Везет как рыжей - Логунова Елена

Везет как рыжей
Елена Логунова


Елена и Ирка #2
У тележурналистки Елены выдался еще тот денек! С утра ее сбили автомобилем, потом усыпили хлороформом, похитили, держали взаперти, а затем десантировали с пятого этажа! Оказывается, причиной всех Лениных несчастий был ее любимый кот Тоха. По неизвестным причинам заполучить четвероногого друга пытаются и жители городка, и некий мистер Смит, американский подданный, полковник ВВС. Казалось бы, обычный персидский кот, серебристая шиншилла, сто пятьдесят баксов в базарный день! И все-таки что в нем такого особенного, о чем не знает даже хозяйка?…





Елена Логунова

Везет как рыжей





ВМЕСТО ПРОЛОГА


1968 год, где-то в Америке



Чужая машина увязла в грязи за поворотом, а фамильный рыдван Джонсов нет – но уж в этом-то Сара-Джейн была не виновата! Возможно, она ехала слишком быстро, поздно заметила преграду, загляделась и не успела вовремя затормозить, но потому-то она и каталась по окольным дорогам, что лишь училась водить! А что, спрашивается, понадобилось на грязном проселке этому сверкающему баловню автострад?!

Отстегнув ремень, Сара-Джейн выбралась из машины и с беспокойством оглядела забрызганную грязью «морду» семейного джипа. А, пустяки, ничего страшного! Новая вмятина очень удачно пришлась на ту, которая образовалась на прошлой неделе, когда папа с дядей Биллом, будучи изрядно навеселе, гонялись по полям за кроликом, а догнали старый дуб.

Правда, задний бампер чужой машины смят в гармошку – ох и хлипкие же эти дорогие новинки!

Сара-Джейн презрительно сплюнула. Впрочем, нет худа без добра: одним ударом она вытолкнула их из лужи. Так что пусть еще спасибо скажут, сидеть бы им тут до июля, раньше-то это болото нипочем не высохнет!

Она засмеялась, потом вдруг запоздало встревожилась: чего это они там сидят?

За темными стеклами ничего не было видно. Сара-Джейн обошла чужую машину со всех сторон (чудная-то какая!), подергала дверцы.

– Есть кто живой? – крикнула она.

Зеркальное стекло со стороны водителя с жужжанием поехало вниз.

– Ну, слава богу! – выдохнула Сара-Джейн, подбегая.

Что-то круглое, как воздушный шар, высунулось ей навстречу.

– Да снимите вы свой шлем, – чуть раздраженно сказала Сара-Джейн. – Это что, новая городская мода?

Она не договорила – пришлось посторониться, потому что дверца открылась. Низкорослый тип в смешных одеждах вылез из машины, потоптался неловко и медленно снял шлем.

– Испугались? – посочувствовала Сара-Джейн, отметив нездоровый цвет лица потерпевшего: голубой, как незабудка! – Не волнуйтесь, если вы не можете двигаться своим ходом, я дотащу вас до городка, там починитесь. Извините, что так вышло. Папа заплатит за ремонт.

Незнакомец молча смотрел на нее: глаза у него были синие, яркие, как мигалка полицейской машины. Между тем из автомобиля вылезли еще двое, один другого мельче. Похоже, женщина и ребенок. Все низенькие, а как сняли свои дурацкие шлемы, стало видно, что у каждого за ухом аппаратик вроде тех, для слабослышащих. Глухие карлики! Может, они из цирка сбежали?

Тот, что повыше, промяукал что-то противным голосом – Сара-Джейн не поняла. Тогда он не то за ухом почесал, не то аппаратик свой поправил и снова заговорил:

– Добрый вечер!

– Иностранцы, что ли? – догадалась Сара-Джейн.

Или психи! Надо же – «добрый вечер»! Разбитая машина не в счет?

– Да. Чужеземцы, – радостно закивал их старший. – Родина – Денеб.

– Ясненько, – сказала Сара-Джейн. – У вас трос есть?

– Трос, – озабоченно повторил иностранец.

