Портрет смерти - Робертс Нора

Портрет смерти
Нора Робертс


Ева Даллас #18
И вновь лейтенанту полиции Еве Даллас предстоит раскрыть череду непонятных, загадочных убийств. Один за другим умирают трое студентов – молодые, красивые, полные жизни. Их посмертные фотографии получает Надин – репортер и подруга Евы. Но по какому принципу талантливый фотограф-убийца выбирает свои жертвы? Что ему нужно от них? Красота, энергия, жизнерадостность? А может быть, их юная сила и власть? Власть над совершенством и бессмертием…





Нора Робертс

Портрет смерти


Светильник для тела есть око.

    Евангелие от Матфея, 6, 22

Святая память сына

О матери вечна.

    Сэмюэл Колридж




Пролог


С первого вздоха начинается наш путь к смерти. Она становится все ближе и ближе с каждым биением нашего сердца. Ее не избежит никто на свете. Но мы все равно цепляемся за жизнь, молимся на нее, несмотря на ее скоротечность. Или, возможно, благодаря ей.

И все же мы думаем о смерти. Ставим памятники умершим, чтим ее в наших ритуалах. «Какой будет наша смерть? – спрашиваем мы себя. – Внезапной и быстрой или долгой и мучительной? Будем ли мы испытывать боль? Придет ли смерть после долгой и насыщенной жизни или неумолимо настигнет нас во цвете лет?»

Когда придет наш срок? Для смерти срока нет.

Мы придумали загробную жизнь, потому что мысль о конце невыносима. Придумываем богов, которые руководят нами, которые встретят нас в золотых вратах, дабы ввести в вечную землю, где текут молочные реки с кисельными берегами.

Мы – дети, за одну руку прикованные цепями к добру и вечной награде, а за другую – к злу и вечному наказанию. В итоге почти никто не живет по-настоящему и не знает, что такое свобода.

Я изучил жизнь и смерть.

Есть только одна цель. Жить. Жить свободно. Стать. С каждым биением сердца сознавать, что ты не тень. Ты свет, а свет следует пить, впитывать в себя отовсюду, из любого источника. Тогда наш конец не будет смертью. В конце мы сами станем светом.

Меня назовут безумным, но я нормален. Я обрел Истину и Спасение. Когда я стану самим собой, создам и сделаю то, что мне предназначено, это будет прекрасно.

И тогда для всех настанет вечная жизнь.




1


Настроение у Евы было прекрасное. Она пила свою первую кружку кофе и одновременно выбирала рубашку. Она остановилась на тонкой блузке без рукавов. Лето 2059 года выдалось знойным, и от жары задыхался не только Нью-Йорк, но и все Восточное побережье.

Ну и пусть! Жара лучше, чем холод.

Ничто не могло испортить ей день.

Ева надела блузку, оглянулась по сторонам, удостоверилась, что ее никто не видит, и, пританцовывая, направилась к автоповару за второй порцией кофе. Посмотрев на наручные часы, она убедилась, что времени для завтрака предостаточно, и дала команду автомату поджарить парочку оладий.

Потом она вернулась к шкафу за ботинками. Лейтенант Ева Даллас была высокой, стройной молодой женщиной. Летом она обычно отдавала предпочтение легким брюкам цвета хаки и светлым рубашкам. Ее каштановые, коротко подстриженные волосы кое-где выгорели на щедром солнце. Ее прическа со светлыми прядками шла к худому, с высокими скулами лицу Евы. На подбородке у нее была ямочка, и Рорк, муж Евы, обожал поглаживать эту ямочку.

Несмотря на жару, с которой предстояло столкнуться на улице – в самом доме царила чудесная прохлада, – Ева взяла легкий жакет и бросила его на портупею с кобурой, висевшую на спинке дивана.

Полицейский жетон уже лежал у нее в кармане.

Ева вынула из автоповара кофе, оладьи, плюхнулась на диван и приготовилась насладиться завтраком перед тем, как приступить к обязанностям офицера отдела по расследованию убийств.

Жирный кот Галахад, проявлявший поразительное чутье, когда дело касалось еды, возник из воздуха, вспрыгнул на диван, сел рядом и уставился на тарелку.

– Это мое. – Ева подцепила оладью вилкой и посмотрела на кота сверху вниз. – Дружище, Рорка тебе удалось бы уломать, но меня – нет… Тем более что ты наверняка уже ел, – добавила она, кладя ноги на журнальный столик и продолжая завтракать. – Бьюсь об заклад, что на рассвете ты прокрался на кухню, проскользнув мимо Соммерсета.

Она наклонилась и посмотрела коту в глаза:

– Ну, приятель, радуйся. Нас ждут три прекрасные, чудесные, волшебные недели. И знаешь почему? Знаешь?

Ева сдалась и сунула коту кусочек оладьи.

