Бесследно исчезнувшая - Марклунд Лиза

Бесследно исчезнувшая
Лиза Марклунд


Анника БенгтзонИностранный детектив
Промозглым дождливым майским днем в собственном доме в пригороде Стокгольма найден без сознания недавно ушедший в отставку политик Ингемар Лерберг. На его теле – следы чудовищных пыток. Репортер крупной столичной газеты Анника Бенгтзон, известная острыми материалами и расследованиями, заинтересовалась происшествием. Профессиональная интуиция подсказывает ей, что дело обещает быть интересным и запутанным. Лерберг в коме и вряд ли выживет, а бесследное исчезновение его жены удивительно напоминает историю, произошедшую с другой женщиной много лет назад…





Лиза Марклунд

Бесследно исчезнувшая



LIZA MARKLUND

LYCKLIGA GATAN



© Liza Marklund 2013

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2016

© Художественное оформ ление, «Центрполиграф», 2016




Пролог


Человек способен воспринимать боль до определенного предела. Потом он отключается. Сознание гаснет мгновенно, подобно тому, как срабатывает предохранитель в перегруженной электросети.

Удержаться по нужную сторону этой границы позволят только трезвый расчет и умение чувствовать ситуацию.

Мужчина с молотком в руке рассматривал лежащего на кровати индивида без намека на раздражение.

– Тебе решать, – сказал он. – Мы закончим, когда захочешь.

Реакции не последовало. Но мужчина был абсолютно уверен: его прекрасно слышат. Как раз этот клиент (он обычно думал обо всех тех, с кем ему поручали поработать, именно таким образом) оказался довольно приличным экземпляром homo sapiens. Хорошо развитая мускулатура, здоровый цвет кожи, тонкий слой подкожного жира. Кроме того, идеологически подкованный и готовый бороться за свои убеждения, что уже само по себе обещало сложное задание. Сейчас индивид прекратил трепыхаться, он неподвижно лежал на кровати в брюках и рубашке. Скотч вокруг запястий и лодыжек больше не требовался, остался только закрывавший рот.

Мужчина посмотрел на своего брата-близнеца, собственную точную копию, стоявшего по другую сторону кровати, и они кивнули друг другу. Брат-близнец склонился над ящиком с инструментами и после недолгих поисков извлек одетой в перчатку рукой шило. Мужчина с молотком в очередной раз кивнул, одобряя такой выбор.

Потом он на короткое время закрыл глаза, чтобы сфокусироваться на дыхании и убедиться, что тело полностью подвластно ему, и в какое-то мгновение остро ощутил нехватку своего «магнума».

Но куда деваться, если они целиком и полностью отказались от использования в качестве рабочего инструмента огнестрельного оружия. Оно производило шум, несмотря на глушитель, и теперь ему хотя бы не требовалось больше беспокоиться об ухудшении слуха, которое этот шум в первую очередь влек за собой. (Одно время обсуждалась идея, чтобы они носили наушники, но от нее отказались, поскольку те слишком бросались в глаза.) Опять же общество бурно реагировало на вид огнестрельного оружия, в то время как на веревки и ящики с обычным набором слесарного инструмента никто внимания не обращал.

Он заметил, что его мысли ушли в сторону, и дружелюбно, но решительно вернул их к проблеме дыхания. Потом открыл глаза и посмотрел на клиента.

– Сейчас ты получишь шанс ответить, – сказал он мягко. – Если закричишь или сделаешь какую-то глупость, тебе будет больно.

Клиент никак не отреагировал. Его глаза оставались закрытыми, а дыхание через нос – тяжелым. Мужчина оторвал скотч на несколько сантиметров, только приоткрыв уголок рта.

– Ты готов? – спросил он. – Твои неприятности могут сразу же закончиться.

Он отклеил ленту еще немного. Его подопечный втянул воздух ртом, и из его горла вырвался булькающий звук. Он закашлялся, брызги слюны вылетели наружу через узкую щелку между губами.

Мужчина наклонился к уху клиента, прошептал вкрадчиво:

– Где она?

