Фокусы жизни Ковалев Андрей

– Никита-а-а…

– Никита, хочешь яблоко?

– Не-е-е-т…

Отец:

– А я ему сейчас по жопе надаю, будет ему и яблоко, и пистолет.

– Я не хочу ни пистолет, ни яблоко.

– А по жопе?

– Тоже не хочу.

– А я надаю. Колите.

Крик, вопли, сопли, слюни, брыкание ногами.

Сестра:

– Может, его привязать?

Отец:

– Как-то негуманно. Он потом жене расскажет, она меня убьет. Расскажешь маме?

– Да-а…

– Колите так.

– А-а-а-а… Уберите от меня руки. Не на-до… Не-на-ви-жу… А-а-а…

Открывается дверь в кабинет. Главврач:

– Что тут происходит, крик стоит на всю поликлинику?

Доктор, показывая на ребенка:

– Да, собственно, вот…

– Понятно.

Дверь закрывается.

Отец:

– Давайте, я буду держать руки, вы, сестра, ногу, а вы, доктор, колите.

– А-а-а… ма-ма, я домой хо-чу, тетька – дура, дя-дя – дурак, а-а-а…

Отец:

– Ну, что?

Доктор:

– Здоровый, ёлки. А смотри, Никита, какой у меня есть молоток.

– У-у-у!..

– А смотри, что у дяди еще есть (показывает фонендоскоп). Держи. Быстро взялись.

Крики, визги, легкий мат, брыкание ногами.

Отец:

– Доктор, может, уже завтра?

– А что я главврачу скажу? Может, он выдохнется?

– Да конечно. Дома сутками может носиться. Так, сына, папе нужно ехать на работу.

– Ну, поехали.

– Бляха, чего не скажу, все против меня. Да это не больно.

– А-а-а, я к маме хочу… Отпустите ме-няяяяяаааа!..

Отец шепотом:

– Я отвлекаю – вы колите. Сына, мы с тобой потом поедем в магазин, папа тебе купит машину большую, пистолет, приставку, диски…

– А-а-а-а… не трогать меня. А-а-а… И вон ту шту-ку-у… (Показывает на фонендоскоп.)

Отец доктору:

– Это возможно?

– Ну, в принципе… мне выгоднее вам продать, ой, отдать фонендоскоп… нежели иметь бледный вид перед главврачом.

– Я же все понимаю, договоримся. – Сыну: – И ту штуку.

Операция прошла в течение сорока пяти секунд. Не было криков и воплей, зато потом были приставка, диски, машинка, пистолет и та штука.

У папы-банкира растет достойная смена. Скоро предстоит сдача крови на анализы.

Опять новый закон

Надо ж, какие молодцы, приняли закон о защите детей, все теперь значки ставят 14+, 16+, 18+, и сразу все стало по-другому. Вы заметили? Все изменилось. Из сериалов исчезла чернуха. В ток-шоу друг друга перестали материть. Сразу потрясающий эффект. Умнички.

Милицию в полицию переименовали – и все, людей в форме не узнать. Вежливые, порядочные, от денег лица воротят и говорят про «стыд», «мундир» и «за кого вы меня принимаете, меня, офицера полиции». Все – от рядовых и до генералов – в прекрасной физической форме. Любой может солнышко на турнике крутануть и отжаться восемьсот раз. Преступность побороли еще в самом начале. Издали отдельное приложение к указу, так и побороли.

Чего не примут, все только к лучшему.

Пенсионную реформу провели – старики из-за границ не вылезают, пенсии-то теперь позволяют. Книги пишут с впечатлениями о путешествиях. Все только и мечтают, чтобы скорей на пенсию выйти, как в армии дни в календариках зачеркивают. Как они там все это провернули?

Образование пореформировали – дети с книжками не расстаются. «Войну и мир» наизусть знают. Книжку не вырвать из рук. Как с ума посходили, только силой. Так они тогда в спортзалы бегут, спортом заниматься, а потом – пенсионеров через дорогу переводить, сумки им таскать да дрова колоть. У педагогов такие зарплаты – уроки по Интернету с Мальдив ведут. В университетах конкурс пять тысяч на одно место. Престижно стало вдруг. Чего ж они наверху такое сделали?

А с ТСЖ и управляющими компаниями кто придумал? Неужели ему до сих пор памятник не поставили? Почему города его именем не называют? Было – не передать, стало – сказка. Даже лучше. Казалось бы, невозможно, но нас приятно удивили – возможно. Опять, придомовые территории настолько чистые, гладкие и ухоженные – гольфисты завидуют. В подъездах такая чистота – анестезиологи плачут и просят операционные установить. Вода, свет, газ, тепло настолько без перебоев – люди сами батареи ломают, чтобы познакомиться с теми, кто все это обеспечивает.

В здравоохранении реформы провели – в поликлиниках никого. Врачи сидят без работы, теряя квалификацию. Педиатры ходят по улицам, умоляют детей осмотреть. Хирурги спиваются, благо спирта завались. Аптеки закрылись за отсутствием выручки. Как они так сделали, что нация выздоровела через день после объявления реформы?

