Суд присяжных. Особенности процесса и секреты успешного выступления в прениях - Маркарьян Рубен

Суд присяжных. Особенности процесса и секреты успешного выступления в прениях
Рубен Валерьевич Маркарьян


Настоящее издание посвящено исследованию уголовно-процессуальных проблем, связанных с доказыванием в суде присяжных, и подробно рассматривает правовые, психологические, бытовые аспекты этой новой для наших соотечественников юридической институции. Исключительное значение книге придает то обстоятельство, что ее автор – адвокат, кандидат юридических наук – рассматривает сложные вопросы судебной практики, исходя из собственного опыта участия в подобных процессах, а также на основе длительной работы в популярной программе НТВ «Суд присяжных».

Информация предназначена для научных и практических работников, адвокатов, преподавателей и студентов юридических вузов и самого широкого круга читателей.





Рубен Валерьевич Маркарьян

Суд присяжных. Особенности процесса и секреты успешного выступления в прениях


150-Летию российской адвокатуры посвящается





Об этой книге и ее авторе







Предлагаемая вниманию читателей книга адвоката Рубена Маркарьяна о выступлении перед присяжными – это не простое учебное пособие для студентов и практикующих адвокатов. Это абсолютно новый формат, дающий возможность с увлечением читать научный текст учебника судебной риторики, будто отснятый на видеопленку и показанный на экране телевизора. Автору удалось добиться того эффекта, которого он неоднократно добивался в течение нескольких лет участия в телевизионном проекте НТВ «Суд присяжных», а именно – быть понятым людьми.

Использование Рубеном Маркарьяном оригинальных трудов мэтров российской адвокатуры П. Сергеича (Пороховщикова), Федора Плевако, Анатолия Кони, Сергея Андреевского, классиков мировой юриспруденции, философии и культуры Марка Туллия Цицерона, Марка Фабия Квинтилиана, Артура Шопенгауэра, Иоганна Вольфганга фон Гёте, Федора Достоевского, Франца Кафки, Фридриха Ницше, Р. Гарриса умело сочетается при изложении материала с живыми примерами из реальной адвокатской практики, современными телевизионными правовыми проектами, сериалами, кино-и мультипликационными фильмами.

Автор удачно проводит параллели между столетиями, просто и со здоровой долей юмора играет с читателем, который, сам того не замечая, черпает академические знания под видом «мыльной» оперы. Редкий дар Рубена Маркарьяна говорить просто о сложных вещах, принесший ему заслуженный успех в судах реальных и постановочных, в этой книге проявляется особенно ярко.

Кандидат юридических наук, адвокат с многолетним опытом работы и сотнями судебных дел за плечами, благодаря просветительскому телепроекту получил уникальную возможность заглянуть в святая святых – комнату совещания присяжных, обычных людей, выносящих ненастоящий вердикт по-настоящему.

Так как институт суда присяжных в России очень молод, то корифеями присяжной адвокатуры могут считаться уже те из нас, кто прошел более трех процессов с присяжными. Но никто не может сказать с уверенностью, как доводы адвоката отразились на решении присяжных, почему они пришли к тому или иному выводу. Ориентироваться на результат «виновен» – «не виновен» для оценки убедительности речи адвоката можно лишь условно, ведь механизм принятия решения остается за кадром.

И надо отдать должное Рубену Маркарьяну, он не только не скрыл от коллег свой многолетний опыт раскрытия тайны совещательной комнаты, но и обобщил его, проанализировал с использованием научных методов, сравнил результаты с трудами классиков и в виде готового инструмента дал читателям. Причем автор не ограничился лишь риторическими приемами, он описывает весь арсенал адвоката в процессе – от одежды до положения рук и глаз.

Некоторые методики и упражнения, предлагаемые автором, просто уникальны и достойны того, чтобы применять их на практике.

Книга, несомненно, вызовет интерес не только специалистов, студентов юридических вузов, людей, готовящихся выступать перед присяжными, но и всех тех, кто хочет научиться свободно говорить перед любой аудиторией.




Предисловие


В начале второй части романа Ф.М. Достоевского «Идиот» есть сцена, в которой князь Мышкин возвращается после шестимесячного отсутствия в Санкт-Петербург и приходит в дом Лебедева, где встречает его самого и его племянника, просящего в долг денег и третий день лежащего на диване по этому поводу. Племянник Лебедева жалуется князю:

«Верите ли, князь, теперь он [Лебедев] вздумал адвокатством заниматься, по судебным искам ходить; в красноречие пустился и все высоким слогом с детьми дома говорит. Пред мировыми судьями пять дней тому назад говорил. И кого же взялся защищать: не старуху, которая его умоляла, просила и которую подлец ростовщик ограбил, пятьсот рублей у ней, все ее достояние, себе присвоил, а этого же самого ростовщика, Зайдлера какого-то, жида, за то, что пятьдесят рублей обещал ему дать…

– Пятьдесят рублей, если выиграю, и только пять, если проиграю, – объяснил вдруг Лебедев совсем другим голосом, чем говорил доселе, и так, как будто он никогда не кричал.