– Веревка, ремень, что-нибудь в этом роде, – терпеливо пояснила она. – Надо же вас отбуксировать куда-нибудь. Ночь скоро.

– Кров, – глубокомысленно возвестил иностранец. – Пища. Ожидание помощи.

– Можно и подождать, – кивнула Сара-Джейн. – Тогда лучше всего к нам. Папа позвонит в гараж мистеру Филлипсу, тот пришлет механика. А вы у нас переночуете, мама вас ужином накормит… Где трос-то?

Чужаки бестолково переминались с ноги на ногу.

– Посмотрите здесь, – Сара-Джейн хлопнула ладонью по изувеченному багажнику.

Эти трое вздрогнули, залопотали испуганно.

– Там открыть нельзя, смотреть нельзя-нельзя! – очень нервно сказал самый крупный.

– Смотрите там, где льзя, – пожала плечами Сара-Джейн. – То есть я хочу сказать, там, где можно. А еще лучше – там, где он у вас лежит, трос этот.

– Какой вид есть у трос? – спросил крупный.

– У трос вид есть длинный, не слишком тонкий и прочный. Хотя нет, прочный – это не вид. Это качество, – рассудительно ответила она. – Но какое нам дело до его вида? Нам же трос нужен, а не его вид!

Иностранец полез в машину, захлопнув за собой дверцу. Стекло поднялось, потом на палец опустилось, пропустив гибкий кончик.

– Это? – глухо спросил тип изнутри.

Сара-Джейн подозрительно посмотрела на вяло поникшую бледную макаронину и отрицательно покачала головой.

– Это?

Из щели в окошке высунулось что-то похожее на свежий побег, ядовито-зеленый и дурно пахнущий.

– Не думаю, – усомнилась она.

– Это?

– А вот это, пожалуй, годится, – решила Сара-Джейн.

Резиновый шланг, на вид достаточно прочный, пополз из окна, сворачиваясь в бухту у ее ног.

– Довольно? – спросил чужой, выглядывая из окошка.

– Даже много, – пожав плечами, сказала Сара-Джейн. – Вполне хватило бы и пяти метров.

Излишек шланга тут же втянулся в машину. Сара-Джейн округлила глаза: во дают!

– Садитесь в машину, – сказала она.

Ну и гостей привезет она на ферму! Держись, мамуля!

– Эмигранты, что ли? – познакомившись с гостями, спросил папа.

– Туристы, – откликнулась мама, нарезая хлеб. – Уж не знаю, каким ветром их занесло в нашу глушь!

– Может, они природу любят? – вставила Сара-Джейн.

Она на минутку заглянула на кухню, чтобы посмотреть, как идет подготовка к ужину. Мина обиженно надулась: она чистила картошку, пока Сара-Джейн занимала гостей светской беседой.

– Недоумки какие-то, – презрительно фыркнул папа. – Ты видела, как они одеты? Розовый шелк, кружева, бусы, перья – это в наших-то местах! Тоже мне, любители природы!

– Судя по их лицам, отдых на свежем воздухе им не повредит, – миролюбиво сказала мама. – Не ворчи, Бен: они не по собственной воле оказались у нас. Если бы Сара-Джейн не помяла их машину…

– Пожалуй, я пойду к гостям, – предвидя нежелательный для нее поворот беседы, Сара-Джейн предусмотрительно ретировалась.

Иностранцы чинно сидели на диване в гостиной: спины прямые, плечи расправлены, руки сложены на коленях.

– Монументы, – пробормотала Сара-Джейн.

– Добрый вечер! – хором произнесли они при ее появлении.

– Лучше не бывает, – устало сказала она. – В шестой раз здороваемся! Довольно! У нас это делают всего раз в день, запомнили?

– Благодарю, – сказал глава иностранной семьи. – Обычаи. Манеры. Очень интересно. Вы знать – учить!

– Я? – удивилась Сара-Джейн. – У меня с манерами не очень… Ну, что вам сказать?… Сейчас ужинать будем – пальцами в тарелки не лезьте. Локти на стол не ставьте. Не чавкайте…

– О? – заинтересовалась иностранная мама.