В армии чего-то подреформировали – Япония с извинениями полезла. Америка предлагает Аляску отдать. Именно отдать, вместе со штатом Оклахома и доплатой. Гонцы из НАТО умоляют наших генералов покомандовать их блоком. Страшно им всем стало, не поспевают они за нами. Так у нас реформа поперла.

У нас и в экономике реформы прошли. Доход всем ото всюду. За коммуналку государство платит нам, зимой платит больше. В магазинах постоянные доплаты, в сезон больше. Люди озабочены только тем, куда деть деньги? Чего бы еще купить? Арабские шейхи гражданство просят. Евросоюз реально достал с просьбами о присоединении к нам. У нас ведь и борьба с коррупцией принесла потрясающий эффект. Коррупцию и взятки победили уже на следующее утро после объявления борьбы. Олигархи-чиновники сдали декларации, их спросили: «А откуда?», они ответить не смогли, все отдали и штрафы с процентами заплатили, теперь улицы зубными щетками чистят. Чиновники рангом ниже по квартирам ходят, выспрашивают, может, кого чего не устраивает, кому чем помочь. Надоедают своей заботой населению. Люди их гоняют, просят не тревожить, звучат оскорбления вслед. Мэры, губернаторы все обещания – под роспись. За невыполненное обещание – прилюдно на кол, видео в ЮТУБе. Все прозрачно, референдумы по расходу каждой копейки.

С пьянством разобрались на раз-два. Что-то там с правилами продаж и временем подправили – мужики Новый год встречают со свежевыжатым соком, а первого января в восемь тридцать на проходных стоят, на работу просятся.

Рождаемость простимулировали – китайцы с нашей территории в ужасе и с широко раскрытыми глазами убежали, теперь сидят, боятся за свою.

У нас одна проблема – это поиск проблем. Нет их. Что бы еще пореформировать?

Перспективы творчества

– А мы продолжаем беседовать в нашей студии с писателем Михаилом Нудным. Михаил, как вам уровень сегодняшней литературы?

– Странно, что вы называете это литературой. Ужасно. Ниже плинтуса. Все плохо. Мы все умрем.

– Вот вы написали девять тысяч восемьсот семьдесят шесть книг.

– И это за последние три года.

– Да. Где молодые писатели? Почему кроме вас и еще трех-четырех человек, таких же как вы, никого не слышно?

– А их просто нет. Утрачено и потеряно все. Вот мы, редакторы журналов и директора телеканалов, сядем и ну обсуждать: где молодежь-то? И каждый раз приходим к выводу: кроме нас, никто. А кто еще, если не мы?

– Вы являетесь главным редактором журнала. В этом журнале регулярно печатаются ваши рассказы, стихи, воспоминания, любовные записки из школы, кали-мали из детского садика… Почему вы не печатаете кого-то из молодых?

– Из меня, любимого: «Я смотрю на тебя, а ты на меня, смотрим мы друг на друга прямо. Что сказать мне хочешь ты, если немая от рождения ты?» Заметили? Есть слог, есть музыка, мысль, сюжет и настрой. А что пишут молодые авторы? Кошмар. Я никого не хочу называть, это некорректно. Все они тупые и глупые. Это плохие слова, я не хочу их говорить. Повторяю, все тупые и глупые.

– Недавно был снят фильм по вашему сценарию. Как прокат?

– Вы знаете, мы с режиссером взяли… неважно, сели, обсудили и пришли к выводу, что те двести человек, которые посмотрели наш фильм, это и есть цвет нации. Я им всем лично так и написал. А все остальные, кто не пришел, а еще хуже, кто пришел и через десять минут после начала ушел, быдло невоспитанное. Я же говорю, культура ужасающая, деградация на лицо. Но сейчас снимается еще четыре фильма по моим сценариям и двенадцать сериалов, в министерстве культуры мы так и решили – будем спасать родину, не дадим загнуться отчизне. Будем упорно продолжать снимать, а потом говорить о плохом качестве литературы, сценариев, кино.

– Я знаю, в театрах идет восемнадцать спектаклей по вашим пьесам. Как обстоят дела в театре?

– Театр, я считаю, на сегодняшний день умер как искусство. Если в прошлом году на спектакли по моим пьесам приходило по тридцать-сорок человек, то в этом – по двенадцать-тринадцать. Это ли не показатель культурного падения нации? Все, мы потеряли театр. Пьесы бездарные, постановки чудовищные, актеры сволочи. Спасают спонсоры.

– Тяжело находить?

– Да в общем-то нет. Есть у меня еще кое-где друзья, я звоню им, они звонят спонсорам, спрашивают, как с программным обеспечением, что с налогами, и спонсоры охотно идут на контакт. Разумеется, ради искусства.

– На каких трех китах держится ваша жизнь?

– Мой журнал. Мои стихи. Моя проза.

– А как же семья?

– А семья пусть гордится, что живет с гением.

