Смертельные поцелуи - Джойс Бренда

Смертельные поцелуи
Бренда Джойс


Франческа Кахилл #8
Отношения Франчески Кэхил и Колдера Харта развивались непросто, и все-таки влюбленные сумели справиться с невзгодами. Они готовы поскорее отпраздновать свадьбу, но отец невесты категорически против их брака, полагая, что скандально известный в обществе волокита погубит судьбу его дочери. Однако Франческе не занимать решительности и упорства – она смелая сыщица, на счету которой немало раскрытых преступлений, и не в ее характере уступать отцовскому диктату. Она готова в знак протеста покинуть отчий кров на респектабельной Пятой авеню, когда получает записку, в которой ее просят срочно приехать в дом бывшей любовницы жениха. Прибыв на место, она с ужасом обнаруживает окровавленное тело своей соперницы. Колдер первым попадает под подозрение полиции. Но Франческа уверена в его невиновности и делает все, чтобы найти истинного убийцу, хотя ей открывается такая тайна, которая способна уничтожить их совместное будущее.





Бренда Джойс

Смертельные поцелуи


Этот роман посвящается моей сестре Джеми.

Я скучаю по тебе.

Джеми Ли Ален

(1965–2005)

Мужественная в жизни,

Обрела вечный покой





Глава 1


Нью-Йорк.

Понедельник, 2 июня 1902 года. Незадолго до полуночи

– Франческа, это прекрасно, что ты решила выдвинуть свою кандидатуру на пост председателя попечительского комитета Женского гражданского союза, – произнесла Джулия Ван Вик Кэхил, передавая лакею бархатную накидку насыщенного рубинового цвета. На шее этой красивой стройной женщины, как всегда элегантной, сегодняшним вечером красовался знаменитый рубиновый кулон, некогда принадлежавший принцессе Габсбургской. Она стояла рядом с дочерью в холле собственного особняка на Пятой авеню и светилась от удовольствия.

Франческа, по обыкновению, была погружена в свои мысли. Она рассеянно сняла легкий палантин из бирюзового атласа, великолепно гармонировавший с ее вечерним платьем.

– Мама, я не выдвигала свою кандидатуру. Уверена, это вы с мистером Астором решили между собой, что мне надо стать сопредседателем.

Огромные голубые глаза Джулии распахнулись в невинном удивлении.

– Дорогая! Отчего такие подозрения? Милая, ты станешь самой молодой леди-председателем и, я уверена, самой блестящей. Франческа, ты всегда была лучшей во всем.

В действительности Франческа не возражала против новой должности, поскольку текущее расследование затянулось, превратившись в рутину. Соседка Кэхилов случайно обнаружила, что с чердака ее дома пропали некоторые вещи, в том числе старинные ткацкие станки, семейное наследство, а поскольку женщина неоднократно читала в газетах об успехах Франчески в сыскном деле, обратилась к ней за помощью. Франческа была почти уверена, что вором можно считать пасынка миссис Чаннинг.

– Это благородное дело, ведь кто-то должен заняться сбором средств для партии, – вздохнула Франческа. – Просто мне хотелось, чтобы вы прежде спросили, есть ли у меня время заниматься этим делом со всей требующей того энергией.

Джулия взяла дочь за руку.

– Прости меня, дорогая. Разумеется, надо было спросить.

Франческа прекрасно понимала, чего добивается мать. Джулия всегда была отменной хозяйкой всех светских мероприятий и с нетерпением ждала, когда дочь приступит к исполнению новых обязанностей. Несмотря на успех Франчески, Джулия была категорически против ее увлечения расследованиями, впрочем, стоит заметить, что к последнему делу она относилась спокойнее, поскольку оно не было скандальным и опасным для жизни. Франческа отдавала себе отчет в том, что Джулия мечтает, чтобы дочь настолько глубоко погрузилась в дело сбора средств для Гражданского союза, чтобы у нее не оставалось времени ни на что иное, кроме, разумеется, жениха.

