К барьеру! Беседы с Юрием Мухиным - Мухин Юрий

К барьеру! Беседы с Юрием Мухиным
Юрий Игнатьевич Мухин


С пушкинских времен русские заслужили славу отчаянных дуэлянтов, настоящих «невольников чести»: если в какой-нибудь Франции нормой считался поединок на дистанции 30—35 метров, то в России стрелялись на десяти, шести, даже трех шагах! А самые бесстрашные, записные дуэлянты, знатоки и хранители дуэльных традиций, звались бретерами.

Юрий Мухин в прошлой жизни наверняка был таким бретером, да и в нынешней он не случайно возглавлял газету «Дуэль», закрытую властями за «экстремизм» (читай: за верность свободе слова, отвагу и бескомпромиссность). Но ни преследования, ни судебные приговоры по политической статье не остановили главного дуэлянта русской прессы, всегда готового дать пощечину антинародному режиму и вызвать К БАРЬЕРУ врагов России!

В этой книге ведущий историк и публицист патриотических сил вновь бросает вызов «пятой колонне», продажным иудам и либеральным кликушам. Это – не просто беседы с Юрием Мухиным, а настоящая дуэль против подлости, тупости, лжи и предательства, где читатели выступают в роли секундантов.





Юрий Игнатьевич Мухин

К барьеру! Беседы с Юрием Мухиным


Две коровы разговаривают:

– Знаешь, мне кажется, что они нас кормят только для того, чтобы пить наше молоко, а потом убить и съесть…

– Да брось ты свою дурацкую теорию заговора! А то над тобой все стадо смеяться будет.





Вступление


Его уважают и ненавидят. О его взглядах спорят – в том числе и в российских судах, один из которых в 2009 году приговорил его к «двум годам условно». Знаменитые писатели, историки и журналисты дают его личности и трудам самые разные, подчас полярные оценки.

Александр Бушков:

– Мухин – сыскарь от Бога, пока не заклинится на жидомасонах.

Максим Калашников:

– Мухин – это бренд. И когда-нибудь со стапелей сойдет крейсер броненосный… авианосный и ракетоносный «Юрий Мухин».

Сергей Кара-Мурза:

– Тут счастье было в том, что у него такой талант, который прямо как будто послан нам в нужный момент, в нужное место.

Газета «Stringer»:

– Вообще, Юрий Мухин, который был редактором «Дуэли», является известным городским сумасшедшим…Особенно он любит антисемитские высказывания. Его не жалко.

Кто же он на самом деле – этот Юрий Мухин? Человек, который не боится писать, говорить и думать о судьбе России и обо всех нас «поперек формата». Человек, неудобный властям при любом государственном строе, начиная с «развитого социализма» времен правления его земляка Брежнева. Человек, который в нынешнюю эпоху девальваций всех валют и идеологий может позволить себе роскошь, невозможную для миллиардеров из списка «Форбс», – БЫТЬ САМИМ СОБОЙ. Как Юрий Мухин нашел свой жизненный и творческий путь и какую цену он заплатил и продолжает платить за это? Каковы его творческие планы и в чем угроза, что они никогда не сбудутся?

Слово – Юрию Мухину.




Философия Мухина





Моя «кредитная история»


– Юрий Игнатьевич, у вас есть своя философия?

– Давайте лучше без этого иностранного слова.



– Почему?

– Чтобы объяснить значение этого слова, придется залезть в словарь. К слову, в нашем языке завелось много непонятных иностранных слов, употребление которых прямо-таки вытолкнуло из нашей речи простые и понятные русские слова. А нередко и исказило их первоначальное значение.



– Вы имеете в виду, что многим читателям нужно искать в словаре смысл слова «философия»?

– Вот именно.

Уже несколько веков часть нашей, так сказать, интеллигенции стремится придать своей болтовне некую глубину и настырно тащит в русский язык иностранные вроде бы аналоги русских слов. Открывая для себя новые понятия и явления, наша интеллигенция, законодательница языковых мод, сплошь и рядом неспособна образно представить суть этих новых явлений и дать описание этой сути понятиями русского языка. Посему идет бездумное подражательство и повторение иноязычных слов там, где нам нечего сказать первыми. Скажем, с XIX века, со времен гениальных физиков-электротехников Александра Лодыгина и Павла Яблочкова, в нашем языке появились понятные русскому человеку термины «ток», «напряжение» «сопротивление». А вот, скажем, термодинамика (она же – «физика теплоты») в нашей холодной стране не имела своих первооткрывателей, и теперь, начиная со школьных учебников, нам приходится ломать голову над ее иностранными терминами – разными «энтропиями» и «энтальпиями».

Но если применение иностранных названий для каких-то новых предметов в науке и технике еще как-то можно понять, то зачем, например, русское слово «народовластие» подменили словом «демократия»? А затем, чтобы убедить нас, что в нашей действительности «народовластие» – это когда большинство навязывает свою волю меньшинству тайным голосованием. Ведь именно это на практике и имеют в виду под «демократией». А если точнее перевести это навязанное нам понятие, как «большинствовластие», то сразу же возникнет вопрос: а народовластие когда будет? Ведь любому, для кого родной язык – русский, без словаря понятно, что большинствовластие и народовластие – далеко не одно и то же. Большинство – это еще не весь народ, и выборы органов власти большинством – это не власть всего народа. Так после введения иностранного слова «демократия» поиски настоящей власти народа подменяются болтовней о «необходимости и величии демократии».

