На берегу - Робертс Нора

Давайте все проясним прежде, чем начинать наши, надеюсь, взаимовыгодные деловые отношения.

– Давайте проясним. У вас прекрасное выразительное лицо. Как художника и как мужчину меня привлекают характер и красота. Художник хочет интерпретировать их. Мужчина хочет ими наслаждаться. Поэтому я хотел бы рисовать вас и проводить с вами время.

Дрю вдруг ощутила, что они здесь одни, что он стоит между нею и открытой дверью, держит ее за руку, не сводит с нее глаз.

– Я уверена, что вы не испытываете недостатка в женщинах для интерпретации и общения, – заявила она. – Вроде миленькой блондинки в черном, с которой вы сидели в баре.

– Кого?..

Его лицо просияло – словно солнце выглянуло из-за тучи.

– Миленькая блондинка в черном, – повторил он. – Боже, это ей понравится. Это была Обри. Обри Куин. Старшая дочь моего брата Этана.

– Понимаю, – протянула она, чувствуя себя идиоткой. – Вы не были похожи на доброго дядюшку.

– Я и не чувствую себя ее дядей. Скорее старшим братом. Ей было два года, когда я приехал в Сент-Крис. Мы влюбились друг в друга. Обри – первый человек на свете, которого я полюбил безоговорочно. Она сильная и красивая, и я обожаю эти ее качества. Я интерпретировал их, наслаждался ими. Но совершенно не так, как собираюсь это делать с вами.

– Тогда вас ждет разочарование. Даже если бы я заинтересовалась, у меня нет времени на позирование. И я не хочу, чтобы мной наслаждались. Вы очень привлекательны, Сет, и если бы я хотела проявить легкомыслие…

– Отлично. – Он ослепительно улыбнулся. – Давайте проявим легкомыслие.

– Простите. – Ему опять удалось вытянуть из нее улыбку. – Я покончила с легкомыслием. Но если бы я выбрала легкомыслие, то могла бы наслаждаться вами. В данных же обстоятельствах нам придется остановиться на практичности.

– Мы можем с нее начать. А теперь, поскольку вы меня уже спрашивали, я тоже хотел бы задать вам один вопрос.

– Пожалуйста. Какой?

Ее лицо стало замкнутым, настороженным. Она явно приготовилась к личному вопросу и определенно не осбиралась на него отвечать. Поэтому Сет быстро перестроился:

– Вы любите вареных крабов?

Она таращилась на него секунд десять, и он видел, как расслабляется ее лицо.

– Да, я люблю вареных крабов.

– Отлично. На нашем первом свидании будут крабы. Я приеду утром подписать договор, – добавил он, направляясь к открытой двери.

– Хорошо.

Она наклонилась, чтобы запереть дверь, и он смотрел на нее, поражаясь резкому, драматичному контрасту длинной изящной шеи со строгой прической. Ему нестерпимо захотелось узнать, какова Дрю на ощупь, и он провел пальцем по нежному изгибу шеи.

Дрю замерла, и на одно мгновение они словно превратились в портрет: женщина в изысканном костюме, слегка наклонившаяся к закрытой двери. И мужчина в грубой одежде, касающийся пальцем ее шеи.

Дрю резко выпрямилась. Сет отдернул руку.

– Простите. Дурацкая привычка.

– И много их у вас?

– Боюсь, что да. Ничего личного. У вас тут сзади очень красивая линия шеи. – Он сунул руки в карманы, чтобы не перевести ситуацию в более личную. Пока.

– Руки прочь, Куин! – Дрю прошмыгнула мимо него и бегом спустилась по лестнице.

– Эй! – Сет побежал за ней. – Я могу и половчее приударить за женщиной!

– Держу пари, можете.

– Постараюсь продемонстрировать. А пока… – Он открыл ей дверцу машины. – У вас есть какое-нибудь хранилище?

– Подсобка. Вон там. – Дрю показала на дверь под лестницей. – Котел, водонагреватель и все такое. И кладовка.

– Можно временно воспользоваться? Я должен получить кое-какие вещи из Рима. Наверное, в понедельник.

– Никаких проблем. Ключ в магазине. Напомните мне завтра отдать его вам.

– Большое спасибо.

Когда Дрю устроилась за рулем, Сет захлопнул дверцу и постучал по стеклу. Она опустила боковое окно.

– Знаете, мне нравится проводить время с умной, уверенной в себе женщиной, которая знает, чего хочет, и добивается своей цели. Как с этим домом. Целеустремленность и увлеченность очень сексуальны. – Он помолчал пару секунд. – Это я приударил за вами, если вы не поняли.

Она смотрела ему прямо в глаза, пока стекло снова не разделило их лица.

И хихикнула только, когда отъехала подальше.