– Не чавкайте. Чав-чав-чав, – показала Сара-Джейн.

– Чафф-чафф-чафф! – радостно повторило чужеземное дитя.

– Молодец, – похвалила Сара-Джейн. – Схватываешь на лету! Больше так не делай.

– Ужин! – пропела ее мама из кухни.

– Пошли, – скомандовала Сара-Джейн гостям, вежливо пропуская их вперед.

Они послушно протопали в столовую. Дитя тихо почавкивало на ходу, спешно заучивая, как делать нельзя.

– Вам, должно быть, привычнее японская кухня, – извиняющимся тоном сказала мама. – У нас еда простая. Вот цыпленок. Картошка. Кукуруза. Салат. Все свежее. Кушайте, пожалуйста.

– Тсы-пленокк, – задумчиво повторил иностранный папа.

– Пожалуйста, – предупредительно сказала Сара-Джейн. – Вам ножку? Или крылышко?

– Тсы-пленокк! – упрямо повторил гость.

– Да дай ты ему этого цыпленка! – не выдержал ее отец.

– Целого? – удивилась Сара-Джейн.

– Может, он голодный! Видишь, какой синюшный?

Мина тихо прыснула.

– Ти-хо! – шикнула на нее мать. – Попробуйте кукурузу, – любезно предложила она гостье.

Сара-Джейн бухнула цыпленка в тарелку иностранца и огляделась: за кем еще поухаживать?

Чужое дитя, совершенно освоившись, лопало оладьи с сиропом, тщетно стараясь не чавкать.

– Пальцы не облизывать! – заговорщицки шепнула ему Сара-Джейн.

Дитя грустно посмотрело на нее, перевело взгляд на Мину и повеселело: та уничтожала оладьи, самозабвенно чавкая и поминутно облизывая пальцы.

– Вон отсюда! – негодующе прошипела Сара-Джейн невоспитанной младшей сестре.

– Мы пошли! – крикнула Мина, сдергивая с табурета чужое дитя.

Иностранные родители обеспокоенно посмотрели им вслед.

– Не волнуйтесь, – сказала им мама. – Дети прекрасно поиграют. У Мины есть чудесные игрушки.

Папа кашлянул.

– Я насчет машины хотел, – начал он. – Завтра я съезжу в город и привезу механика…

– Помощь? – понимающе спросил гость. – Не надо. Вызвана. Скоро будет.

– Да? Ну, тем лучше, – с явным облегчением сказал отец. – А пока вы у нас погостите. Воздухом подышите, молочка попьете. Захотите – на рыбалку сходим. Не возражаете?

Гости не возражали.

– Вот и славно, – сказала мама, вставая из-за стола. – А кто поможет мне с посудой?

Получасом позже Сара-Джейн заглянула в кухню: мамы, своя и иностранная, мыли посуду. Странное дело, но чужеземке этот процесс явно нравился.

– Господи, как хорошо! – расслабленно вздохнула ее мать, глядя на быстро растущую стопку чистых тарелок. – Вот бы вы погостили у нас подольше!

Синелицая чужая мама молча улыбнулась, не переставая неловко, но старательно полоскать тарелки. В клеенчатом фартуке и резиновых перчатках она уже не казалась такой чужой.

– Я буду! – поспешила она заявить, видя, что мать берет в руки посудное полотенце.

– О, сколько угодно! – радостно сказала мама.

Сара-Джейн недоверчиво покрутила головой, отступила в коридор и там столкнулась с отцом.

– Послушай, дочка, – спросил он, пытаясь спрятать за спиной то, за чем ходил к буфету. – Разве у них в машине есть рация?

– Не знаю, – сказала Сара-Джейн. – Ты почему спрашиваешь?

Папа пожал плечами.

– Он сказал, что уже вызвал помощь, а к нашему телефону не подходил. Вот я и подумал: должно быть, у них в машине есть рация.