Оптимист

– Кто сказал: работы ноль, перспектив никаких? Кто? Ты? Иди сюда. И свою компанию пессимистов зови. Работы завались. Не то чтобы работы, а, скорее, тем. В России тупо работать – тупо. Главное, сделать визу, годовую, на всякий случай. И знание языка. Очень пригодится. Счет за границей – обязательно. А иначе как? Вы там, а деньги здесь. Хорошо оденьтесь, стрижка, побрейтесь, одеколон. Если знаете, что такое совесть, – забудьте. Не знаете – не узнавайте. Бессмысленно. Какая разница, чем торговать? «Новогодние туры в Прагу, пять ночей, 6900! Быть не может? Может. Наши туры, наши автобусы, наши отели».

И молчать про два ночных переезда. «Хотите, мы вам еще визу сделаем за три тысячи?» Заткнуться про пятьдесят долларов в посольстве Чехии. Тема? Тема. Пара туроператоров купила самолеты, отели, ВСЕ остальные просто перепродают их туры, накручивая по десять-двадцать процентов. Пользуясь этим принципом, можно в газете на странице «Услуги» рядом разместить свое объявление: «Ремонт, установка, перетяжка, переоценка». Вам звонят, вы говорите, что займетесь лично и перезваниваете соседям по газетному столбику. Они пашут – вы контролируете. Вот вам маржа. Какая школа? Зачем вам институт? Взял кредит, снял палатку, привез обувь: «Покупаете две пары – третья в подарок». Очень привлекательно. Другое дело, кому нужно три пары мокасин? Но привлекает очень. «У нас квартиры по триста долларов за метр». Вопрос: с чего такие цены? Ваш ответ: а мы взяток не давали. Продавайте квартиры по три-пять-восемь раз, забирайте деньги, приятного полета. Кто сказал: банкиром в детстве хотел стать? Исполняю мечту. В Европе берете кредит под два-три процента годовых, у нас раздаете по двадцать-пятьдесят. И все, и вы уже банкир. С органами власти вообще работать, ой, мутить, одно удовольствие. Участвуете в конкурсах на ремонт крыш, домов, дорог, получаете деньги, нанимаете другие конторы, они пашут – вы под пальмой на лежаке. По прилету, тридцать процентов возвращаете тому, кто вам деньги дал, они вашу работу, естественно, принимают. Ждете следующий конкурс. Можно в политику сходить. Заходите в офис партии, говорите, что готовы на потраченный миллион вернуть четыре. Голосовать, пробивать, писать запросы, представлять. Там такие нужны. Там таких любят. Пробивных, бесцеремонных, не спрашивающих. Можно получать деньги даже не выходя из дома. Делаете сайт по продаже статей, книг. Первая страница – бесплатно, следующие – за деньги. Нанимаете девочку, лучше приезжую, сажаете на проценты, она пашет, правит тексты, писатели пишут – в надежде, вы в заботах: чего бы еще по телеку посмотреть? Там же, в Интернете, находите неизвестную марку чая или кофе (даже вкладываться не надо). Делаете собрание среди студентов и пенсионеров, рассказываете им про «элитный, лечебный», они побежали по городу, сколько они продали, столько вы и заказали, не больше. В конце года лучшим медали. (Это недорого.) Они счастливы, вы на Карибах. Тот же принцип – мебель под заказ! Индивидуально, эксклюзивно, дорого, с выездом дизайнера. (Дизайнера на проценты.) Сообразили? Ты в каком классе? В десятом? Кем хочешь стать? Мечтаешь мобильниками торговать? Ну и зачем тебе в школу? Иди нарабатывай клиентуру, начни с ворованных, потихоньку перейдешь на б/у, потом на новые, естественно, прошитые. Бросай ты этот портфель. Учиться нужно для того, чтобы что-то создавать. Вот не было ничего – и вдруг стало. Это для того, чтобы двести поросят да стадо коров вырастить, нужны знания, а чтобы наклейками торговать, оценки не важны и не нужны. А ты кем хочешь стать? Врачом? Смотрю на тебя и прям себя в юности вспоминаю. У тебя не будет сигаретки? Тоже без денег? Восемь рублей за две сигареты «Винстона»? Идет. Молодец, вот у тебя уже видны задатки. Далеко пойдешь, прямо до УБЭПа. У меня все подобные знакомые дотуда дошли. Кто-то еще дальше пошел, а кто-то вернулся и теперь выращивает, строит, создает. И я вот с кинетической энергией работаю.

Вот такое оно, ЖКХ!

Ну что, все получили квиточки и сказали: «Ух ты, ё… мать, да в рот вам ноги». Это я еще более-менее цензурно. Наше ЖКХ – это как какая-то бездонная яма. Черная комната с черной кошкой. Почему? За что эти циферки? С какого рожна? Утром по телевизору председатель, чего-то пытаясь объяснить, «расчеты, нормативы», окончательно запутывает ведущих. Нет выхода вообще.

– Обращайтесь в суд.