– Ну и сбрендил, конечно, не старые ведь порядки-то, только там насмеялись над ним. Но он собой ужасно доволен остался; вспомните, говорит, нелицеприятные господа судьи, что печальный старец, без ног, живущий честным трудом, лишается последнего куска хлеба; вспомните мудрые слова законодателя: “Да царствует милость в судах”. И верите ли: каждое утро он нам здесь эту же речь пересказывает, точь-в-точь как там ее говорил; пятый раз сегодня; вот перед самым вашим приходом читал, до того понравилось. Сам на себя облизывается».

Великий российский юрист П.С. Пороховщиков (псевдоним П. Сергеич) в 1910 г. издал замечательный труд «Искусство речи на суде». Вряд ли можно будет лучше систематизировать знания из этой части ораторского искусства, нежели чем это сделал он, все последующие учебные пособия по этой теме в любом случае будут плагиатом в той или иной степени. Можно лишь дополнить созданную систему своими знаниями, опытом и выводами. Я бы никогда не взялся за эту задачу, если бы не мое участие в проекте НТВ «Суд присяжных».

П. Сергеич поместил в конце своей книги следующий абзац, который я, по понятным причинам, помещаю в самом начале:

«Я заметил, что многие читатели любят запоминать последнюю страницу книги; обращаю поэтому свой последний совет и к обвинителю, и к защитнику.

Прежде чем говорить на суде, скажите вашу речь во вполне законченном виде перед „потешными" присяжными. Нет нужды, чтобы их было непременно двенадцать; довольно трех, даже двух, но важен выбор: посадите перед собой вашу матушку, брата-гимназистика, няню или кухарку, денщика или дворника. Сказать речь перед такими судьями необыкновенно трудно. Если вы этого не испытали, то и представить себе не можете, как это мудрено. Такое упражнение, пожалуй, покажется вам смешным; испытайте, и вы оцените его пользу. Если ваша речь окажется хороша, то есть будет понятна и убедительна перед „потешными", то и настоящие присяжные будут в вашей власти».

Мне часто задают вопросы, касающиеся участия в телепроекте «Суд присяжных». Один из них, наиболее распространенный, звучит так:

«„Суд присяжных" на НТВ помогает Вам в адвокатской практике?»

Отвечаю: Еще как! Мало кто знает, но в сценарии программ включаются только те элементы, которые обязательны и для настоящего суда: показания свидетелей, заключения экспертиз, вещественные, письменные и видеодоказательства. На роль присяжных– и это тоже как в реальности – методом случайной выборки набираются 12 человек «с улицы», которые не знают сценария. Шоу со всей его непредсказуемостью разыгрывается не только перед телезрителем, но и перед ними. Прокурор и адвокат вправе опротестовывать вопросы или замечания друг друга, невзирая на то что реплики сторон прописаны в сценарии. Позицию для выступления в прениях и прокурор, и адвокат (заранее или по ходу действия) готовят сами, и задача каждого из них – убедить коллегию присяжных именно в своей правоте. А присяжные удаляются в совещательную комнату и выносят свой вердикт, руководствуясь лишь тем, что увидели и услышали. В это время их снимает камера, и самые интересные фразы из обсуждения попадают в эфир программы в виде нарезки. Но главное – в этом проекте я, адвокат, могу через монитор в операторской заглянуть в комнату совещания присяжных. Это категорически исключено в реальном суде. То есть я могу тут же оценить, какое впечатление произвела на присяжных речь, с которой мы с «прокурором» выступали пять минут назад. Что сказали правильно, где перегнули палку, а где попали в точку.

«Это же бесценный опыт! – как сказал один мой коллега, когда я как-то поделился с ним происходящим на съемках „Суда присяжных". – Ты просто обязан написать книгу и поделиться этим опытом!!!»

И ведь он прав, это, несомненно, значимый опыт – мне довелось так «подсматривать» в совещательную комнату примерно… 400 раз, может, и больше. Это все равно что 400 тренировок летчика на тренажере по отработке взлета и посадки. Это, говоря языком П. Сергеича, сотни выступлений перед «потешными» (внесудебными, тренировочными) присяжными, которые были не просто молчаливыми слушателями, а все-таки такими же «внесудебными» судьями.