Зачем нам в русском языке греческие слова «экономика» и «экономист», если у нас есть свои слова «хозяйство» и «хозяин»? А затем, что хозяйство немыслимо без хозяина, и когда в хозяйстве возникает бардак, то сразу же возникает вопрос: а куда смотрит хозяин? А если в экономике бардак, то тогда кто виноват? А кто ж его знает? Люди у власти – исключительные молодцы, академики-экономисты – умнее не придумаешь. Разве они виноваты? Народ виноват, пьяницы, паньмаш, ну и так далее.

Зачем нам слово «план»? У нас что, не было русского слова «замысел»? Что, «Госплан» звучало умно, а «Государственный комитет по хозяйственным замыслам» («Госзамысел») – глупо? Нет, не глупо. Просто использование этого русского слова могло натолкнуть на мысль: кто же это у нас хозяин и каких это он мыслителей набрал себе в свой штаб, успехи народного хозяйства замысливать?

Бывает и так, что охотно используем мы простые и понятные русские слова, да только смысл их воспринимаем по-разному. Взять, к примеру, слово «писатель». А кто у нас в эпоху всеобщей грамотности не писатель? И сортирных стен маратель – тоже писатель. Было же точное по смыслу слово «сказочник». Но для тех, кто с потугами на свою особость, на возвышенность, сказочник – это что-то «с низов», из самой гущи народа, не белая кость и не власть над думами. Ну, польстили строчкогонам, но смысл-то профессии утерян!

Или взять слово «ученый». А кто у нас не ученый? Скажете: «наука»! Тогда давайте задумаемся: а что нам от науки нужно? Знания? Знания и по телевизору непрерывным потоком идут: тот артист марихуаны накурился, та артистка на прием без трусов пришла. Недавно завтракаю, а по радио меня грузят знаниями: в Австралии один чудак на букву «м» решил сделать на спине татуировку, но обидел мастера тату. А тот наколол ему на спине вместо заказанной картинки красивый… мужской орган. Как потом замерили – 47 сантиметров длиной. Чудаку пришлось заплатить 2 тысячи долларов, чтобы такое украшение свести. Это что – не знания? Знания и радио меня ими обогатило, видите, я даже числа запомнил без репетитора.

Так что, когда речь о науке идет, слово «знания» всегда надо ставить рядом со словом «польза». А ученый, как я считаю, это тот, кто пользу ищет и находит. Иначе он не наукой занимается, а из пустого в порожнее переливает.

Так и слово «философ». Это же человек, осмысливающий явления природы и жизни и находящий связи между ними. Ну почему бы не назвать его по-русски «осмысливатель»?



– Я не против подобного предложения, но вряд ли научное сообщество осыплет вас аплодисментами. Ю.И., наверное, имеет смысл нашу беседу начать с вашей «кредитной истории» – кто вы, чем занимались…

– …откуда взялся и как докатился до жизни такой?



– Примерно.

Вообще-то я очень много написал о себе в книге «Три еврея, или Как хорошо быть инженером» и в повести о моем отце. Вкратце мою историю можно изложить так.

Родился я в 1949 году в Днепропетровске. В 1973 году окончил Днепропетровский металлургический институт, между прочим, с «красным дипломом», и нас, таких умников, на сотню человек с потока было всего трое. По окончании института должен был остаться там же на научной работе, но полез бороться «за правду» – вступил в конфликт с тогдашней номенклатурой КПСС. Понятное дело, потерпел поражение и поехал по распределению в Казахстан, в городок Ермак. В нем прожил 22 года.

Работать начал на Ермаковском заводе ферросплавов инженером-исследователем, и эту профессию считаю своим призванием. Освоил ее быстро и успешно, имею несколько десятков изобретений и публикаций в научно-технических журналах.

Когда мне предложили вступить в КПСС – потому что «без этого не сделать карьеру», отказался. Между прочим, получил предупреждение от местного КГБ «за ведение антисоветской пропаганды» и считался в городе диссидентом. Тем не менее на мою заводскую карьеру это никак не повлияло – я делал ее быстрее, чем хотел, а в 1982 году стал руководить всеми научными исследованиями на заводе. Думаю, что именно оттуда – от того, что насмотрелся тогда на ученых в разных видах, – у меня нет ни малейшего трепета перед отечественной наукой. В СССР это было прибежище для здоровенной армии паразитов!



– Защитили диссертацию?

– И в мыслях не было! Я ведь не собирался увольняться с завода. Если бы собрался, то защитил бы кандидатскую и насобирал бы материалов на докторскую. А на заводе на кой овощ эти диссертации мне были нужны? Я бываю груб, некоторые утверждают, что даже чаще, чем надо, но на самом деле я очень подвержен влиянию «того, что люди скажут». А на заводе мне было очень важно, что скажут обо мне мои товарищи. Они горбатятся в цехах, чтобы вытащить завод из ямы, а я вместо того, чтобы впрячься вместе с ними, диссертацией буду заниматься?