На что? На кого? Как мне ДОКАЗАТЬ, что ремонт не выполнялся? Что считать ремонтом? То, что на крышу кинули толь, это ремонт? Или нет? Или да? В одном регионе асфальт положили прямо на траву, истратив при этом семь миллиардов, и по актам все прошло. Государство нам когда-то сказало: приватизируйте квартиры. Мы приватизировали, а оно нам: приватизировали? Вот теперь сами с ними и е…тесь.

Хорошо, если в доме четыре-шестнадцать квартир, а если квартир пятьдесят-сто-двести? Злость вызывает еще и то, что по общедомовому счетчику у всех цифры в квитанциях разные. Загляните в соседний почтовый ящик. Логика: тот, кто больше всех платит, тот и будет больше всех платить. (Согласно принятому постановлению депутатов.) Тот, кто не платит, может, в принципе, вообще не платить.

И вот сидят бабульки в сберкассах, с бумажками в руках: «Долги пришли за что-то, пересчитали там мне что-то». А потом в магазин, а из него с килограммом риса или вермишели и полбулки хлеба в СВОЕМ пакете пойдет домой, по улице одного из богатейших государств мира. На наш вопрос: «А кто виноват?» – следует их ответ: «А… его знает!» И наши покачивания головой, понимающие глаза и бормотание: «…вот все у нас так…»

А в это время пацаны, одуревшие от денег, «бентли» тюнингуют. Да недвижимоть скупают районами, они полагают, что их дети там будут счастливы. И тот, кто пытался по телевизору разобраться в тарифах, не знает, куда деньги в коробках девать. Ежедневно такая задача перед ним. Некогда работать. Каждый день что-то падает на счет – и наликом коробки денег.

А вечером нам будут рассказывать, что все только улучшается. (Кстати, за наши же деньги.) Что где-то чего-то запустили, что кто-то где-то побывал и теперь улучшится вообще. И врут они нам, поэтому с охраной везде и стекла в машинах со шторками. В Европе президенты, премьеры, короли да принцы на велосипедах по городам передвигаются, им не стыдно в глаза людям смотреть. Они делают все, что возможно.

Почему же нас так не любят? Не то что не любят, а, скорее, ненавидят. За что? И бред по телеку, и в магазинах плохое, и урезают, сокращают, обманывают. Мы же им вроде нигде не мешаем. Мы с ними вообще нигде не пересекаемся. Более того, когда они всему этому научились? Вроде бы в одних школах учились, в одни пионерлагеря ездили. Они нам регулярно какую-то статистику, что лучше стало, у нас самих же. Поднимите руку, кому за последние два-три года повысили зарплату? Кому? Не вижу рук. Смелее. Но при этом каждые полгода мы слышим о повышениях – «небольших, чуть-чуть, там буквально процентов пять-шесть, это по карману не ударит, существенно».

Наверное, уже никто не удивится, если завтра в почтовом ящике увидит счет за воздух (14 рублей), за проход к дому (чисто символически – 37 рублей), за то, что живет вообще на этой земле (буквально 21 рубль), за то, что у тебя дети (несчастные 8 рублей с ребенка), ну и вообще, так, просто (11 рублей, не спрашивайте, мы еще не придумали). А потом несущественный, небольшой такой налог – 0,1 копейки за вдох и 0,2 за выдох и загрязнение окружающей среды. Попросят, вежливо, установить счетчики, а кто нет, с того будут брать по максимуму, с большого объема легких, там тоже тариф разработают, тоже несущественный, минимальный. Постараются убедить, что со счетчиками вообще по карману не ударит. Для удобства одна контора наладит выпуск и их установку, ну и каждые два года поверка обязательна. За небольшую плату.

Звонок

– Здравствуйте, Андрей, я был на вашем моноспектакле и хотел бы предложить сотрудничество.

Приезжаю в ресторан.

– Добрый день, Андрей. Будете пиццу, правда, я ее уже соусом залил? Попросить еще одну тарелку или из одной будем есть?

– Нет, спасибо.

– Может, вы меня помните, мы года три-четыре назад к вам подходили и просили помочь в рекламе нашей акции «Стань молодцом и дай нам двести рублей». Вы как-то тогда не очень.

– Да, я помню. Много в итоге собрали?

– Кое-что. Нас еще потом кое-куда вызывали, кое-что спрашивали… У меня есть новая тема. Шампунь.

– Какой шампунь?

– Элитный. Лечебный. Противовсегойный. Это уникальная технология. Секрет хранится на высоте восьми тысяч метров под уровнем моря.

– Вы от меня чего хотите?

– С нами уже работают такие известные люди, как Леша Сенцов, Ваня Мороз, Владик.

– А кто это?

– Вы что, не знаете Владика?

– Нет.

– Это мировые знаменитости. Итак, что вы для нас можете сделать?

– Простите, это ж вы мне хотели что-то предложить.

– Мы вам предлагаем получение наших очков.

– Вы мне предлагаете продавать ваш шампунь?

– Да, но нет. Нет, но да. Только в прошлом году мы заработали на территории области двадцать миллиардов фунтов. А один заработал двадцать пять миллиардов.

– А кто это?

– Эту информацию нельзя разглашать, но мы открыты. И это мы еще на рынок толком не заходили. Вообще все в шоке. Такие перспективы, такие доходы.

