равнодушны. После первого знакомства с ними у автора появились симптомы горного синдрома, которые быстро развились и надолго закрепились. В итоге эмоции, пережитые в горах Испании, Греции, Швеции, России, и мысли, возникшие после походов, легли на бумагу, а чуть позже стали частью этого сборника очерков.






…и сам путь уже есть вершина.

Даша Яшина




Как мы в гору ходили




***



Год назад в моей голове появилась одна навязчивая идея. Мне приспичило взойти на гору. Как ни странно, за это время мысль не потухла и не уснула, в отличие от уже давно спящего и почти потухшего вулкана, на который я возжелал подняться. С каждым днём напор этой мысли становился мощнее, а с приближением отпуска её нажим на черепную коробку был всё сильнее и сильнее. Жить с подобным давлением стало невыносимо. Пришла пора извергнуть это «порождение». Путёвка, подготовка, сборы – и в путь!

Еду по горной дороге и уже вижу его. Огромный купол вулкана Тейде. Но чем ближе я подъезжаю к нему, тем отчётливее в моей голове звучит диалог:

– Ты уверен, что тебе это нужно?

– Думаю, да. Уже год этот замысел не покидает меня.

– Ты же никогда не делал ничего подобного.

– Так в том-то и дело, хочется совершить что-то особенное!

– А всё ли учёл? Время, силы…

– Ну вот, смотри. В двенадцать часов дня начинаю свой путь от Мирадор де Чио и пятнадцать километров иду по шоссе до стоянки Монтана Бланка – в пути четыре часа. В пятом часу дня встаю на тропу и восемь километров поднимаюсь до горного приюта Альтависта – пять часов ходу. Затем ночёвка, подъём в начале шестого утра, и в семь – я на вершине! Вроде всё складно.

Подъезжаю к месту старта, паркую автомобиль. Переобуваюсь в ботинки, проверяю рюкзак, сижу. Слышу голос:

– Ну, если уверен, чего же ты ждёшь, страшно?

Игнорирую вопрос, вскидываю рюкзак и, как бывалый турист, бодро выхожу на свой первый в жизни маршрут.



***



Три километра пронеслись незаметно. Иду легко, непринуждённо. Часто схожу с трассы, выбираю живописные места, фотографирую. Надо отметить, что моё недавнее увлечение панорамной фотосъёмкой определило именно эту линию пути. Обычно тот, кто хочет взойти на вулкан, сразу приезжает на Монтана Бланка и за пять-шесть часов поднимается на его вершину. Есть ещё один способ, самый логичный в наше быстрое время – десять минут на фуникулёре и полчаса пешком. Мне же хотелось обойти гору вокруг, насколько это возможно, и запечатлеть её с разных сторон, прежде чем подняться на самый верх.

Облачно. Вершина, то появляется, то исчезает. Играет. Выглянет вдруг, пока настроишь камеру для снимка, а её уже нет. Кальдера Лас Каньядас медленно заполняется густой сметаноподобной массой облаков. Кажется, сейчас затянет всё плато, и ты окажешься внутри этой толщи. Увязнешь и сгинешь в ней навсегда, как беспомощное насекомое.

Пейзажи вокруг удивляют своим разнообразием. Они меняются так часто и настолько существенно, что оставить их без внимания фотокамеры просто невозможно. Только что видел несметное количество чёрных лавовых камней, а впереди уже поле с белым песком. На нём лохматыми шапками растут удивительные низкорослые деревья с длинными мясистыми иголками. Недавно прошёл безжизненные груды красной пемзы, тут уже грунт, похожий на чернозём. Он весь усеян причудливыми растениями, похожими на иван-чай. Теперь же вокруг меня, как щупальца марсианского чудища, расползлись во все стороны по красному гравию толстые стебли каких-то кустов.

На часах уже три часа дня, а пройдена лишь половина пути от асфальтовой части похода. Замечаю явное отставание от намеченного мною графика. Мысленно ругаю себя:

– Я совсем не учёл время на съёмку и отдых!

– Ну вот, начинается, а говорил всё складно, – вклинивается в мои рассуждения уже знакомый мне оппонент.

– Всего невозможно учесть, не имел я раньше подобного опыта, – пытаюсь ему возражать.

– Ты же читал, как похожий на тебя «умник» целую ночь блуждал впотьмах. Хочешь повторить его опыт?

– Конечно же, нет! На его примере и планировал свой поход с точностью до часа.

– Ха! Планировал, планировал, да не выпланировал!

Отсюда начался новый виток моего пути. Если до этого он был лёгкой развлекательной прогулкой, то сейчас стал борьбой. Беспокойство о времени переросло в серьёзный внутренний конфликт:

– Ну, прогулялся ты, попробовал свои силы. Хватит!