– Потому что этот тощий, упрямый сукин сын уезжает в отпуск! Далеко-далеко! – запела она, вспомнив, что мажордом Рорка, бич ее жизни, не будет раздражать ее ни сегодня вечером, ни в ближайшие вечера.

– Мне предстоит двадцать один день жизни без Соммерсета, и это замечательно!

– Не уверен, что кот разделяет твое ликование, – сказал Рорк, уже давно стоявший в дверях и наблюдавший за женой.

– Конечно, разделяет. – Ева схватила вторую оладью, не дав Галахаду сунуть нос в тарелку. – Он просто притворяется равнодушным… Я думала, что сегодня утром ты рассылаешь ценные указания по всей планете.

– Уже разослал.

Рорк вошел, и настроение Евы стало еще лучше. Она любила следить за изящными движениями своего ослепительно-красивого мужа.

«Его грации позавидовала бы даже кошка», – подумала Ева. Она улыбнулась и решила, что на свете нет женщины, которая не пришла бы в восторг от возможности смотреть на такое лицо во время завтрака.

Подобное совершенство мог создать только бог, причем в виде исключения. Скуластое лицо с твердым подбородком, с крупным, четко очерченным ртом, от одного взгляда на который у Евы кружилась голова, густые черные волосы и невероятные темно-голубые, почти синие, кельтские глаза.

«Все остальное не хуже», – подумала она.

– Иди сюда, красавчик. – Ева схватила Рорка за полу рубашки, притянула к себе и жадно припала к его губам, провела языком по нижней губе и отпустила. – Ты вкуснее оладий.

– Я вижу, ты сегодня очень жизнерадостная.

– Чертовски верно! «Жизнерадостность» – мое второе имя. Сегодня я собираюсь улучшать настроение всем и каждому.

– Приятно слышать, – весело ответил он, по-ирландски растягивая слова. – Тогда начни с меня. Я переживаю из-за отъезда Соммерсета.

Ева скорчила гримасу.

– Это могло бы испортить мне аппетит. – Она быстро доела оладьи. – Нет, не испортило. Скатертью дорога!

Рорк дернул ее за волосы.

– В самом деле?

– Да. Я готова танцевать от радости. Три недели! – Она довольно потянулась, встала и убрала тарелку подальше от кота. – Три потрясающие недели я не увижу постную физиономию этого типа и не услышу его скрипучий голос!

– Почему-то мне кажется, что он думает так же… – Рорк вздохнул и поднялся. – Но лично я уверен в том, что вам обоим будет не хватать друг друга.

– Еще чего! – Ева пристегнула портупею с кобурой. – Сегодня вечером я это отпраздную. Именно отпраздную. Закажу пиццу и съем ее в гостиной. В голом виде.

Брови Рорка взлетели вверх.

– Мысль интересная…

– Если так, закажи пиццу сам. – Она накинула жакет. – Пока. Я буду в управлении.

– Сначала потренируйся. – Рорк положил руки ей на плечи. – Скажи: «Приятного путешествия. Счастливого отдыха».

– Ты не говорил, что мне нужно попрощаться с ним. – Увидев выражение лица Рорка, Ева выпалила: – Ладно, ладно, так и быть! Приятного путешествия. – Потом она растянула губы в улыбке и добавила: – Счастливого отдыха… Наконец-то я хоть на время избавлюсь от этой старой задницы!

– Понятно. – Рорк провел ладонями по ее предплечьям, взял за руку и повел к двери. Кот стрелой вылетел из гостиной. – Старик тоже ждет этого с нетерпением. В последние два года он не брал отпуска.

– Потому что решил не спускать с меня глаз… Ладно, все в порядке! – весело сказала Ева. – Он все-таки уезжает, а это самое главное.

Она услышала кошачий вопль, проклятие и глухой стук. Ева была легка на ногу, но Рорк ее опередил. Он уже бежал вниз по лестнице туда, где лежали Соммерсет и куча рассыпавшегося белья.

– Черт побери… – только и сказала Ева, увидев эту сцену.

– Не двигайся. Постарайся не двигаться, – пробормотал Рорк, осматривая Соммерсета.

Ева добралась до нижней ступеньки и нагнулась. Лицо Соммерсета, всегда бледное, на сей раз было белым как мел и покрытым испариной. В его глазах застыла боль.

– Нога… – хрипло выдавил старый дворецкий. – Боюсь, я сломал ногу.

Ева и сама догадалась об этом: нога в колене была неестественно вывернута.

– Принеси плед, – сказала она Рорку, вытаскивая из кармана мобильный видеотелефон. – У него шок. Я вызову «Скорую».

– Последи, чтобы он не двигался. – Рорк бросился наверх. – У него могут быть и другие повреждения.

– Только нога. И плечо. – Старик закрыл глаза, тем временем Ева набрала номер. – А все этот проклятый кот, бросился мне под ноги. – Он открыл глаза и насмешливо проговорил: – Вы наверняка думаете: какая жалость, что он не свернул себе шею.