Однако книга – это не интервью. Это кропотливый труд; наблюдения и выводы нужно систематизировать, чтобы коллеги-адвокаты не высмеяли. Опять же, эта книга задумана как учебное пособие, которое может пригодиться и студенту юридического вуза, и обычному читателю, далекому от юриспруденции. Мало ли что? Кто застрахован от тюрьмы и от сумы?

Поэтому в такой книге хотелось не «умничать», а писать «по уму». Адвокатов вообще не надо учить праву. Я лишь хотел предложить коллегам инструментарий, освоить который по воле случая довелось самому и который может пригодиться в судебных процессах с участием присяжных. Поскольку и в реальном суде, и в суде телевизионном присяжные, в общем-то, одни и те же люди. Их логика в подходе к поиску решения в принципе одинакова. Может, часть моих «психологических заметок» кто-то и возьмет на вооружение.

Кстати, совсем недавно я осознал значимость того, что делаю больше шести лет в телепроекте. Я «играю» (создаю экранный образ) адвоката, оставаясь при этом действующим профессионалом. Поначалу для меня это было хобби. Но за время моего присутствия в кадре выросло целое поколение молодых людей, как это ни пафосно звучит. Мне часто приходят письма примерно с такими словами: «Я начал смотреть вашу передачу вместе со своим дедушкой, когда мне было 12 лет. Благодаря вашему примеру решил теперь пойти в юридический…» Или еще: «Мы всей семьей смотрим “Суд присяжных", наш сын начал лучше учиться, хочет тоже стать адвокатом, спасибо вам.»

То, что я делаю в настоящих судах, отстаивая чьи-то доброе имя или интересы, это, безусловно, первостепенно, но для меня также важно, что моя роль адвоката в «телевизионном» суде стала для кого-то ориентиром, помогла определиться с выбором профессии. И как знать, вдруг из зрителя, начавшего шестиклассником смотреть «Суд присяжных», где мы пытаемся показать идеальный суд, вырастет известный юрист, этакий современный Гаврила Державин, который, вполне возможно, сделает для России и общества гораздо больше, чем я, адвокат с экрана. Но ведь он станет юристом, потому что увидит настоящий пример. И если мой опыт, перенесенный на бумагу, поможет кому-то отстоять свое доброе имя в суде – разве это не здорово?




Введение

Как устроена книга и как по ней учиться?


Конечно, в книге будут даны немного истории и нормативный материал о суде присяжных. Его обязательно надо прочесть тому, кто впервые сталкивается с этим правовым институтом и собирается сдавать экзамены или идти в суд. Я не буду сознательно касаться вопросов подбора присяжных, так как этому посвящено большое количество литературы, особенно западной. Для подбора присяжных в Великобритании и США серьезные юридические фирмы нанимают отдельных специалистов и платят им огромные деньги. Мы не будем касаться этих вопросов, и прежде всего потому, что в телепроекте «Суд присяжных» я к подбору присяжных никакого отношения не имел. Этим занимался шеф-редактор «по присяжным», и единственное, что я просил у него, – это перед началом съемки-заседания готовить мне список с именами присяжных, годом рождения и их специальностью (профессией), даже если присяжный – пенсионер. И хотя присяжные в телепроекте имели право говорить неправду (просто выдумывать себе профессию или даже имя), тем не менее основная масса давала верные сведения о себе, что очень помогало в построении речи. Ниже отдельно остановлюсь на этом моменте подробно.

Я не очень много расскажу о порядке допроса свидетелей и иных участников процесса. Очень подробно этот вопрос изучен и описан английским адвокатом Харрисом в его замечательной книге «Школа адвокатуры». Рекомендую всем юристам, сталкивающимся с допросом свидетеля, эту книгу прочесть. В телепроекте «Суд присяжных» на НТВ свидетелей нет смысла «пытать», это – артисты, они на месте преступления не были и ничего сказать не могут. У них есть текст. Хотя мы как-то выпросили у режиссера иметь возможность отступать от текста, не меняя его смысла, и задавать вопросы, придавая им определенную окраску. И еще нам можно иногда задавать вопрос, не требующий ответа, риторический, с тем чтобы произвести на присяжных впечатление. Но как раз это-то и важно для целей настоящей книги: как воздействовать на 12 абсолютно незнакомых человек. Чтобы повествование не выглядело слишком куцым для учебного пособия, я, конечно же, поделюсь опытом допроса свидетелей из практики настоящих, а не телевизионных судебных процессов, а также моим опытом общения с британскими адвокатами, проводящими со свидетелями тренинги перед допросом.