– Может быть, – сказала Сара-Джейн. – Я не заглядывала внутрь и не видела, что у них там есть.

Она подумала и поправилась:

– Знаю только, что у них в салоне есть какие-то зеленые растения и целая бухта резинового шланга.

– Это еще зачем? – удивился папа.

– Почем я знаю? – Сара-Джейн еще немного поразмыслила. – Может, он водопроводчик?

Папа не нашелся что ответить, растерянно кашлянул и прошел на веранду.

Сара-Джейн прислушалась: тихо звякнуло стекло, мелодично забулькала жидкость.

– Сигару? – произнес папин голос.

Ну, тут все в порядке. А где эта вредина Мина и мелкая иностранка? Точно, в комнате Сары-Джейн: шепчутся и противно хихикают, склонившись над альбомом семейных фотографий.

– Мина! – строго сказала Сара-Джейн. – А ну, брысь отсюда!

– Посмотри, – невозмутимо предложила Мина, протягивая сестре плотный квадратик. – Это Жу. Она снялась перед самым отъездом.

– Кто это – Жу? – непонятливо спросила Сара-Джейн, разглядывая картинку: зеленоватая меховая зверюга тесно обхватила человечка с голубым лицом – не то обнимает, не то скушать хочет.

– Жу – это она, – нетерпеливо пояснила Мина. – Неужели не узнаешь?

Сара-Джейн подняла глаза с картинки на маленькую иностранку. Точно, она. Во всяком случае, физиономия такая же голубая.

– А рядом кто? Кузен?

– Скажешь тоже! – возмутилась Мина. – Не видишь, это собачка! Или кошечка… Жу называет ее просто «Муф». Этот Муф в дороге потерялся, где именно – я не поняла, но Жу очень хочет его найти. Он у них в семье любимец, Муф этот.

– Муф, – кивнула Жу.

– Ясно тебе? Муф! – повторила Мина, отнимая у Сары-Джейн картинку. – Жу мне на обороте свой адрес напишет. Я ей свой уже дала.

– Ну-ну, – сказала Сара-Джейн. – Подружки! Чтобы через полчаса вашего духу в моей комнате не было!

Через заднюю дверь она вышла в сад. Чужая машина стояла там, сверкая в лунном свете, как начищенное серебро.

Саре-Джейн показалось, что мимо машины, затемнив ее сияние, скользнула тень; она насторожилась, но тут же догадалась, что это может быть: просто мужчины на веранде дымят сигарами. Еще ей почудилось тихое гудение. Сара-Джейн прислушалась, но уловила только умиротворенный голос папы:

– В другой раз приезжайте запросто, – приглашал он.

– Ну вот, – пожала плечами Сара-Джейн. – Похоже, мы будем дружить семьями!

А утром неожиданно выяснилось, что машина гостей в полном порядке.

– Вот это сервис! – уважительно сказал отец.

Он не очень удивился: если у потерпевшего была рация, то у механика вполне мог быть вертолет.

– Скорее, дирижабль, – рассудительно поправила его мама. – Вертолет мы бы услышали.

Сара-Джейн вспомнила, как ночью выходила в сад, и сказала:

– Да нет, ее привидение починило.

– Какое привидение? – с острым любопытством спросила Мина, на минутку переставая горестно всхлипывать.

– Какое, какое, – передразнила ее Сара-Джейн. – Страшное: у-у-у!

Мама укладывала в корзинку провизию на дорогу. Чужой папа стоял рядом, следя за ее действиями с большим одобрением. Сверху мама аккуратно поместила сверток в вощеной бумаге.

– Цыпленок, – заговорщицки сказала она ему.

– Виски, – еще более заговорщицки шепнул отец, передавая гостю непочатую бутылку.

С крыльца доносился отчаянный скрежет: иностранная мама яростно полировала закопченный чугунный котелок. Все другие сколько-нибудь нуждающиеся в чистке металлические предметы она уже надраила, но с котелком не успевала, и оттого была немного печальна.

– Возьмите его себе, – великодушно предложила мать. – Дома будете чистить и вспоминать нас.