– Я здесь при чем?

– Мы решили вам помочь. Мы хотим, чтоб у вас был доход.

– Суть?

– Мы от вашего имени всем рассказываем и рекламируем этот шампунь, люди покупают, идут чеки, потом они превращаются в цифры, по окончании квартала они переводятся в буквы, буквы в иероглифы, они уже в проценты. По окончании года вы получаете киловатты с помощью пересчета в барометре. Все очень просто. Поражаюсь, как я до этого раньше сам не додумался?

– А если у людей будут проблемы из-за этого шампуня, который вы рекламируете от моего имени?

– Какие проблемы? Вы думаете, почему Шарон Стоун так выглядит в свои девяносто лет?

– Ваш шампунь?

– Конечно! Вы думаете, почему сохранились многие памятники старины? Потому что их ночью тайно поливают нашим шампунем. У нас же лично для вас уникальное предложение. Мы предлагаем получение двухсот кацупов с каждого пацуна. Сразу. Могу сказать, что даже Дэвид Бекхем получает сто пятьдесят кацупов. Это по секрету. Вы можете это все легко проверить, мы открытая компания, но это закрытая информация.

– Давайте, мы сделаем вот что. Я сейчас уйду. Вы переведете это все на русский разговорный язык и сформулируете предложение.

– Ну, в общем, понятно. То есть пиццу, стакан чая я покупал зря.

Так они и перескакивают с продаж чего-то на продажи чего-то. Хуже всего то, что молодые люди теряют самое драгоценное – время своей жизни. Молодое, продуктивное. Те самые двадцать – двадцать восемь лет, когда создается база для всего последующего. Не повторяйте.

Банк: апокалипсис в зале для коммунальных платежей

Мужчина:

– Девушка, вы не поможете мне разобраться с этим аппаратом? Я вообще ничего не понимаю.

– Дайте пройти, посторонись, бабуля, вот платок, деда поднимите, вызовите «скорую», тут женщина рожает, и не надо в окнах висеть, воздуха им, видишь ли ты, не хватает. Здравствуйте, тут все очень просто. Пойдемте к другому аппарату, этот не работает. У этого купюроприемник сломался. У этого система слетела.

– А зачем тогда туда люди стоят?

– Это вы меня спрашиваете? У нас из тридцати терминалов работает только два, но как! Вставляйте вашу карточку.

– Какую карточку?

– У вас что, нет нашей карты?

– Нет.

– А как вы вообще живете?

– А зачем она мне?

– Чтобы за квартиру платить с нее.

– А я и так заплачу.

– Зря. Могли бы элементарно встать в ту очередь двести сорок пятым, очень просто спустя восемь часов получить карточку и так же, проще некуда, подойти к этому терминалу. Ну, нажимайте сюда, теперь сюда…

– Сюда?

– Нет, сюда.

– Ой, я, наверное, не туда…

– Ничего страшного, давайте заново, заодно научитесь. Не орите там сзади, ждите, видите, у него двадцать восемь квитанций, так что к этому терминалу очередь не занимать, идите к другому, единственному. И смотрите под ноги, аккуратнее, там все-таки люди лежат. Жмите сюда, ага, теперь сюда, все очень просто, сюда, а теперь вводите цифры.

– Какие?

– Которые у вас в квитанции.

– А если я ошибусь?

– Тогда будете как тот мужчина, сидит, плачет, двенадцать раз за квартиру заплатил «не туда». Поэтому внимательно.

– И что, деньги ему не вернут?

– Элементарно нет. Тут у нас все очень просто.

– Мне нужно за садик тысячу двести заплатить, а у меня пятитысячная купюра.

– Никаких проблем, три восемьсот вам упадут на мобильный.

– Так мне всю зарплату дали шестью купюрами по пять тысяч, мы чего есть будем целый месяц? Мой баланс на мобильном?

– Возьмите кредит.

– Какой кредит?

– Да любой, это просто. Маленькими купюрами, к примеру.

– Вы чего тут, все с ума посходили?

– У нас просто произошла реорганизация, оптимизация, автоматизация, и все для вашего же блага. Платить будете?

– Вы как чего-нибудь пореорганизируете… Идите вы…

– Ну, тогда удачи в аэропорту перед вылетом за границу. Так, чей ребенок? Я спрашиваю, чей ребенок? Здравствуйте, у вас есть дети? Нет? Держите, теперь будут. И не засыпать там на подоконниках. Наглый какой, один развалился на целом подоконнике. Кто тут еще не дышит? Эй! А кто платить будет? Так, кто передаст квитанцию родственникам?

Два взгляда на одну проблему

Двое…

– Я вот чё думаю, то, что бензин на… опять скаканул, это ж ну… ну, не очень же. Опять цены на продукты и все такое сопутствующее полезут вверх. Опять приходишь в магазин, и как-то не позитивно на душе. Открыл лопатник, посмотрел на цены, и негативно как-то стало.