Дыхание клиента стало прерывистым. Он явно услышал вопрос, его глазные яблоки задвигались интенсивнее под тонкими веками, тело напряглось.

Мужчина наклонился еще ниже.

– Что ты сказал? – прошептал он. – Я не расслышал…

Клиент попытался говорить, его кадык дернулся. Результат этих усилий скорее напоминал стон, чем слова.

– Не… знаю…

Мужчина вздохнул и увидел, что его копия сделала то же самое.

– Печально, – сказал он и прижал скотч ко рту клиента. Его нижняя сторона стала влажной от слюны и отказывалась приклеиваться, в следующий раз стоило использовать новую полоску. – Тогда посмотрим, как у тебя все выглядит под рубашкой, – сказал мужчина и расстегнул пуговицы на ней.

Две слезы побежали по щекам из закрытых глаз клиента.

– Попытайся не плакать, – сказала точная копия мужчины с молотком. – Носовые проходы распухнут, тебе будет трудно дышать.

Клиент постарался последовать данному ему совету. Это был хороший знак. Мужчина с молотком осторожно дотронулся до ребер клиента, и тот застонал при его прикосновении. Синяк распространился вниз вдоль бока и в сторону пупка, четко обозначились места переломов под кожей.

– Сейчас мы займемся третьим, – сказал мужчина и поднял свой инструмент.

Его копия оттянула вверх веко клиента, зрачок уменьшился, когда свет попал в глаз. Рефлексы работали. Мужчина с молотком провел пальцами по груди клиента, тщательно выбрал место и нанес в меру сильный удар. Ребро сломалось с глухим, напоминавшим щелчок звуком, тело вздрогнуло. Дыхание участилось и стало поверхностным, индивид на кровати вот-вот мог потерять сознание снова.

Брат-близнец наклонился на клиентом:

– Тебе просто надо рассказать. Потом все закончится.

Глаза клиента закатились, так что виднелись одни белки. Брат-близнец крепче сжал шило в руке.

– Где Нора?



Мы стояли в саду под яблонями. Была весна, цвели деревья, яркий солнечный свет пробивался сквозь кроны. Я помню звук шмелей среди листвы. Утром прошел дождь, и его капли еще прятались в развилках ветвей. Я прижимала к себе моего малыша, ему исполнилось всего пять дней. Исака, моего первенца. Я кутала его в одеяло от ветра, а Ингемар обнимал нас обоих. Я помню ощущение нежной кожи сына на своей щеке, его запах, руки мужа вокруг моих плеч. Мы стояли там, плотно прижавшись друг к другу, все трое, и для нас тогда не существовало ничего более важного на всей земле.

Это воспоминание часто посещает меня. Когда мне надо представить картинку абсолютного счастья, я вижу себя с Исаком и Ингемаром под яблоней, ведь именно такое ощущение у меня вызывает эта сцена.




Понедельник. 13 мая


Прежде всего она обратила внимание на тишину. Собака молчала. Обычно псина стояла рядом с гаражными воротами и заходилась лаем, просто бесновалась, натягивала цепь, пока ошейник не начинал давить ей на горло, превращая ее лай в громкий хрип.

Она всегда считала эту псину немного ненормальной. Будь собака человеком, ей бы точно поставили диагноз, в этом у нее не было сомнения. Хотя собака выглядела красивой – черная блестящая шерсть, большие сильные лапы, – общую картину портили косые глаза и слишком крупные зубы. И вообще псина производила впечатление неконтролируемой и опасной. И, не услышав лая, она испытала мимолетное и неясное облегчение.

Это ощущение исчезло, когда она подошла к задней двери и обнаружила, что та не заперта. Она открыла ее беззвучно и встала в дверном проеме, почувствовала, как поток сухого, хранившего домашнее тепло воздуха ударил ей в лицо.

Каждый шорох громом отдавался в тишине. Потом она уловила запах. Он не был отталкивающим, просто каким-то чужим. Немного сладковатым и одновременно резким. Явно посторонним.