При воспоминании о Колдере Харте сердце Франчески болезненно сжалось. Харт произвел на нее большое впечатление при самой первой их встрече, когда она еще отказывалась признавать, что способна быть привлекательной и очаровать столь блестящего и знаменитого в обществе кавалера. Колдер Харт, самый состоятельный человек в городе, миллионер, происходил из низов, был рожден вне брака в беднейшем квартале Нижнего Ист-Сайда. До недавнего времени, несмотря на репутацию отъявленного повесы и страстного любителя женщин, он считался крупным уловом и мечтой всех светских кумушек, чьи дочери открыли свой первый сезон в обществе. Харт же, в свою очередь, отдавал предпочтение куртизанкам и разведенным дамам, всячески избегая серьезных отношений. До сих пор Франческа старалась время от времени ущипнуть себя, чтобы удостовериться, что все происходящее не сон и ей, Франческе Кэхил, слывущей в обществе «синим чулком» и преданным работе сыщиком, удалось каким-то образом подцепить на крючок самого Колдера Харта. Теперь, появляясь на балу или званом ужине, она ощущала направленные ей в спину заточенные ножи и острые кинжалы сплетен. Когда-то перешептывания больно ее ранили; сейчас же она стала получать удовольствие от повышенного внимания. Харт всегда был рядом и не уставал напоминать, что она должна уметь наслаждаться тем, что находится у самой рампы.

Впрочем, все было не так безоблачно. Отец Франчески с самого начала был решительно настроен против Колдера Харта. Прошел уже месяц с той поры, как Эндрю Кэхил расторг помолвку дочери и, казалось, до сих пор ни на шаг не приблизился к тому, чтобы изменить решение, не принимая во внимание даже тот факт, что мать Франчески отказалась разговаривать с мужем, исключая лишь те случаи, когда это становилось крайне необходимым. Джулия продолжала восторгаться удачной помолвкой в обществе своих друзей, словно никаких изменений в личной жизни дочери не произошло.

Франческа постепенно пришла к выводу, что не мыслит дальнейшей жизни без Харта, и была решительно настроена выиграть битву с отцом. Эндрю Кэхил был одним из прогрессивных деятелей и мыслителей своего времени, а также большим гуманистом, вызывавшим у дочери безграничное почитание и уважение. Франческа представить не могла, чтобы соединиться узами брака в обход желаний отца, хотя они с Хартом обсуждали и этот вариант. Пожалуй, это был первый случай в ее жизни, когда она не смогла добиться от отца желаемого.

Харт предложил не давить на Эндрю Кэхила. В данный момент Колдера не было в городе, и Франческа очень по нему скучала.

Словно прочитав мысли дочери, Джулия осторожно спросила:

– Когда возвращается Колдер, дорогая?

– Через день или два, мама. Он в Бостоне, занимается новым проектом. Харт заработал состояние на доставке грузов по морю и железной дороге, а также на страховании. Он был всемирно известным коллекционером предметов искусства, собравшим богатейшую во всей Америке коллекцию.

Несколько месяцев назад он заказал портрет Франчески, и ей польстило его желание. Она была изображена обнаженной, от нее потребовалось немало смелости, чтобы решиться позировать без одежды. В прошлом месяце картина была закончена – и вскоре украдена.

Франческа была слишком раздосадована случившимся, чтобы немедленно заняться поисками вора, но Харт организовал частное расследование. К сожалению, оно не увенчалось успехом; портрет словно растворился в воздухе. Франческа отдавала себе отчет, что, если он будет выставлен на всеобщее обозрение, она пропала, ее репутация будет полностью разрушена.

Разумеется, у нее были враги, но многие из них сейчас в тюрьме.

Как бы то ни было, Франческа старалась не думать об исчезнувшем портрете, ее больше занимали мысли о встрече с Хартом. Ей не терпелось вновь оказаться в его объятиях, слиться с ним в страстном поцелуе.

– Мама, я иду спать. Вечер был чудесный. – Она поцеловала Джулию в щеку.

– Да, пожалуй.

В этот момент в дверях появился Эндрю Кэхил, дававший распоряжения кучеру насчет завтрашнего распорядка. Франческа улыбнулась отцу, наблюдая, как тот снимает цилиндр, шарф и перчатки. Это был полный невысокий мужчина с пышными бакенбардами, облаченный в великолепный смокинг.