– Да это же здорово! Больше ходить будем, так сказать, пешком от геморроя. Легкие проветриваются, здоровья прибавится. Велосипеды из подвала достанем, смажем цепь солидолом, брючины закатаем, в детство окунемся. Спасибо надо сказать.

– Да пошел ты. Ты мне еще лошадь посоветуй купить.

– Почему бы и нет. И бричку к ней.

– Остряк. Я никак не догоню, у нас же бензин под ногами, оно же наше, всех. Как так-то?

– Ты опять не понимаешь. Сколько лет уже объясняю. Там же переработка, акцизы, доставка, налоги, соотношение цена – качество, переменный ветер, возрастные ограничения и сексуальный опыт. Это ж все учитывается при транспортировке до станции переработки, откуда на места с применением последних разработок в отрасли. По-другому никак. Теперь понял?

– Давай по-простому, на огурцах. Смотри, я выращиваю на своем огороде огурцы, для меня они стоят… да ничего они не стоят. Соседям я их продаю за сколько хочу. Одному подороже, другому, с усами, подешевле, потому что я с ним провожу свободное от безделья время. И как получается, что у них мои огурцы дешевле, чем у меня самого для моих же детей?

– А я не знаю, как у тебя так получается?

– Это у них так получается. Одни в золоте купаются и получают миллионные премии да бонусы по итогам работы за неделю. Другие высчитывают расход бензина своей машины и заправляются по три литра, думая, как бы не заглохнуть в степи. А оно же наше, нефть-то общая. Перекос тут очень сильный.

– Да ты по-другому на это посмотри. Если прям доход от продажи газа и нефти будет распределяться поровну и все будут богатые, это что получится? Все на «ламборджини»? У всех яхты, виллы? А для кого тогда будут собирать «киа» и «хюндай»? А кто будет в развалинах жить? Кто будет в супермаркеты ходить да тухлятину покупать? Или что, выкидывать прикажешь? Да ты вообще знаешь, что такое богатство?

– Нет. Но я бы хотел узнать.

– Не надо тебе этого. Не жил богато и не надо начинать. Это ж вечные проблемы – куда деть деньги? Ну, куда мне опять этот бонус засунуть? А у тебя что за проблемы, голь перекатная? Зарплату получил, за квартиру отнес, садик, школу проплатил, взятку отдал, два литра бензина в машину брызнул, полторы тысячи на еду осталось и думать не надо чего купить. Красота. Спасибо должен сказать. Теперь меньше денег на еду останется, печень, желудок да почки хоть отдохнут. А ты все возмущаешься: «Опять цены на бензин поднялись». Надо возмущаться, что мало поднимают, да редко к тому же. Опять же, преодолен психологический барьер. Преодолен? Преодолен. Молодцы? Молодцы. К тому же повод хороший, круглая цифра.

– Кстати, да. Можно прийти домой и сказать жене: «Имею право, повод железобетонный. Круглая дата».

– А так как ты теперь реже будешь ездить на машине, возможно, вообще не будешь, можно из этого состояния не выходить вообще.

– Надо ж, как оно все обернулось-то. Две минуты назад я возмущался, а теперь я им даже в некотором смысле благодарен.

– Я ж тебе говорю, важно, КАК посмотреть!..

Перекос

Наши чиновники, видимо, живут где-то в другом измерении, на планете Гамма Цефея, а мы, простые смертные, – здеся, вот прямо тута, на Земле, вот и выходит, что между их словами и нашей жизнью получается нехилый зазор.

То главный санитар бомбанет: мы, оказывается, пить стали меньше… То психиатр сказанул: у народа сейчас осенняя депрессуха. Они, видимо, предполагают, что это главное, что волнует народ. И сидят они где-то в космосе, и советуют, как нам бороться с депрессией. Для начала они нам советуют есть побольше фруктов, овощей, зелени, мяса, рыбы и йогуртов. Я так понимаю, главное в этом предложении слово «побольше». Прям так и говорят: «Нравится черная икра и балык? Ешьте, пожалуйста. Не отказывайте себе ни в чем! Можно».

На работу нам советуют ходить пешком. Дабы вдыхать ароматы поздних трав и воздух, напоенный дымом костров. Может, у главного психиатра дорога и проходит через все это. Там луга, девки с коромыслами по воду, крестьяне. И барин проезжает мимо, погоняя кучером. Но народ в большинстве своем и живет и работает в городах.

А тут кроме выхлопных газов и алкогольных паров по утрам вдыхать нечего.

Андроиды советуют нам побольше спать. Видимо, на их планете с девяти вечера тишина. А на планете Земля с девяти вечера – самый разгул, соседи с девяти вечера начинают батареи менять. На прилегающей улице мотогонки без глушителя. С другой стороны во дворе «мутки». Жена в ванной устраивает постирушку. Ребенок орет. Вот так на планете Земля.

Гуманоиды советуют окрасить нам нашу жизнь в яркие цвета. Заменить лампочки в квартирах на более мощные, сменить обои с темного (внимание!) ТЕКСТИЛЯ на яркие. Я, конечно, понимаю, что на планете Страдивариус ремонты проходят каждые полгода. Но на планете Земля ремонты проходят раз в пятьдесят лет. И люди о них пытаются забыть как о страшном сне.