– Я думаю, что вы старый упрямец. – Ева облегченно перевела дух. Он в сознании, правда, глаза неестественно блестят. Она посмотрела на Рорка, возвращавшегося с пледом. – «Скорая» уже едет. Он злится и ворчит. Похоже, сотрясения мозга нет. Он пересчитал ступеньки и ударился о каменный пол. Споткнулся о кота.

– Ради бога…

Рорк взял Соммерсета за руку и сжал ее. Ева часто ссорилась с этим старым бабуином, однако хорошо понимала, что Соммерсет значил для Рорка больше, чем родной отец.

– Я открою ворота «Скорой».

Она подошла к панели управления воротами, которые отделяли обширные частные владения Рорка от территории города. «Галахад бесследно сгинул и скоро на глаза не появится», – отметила про себя Ева.

А может, проклятый кот сделал это нарочно? Решил испортить ей настроение в отместку за оладьи.

Услышав вой сирены, Ева открыла входную дверь и чуть не упала от удара тепловой волны. Времени едва восемь, а жара такая, что мозги плавятся. Небо – цвета кислого молока, воздух похож на густой сироп. И все же Ева с удовольствием пила бы и то и другое, будь у нее хорошее настроение.

«Приятного путешествия», – подумала она, усмехнувшись.

И тут в кармане Евы запищал видеотелефон.

– «Скорая» уже здесь, – обернулась она к Рорку и отошла в сторону. – Даллас слушает… Черт побери, Надин! – воскликнула она, увидев на экране лицо своей подруги Надин Ферст, репортера «Канала-75». – Ты не вовремя.

– Я получила сообщение. Похоже, серьезное. Встретимся на углу Деланси и авеню «Д». Я выезжаю.

– Постой, постой! Я не собираюсь сломя голову лететь в Нижний Ист-Сайд только потому, что…

– Думаю, кого-то убили. Мне прислали фотографии молодой девушки. – Надин отодвинулась, и Ева увидела разложенные на столе фотографии. – Думаю, она мертва.

Это была молоденькая брюнетка, сфотографированная в разных позах. Судя по снимкам, некоторые из них были любительскими, другие профессиональными.

– Почему ты думаешь, что она мертва?

– Все расскажу при встрече. Мы напрасно тратим время.

Ева жестом пригласила приехавших медиков войти и хмуро посмотрела на экран.

– Если у тебя была такая информация, почему ты не сообщила в полицию?

– А вдруг выяснится, что это утка? Тогда меня обвинят в том, что я морочу голову полиции. Даллас, по-моему, тут случилось что-то очень важное. Приезжай, или я начну действовать самостоятельно. А потом передам в эфир все, что удалось обнаружить.

– Будь все проклято, ну и денек начинается! Ладно, стой на углу. Купи себе какую-нибудь булочку, что ли… И ничего без меня не предпринимай. Тут у меня самой черт знает что творится! – Она шумно выдохнула и посмотрела на фельдшеров, осматривавших Соммерсета. – Я выезжаю.

Она дала отбой и сунула видеотелефон в карман. Потом подошла к Рорку и, не придумав ничего лучшего, потрепала его по руке.

– Мне придется отъехать, нужно проверить одну вещь.

– Не могу вспомнить, сколько ему лет. Ничего не помню.

– Эй… – На сей раз Ева сжала его руку. – Он не позволит себе слечь надолго. Послушай, если хочешь, я останусь…

– Нет, поезжай. – Рорк тряхнул головой. – Споткнулся о чертова кота! Он ведь мог свернуть себе шею. – Он повернулся и поцеловал Еву в лоб. – Жизнь полна мерзких сюрпризов. Берегите себя, лейтенант. На сегодня одного сюрприза достаточно.



Пробки были ужасные, но испортить Еве настроение они уже не могли. Поломка максибуса на Лексингтон-стрит остановила все движение в южном направлении. Вопили машины, в небе жужжали вертолеты патрульной службы.

Ева, которой все это осточертело, включила сирену, проскочила по тротуару, свернула на восток и, увидев, что путь свободен, снова повернула на юг.

Она позвонила в управление и сообщила, что берет час личного времени.



Читать бесплатно другие книги:

В жизни Маши Стихаревой, которую любящий муж ласково называл Мотыльком, все было как в радужном сне: заботливый супруг, ...
Иногда братская любовь превращается в манию....
Обаятельная женщина и талантливый скульптор Клер Кимболл так и не смогла до конца оправиться после смерти любимого отца,...
Упорядоченная жизнь Миранды Джонс – известного специалиста по антиквариату, без всяких видимых причин рушится прямо на г...
По завещанию отца три его дочери, никогда прежде не встречавшиеся, вынуждены вместе прожить год на ранчо в Монтане. Вспы...
Телепортация. Мечта любой разумной цивилизации. Ведь тому, кто владеет способом мгновенного перемещения в пространстве, ...