– Папа? Тебе понравился вечер? – Сестра Франчески славилась умением организовывать приемы не хуже Джулии, и сегодня устроила ужин с целью сбора средств на строительство общественной библиотеки, которую планировалось возвести в районе Пятой авеню и Сорок второй улицы. Грандиозный праздник на сто человек с шампанским, икрой, изысканным ужином, десертом и танцами проходил в бальной зале отеля «Уолдорф-Астория».

– Разумеется, понравился, – мрачно ответил Эндрю. – И повод очень благородный, с нетерпением буду ждать дня открытия библиотеки. Франческа, я хотел бы поговорить с тобой, прежде чем ты отправишься к себе.

Франческа напряглась.

– Папа, это не может подождать до завтра? – попыталась возразить она. У нее возникло пугающее чувство, что речь пойдет о Харте, разговоров о котором они старательно избегали в течение всего месяца. Если отец не собирается сказать, что изменил свое мнение о помолвке, она не имеет желания слушать его.

– Полагаю, разногласия пора прекратить, – мягко начал Эндрю.

Франческа прекрасно знала этот тон отца. Она терпеливо ждала, когда он поцелует в щеку Джулию с пожеланиями спокойной ночи, затем, взяв его под руку, проследовала через холл. Слуги словно испарились, дом будто вымер, и стук ее каблуков по мраморному полу гулко разносился в тишине.

– Я так понимаю, Харт уже вернулся.

Франческа с сомнением покосилась на отца:

– Нет, папа, его не стоит ждать раньше чем через несколько дней.

– Бен Гаррен видел его сегодня днем переходящим улицу, – резко бросил Эндрю, но взгляд его потеплел. – Может, впрочем, ему и показалось. Мы обедали вместе, и он заговорил о твоей помолвке.

Сомнений насчет темы разговора теперь быть не могло. Они остановились перед входом в кабинет – огромная библиотека, стены, обшитые деревянными панелями; высокий бледно-зеленый потолок; сотни книг, в основном по философии и политике; яркое электрическое освещение; единственный в доме телефонный аппарат. Под мраморной, изумрудного цвета полкой камин, в котором потрескивали поленья.

– Папа, ты расторг нашу помолвку, – напомнила Франческа и покрутила кольцо с внушительных размеров бриллиантом, которое по-прежнему носила на пальце.

Эндрю окинул ее тоскливым взглядом.

– Я настаивал на этом, но твоя мать игнорирует мои решения и продолжает обсуждать со всеми великолепную партию дочери. Наедине она даже не разговаривает со мной! – воскликнул он в сердцах. – Полагаешь, я слеп? И не вижу кольца, которое ты продолжаешь носить?

Франческа покраснела.

– Колдер подарил мне кольцо, папа, ставшее символом его уважения и восхищения. Как я могу вернуть его?

Эндрю тяжело и прерывисто вздохнул и, медленно подойдя к камину, устремил пристальный взгляд на огонь.

– Я до посинения могу рассказывать тебе о молодых леди, попавшихся на удочку светских повес. Но ты, как и те наивные молодые девушки, меня не послушаешь, будешь думать, что ты особенная и тебе удастся завоевать этого сердцееда.

Франческа поспешно подошла и встала рядом.

– В отличие от всех сердцеедов Харт никогда не ждал, что я завоюю его. Он всегда говорил, как ценит и уважает меня, как нуждается в моей дружбе, и выражал уверенность, что мы прекрасно подходим друг другу.

– Так ты выходишь замуж не по любви? – скептически скривился Эндрю. – Ты хочешь связать себя узами брака только из-за дружбы и уважения?

Франческа внимательно посмотрела отцу в глаза:

– Я люблю Колдера. Я никогда никого так не любила, папа. У Харта есть и положительные черты, которые противоречат его репутации эгоиста. И я очень ему нравлюсь, хоть он и говорит, что не верит в любовь. Папа, нам очень хорошо вместе.

