Хроники Края. За Темными Лесами - Ридделл Крис

Хроники Края. За Темными Лесами
Пол Стюарт

Крис Ридделл


Хроники КраяСага о Прутике #1
Прутик, брошенный в лесу мальчик, которого воспитали лесные тролли, как-то раз решается совершить то, чего не совершал ни один обитатель Леса: сходит с лесной тропы. Так начинаются его захватывающие приключения.

Прутику предстоит встретиться с ужасными и смешными душегубцами, сиропными гоблинами, злыднетрогами и другими существами. Но сможет ли он узнать тайну своего прошлого?

«Хроники Края» (также известная как «Воздушные пираты») – одна из самых интересных приключенческих серий для подростков. Книга «За Темными Лесами» – первая часть подсерии «Сага Прутика».





Крис Ридделл, Пол Стюарт

Хроники Края. За Темными Лесами


Посвящается Джозефу и Уильяму





Paul Stewart and Chris Riddell

BEYOND THE DEEPWOODS

First published as “The Edge Chronicles 4: Beyond the Deepwoods” by Random House Children’s Publishers UK, a division of The Random House Group Ltd

Copyright © Paul Stewart and Chris Riddell, 1998

© Ю. В. Шор, перевод на русский язык, наследники, 2015

© ООО «Издательство АСТ», 2015





Пролог







Далеко-далеко, рассекая пространство, как огромная резная фигура на бушприте величественного каменного корабля, простирается Край. С отвесной скалы, нависающей над бездной, низвергается бесконечный бурный поток.

Клокочущая, вздыбленная вода, завывая и рыча, в кружении падает с уступа вниз, в туманную пустоту. Трудно даже представить себе, что, подобно всякому необъятному, громыхающему водному массиву, исполненному горделивого могущества, и этот водопад когда-то был совсем иным. И все же в истоке своем река Края – всего лишь маленький, неприметный горный ключ. Река берет начало в глубине материка, высоко в горах, где раскинулись непроходимые Темные Леса. Там можно найти небольшой пруд, на поверхности которого булькают пузыри, – именно оттуда узкой ленточкой спускается по песчаному руслу вьющийся ручеек.

Он теряется в густой непроходимой чаще, великолепием своим тысячекратно затмевающей тонкую струйку воды. Темные Леса, окутанные таинственной мглой, таят в себе смертельную опасность для всякого, кто называет их своим домом. Обитает там странный народец: лесные тролли, душегубцы, гоблины-сиропщики, сварливые пещерные чудища. Под солнцем, отбрасывающим пятна света сквозь высокий зеленый шатер, и под мерцающей луной многочисленные племена и кланы борются там за жизнь.

Она, жизнь, там нелегка – любое неосторожное движение грозит гибелью, и беда подкарауливает за каждым кустом: наводящие жуть создания, хищные деревья, совершающие опустошительные набеги полчища свирепых тварей, огромных и совсем крохотных… Но лес приносит пользу своим обитателям, превеликим охотникам до сочных плодов, что свисают с ветвей. Воздушные пираты и разносчики товара из Лиги Свободных Купцов и Предпринимателей соперничают за право торговли в этих местах, и не раз они вступали в бой высоко над бескрайними, как океан, зелеными кронами.

Там, где опускаются облака, лежит Край – пустынная, голая, полная ночных кошмаров земля, над которой вихрятся туманы и витают духи. Судьба заблудившихся на этой равнине незавидна. Счастливчики добираются вслепую до кромки обрыва и с уступа ныряют вниз в поисках смерти. А те, кому повезло еще меньше, бесконечно блуждают в Сумеречном Лесу. Красота Сумеречного Леса, вечно купающегося в струящемся приглушенном солнечном свете, зачаровывает, но это предательская красота. Одурманивающий, пьянящий воздух леса опасен: тот, кто долго будет дышать им, забудет причину, которая привела его сюда, заблудится и покончит с жизнью, если только жизнь сама раньше не оставит его.

Иногда мертвую тишину Края нарушают шторма. Сумеречный Лес притягивает ураганы, как магнит – железные опилки; ветра устремляются к нему, как мотыльки, летящие к огню; иногда буря неистовствует в течение нескольких дней. Порой от ударов молнии образуется гролофракс – необыкновенно ценное вещество, которое, несмотря на чудовищные опасности, таящиеся в Сумеречном Лесу, в руках того, кто завладеет им, действует как магнит или огонь.