А еще нам советуют драмаденты для снятия стресса шоппинг. Рецепт: «возьмите деньги и купите себе новую вещь». Возможно, в их измерении деньги лежат в каждом комоде. Но у нас тут денег, нет! Возможно, потому что они лежат в их комодах. Возможно, тут есть связь.

Потрясающе, говорят страхоблуды, снимает депрессию поездка в теплые края. Ультрафиолет способствует вырабатыванию гормона счастья. Действительно, продали свои машины, квартиры – и ну на Мальдивы! Десять дней отдохнули, а потом там можно оставаться в качестве прислуги. По пальмам лазить да кокосы сшибать. И с туристами фоткаться в качестве аборигенов.

В конце концов, советуют нам лабодубые, живите сегодняшним днем. Прошлое уже позади. Ну, действительно… А что?.. Взяли кредит? Забудьте! Не отдавайте! Сын двоечник? Не обращайте внимания! В квартирах дубак? Дома вот-вот развалятся и ЖЭКи ничего не делают? Будьте на позитиве!

Единственное, что мы можем сделать, руководствуясь советами великих Незнаек, это поплакать. Плач, или в нашем случае вой, способствует избавлению от большого напряжения… А еще подумайте о том, что кому-то, может быть, еще хуже. Кому-то где-то в нищих странах типа Чада, Эфиопии или Монголии…

Вот тем и живем. Сил двигаться вперед дает осознание того, что где-то кому-то еще хуже, чем нам. И чувство юмора. Вот за это спасибо генофонду. Потому что, если бы не оно, депрессуха продолжалась бы круглый год.

Вот такой попадёж!

Несколько событий произошло прежде, чем я пишу этот текст. В одной корпорации (я помогаю, хорошая знакомая там работает, попросила) отказались играть мой номер, потому что забоялись. Забоялась молодежь. МОЛОДЕЖЬ!!! «Слишком остро. Уволят. А вдруг не понравится начальству?» Когда мы покупали нотик, молодой человек сказал, что не окончил институт и работает сейчас продавцом. У меня в друзьях много молодежи. Читайте, копируйте, раскидывайте. Ребята, нужно заниматься тем, что вам нравится. Только так. Работайте в кочегарке, зарабатывайте так называемые деньги, но если нравится писать стихи – пишите. Нравится придумывать что-то техническое – придумывайте. Ночью, в пьяном угаре, но пишите, не бросайте. И мы в Москве разгружали вагоны и перед пьяными выступали в кабаках. Мобильниками торговать можно и в пятьдесят лет. У вас не так много времени на самом-то деле. Потеряете где-то в корпорации пять-семь лет – и все, вас выбросят на улицу. Будьте смелыми, пробуйте, получайте за это люлей, что неизбежно, но пробуйте! Обязательно. Не ссыте. Будьте дерзкими. Не бросайте задуманного! «Не получилось? Я по-другому попробую». Вот так надо. Именно по-другому и попробую. Посмотрите на тех, кто сдался. Никакие. Пресные. С зарплатой, но стабильно двадцать – двадцать пять тысяч рублей. И никаких возможностей. НИКАКИХ!!! Только не надо про трудности и обстоятельства. И сидя в такси, можно писать пьесы. И засыпая голодным, можно выдумывать. Проверено.

«Почему же мне так…»

Почему же мне так не нравятся понедельники? Дело даже не в том, что конец выходных, и то, что нужно рано вставать, и накануне не отдохнуть как следует, и не задержаться где-то, и нужно ложиться раньше. Хотя и в этом тоже, но в меньшей степени. Дело в том, что в понедельник утром на ум приходят вопросы, на которые люди не знают ответов. «А чем же я вообще занимаюсь? А нужно ли это кому-то еще, кроме меня самого? А хватит ли денег, если я буду продолжать этим заниматься? А каковы вообще мои перспективы? А вот у меня дети… а что же, а как же?» Это состояние именно утром по понедельникам. И люди находятся в некоторой прострации, даже те, кто занимается любимым делом. Может быть, поэтому по понедельникам относительно небольшие пробки на дорогах и все едут как-то потихоньку. В офисах непривычно тихо. В автобусах негромко. И совершенно не позитивно вообще. Потом начинаются звонки, дела, беготня, обед, вторник, среда… и как-то спокойнее, скорее радостнее, что ли. Это как в машине, когда вдруг перестает работать радио. Хоп, и тишина, и непривычно. И вдруг мысли какие-то пугающие. И ты начинаешь крутить, нажимать на кнопки. «Только не пугающая тишина». Или когда вечером выключается в квартире свет. Хоп, и можно спокойно говорить, можно даже беседовать, и никто в квартире не орет, и у всех желание – «скорей бы приехала бригада монтеров и починила электричество». Вот по понедельникам происходит та самая пугающая тишина – на улице, в голове.