Чужая мама солнечно улыбнулась.

Чуть поодаль, обнявшись, дуэтом рыдали Мина и Жу.

– Хватит реветь, – одернула сестру Сара-Джейн. – Людям уже ехать пора!

Гости забрались в свою машину (чужая мама нежно прижимала к груди котелок), и ослепительно сверкающий автомобиль тронулся, поехал. Но еще прежде, чем он вывернул с подъездной дорожки на проселок, стекло в правом заднем окошке скользнуло вниз, и в проем высунулась зареванная бирюзовая мордочка Жу.

– Чафф-чафф-чафф! – в отчаянии выкрикнуло чужеземное дитя.

Мина громко взвыла и уткнулась мокрой физиономией в плечо невозмутимой Сары-Джейн.

– Вот глупости какие, – с досадой сказала старшая сестра. – Ты куда ее провожаешь – на край Вселенной?

На другой день Сара-Джейн сидела на кухне, рассеянно наблюдая, как мама готовит тесто для сладкого пирога, потихоньку поклевывая предназначенные для начинки миндаль и изюм. Мама вполголоса напевала какую-то песенку, необыкновенно фальшивя и весьма талантливо перевирая слова. Заглушая ее, Сара-Джейн сделала погромче радио. Сначала там тоже пели, и довольно пронзительно, потом начался очередной выпуск новостей. Говорили не то о каком-то болиде, не то об атмосферной аномалии – комментатор, кажется, сам ничего не понимал.

– Ма, – сказала Сара-Джейн, выключая приемник. – Посмотри, по-моему, начинки маловато!

Мать рассеянно глянула на опустевшую миску и кивнула:

– Изюм в бумажном пакете на полке в шкафчике. Миндаль в кладовой.

Сара-Джейн скорчила недовольную гримаску, нехотя встала и пошла в кладовку.

На обратном пути она мельком глянула в окно и увидела сворачивающий к дому незнакомый автомобиль – черный, очень солидного вида. Из него выбрался мужчина в строгом костюме. Сара-Джейн посмотрела в другое окно и увидела в саду Мину в веселой компании кошки Долли и крупного лохматого кота. Кот был чужой, но смутно знакомый.

– Ма, к нам гости, – сообщила Сара-Джейн, входя в кухню.

– Ставь кофейник, – незамедлительно распорядилась та. – Пирог будет готов через полчаса.

Сара-Джейн по пояс высунулась в кухонное окно и закричала сестре:

– Эй, Мина! Что это за зверь там с вами?

Мина оглянулась, чужой кот тоже.

– Какие у него чудесные глаза, – восхищенно сказала мама, выглядывая из-за плеча Сары-Джейн. – Такие ярко-синие! А шерсть, по-моему, с прозеленью – или это отсвет от кустов? Интересно, что это за порода?

– Муф, – точно отвечая на вопрос, громко произнес странный кот с умными синими глазами. – Муф хаф хаффиха муффер! Му-хифф?

– Надо же, какой разговорчивый! – восхитилась мама.

Кошка Долли нежно мяукнула.

– Это же Муф, – закричала Мина. – Помните, с фотографии? Тот самый Муф, которого Жу потеряла.



Читать бесплатно другие книги:

Отправляясь в поход, Дэн, Сашка и Юла готовы, очертя голову, прыгнуть в любое приключение, и им удается сорвать джек-пот...
Повесть «Адам вспоминает» охватывает события – главным образом душевные – одного дня, вполне будничного, если бы это не ...
Наша жизнь – это череда встреч и разлук, эмоциональных всплесков и волнений. Со временем чувства растворяются, но незыбл...
Журналист Антон Полетаев решил подработать «пресс-киллером», приняв заказ от криминального авторитета на устранение конк...
Александр, офицер СОБРа, прошедший горячие точки на Кавказе, принимает заманчивое предложение от влиятельного российског...
Кто он – симпатичный мальчишка из соседнего подъезда? Лжец, от которого не дождёшься ни слова правды? Вор, способный ста...