В большей степени я постараюсь рассказать о подготовке и произнесении речи. Книгу П. Сергеича «Искусство речи на суде» я внимательно (как говорится, с карандашиком) прочел после того, как снялся в нескольких десятках серий «Суда присяжных», с целью совершенствования теоретических знаний. И обнаружил, что то, что написано Пороховщиковым, я применяю в своей речи, даже не помня особо из курса юридического вуза, что это психологические приемы, которые он описал в 1910 г. и даже дал им названия (в свою очередь, почерпнув их из курса психологии). То есть, не читая до этого его учебник в оригинале, я поступал в основном правильно. Может, поэтому часто и выигрывал эти «тренировочные процессы». Конечно, я узнал для себя много нового из книги П. Сергеича, а кое с чем не согласился. Это и неудивительно, ведь он писал трактат о речи российского присяжного поверенного своего времени, выступающего перед присяжными того общества царской России, которое существенно отличается от нынешнего общества России XXI в. И образование сейчас у людей получше, и медицина и криминалистика шагнули далеко вперед, да и роль СМИ, телесериалов про полицейских и криминальные программы сделали свое дело – присяжные стали разбираться во всем, их просто на «пожалейте» не возьмешь!

Поэтому, пусть меня простят читатели, но, ссылаясь в значительной мере на мысли П. Сергеича (а он, в свою очередь, на Цицерона, Гарриса и других ораторов), я позволю себе критику его труда, что обусловлено лишь необходимостью устранить 100-летнюю погрешность изучения и систематизации темы.

Для того чтобы читатель проникся серьезностью моего подхода к написанию этого учебного пособия, открою секрет: при подготовке я использовал не электронный текст произведения известных юристов, в том числе самого П. Сергеича, а оригинальные прижизненные издания, которые имеются в моей коллекции антикварных книг. Конечно, у меня не было прижизненных изданий Цицерона и Квинтиллиана, но цитаты из них взяты были из пожелтевших и особо пахнущих страниц книг П. Сергеича, С. Андреевского, А. Кони, Ф. Плевако. Не знаю, как вам, но мне кажется, что я чувствую какую-то особую энергетику, когда работаю именно с таким материалом, а не с электронными буквами экрана монитора персонального компьютера.

Что такое суд присяжных? Прежде чем начать представлять материал для осмысления и усвоения, я бы хотел привести здесь уместную, на мой взгляд, мысль замечательного русского юриста Кони, чтобы с этой мыслью вы и двигались дальше по страницам этой книги, начиная от истории возникновения института суда присяжных и заканчивая размышлениями о нравственной свободе выступающего перед ними оратора.

Присяжный – это тот же судья, который должен в своих выводах основываться не на временных и переходящих впечатлениях, а на вечных и неизменных началах правосудия.

«Забывая мудрый совет глубокого мыслителя и юриста Бентама, указывающего, что, исполняя свой долг, судья должен иногда идти против вожделенной толпы, говоря себе: “populus me sibilat, at ego mihi plaudo![1 - Народ меня освистывает, но сам я себе рукоплещу (лат.).]”, – судья, боясь общего неудовольствия, утраты популярности и трудной аналитической работы ума, может пожелать во мнении пестрого и волнующегося большинства легкий и успешный исход для своей заглушенной на время совести и умыть себе руки. Такие судьи бывали, и имена некоторых приобрели себе бессмертие. В одной старой и чудной книге, пережившей века, рассказан процесс, произведенный таким судьей и под влиянием таких указаний… Судью звали Понтий Пилат.

Иногда, не вдумавшись глубоко в смысл судебной деятельности присяжных заседателей, в них хотят видеть представителей общественного мнения по данному делу. Это совершенно ошибочно.



Читать бесплатно другие книги:

«– Ты густой чувак, – вещает Кит технику Сеньке.Кит раскачивается на стуле, подбрасывая в руках карандаш. В самом разгар...
«До Береговой гряды парламентеры добрались на закате. Старый Дронго описал над похожей на изогнутый клюв скалой полукруг...
«Надвигается темная-темная ночь. Моросит. Под ударами ветра тусклый полудохлый фонарь качается, как проклятый моряк на н...
«Не было ни верха, ни низа, никаких пространственных координат, да и время будто остановилось. И ничего толком не чувств...
«Сначала нужно ощутить объект, ввести себя в образ, потом прочувствовать обстановку, а уж потом ловить струю и импровизи...
«Она стоит на коленях, посреди кровати, на смятых простынях. Ждет, пока я разберусь с пряжкой ремня в джинсах, смотрит с...