Сумеречный Лес, спускаясь, уступает место топкой трясине. Литейные мастерские Нижнего Города столь долго сливали сюда отработанную грязную жижу, что земля вокруг стала мертвой. Но все же и здесь есть живые существа. Это – мусорщики, уборщики, с вечно красными глазами и посеревшими лицами. Некоторые из них предлагают себя в роли проводников, указывающих путникам дорогу среди пустынного ландшафта, где перемежаются переполненные отбросами рвы и смердящие канавы; эти вожатые заводят путешественников в самые глухие места, где грабят их и бросают на произвол судьбы. Тот, кому все-таки удалось перебраться через трясину, оказывается в густонаселенном районе, где стайками лепятся друг к другу убогие хижины, а покосившиеся развалюхи тянутся по обоим берегам несущей свои полные воды реки. Это Нижний Город. Город грязный, перенаселенный, в нем часто вспыхивают беспорядки, и все же он считается крупным экономическим центром. Он шумит, гудит и кипит энергией. Каждый житель обязан заниматься определенным ремеслом, входить в особую Лигу и жить в строго отведенном месте. Из-за этого между горожанами возникает жестокая конкуренция: интриги, заговоры, вечные споры – стенка на стенку, Лига на Лигу, торговец на торговца.

Единственное, что объединяет членов Лиги Свободных Купцов и Предпринимателей, – это страх перед воздушными пиратами, властителями небес; их небесные корабли вольно парят над Краем, преследуя злополучных торговцев.

В самом центре Нижнего Города лежит огромное железное кольцо с прикованной к нему длинной тяжелой цепью, уходящей прямо в небеса: ее натяжение то усиливается, то ослабевает. Другой конец цепи прикован к огромному летучему камню. Подобно всем другим воздушным камням Края, этот валун зародился в Каменных Садах – он высунулся из земли, подталкиваемый другими глыбами, находящимися под ним, и стал расти. Цепь приковали к нему, когда он стал достаточно большим и легким, чтобы взлететь в небеса. Вот на нем-то и был построен чудесный город, получивший название Санктафракс. Санктафракс, чьи высокие стройные башни соединяются виадуками и подвесными дорогами, – город ученых. Там обитают философы, алхимики и их ученики. В городе множество библиотек, научных лабораторий, лекториев, столовых и залов отдыха. Науки, изучаемые здесь, сложны и непонятны, а тайны знаний ревностно оберегаются от посторонних глаз. И хотя непосвященному атмосфера города может показаться вполне старомодной и даже отчасти застоявшейся, а отношения книжников – вполне добрососедскими, на самом деле Санктафракс – это бурлящий котел страстей, что полон соперничества, заговоров и ожесточенной борьбы между различными группировками. Темные Леса, Краевые Пустоши, Сумеречный Лес, Топи и Каменные Сады, Нижний Город и Санктафракс – названия на географической карте. И за каждым из них стоит множество историй – историй, записанных на древних свитках, историй, которые переходят из уст в уста, от поколения к поколению, историй, которые рассказываются и по сей день.

Одну из таких историй мы и хотим вам поведать.




Глава первая

Хижина дровосеков


Мальчик Прутик сидел на полу, у колен своей матери-тролльчихи. Он пытался поглубже зарыть озябшие пальцы ног в густой ворс ковра, потому что по хижине гулял сквозняк.

– Я хочу рассказать тебе, откуда у тебя такое имя, – сказала мать.

– Да я уже давно знаю эту историю, мамуля, – возразил мальчик.

Спельда вздохнула. Прутик затылком почувствовал ее теплое дыхание и ощутил острый запах маринованных бродячих водорослей, которые она ела на обед. Пища лесных троллей никогда не вызывала энтузиазма у мальчика; особенно же ненавистны ему были водоросли, а тем более маринованные – склизкие и пахнущие тухлыми яйцами.








– Но в этот раз моя история будет звучать немножко по-другому. Сегодня я расскажу тебе ее до самого конца.

Прутик нахмурился:

– Мне казалось, что я и так знаю все от начала до конца.

Спельда взъерошила его густые темные волосы. «Как быстро он вырос!» – подумала она, утерев слезу с кончика своего толстого, картошкой носа.

– У каждой истории могут быть разные концы, – печально сказала она, глядя, как отблески алого пламени вспыхивают на высоких скулах и остром подбородке ребенка. – С первого мгновения ты был не таким, как все.

