Альпийская крепость - Сушинский Богдан

Альпийская крепость
Богдан Иванович Сушинский


Секретный фарватер
Новый военно-приключенческий роман известного писателя Богдана Сушинского посвящен событиям, связанным с одной из тайн Третьего рейха – попыткой создания в Альпах мощного укрепленного района, именуемого в секретных документах «Альпийской крепостью». Предполагалось, что Гитлер перенесет туда, в свою ставку «Бергхоф», рейхсканцелярию, чтобы возглавить последний рубеж обороны. Естественно, что ходом создания «Альпийской крепости» немедленно заинтересовались разведки противника, в частности США, чьи войска как раз и были нацелены на район Альп. Германская разведслужба СД во главе с бригадефюрером СС Шелленбергом развернула мощную дезинформационную кампанию, умышленно преувеличивая масштабы и темпы создания укрепрайона…

Тематически роман «Альпийская крепость» связан с романом «Воскресший гарнизон».





Богдан Сушинский

Альпийская крепость



© Сушинский Б. И., 2015

© ООО «Издательство „Вече“», 2015

© ООО «Издательство „Вече“», электронная версия, 2015




Часть первая. У карты проигранных сражений


Великие нации существуют лишь до тех пор, пока существуют великие вожди, которых сами же эти нации и сотворяют.

    Богдан Сушинский




1


На фоне заснеженного хребта черные шпили замка Шварцбург смотрелись как-то по-особому неприветливо и мрачно. Плато, на котором он высился, было затеряно посреди извилистой горной долины и, словно мощной крепостной стеной, подковообразно окаймлялось лесистыми отрогами Баварских Альп.

Пилот с трудом сумел посадить машину в десяти километрах от замка, на полосу, которая еще только создавалась специально для «Альпийской крепости». Причем руководитель стройки обер-лейтенант Зонбах, «специалист по секретным аэродромам», как высокопарно отрекомендовал его перед вылетом Отто Скорцени, прямо предупредил пилота по рации: работы не завершены, садиться крайне опасно. Но когда летчик передал его слова командиру группы барону фон Штуберу, тот язвительно заявил:

– Передай своему Зонбаху, что на его аэродроме мы садимся по личному приказу Скорцени[1 - События, предшествовавшие этому полету штурмбаннфюрера СС барона фон Штубера в создающуюся «Альпийскую крепость» («Alpenfestung»), описаны в моем романе «Воскресший гарнизон», который входит в многотомную эпопею «Война империй».]. И мы сделаем это, даже если ему придется выстилать посадочную полосу телами своих поднебесных гробокопателей.

– Оно, конечно, так… Но разбиваться-то нам, а не Зонбаху, – проворчал явно подрастерявшийся пилот.

– Только поэтому не стоит завидовать обер-лейтенанту, еще вчера умудрившемуся заверить первого диверсанта рейха, что будто бы секретная авиабаза «Альпийской крепости» готова, – невозмутимо «успокоил» его барон. – А пока что сделай еще пару кругов над замком. Хочу понять, что он собой представляет и прикинуть, как его получше укреплять.

Пилот взглянул на Штубера, как на человека, который знает что-то такое, что не ведомо ему самому, и только поэтому, предельно низко пройдясь над опоясывающим замок небольшим крепостным двором, на крутом вираже вошел в окутанный легкой дымкой каньон, в конце которого и создавалась «полоса Зонбаха».

Шварцбург оказался классическим средневековым бургом[2 - «Бургами» в Европе именовались замки, обведенные крепостными стенами. Обычно под стенами «бургов» образовывались поселения, в наименованиях которых, как правило, содержалось окончание «бург» – Бранденбург, Магдебург…], в центре его возвышался замок, напоминающий готический собор с тремя небольшими пристройками, а высокие крепостные стены были укреплены круглыми башнями, под красными черепичными крышами. И сам замок, и крепостной двор представали в форме неровного треугольника, одна из плоскостей которого упиралась в неприступную отвесную скалу, а другая буквально зависала над ущельем, западная часть которого завершалась черной, неприветливой чашей озера.