Дрю обожала воскресенья за возможность просыпаться постепенно и цепляться за полудрему, пока солнечный свет, прокравшийся сквозь дрожащую листву, танцует на закрытых веках.

По воскресеньям никто ничего от тебя не требует, зато можно на досуге переделать кучу всяких дел. Она просто сварит кофе и поджарит рогалик в собственной кухне, а потом позавтракает в маленькой столовой, листая цветочные каталоги. Повозится под музыку в саду, посаженном собственными руками, без посторонней помощи. В ее воскресеньях больше не будет ни благотворительных завтраков, ни распродаж для бедных, ни обязательных семейных обедов, ни теннисных матчей в клубе. Ей больше не придется играть роль судьи в родительских баталиях, никто не будет обижаться и жалобно смотреть на нее, считая, что она приняла сторону противника.

Теперь она может просто лениво наслаждаться воскресеньями.

За все месяцы, что Дрю жила здесь, она ни разу не приняла это как данность. Не упустила ни капли удовольствия, с которым любовалась видом из собственного окна.

Вот и сейчас она открыла окно навстречу прохладному утру. Отсюда она могла любоваться собственной речной излучиной. Вокруг не было других домов, и она могла думать о посторонних людях, только когда ей этого хотелось.

В пестрых листьях печеночника, который она посадила в тени дубов, розовели бутоны. Покачивались на ветру лилии и колокольчики. А посреди болотной травы и камышей она расчистила крохотную полянку для влаголюбивых золотистых ирисов. Слышалось пение птиц, шелест ветра, случайный шлепок по воде рыбины или лягушки.

Забыв о завтраке, Дрю направилась к парадной двери, чтобы постоять на веранде и просто полюбоваться видом. Она так и осталась в короткой пижаме, и некому было критиковать внучку сенатора за неподобающий вид. Никаких репортеров, никаких фотографов, рыскающих в поисках сенсации для светской хроники.

Только чудесный, чудесный покой.

Дрю подхватила лейку и понесла ее в дом, наполнила водой, пока варился кофе. Сет Куин прав в одном. Она точно знает, чего хочет, и добивается своей цели. Может, она не сразу поняла, чего хочет, но когда поняла, то сделала все, что сочла необходимым.

Она хотела вести бизнес, в котором проявились бы ее творческие способности и который принес бы ей счастье. И она обязательно добьется успеха. Самостоятельно. Хорошо бы открыть маленький садовый питомник или заняться ландшафтным дизайном.

Правда, пока она не ощущает особой уверенности в своих силах. Ее садовые эксперименты ограничиваются собственным двориком в Джорджтауне и комнатными растениями. Хотя результатами можно гордиться, вряд ли она стала экспертом, но в цветах она разбирается, это уж точно.

Она всегда хотела поселиться в маленьком городке с неторопливым ритмом жизни. И она хотела жить у воды. Вода всегда притягивала ее.

Ей нравится аккуратность неунывающего Сент-Кристофера, вечно меняющиеся краски и настроения залива. Она любит слушать лязганье бакенов и гортанный зов туманного горна. Она освоилась с непринужденным дружелюбием местных жителей, пригнавшим Этана Куина проверить, не пострадала ли она во время бури прошлой зимой.

Нет, никогда не вернется она в большой город.

Родителям придется привыкнуть к тому, что дочь далеко – географически и эмоционально. Дрю ни минуты не сомневалась, что так лучше для всех. И пусть это покажется эгоистичным, сейчас ее больше волнует то, что лучше лично для нее.

Дрю закрыла кран и, глотнув кофе, отнесла чашку и лейку на веранду, уставленную растениями в горшках. Когда-нибудь она пристроит к дому оранжерею и сама будет выращивать цветы на продажу, только оранжерея не должна портить затейливые очертания дома.

Дрю обожала его остроконечную крышу, витиеватую и пышную отделку. Большинству людей все эти излишества и ярко-голубой цвет среди зарослей и болот показались бы причудливыми, но Дрю видела во всем этом более глубокий смысл. Дом может быть таким, как ты хочешь, и стоять там, где ты хочешь, только нужно очень сильно этого хотеть.

Дрю поставила чашку на стол, полила жардиньерку с буйно разросшимися гелиотропами и вербеной. Услышав шорох, оглянулась. Белая цапля царственно взлетела над высокой травой и коричневой водой.

– Я счастлива, – громко сказала Дрю. – Никогда еще в жизни я не была так счастлива.

Решив повременить с рогаликом и каталогами, она переоделась в рабочую одежду.

Целый час Дрю работала с солнечной стороны дома, где задумала комбинировать цветочную клумбу с кустарником. Рассадку цветов она спланировала зимними вечерами. Разноцветные заросли дельфиниума, водосбора и желтофиолей создадут впечатление простоты и безыскусности деревенского сада, а посаженные неделю назад кроваво-красные рододендроны будут отлично смотреться на фоне голубого дома.