Прутик согласно кивнул. Как трудно, как необыкновенно трудно было ему расти, зная, что он не такой, как все. И все же его забавляла мысль о том, как, наверно, удивились его родители, когда он появился на свет: смуглый, темноволосый, зеленоглазый мальчишка с гладкой кожей и необычайно длинными для лесного тролля ногами. Он неотрывно глядел на огонь. Воздушное дерево горело очень хорошо. Пурпурные всполохи окутывали коротенькие, толстые поленья, и они, потрескивая, послушно переворачивались на другой бок, когда их ворошили кочергой. Лесные тролли умеют выбрать себе дрова по вкусу и знают, что каждое дерево горит по-своему. Душистое дерево, например, когда его положишь в очаг, начинает испускать дурманящий аромат, и тот, кто вдыхает его, погружается в сладкие, полные ярких грез сны, а серебристо-бирюзовая древесина колыбельного дерева начинает петь диковинные, печальные песни, как только огонь вгрызается в ее кору, и ее грустные мелодии, конечно же, не всякому придутся по вкусу. А еще печку можно топить таким деревом, как дуб-кровосос, ствол которого плотно оплетает лиана-паразит – ползучее растение, известное под названием смоляная лоза. Добывать древесину дуба-кровососа крайне опасно. Если тролль не знает лесных законов, он может погибнуть в алчной пасти дуба, заглатывающего свою жертву живьем, ведь и дуб-кровосос, и смоляная лоза – самые опасные деревья в Темных Лесах.

Конечно, древесина дуба-кровососа дает много тепла, но, когда дрова горят в печке, они не издают приятного запаха и уж, разумеется, не поют. Они охают и стонут, и их заунывный вой отпугивает обитателей чащи. Нет, пожалуй, воздушное дерево – самое любимое у лесных троллей. Поленья весело трещат в печке, и яркое алое пламя приносит в жилища мир и покой.

Спельда продолжила свой рассказ, и Прутик зевнул. У нее был низкий грудной голос, и казалось, что она не говорит, а воркует.

– В четыре месяца ты уже умел ходить, – сказала она, и мальчик ощутил гордость в словах матери. – А ведь дети лесных троллей обычно ползают на четвереньках до полутора лет, – тихо прошептала Спельда.

Неожиданно для себя самого увлекшийся повествованием мальчик ждал продолжения. Наконец настало время для «но». И каждый раз, когда наступал этот момент, дыхание у него прерывалось, а сердце уходило в пятки.

– Но, – произнесла она, – хотя в физическом развитии ты сильно опережал сверстников, говорить ты не умел. Тебе уже исполнилось три года, но ты все еще не произнес ни одного слова.

Она повернулась на стуле.

– Я думаю, не нужно повторять, сколь это было серьезно. – Мать вздохнула еще раз, и еще раз Прутик с отвращением отвернулся.

Он внезапно вспомнил, чему учил его Вихрохвост: «Чуешь, откуда ты родом?» Прутик понял, что могло значить это выражение: по нюху всегда можно распознать дух родного дома. Но что если он ошибался? Может, прав был эльф-дубовичок, который, как всегда небрежно, добавил: «Если ты воротишь нос от запахов родного дома, значит, это не твой дом».

Прутик, чувствуя себя виноватым, сглотнул слюну. Он часто мечтал о другом доме, когда после целого дня издевательств и насмешек укладывался в своей конуре.

Сквозь окно было видно, как на изрезанном листвой небе солнце опускалось все ниже.

Стройные стволы сосен Темного Леса сверкали в закатных лучах, как застывшие молнии.

Прутик знал, что снег выпадет сегодня вечером, еще до возвращения отца. Он подумал о Тунтуме, который ушел в Темные Леса, далеко за Якорное дерево. Может быть, как раз сейчас он вонзает свой острый топор в ствол дуба-кровососа.

Прутик содрогнулся. Истории, которые рассказывал ему отец поздними вечерами, сковывали его сердце ужасом. Отец его, Тунтум-дровосек, добывал деньги незаконным промыслом, ремонтируя корабли небесных пиратов. Это значило, что для починки ему требовалась летучая древесина, а самым лучшим деревом для такой работы был дуб-кровосос.

Прутик не был уверен, что отец любит его. Когда он возвращался домой с разбитым носом, с фонарем под глазом и вывалянный в грязи, ему хотелось, чтобы отец обнял его, приласкал и успокоил.








Вместо этого Тунтум давал советы, нет, скорее даже отдавал приказания:

– Пойди и разбей им носы в кровь. И каждому поставь фонарь под глазом. И вываляй их в грязи. Даже не в грязи, а в дерьме. Покажи им, кто ты такой.