Третья сторона показалась обладателю этого горного пристанища слишком доступной, а значит, уязвимой, поэтому строители специально обрубили склон плато, расчленив его единственной крутой дорогой на два карьера, из камня которых и создавалась мрачная твердыня местного владетеля.

Человек, возводивший свое родовое гнездо в этом горном ущелье, должен был обладать таким же крутым и нелюдимым характером, как и здешние скалы. Он отдавал себе отчет в том, что его бург восстает в глубине огромной горной страны, охватывавшей обширные районы Верхней Баварии, Австрии и Швабии. А потому, чувствуя себя защитником целого региона, он в то же время ощущал себя его полноправным, лишь номинально подчинявшимся кому-то из королей, феодальным правителем.

«Именно таким правителем будете чувствовать себя в этом замке и вы, барон фон Штубер, – сказал себе штурмбаннфюрер, окидывая прощальным взглядом небольшой водопад, ниспадавший у западной стены бурга. – Если только пилоту в самом деле удастся посадить этот самолет по телам поднебесных гробокопателей Зонбаха».

Пилот оказался настоящим асом. Он приземлялся, лавируя не только между какими-то временным постройками и выбоинами, но и между группами строителей, выскакивавших буквально из-под фюзеляжа его трофейного самолетика. И первым, кто по-настоящему высоко, в бутылку венского коньяка, оценил его мастерство, был сам Зонбах – коренастый сорокалетний крепыш, с лицом рыбака, безжалостно обожженным полярными ветрами, на котором очки казались бутафорским излишеством.

Недавно обер-лейтенант действительно поторопился доложить нетерпеливому, нахрапистому Скорцени, что секретный аэродром «Люфтальпен-1» готов, не предполагая при этом, что обер-диверсант сразу же устроит ему проверку таким вот, нежданным и воинственным десантом «фридентальских коршунов». Узнав, что Штубер назначен комендантом «Национального редута»,[3 - В первых правительственных документах и в приказах командования «Альпийскую крепость» чаще всего называли именно так – «Национальным редутом», считая, что название «Альпийская» раскрывает место дислокации будущего укрепрайона.] скромняга Зонбах тут же выразил уверенность, что теперь-то уж точно именно его, как создателя, и назначат комендантом «Люфтальпена-1». И уже под эту должность вызвался лично доставить штурмбаннфюрера к стенам крепости на горно-егерской танкетке, а для его группы выделил грузовик.

– И кто же хозяин этой обители? – поинтересовался Штубер, когда на очередном изгибе дороги, точь-в-точь повторяющей изгибы горной речушки, вдали проявились очертания Шварцбурга.

– Граф Эдвард фон Ленц, – ответил Зонбах. – Семидесяти пяти лет от роду. Неисправимый баварский сепаратист.

– Кто-кто… сепаратист?!

– Вы не ослышались, штурмбаннфюрер. Как это ни странно, баварский.

– Только из уважения, не заставляю повторять еще раз. Предпочитаю предаваться слуховым галлюцинациям.

– Не вы один предаетесь им в наши дни. Такие уж настали времена.

– Да, но… баварский сепаратист! Уму не постижимо! Нет, из истории я, конечно, помню, что в свое время Бавария тоже была независимым государством…

– И даже холила свою древнюю королевскую династию.

– Неужели до сих пор существуют люди, которые рассчитывают восстановить баварский трон?

– Как истинный баварец в двадцатом поколении, скажу, что с каждым днем их становится все больше.

Услышав это, Штубер отшатнулся, словно наткнулся на острие дуэльного клинка.

– Я не стану уточнять, принадлежите ли к этому кругу вы сами, обер-лейтенант.