Искусство очень разнообразно, самодовольно думала Дрю, сажая ароматные цветы. Сет одобрил бы ее выбор оттенков и текстур.

Конечно, это не имеет значения, ведь сад должен нравиться ей самой, но одобрение художника льстит самолюбию. Правда, накануне Сет был немногословен. Влетел в магазин сразу после открытия, вручил оговоренную сумму, размашисто подписал договор, схватил ключи и был таков. Ни флирта, ни соблазнительных улыбок.

Ну и к лучшему. В данный момент ей не нужен флирт, и соблазнение тоже не нужно.

Хотя пространство для маневра не помешало бы. На всякий случай.

Вполне возможно, у него утреннее субботнее свидание с одной из женщин, тосковавших по нему в его отсутствие. Он похож на мужчину, по которому сохнут женщины. Высокий, долговязый, взлохмаченный.

И еще его руки. Не заметить их невозможно: широкие ладони, длинные пальцы. Природное изящество, вызывающее в женщинах – в некоторых женщинах, поправила она себя, – фантазии об изысканных ласках.

Дрю со вздохом откинулась на пятки, осознав, что слишком много думает о Сете. Просто он – первый мужчина, понравившийся ей за… господи, даже вспомнить невозможно, за какой срок.

Одно-единственное свидание почти за год.

Но это мой выбор, напомнила себе Дрю, и я точно не передумаю: никакого Сета Куина и вареных крабов.

Она просто будет создавать свой дом, вести свой бизнес, а он пусть живет своей жизнью и рисует хоть целыми сутками. Она привыкнет к его соседству и перестанет его замечать. А когда срок аренды закончится…

– Черт побери! Ключ от кладовки!

Она забыла отдать ему ключ. А он забыл ей напомнить.

Дрю посадила герань. Добавила дельфиниум. Затем, бормоча ругательства, вскочила.

Навязчивая мысль будет преследовать ее весь день. Придется нервничать и размышлять, куда он денет вещи, прибывшие из Рима. Пожалуй, проще отвезти дубликат, который хранится в доме, Анне Куин. Это займет не больше двадцати минут, а по дороге можно заехать в питомник.

Садовые перчатки и инвентарь Дрю бросила в корзинке на веранде.



Сет поймал брошенный ему Этаном линь и привязал лодку к причалу. Первыми выпрыгнули дети: длинноногая белокурая Эмили и неуклюжий, как щенок, четырнадцатилетний Дик.

Сет схватил Дика за шею и посмотрел на Эмили:

– Ты не должна была расти, пока меня не было!

– Ничего не могла с этим поделать. – Эмили потерлась щекой о его щеку. – Добро пожаловать домой.

– Когда жрать будем? – поинтересовался Дик.

– У парня в животе ленточный червь, – объявила Обри, ловко спрыгивая на причал. – Пять минут назад он съел половину багета.

– Я расту, – хихикнул Дик. – Попробую что-нибудь выпросить у Анны.

– Он искренне верит в свое обаяние. – Эмили покачала головой. – Не понимаю.

Ретривер Этана Найджел плюхнулся в воду, доплыл до берега и со счастливым лаем бросился за Диком.

– Эм, помоги ты, раз уж наш шалопай удрал. – Обри подхватила один конец ящика-холодильника, который Этан выставил на причал, и шепнула Сету: – На маму надежды нет. Ей не терпится добраться до тебя.

Сет подошел к лодке, протянул Грейс руку. Если Обри была первой, кого он полюбил, то Грейс была первой женщиной, которую он не просто полюбил, но которой безгранично поверил.

Грейс шагнула на причал, обняла Сета, счастливо вздохнула и потерлась щекой о его щеку так же мило, как Эмили.

– Вот теперь все правильно.



Читать бесплатно другие книги:

С таким странным убийством Ева Даллас еще не встречалась: кровать усыпана лепестками роз, тихая музыка, вино, свечи… Все...
Жестокое убийство в здании, в котором собралось несколько тысяч лучших полицейских со всего мира? В роскошном отеле, нап...
Вампир Киан и принцесса Мойра осознают, что по-настоящему влюблены друг в друга, но изо всех сил стараются противиться ч...
У Виктора Саврасова было все… Все, что можно купить за деньги! Его отец занимал министерский пост, мать выступала в Боль...
Рассказы Галины Артемьевой – мудрые, тонкие и честные. Все они – о нас, обычных людях, живущих своей привычной жизнью. Э...
На земле, пропитанной нефтью, иногда загораются огни, которые горят много десятков лет, и их погасить невозможно. Так же...