Потом мать, прикладывая к синякам примочки из живительных ягод, объясняла, что отец желает ему добра и только хочет подготовить мальчика к суровым испытаниям внешнего мира. Но Прутика не убеждали ее слова. В глазах отца он видел не любовь, но лишь презрение.

Пока мальчик в задумчивости наматывал на палец длинную прядь своих темных волос, Спельда продолжала рассказ.

– Имена, – говорила мать, – без них нам, лесным троллям, некуда деться. Имена приручают диких зверей, имена позволяют нам сказать, кто мы есть. У нас в лесу есть одно золотое правило: «Не знаешь, как называется, не ешь». Вот теперь ты понимаешь, сынок, почему я так волновалась, что у тебя, трехлетнего, все еще не было имени.

Мальчик вздохнул. Он знал, что тролль, умирающий безымянным, обречен на вечный полет в открытом небе. Дело было в том, что Обряд Нарекания не мог состояться, пока ребенок не произнес своего первого слова.

– И я действительно был немым, мамуля? – спросил Прутик.

Спельда отвернулась.

– Ни одного слова до той поры не слетело с твоих уст. Я уж думала, что ты пошел в своего прадеда, Визила. Он тоже не умел говорить. – Она вздохнула. – И вот в тот день, когда тебе исполнилось ровно три, я решила, что Обряд Нарекания должен состояться во что бы то ни стало.

– А я похож на прадедушку Визила?

– Нет, Прут, – ответила Спельда. – Никогда в нашем роду не бывало дровосека, на которого бы ты походил. И вообще троллей вроде тебя никогда не было.

Прутик дернул себя за прядь накрученных на палец волос.

– Я некрасивый, да? – спросил он.

Спельда засмеялась. Когда она улыбалась, ее пухлые щечки раздувались еще больше, а маленькие серовато-карие глазки тонули в складках грубой кожи.

– Вовсе нет, – ответила она. Спельда наклонилась и обняла сына своими длинными руками. – Ты всегда был и будешь для меня самым прекрасным мальчиком на свете. – Она замолчала. – Ну, так на чем мы остановились?

– На Обряде Нарекания, – напомнил ей Прутик. Он неоднократно слышал историю о том, как получил имя, но всякий раз надеялся услышать что-нибудь новое для себя.

В тот день ранним утром Спельда отправилась по тропе, ведущей к Якорному дереву.

Она привязалась веревкой к его могучему стволу и углубилась в Темные Леса.








Путешествие было опасным: веревка могла порваться или запутаться, а лесные тролли больше всего на свете боятся заблудиться.

Всякий, кто сойдет с тропы и потеряет дорогу, неминуемо встретится с Хрумхрымсом – самым страшным и ужасным из всех существ, населяющих Темные Леса.

Каждый тролль живет в страхе, опасаясь встречи с ним. Спельда не раз пугала своих старших детей, рассказывая были и небылицы о лесном страшилище.

– Будете плохо вести себя, – говаривала она, – придет Хрумхрымс и заберет вас.

Все глубже и глубже забиралась Спельда в лесную глушь. Деревья, обступавшие ее, эхом повторяли вой и рев прятавшихся в зарослях диких зверей. Перебирая пальцами амулеты и обереги, надетые на шею, Спельда молилась о скором и благополучном возвращении домой.

Размотав до конца веревку, привязанную другим концом к Якорному дереву, Спельда остановилась. Дальше идти было нельзя. Она вытащила спрятанный в поясе нож, именной нож. Нож был очень важной вещью. Он был выкован специально для ее сына.



Читать бесплатно другие книги:

В книге изложены ответы на основные вопросы темы «Правоведение». Издание поможет систематизировать знания, полученные на...
В книге изложены ответы на основные вопросы темы «Земельное право». Издание поможет систематизировать знания, полученные...
Здравствуй, читатель! Тебе крупно повезло, ибо ты держишь в руках первую книгу культового поэта Интернета Николая Войчен...
Фаина Раневская – самая смешная женщина в СССР У вас есть шанс познакомиться поближе со знаменитой острячкой поближе и п...
Любой из нас – каким бы искушенным и здравомыслящим человеком он себя ни считал – в любой момент может оказаться объекто...
Новая книга астролога Алексея Кулькова – настоящий подарок для всех, кто хочет изменить свою жизнь к лучшему. Автор пред...