– …Что же касается графа фон Ленца, – тоже не стал касаться этой висельничной темы Зонбах, – то он принадлежит к тому же роду, из которого происходит последний король Баварии Людвиг III. То есть документально засвидетельствовано, что он принадлежит к одной из ветвей баварской королевской династии Виттельсбахов[4 - Виттельсбах – баварская королевская династия, представители которой правили с 1180 по 1918 г. Именно к ней принадлежал последний король Баварии Людвиг III (1845–1921), правивший в 1913–1918 годах.], древней и славной, как сама Бавария. Никто не сомневается, что после гибели Третьего рейха русские, англичане и американцы сделают все возможное, чтобы Австрия вновь обрела независимость. Не потому, что хотят возвысить Австрию, а потому, что хотят окончательно ослабить и унизить Германию.

– Страшные события вы предвещаете, Зонбах. А для Германии даже апокалипсические.

– Правдивые, а потому роковые, – ответствовал командир поднебесных гробокопателей.

– Уже вижу лавины сепаратистских войск, волнами накатывающихся на последний оплот укрепрайона «Альпийская крепость»[5 - Сам термин «Альпийская крепость» следует воспринимать, как название обширного укрепленного района, поскольку именно в таком виде и задумывали свою «крепость» руководство и военное командование рейха.] замок Шварцбург.

– Ни штурмующих «лавин», ни баварских королевских флагов под барабанную дробь не будет.

– Еще бы! – подергал левой щекой Штубер. Его добровольный адъютант фельдфебель Зебольд первым заметил, что привычка эта «благодарно позаимствована» у Скорцени. – Уже сейчас ясно, что всю военно-кровавую работу сепаратисты решили переложить на своих западных союзников.

– Прелесть ситуации в том и заключается, что они сами впряглись в эту работу, – с трудом искривил свои толстые, до крови потрескавшиеся губы Зонбах. Эту неприветливую улыбку на почерневшем от ветров и морозов лице Вилли Штубер называл про себя «эскимосской». – И в самой Вене, и в эмиграции формируется мощное ядро политиков, военных и промышленников, которые хоть завтра готовы объявить аншлюс формой оккупации независимой Австрии и вновь провозгласить ее независимость. Это ли не шанс для соседней Баварии вернуть себе статус монархического государства? Это ли не прецедент для не так уж давно потерявшего корону Мюнхена, чья элита давно мечтает одеть баварцев в мундиры своей национальной, баварской армии?

Штубер нервно повел подбородком, однако задумчиво промолчал. Веяния, которые раскрывал перед ним Зонбах, буквально выбивали барона из той военно-политической колеи, в которой он до сих пор пребывал. Какое возрождение баварского трона?! Какая оккупация Австрии?! И вообще, что здесь, черт возьми, происходит?! Рейх на грани гибели, со всех сторон враги. А здесь, в сердце «Альпийской крепости», вовсю созревают весенние гроздья сепаратизма. Действует ли здесь служба СД? А чем занимается в этих краях гестапо? Неужели и в этих службах все дружно бросились примерять «баварские мундиры»?!

Впрочем, возмущаться он мог, сколько угодно. Вот только есть ли смысл хвататься за пистолет? Что это даст? Вот почему, придерживаясь им же сформулированного разведывательно-диверсионного постулата: «Научись вести диалог с собственным молчанием!», Вилли спокойно, почти заискивающе поинтересовался:

– Уж не видится ли им среди претендентов на трон фельдмаршал Рупрехт?

– Оказывается, даже для вас это не такая уж неожиданность, – просияло лицо Зонбаха. Если только это коричневатое лицо «эскимоса» способно было просиять. – Ведь даже вы вспомнили, что фельдмаршал Рупрехт носит титул кронпринца Баварии, а значит, обладает реальными правами на трон[6 - Имеется в виду кронпринц Баварии Рупрехт (1869–1955), который в 1914–1918 годах, то есть во времена Первой мировой, командовал вначале армией, а со временем и группой армий. В 1916 году он был удостоен чина генерал-фельдмаршала. Баварские сепаратисты всерьез рассматривали его как претендента на мюнхенский трон.].

– Признаться, мне и в голову не приходило, что, благословляя нас на создание в Баварии «Альпийской крепости», фюрер не догадывается, что на самом деле пытается сотворить ее не на родине национал-социализма, а в самой вотчине баварских сепаратистов.