Она шагнула в чулан-прачечную и как можно тише закрыла за собой дверь. Ее беспокойство усилилось. По-прежнему было очень тихо. Она слышала, как удары ее собственного сердца эхом отдаются в голове.

Она медленно наклонилась и бесшумно сняла сапоги. Вокруг них уже натекла небольшая лужица. Рефлекторно потянулась за лежавшей на скамье тряпкой и вытерла воду. Ее домашние тапочки стояли рядом со стиральной машиной, но она почему-то не стала их надевать. Сунула перчатки в карманы пальто, сняла его, а затем вместе с шапкой и шарфом повесила на крючок рядом с задней дверью. Туда же пристроила и сумочку. И в одних носках направилась в сторону кухни. Запах усилился.

Над мойкой горел свет.

«Третье несоответствие, – подумала она. – Собака, задняя дверь, освещение мойки. Экологическое сознание. Надо беречь окружающую среду. Экономить электричество. Репутация даже в такой мелочи важна для политика. Быть хорошим примером для избирателей, образцом для них».

Она выключила освещение, обошла мойку и вошла в прихожую.

Там лежала собака.

Сначала она решила, что это другой пес. Он выглядел таким маленьким. Смерть как бы высосала его изнутри. Вся та энергия, которую он излучал при жизни, покинула его, и сейчас он напоминал брошенную на ковре тряпку с персидским узором. Ей обычно не удавалось навести нужную чистоту при помощи пылесоса, всегда приходилось использовать еще и роликовую швабру. Кровь собаки не впиталась в искусственные нити, а растеклась сверху и, высохнув, превратилась в коричневую лепешку.

Ее дыхание участилось. Под мышками выступил пот, как с ней обычно случалось, когда уровень шума зашкаливал, если, например, ученики ее старой школы уставали смотреть в книги и принимались стучать каблуками по полу. Она попыталась взять себя в руки.

Она никогда не любила эту собаку. Ее звали Стефан. Как можно дать животному такое имя?

Она продолжила путь, почти прижимаясь к стене, и вышла в гостиную. Шторы были опущены. Она моргнула несколько раз в темноте. Там было пусто, воздух застоявшийся, спертый. Она сглотнула комок в горле. Ей надо убираться отсюда. Немедленно.

Собаку наверняка убили. Не о несчастном же случае шла речь. Но зачем кому-то понадобилось это делать?

Послышался какой-то звук. Кто-то стонал. Или, пожалуй, кашлял. Глухой звук. Мужчина.

Она замерла на полушаге.

Звук долетал откуда-то сверху, из спальни.

Она посмотрела в направлении лестницы.

Муж не должен был увидеть ее. Как она смогла бы объяснить свое здесь нахождение? Впрочем, дверь стояла открытой, незапертой. Кто угодно мог войти.

Она снова бросила взгляд на собаку.

Он, наверное, и убил ее? Зачем ему это понадобилось? Что-то случилось с детьми? А вдруг они находятся там, наверху?

Она вроде бы услышала какой-то шум на втором этаже, но, возможно, ей показалось.

Как же поступить? Дом должен был стоять пустым. Запертым и без света.

Она оставалась в прихожей несколько минут или того меньше. Потом вытерла взмокшие ладони о брючины, быстро прошла мимо собаки и поспешила вверх по лестнице, прежде чем успела передумать.



Читать бесплатно другие книги:

Вы ищете проверенное пособие, которое поможет вашему ребенку быстро развить навыки чтения и письма? Десятки тысяч родите...
«Метро 2033» Дмитрия Глуховского – культовый фантастический роман, самая обсуждаемая российская книга последних лет. Тир...
Владимир Шаров – писатель, под пером которого российская история приобретает совершенно фантастические черты. Провоциров...
Опер лечит от алкоголизма начальника медвытрезвителя, применяя к нему нетрадиционные методы лечения. «Веселый козел» пон...
У Брюса, есть страшная тайна, которую он скрывает. У Блейка тоже – маленький секрет. Но Хизер никогда ни о чем не узнает...
Взаимосвязь прошлого и настоящего, взаимопроникновение реальности и фантастики, романтический пафос и подробное бытописа...