– Что хватит? Ты хочешь, чтобы я повернул назад прямо сейчас?

– Да, сейчас! Потому что через пару часов будет уже поздно.

– Я перерыл весь интернет, переварил кучу информации…

– И что? Ну, почитал – умнее будешь.

– Потратил кучу денег на тур, на экипировку. Всё зря?

– Почему зря? Жена и дочь купаются в океане, а шмотки ты и так сносишь.

– Ну да! Горные ботинки, рюкзак, треккинговые палки – и на работу.

– Ха-ха! Смешно! Но не убиваться же из-за них.

– А как же фотопроект?

– Ты серьёзно? Нашёл аргумент, ботинки и палки весомее! Никому, кроме тебя, он не нужен.

– За год гора стала моей мечтой, а за мечту надо бороться…

– О, как завернул – мечта! Ты подумай о жене и о дочери, а если что-нибудь случится с тобой? Им от твоей мечты никакого проку…

– Ну, давай мне сейчас про семейный долг, про ипотеку начни!

– И начну. Вот сгинешь ты там, а кредит ещё тринадцать лет платить…

– Всё! Хватит! Иду дальше, и больше ни слова.

В этом диссоциативном диалоге я прохожу точку невозврата. Уже не борюсь. Иду дальше и морально готовлюсь к восхождению в темноте. К шести вечера с опозданием в два часа я добираюсь до следующего этапа.



***



На парковке Монтана Бланка десяток автомобилей. Недалеко от них молодая женщина и маленькая девочка, кого-то ждут. Смотрят на меня и шумно говорят на французском языке. Прохожу мимо. Чуть выше стоянки снимаю и бросаю рюкзак на камни. Жадно пью воду, восстанавливаю дыхание.

– Тебе не страшно идти дальше? – слышу уже ставший привычным для меня голос.

– Нет. Я настроился и теперь спокоен, – невозмутимо отвечаю ему.

– Но ведь через два часа опустится ночь!

– И что? У меня есть свет.

Утепляюсь, готовлю треккинговые палки, проверяю налобный фонарь, пристраиваю его на голову. Ломаю плитку шоколада на мелкие ломтики и распихиваю их по карманам мембранной куртки.

Подъехал автомобиль. Женщина с девочкой сели в него. Дверца громко хлопнула, как сигнал к старту. Машина плавно тронулась, а я выдвинулся вверх, оставляя бремя смятения и тревоги здесь.

Через тридцать минут выхожу к границе облаков и погружаюсь в их влажную липкую массу. Тишина обволакивает и заполняет уши. Не видно ничего, кроме короткого отрезка грунтовой дороги под ногами. Иду больше часа и на собственном опыте ощущаю смысл выражения «гнетущая атмосфера». И вдруг в одно мгновение пелена рассеивается. Я будто выныриваю. Прозрачный воздух звенит. Закатный свет делает всё вокруг мягким и тёплым. Я стою на маленьком каменном острове посреди волшебного облачного моря.

Осматриваюсь. На красном вулканическом песке чёрными дырами зияют огромные каменные шары. Когда-то раскалённые куски породы изрыгались вулканом в небо и падали за несколько километров от его жерла. Теперь лежат эти бомбы, как брошенные яйца какой-то гигантской птицы.

Восемь часов вечера. Последние лучи солнца вспыхивают красной нитью на бескрайнем горизонте. Широкий грунтовый путь кончился. Я останавливаюсь перед началом узкой тропинки, оборачиваюсь и ловлю уходящий свет. Через двадцать минут гору накроет полная тьма.

Начался крутой подъём. Медленно иду при тусклом свете китайского фонаря. Ноги гудят. Сердце колотится. Одышка. Приспосабливаюсь, ищу свой ритм. Двигаюсь – считаю до сорока, останавливаюсь – считаю до десяти. Иду – до сорока, стою – до десяти. И так бесконечно. Казалось, этот подъём никогда не закончится.

Луна в зените, но света от неё почти нет, конец месяца. Зато звёзд на небе мириады.



Читать бесплатно другие книги:

На сегодняшний день термин «тендер» широко используется в российском бизнесе. Это не что иное, как конкурентные торги от...
Издание соответствует требованиям государственного отраслевого стандарта и учебной программе по специальности 060110 (Ла...
Он ратник князя Михаила Тверского, замученного в Орде и позднее причисленного к лику святых. У него кровные счеты с тата...
Кровавая осень 1943 года. Даже после поражения на Курской дуге, несмотря на утрату прежнего господства в воздухе, «экспе...
Эту книгу нельзя просто читать. Ее необходимо штудировать с карандашом в руке. Примените хотя бы 25% материала из этой к...
Варварская Москва и благородный Монтре – декорации для азартной русской игры, участники которой ставят на кон самих себя...