– Надеюсь, вы понимаете, что я просто обязан информировать вас как коменданта крепости о реальном положении вещей, – решил подстраховаться обер-лейтенант.

– Оперируя подобного рода информацией, я никогда не ссылаюсь на источники. Особенно в обществе старших офицеров СД и гестапо, – успокоил его штурмбаннфюрер.




2


Приглашая Скорцени на совещание, личный адъютант фюрера обергруппенфюрер СС Шауб по-дружески предупредил его, что речь пойдет об «Альпийской крепости». Гитлер не любил заранее извещать подчиненных о вопросах, которые будут затрагиваться в его монологах на собрании «рыцарей Вебельсберга», как он в последнее время предпочитал называть высших чинов СС. Возможно, потому и не извещал, что это развеивало бы эффект внезапности, на который фюрер всегда так уповал.

Вот почему, садясь в машину, которая должна была доставить его из «секретной квартиры СД», где он отсыпался после возвращения с плацдарма под Шведтом-на-Одере, обер-диверсант задавался вопросом: почему вдруг Шауб допустил эту утечку информации? Только ли из уважения к нему, как «к лучшему диверсанту мира», как любил преподносить подобные «снисхождения» адъютант фюрера? Или же по просьбе самого Гитлера, который таким образом хотел подготовить своего личного агента по особым поручениям к тому, чтобы он мог поддержать идею «Национального редута».

Но тогда возникает вопрос: а кто позволит себе, кто посмеет эту идею не поддержать? Кто решится возражать фюреру?

Никогда не страдавший особым вольномыслием Кальтенбруннер как-то в сердцах обронил: «После покушения на него 20 июля, фюрер начал видеть заговоры даже там, где их никто и никогда не замышлял». Очевидно, с такой же предопределенностью Гитлер узревает теперь и оппозицию по любому из затрагиваемых им на переговорах вопросов. Но это уже из области эмоций, а что по существу?

Отдельные фортификационные работы на той территории, которая тогда еще называлась «Областью фюрера», велись еще с начала сорок четвертого года, а возможно, даже и с конца сорок третьего. Но тогда они воспринимались лишь как превентивные меры по укреплению района альпийской ставки фюрера «Бергхоф».

О превращении в неприступный укрепленный район «Альпийская крепость» огромных горных территорий речь тогда не шла. Впервые официально Гитлер заговорил о ней на тайном собрании Высших Посвященных СС в ритуальном замке СС Вебельсберг. Скорцени тогда впервые оказался в числе высших чинов СС, в числе не по чину избранных, которым позволено было участвовать в подобном собрании, и хорошо помнит, что прежде чем перейти к идее «Альпийской крепости», фюрер заговорил о другой несбывшейся мечте адептов СС – «Стране СС Франконии»[7 - Подробно об этом тайном совещании Высших Посвященных СС в замке «Вебельсберг» речь шла в романе «Странники войны». Здесь интерпретируется лишь фрагмент этого совещания, относящийся к созданию «Альпийской крепости», поскольку благодаря ему очерчиваются географические рамки этого грандиозно задуманного (но всего лишь задуманного!) укрепрайона.].

– … В прошлый раз под сводами этого же зала мы говорили о Франконии. – Голос фюрера звучал с заунывной будничностью, но Скорцени уже знал, что на многих адептов СС гипнотически воздействует именно монотонность его речи. – Времени прошло немного, но оно оказалось безжалостным по отношению к нам и нашим идеям.

Гитлер выдержал натужную, томительную паузу, и когда всем уже казалось, что он попросту потерял нить мысли, вдруг ударил ребрами ладоней по столу, почти так же, как это обычно делал Эрнст Кальтенбруннер. Только у начальника Главного управления имперской безопасности рейха это всегда означало, что тема исчерпана или, наоборот, его собеседник слишком удалился от нее. А что означал этот жест решительности в сотворении фюрера?

«Очевидно, оно настало – то самое время „собирания камней“, когда каждый желает знать, какой из ранее коллективно разбросанных достанется теперь персонально ему, – попытался мысленно истолковать его Скорцени. – Франкония, страна романтиков СС, как раз и является одним из таких камней».