В середине 1980-х наш завод работал очень плохо. Новый директор Семен Аронович Донской, выдающийся руководитель, в 1987 году предложил мне стать своим заместителем по коммерческой части, а я в этом ни бельмеса не соображал! Ничего, мало того, что освоил, так еще и появилась уверенность, что во всем сумею разобраться! Затем Донской сделал меня своим первым заместителем. Я, наверное, во всем Казахстане был единственным беспартийным руководителем такого ранга. Конечно, Донской за мною присматривал, но давал полнейшую свободу действий во всех одобренных им проектах. Чего я только не творил: одним из первых в СССР взял валютный кредит, одним из первых создал совместное предприятие, одним из первых начал бартерные операции, ввел заводские деньги и первым в СНГ перевел расчеты работников завода на кредитные карточки. По делам объездил полмира: покупал технологию производства видеоплееров в Японии, добывал технологию переработки шлаков в Германии, технологию получения синтетического бензина в ЮАР, торговых партнеров имел во всей Европе. Помимо дел, участвовал в сафари по Южной Африке, играл на рулетке в Монте-Карло, обедал в самых знаменитых ресторанах мира… и сегодня, попробовав все это, понимаю, что все эти развлечения – глупость. Формально есть что вспомнить, да только жаль тратить время на воспоминания.

Короче, в 1995 году правительство Казахстана передает Ермаковский завод ферросплавов иностранцам. Я препятствую разграблению завода, меня тут же увольняют, прокурор отменяет увольнение, новые хозяева, чтобы от меня избавиться, идут на компромисс: покупают мне в Москве двухкомнатную квартиру, и я уезжаю в Москву с компенсацией зарплаты за два года. А в Москве я сразу же создаю газету «Дуэль» – уникальное издание без профессиональных журналистов. В газете сами читатели ведут полемику с определенной целью – найти истину. Одновременно создаю организацию – АВН…



– О ней, с вашего разрешения, попозже.

На наш взгляд, сейчас в России и мире вас больше знают как историка, выдвигающего новые объяснения исторических событий нашей Родины. Скажите, как у вас родилось желание заниматься историей, ведь по образованию и по опыту работы вы металлург и, как мы понимаем, успешный руководитель?

– В сутках есть рабочее время. Даже если работать не только ради дохода, но с увлечением, думая о работе, как в моем случае, и после окончания рабочего дня, то все равно в сутках бывает и время, свободное от работы и мыслей о ней. Кроме того, нельзя все время думать об одном и том же, это утомляет, нужно менять тему, чтобы отдохнуть.

Отдыхать можно по-разному. Скажем, Сталин, чтобы отдохнуть, выращивал розы и играл в бильярд. Есть одно свидетельство, что он коллекционировал часы и любил их разбирать. В любом случае, у человека с такой умственной нагрузкой, как у Сталина, чтобы не сойти с ума, должны были быть развлечения, начисто переключавшие мозг с решения государственных проблем на что-то иное.

Меня развлекают с самого детства фантазии, но для этих фантазий нужно горючее, материалы. Скажем, если ты фантазируешь, что ты французский мушкетер, то желательно знать о той эпохе как можно больше, иначе фантазии будут убогими – тебе же неинтересными. Чтение было моим самым любимым увлечением, и, надо сказать, что читал я очень много, и любимыми книгами были не романы (хотя и они тоже), а книги о том, как люди что-то делали, как и почему у них это получалось.

Думаю, что такие вот увлечения выработали у меня любовь к исследованиям – я получал удовольствие, если сам мог прийти к каким-то новым выводам. Исследованиями по своей профессии я занялся еще в институте, а у всех исследований есть общие принципы. Одно дополняло другое – исследования в области истории помогали исследованиям в инженерном деле, а навыки исследований в инженерном деле уже явственно подсобляли в исследованиях общества и его истории.

После института я занялся исследованиями на производстве, заработал в этой области неплохой авторитет, но, главное, опыт, о необходимости которого даже не подозревал. Дело в том, что масса ученых в конце своих исследований получают новый результат, запечатленный лишь в их отчете или диссертации.



Читать бесплатно другие книги:

Короли дед-лайнов и королевы брифов, принцы медиа-тренингов и принцессы мониторингов, графы райтинга и графини рерайтинг...
Три героя романа не названы по именам....
Необычная по жанру и композиции, «Анатомия финансового пузыря» детально рассказывает о многих известных финансовых пузыр...
Приступать к реализации любого более-менее значимого проекта можно только после составления и утверждения его бизнес-пла...
В очерке о лирическом сюжете три раздела: первый и третий посвящены анализу стихотворных произведений – от текста к теор...
Александр Казарновский родился в Москве. Переводил стихи Роберта Фроста, Джеймса Джойса, Г.Честертона, Г.Лонгфелло и сов...