Пятница

Вся неделя ради нее. Жизнь бьет ключом уже с самого утра. Уже с самого утра, как правило, все удается. Вот идет, пошлО. Планы, созвоны и прощупывание перспектив. Все одеты, ну скажем так, фривольно. Девушки с каким-то загадочным видом ходят по офисам. Уже чего-то замутили. Начальство чего-то тоже напланировало.

(В понедельник можно будет судить: сбылось – не сбылось. Да, собственно, на утренней планерке. Вот, прям, по крикам из кабинета. Кричит – значит, рыбалка удалась.) В Интернете все игривые, комментарии в пятницу более ироничные. Походка у людей по пятницам более уверенная, они знают, куда и зачем идут. Они идут куда-то именно за чем-то, точно зная, за чем, и добьются своего. Или наоборот, не зная куда, но надеясь на приключения. Свистни, крикни, люди сбегутся, можно продолжение вечера обсудить. Добрее, что ли, люди по пятницам. Одеты ярче, веселее. В этот день ты планируешь свое будущее, ну хотя бы на два дня. Его можно спланировать до минуты. И сама эта возможность очень радует. В остальные дни – не-а. «Чего планировать? Я и так все знаю наперед. Уже столько лет одно и то же». А в пятницу тебя ждет какая-то перспектива. Ну, такая, хорошая, красивая, сама на себя зарабатывающая, добрая и с собственной жилплощадью. Ужасно в пятницу начинать болеть. Отвратительно. В понедельник, вторник – нормально, к пятнице должен оклематься, а вот в саму пятницу… В магазинах народ, набирая спиртное, вызывает понимание у стоящих сзади, а в некотором смысле и удивление вместе с уважением. «Смотри, сколько набирают, а-а, этот ящик тоже ваш?! Ну, вы даете. Молодцы, ребята. Смело». Поэтому жены мужьям начинают по пятницам названивать часиков с трех: «Ты когда будешь идти домой, не забудь купить хлеба. Батарейка на телефоне садится? Я тебе отключу телефон! Ты у меня ночевать во дворе будешь!» – «Я имею право, пятница же». Кого-то в театр ведут, но при жестком условии: «после театра – в бар». Только при таком условии. У всех такое состояние… готовы на рывок. Способны сорваться. Все награждения по пятницам с обязательным отмечанием и переходом в другое состояние. Но самое главное, ты ждешь событий. Что-то должно произойти. И не через год-два-пять, а сегодня.

Год эдак 2001–2002. Собрание где-то

– Я вот что думаю. Чего-то радио, газеты, телевидение совсем распоясались. Давайте-ка мы им начнем деньги предлагать от государства. И назовем это информированием населения. Кто сказал, не возьмут? Если у ТВ-канала бюджет три миллиона, а мы будем предлагать два с половиной, кто откажется? Новости пусть строят по принципу: первый сюжет – страшилка, как плохо у них; пару сюжетов о том, как хорошо у нас; следующий сюжет про то, что у нас будет еще лучше, и что-то забавное. Между новостями – бред сумасшедшего. Сходите в больницу, послушайте, кто чем бредит, запишите. В Интернет вбрасываем порнушку, избиения, извращения, говорим, что «за последнее время участились…» – да все что угодно! А как они проверят? Перекрываем доступ. Смотрим, чё будет. Сначала – по техническим причинам – на день-два. Потом – под предлогом «избежаний и провокаций» – на месяц-три… да на сколько захотим! Практически бесплатно раздаем мобильные телефоны, они передают о местах нахождения, мы видим, где кто находится. Мне не нравятся эти кодовые замки на подъездах. Вешаем электрические – теперь можно блокировать и решать, впустить или не впустить людей домой. Вокруг городов ставим людей с автоматами под видом гаишников. Людей в форме и с оружием одеть, обуть, повысить зарплаты. Людям без формы сократить предметы в школах, основной упор сделать на физические упражнения. Тем, кто пишет, сочиняет, раздать гранты. Пусть творят под присмотром, а в конце еще и отчитываются. Внедряем систему, при которой каждого выезжающего за границу можно задержать. Для этого создаем запутанную и непонятную систему штрафов и платежей. Конституцию подправить, чтобы все формулировки были размытыми и неясными. Чтобы любого можно было задержать до выяснения обстоятельств. «А что вы делали, к примеру, 2 декабря 1997 года в два часа ночи? Пройдемте». Нужно добавить в законы больше субъективизма: «А МЫ считаем, что у вас несоответствующие условия для воспитания детей».

Страницы: «« 123 »»

Читать бесплатно другие книги:

«Переплетение венков сонетов» — экспериментальное произведение. Это не привычный венок сонетов, в ко...
Пять претендентов на престижную кинонаграду — звезда боевиков, иностранец, «вечный номинант», ветера...
История исчезновения Гитлера. Что это — правда или миф? Действительно ли Адольф Гитлер застрелился в...
У каждой эпохи есть свои герои, нет, скажем скромнее, персонажи. Наиболее колоритные из них появляют...
Самый, казалось бы, простой охотник за нечистью – Кирилл Котов – спасает от утопленника девочку из о...