– То, что вы сейчас услышите, не подлежит разглашению. Каждый из вас получит список присутствовавших, дабы вы помнили, что мной информирован именно этот круг людей. Сейчас нам уже не стоит рассчитывать на то, что идея создания Франконии может быть воплощена в жизнь на территории исторической земли Бургундии, как мы ранее планировали.

Даже Скорцени слышно было, как фюрер тяжело вздохнул. Мысленно он наверняка представил себе карту, которая всегда у него на рабочем столе и на которую только сегодня утром адъютант от вермахта[8 - В личном штабе фюрера были представители родов войск, которые считались адъютантами, поддерживали связь между его канцелярией и штабами своих войск, выступали в роли консультантов фюрера.] нанес последние очертания линии фронта. Скорцени тоже помнил эти очертания по карте, имевшейся у него в кабинете, и понимал что там есть от чего прийти в уныние.

– Тем не менее, – все еще не унывал фюрер, – настало время, когда мы должны концентрировать наши лучшие силы СС, чтобы готовить к новому, решающему этапу борьбы. Намечено два пункта такого сбора. Первый из них – «Альпийская крепость». Да-да, вы не ослышались, именно так: «Альпийская крепость».

Словно бы по мановению факира, появился шеф-адъютант Буркдорф, развернул перед фюрером небольшую карту и, неслышно ступая, удалился. Прежде чем развить свою мысль, фюрер несколько минут сидел, молча уставившись в карту, словно видел ее впервые, затем медленно, по-школярски прошелся пальцем по очертаниям Альпийской Франконии.

– В общих чертах идея «Альпийского редута» нами уже обсуждалась. И даже предприняты усилия по созданию некоторых узловых пунктов его обороны, базирования и жизнеобеспечения. Но теперь настало время заняться им вплотную.

– Хотя можно смело утверждать, что лучшее время для этого давно упущено, – едва слышно прокомментировал Гиммлер.

«Кажется, идея уже обретает влиятельных противников», – мысленно ухмыльнулся обер-диверсант рейха. Только теперь он обратил внимание, что рейхсфюрер СС сидит не по правую руку от фюрера, как во время прошлого, обычного совещания, а в явном отдалении. Правда, он успел сместиться таким образом, что теперь располагался как раз напротив вождя. Лицом к лицу. В этом перемещении, очевидно, следовало усматривать некую кадрово-политическую символику. Однако «первому диверсанту рейха» некогда было заниматься ее толкованием.

– Задумывая создание «Альпийской крепости», – уже более вдохновенно вещал Гитлер, – мы исходили из нескольких факторов. Во-первых, она будет располагаться в самом центре Западной Европы, что позволит нам в трудные минуты поддерживать нужные связи с представителями многих стран, а также нашими сторонниками и агентами. Во-вторых, по площади этот огромный укрепрайон составит несколько десятков тысяч квадратных километров, а значит, довольно быстро может определиться, как новое, пусть даже временное естественно-государственное образование.

«Новое государственное образование?! – все так же, мысленно, воскликнул Скорцени. – Это он о чем? Мы слышим это от фюрера, который еще вчера готов был разжаловать и отправить на виселицу любого, кто поставит под сомнение непобедимость Третьего рейха?!»

Приблизительно так же отреагировали на этот пассаж фюрера и все остальные Высшие Посвященные СС. Тем не менее в зале воцарилась такая же напряженная тишина, как во время недавнего, уже здесь, в замке, произведенного медиумического сеанса вождя. Только сидевший чуть впереди Розенберга командир дивизии СС «Адольф Гитлер» бригадефюрер Вильгельм Монке[9 - Бригадефюрер СС Вильгельм Монке вошел в историю рейха как один из наиболее убежденных и преданных фюреру нацистов. В апреле 1945 года, когда весь оставшийся в столице в распоряжении Гитлера генералитет пребывал в крайней растерянности, он, едва оправившись после ранения, сам предложил себя фюреру в качестве командира последней группы войск, защищавших правительственные кварталы. В мае 1945 года Монке оказался в советском плену. Его показания на допросах во многом помогли пролить свет на последние дни подземной ставки фюрера.] нервно поерзал на своем стуле. Один из немногих генералов, удостоенных Золотого Креста, командир ударного отряда СС, он имел право демонстрировать особую встревоженность и ответственность за судьбу черного легиона Германии. Правда, сейчас его полкам, сражающимся против англо-американцев на Западном фронте было нелегко. Но ведь и бросали-то их всегда на те участки, где приходилось особенно туго.