– Я никогда не говорил, что ты ему не нравишься. Уверен, ты ему небезразлична. Зачем бы тогда ему на тебе жениться. Вряд ли его интересуют твои деньги – он богат как Гадес! Но я не могу смириться с тем, что однажды он причинит тебе боль и сделает несчастной. Такие люди рано или поздно все равно сбиваются с пути истинного.

Франческа резко отвернулась, едва сдерживая дрожь. Харт поклялся ей в вечной верности и преданности. Уверял, что устал от того образа жизни, который вел. Как бы Франческа ни хотела ему верить, душу сжигал постоянный страх, что настанет день, когда его голова повернется в сторону другой женщины, намного красивее ее. Откровенно говоря, этот страх стал кошмаром всей ее жизни.

– Папа, мне неприятен наш спор. Я понимаю все твои аргументы. Мы оба знаем, каково отношение Харта к женщинам, так же хорошо, как и то, что я первая, кому он сделал предложение. Почему ты лишаешь его права презумпции невиновности? Если я совершаю ошибку, это будет только моя ошибка, разве не так?

Отец подошел и взял ее за руки.

– Я так горжусь тобой. Ты такая красивая, заботливая и милосердная, Франческа. Пока я молился о том, чтобы твое новое увлечение не навлекло на тебя опасность, ты спасла много жизней и помогла добиться правосудия для тех, кто это заслужил. У тебя с Хартом нет ничего общего! Да, он вскружил тебе голову, но попробуй заглянуть на дюжину лет вперед. Ты решила посвятить всю себя облегчению боли и тягот людей, чья участь менее счастливая, чем твоя. Поверь, Харт человек в высшей степени эгоистичный. Страсть – не залог счастливого брака, Франческа, она быстро проходит.

Она резко высвободила руки.

– Это нечестно! Ты судишь о Харте, основываясь лишь на слухах о нем. Ты совсем не знаешь его, папа. Он благородный человек. Если ты бросаешь в него камни, то попадаешь и в меня. Прошу тебя, поверь мне сейчас.

Казалось, Эндрю Кэхил готов заплакать.

– Франческа, ты с самого детства была доверчивой и доброй, всегда приносила домой бездомных кошек и собак. Харт видится мне очередной заблудшей душой, мужчиной, на чью сторону не встал больше ни один человек. Ты уверена, что можешь полностью ему доверять?

Франческа не сомневалась, что стала для Харта единственным и верным другом – он сам признался ей в этом. Но уверена ли она, что не пытается его спасти, как всех тех бездомных неприкаянных животных? Если она испытывает к нему не любовь, то что же?

– Если это и желание спасти заблудшую душу, то я все равно не смогу себя изменить. Папа, ты отлично знаешь, что общество не принимало меня до этой помолвки. Мамины подруги и их дочери всегда считали меня странной и никогда не пускали в свой круг. Тебе никогда не приходило в голову, что Харт пытается спасти меня?

Эндрю смотрел на дочь с удивлением.

Она махнула рукой, и по комнате разлетелись сотни лучей от искрящегося на пальце камня.

– Папа, я чувствую, что поступаю правильно, решив соединить с ним жизнь. И дело вовсе не в страсти, Колдер стал мне близким и очень дорогим человеком. Я умоляю тебя дать ему еще один шанс.



Читать бесплатно другие книги:

Алексей Анатольевич Кунгуров – политтехнолог и журналист, автор известных книг «Киевской Руси не было», «Будет ли револю...
Автор этой книги, известный писатель и публицист С.Г. Кара-Мурза рассуждает о состоянии современного российского обществ...
Махатма Ганди считал своим духовным учителем Льва Толстого, а с самим Ганди очень хотел бы поговорить Владимир Путин, ка...
Владимир Сергеевич Бушин – автор острых публицистических книг «Иуды и простаки», «Измена. Знаем всех поименно», «Пляски ...
Авторы этой книги – крупнейшие мировые политики XX века: Вили Брандт был федеральным канцлером ФРГ в 1969–1974 годах; Ге...
Александр Николаевич Афанасьев (1826–1871) – выдающийся русский собиратель фольклора, исследователь духовной культуры сл...