– «Альпийская крепость», – вознесся фюрер на вершину своей вдохновенности, – создается нами с учетом того, что ее естественными границами станут мощные горные массивы. На востоке – это горная система Нидер Тауерн; с запада, за небольшой грядой, мы получаем естественного союзника в лице нейтральной Швейцарии; на севере определились по горной системе Баварских, на юге – Карнийских и Далматинских Альп. Таким образом наша Альпийская Франкония будет включать в себя части исторических территорий Германии, Австрии и Италии. Столицей этого СС-рейха станет Берхтесгаден, штаб-квартирой штаба Верховного главнокомандования сухопутных войск – замок Орлиное Гнездо с его мощными подземными сооружениями, который к тому времени будет расширен, укреплен и усилен средствами противовоздушной обороны.


* * *

Присутствующие молчали. Однако Скорцени показалось, что в душе каждому из них вдруг захотелось поскорее оказаться за валами этого редута, как ополченцам, сражающимся на подступах к «своей» крепости, – за ее стенами. Вот только открывать перед ними ворота никто не собирался. Слишком уж зыбким и недолговечным оказывался каждый новый рубеж, на котором пытались удерживаться редеющие германские дивизии.

– Мною уже отдан приказ о создании на территории Альпийской Франконии запасов продовольствия. Началось строительство подземных ангаров для авиации. Целые горы будут превращены нами в естественные доты. Пещеры и штольни станут идеальными укрытиями и бомбоубежищами. Туда же будут перенесены лаборатории и конструкторские бюро, занимающиеся созданием сверхсекретного и сверхмощного оружия, способного истреблять врагов целыми корпусами и даже полевыми армиями.

«Что весьма перспективно, – мрачно согласился с ним Скорцени, – если, конечно, забыть, что истреблять их придется уже на территории Германии».

Обер-диверсант знал, что речь идет о «Фау», которые будут начинены зарядами, взрывная сила коих основывается на мощи ядерных реакций. Его агентура, сумевшая проникнуть в круг людей, близких к конструктору «Фау» Вернеру фон Брауну, – увы, подобным шпионским способом приходится добывать сведения не только о противнике! – уже доносила, что при создании этого оружия планируется использовать новейшие разработки «отца ракетчиков», соединяя их со сверхсекретными разработками профессора фон Гейзенберга и нескольких его учеников, вплотную занимающихся проблемой расщепления атома.

Но знал Скорцени и то, что такие же исследования ведутся сейчас в Соединенных Штатах, Англии и наверняка в России. Способна ли будет Альпийская Франкония с ее ограниченными запасами сырья, научно-технических и людских ресурсов, соревноваться с Америкой и Россией?



Читать бесплатно другие книги:

Если по морским волнам к вам приплывет стеклянный сосуд с загадочной запиской – ни в коем случае не прикасайтесь к этой ...
Нормальные люди на даче отдыхают. А вот семейка девушки с необычным именем Индия снимает мистический сериал! Ужастики, к...
Сразу не задался у Индии и Аллы отдых в Вене: на второй же день Алла отравилась штруделем и осталась в номере, и Индия о...
Таня всегда уступала своей не в меру энергичной подруге. Вот и на этот раз взяла отпуск в апреле, чтобы составить Райке ...
Сотрудница рекламного агентства Индия ненавидела сочинять поздравления в стихах для их многочисленных клиентов. Эти чувс...
Сотрудница рекламного агентства Индия была в шоке: ее пригласили организовать вечеринку, а встретили как девушку по вызо...