Легенды Львова. Том 2 - Винничук Юрий

Легенды Львова. Том 2
Юрий Павлович Винничук


Писатель, переводчик, краевед Юрий Винничук впервые собрал под одной обложкой все, что удалось разыскать об уникальном городе в фольклорных записях прошлого. Фантастический мир Львова, населенный духами, чертями, ведьмами, тесно переплетается в легендах с миром реальным, в котором живут исторические лица – короли, бургомистры, чернокнижники и батяры. Старинный Львов предстает перед нами как уникальное явление мировой культуры, источник богатейшего городского фольклора и жизнерадостного юмора.








Юрий Винничук

Легенды Львова. Том 2





Бузиновая пани











Красавица из колодца







Известно ли вам, что на Кайзервальде был когда-то широкий Бузиновый овраг?

Ну и что? – пожмёте вы плечами. Мало ли какие овраги бывают, всех не запомнишь.

Однако об этом овраге знал весь город. А знал потому, что жила там в глухих чащах бузины сама Бузиновая пани. Речь идёт о тех временах, когда Бузиновая пани ещё не вредила людям, а наоборот – помогала.

Итак, в Бузиновом овраге был выкопан глубокий колодец, а вокруг колодца цвели всеми красками полевые цветы. Говорят, что когда какой-то из парней не находил себе невесту в собственном селе или в городе, то шёл к Бузиновой пани и просил разрешения взять замуж одну из её дочерей. Дочери Бузиновой пани жили в колодце, и, чтобы вызвать их оттуда, достаточно было сорвать цветок и бросить в колодец. После этого появлялась такая красавица, лучше которой на всю Галичину не нашлось бы. Были у неё светлые волосы, густые и длинные, как плащ, голубые глаза мерцали, как родник, освещённый солнцем. Каждый, кому досталась такая жена, весь век свой жил в непреходящем счастье, потому что за какое бы дело не брался, всё ему удавалось, а что бы не задумал – все сбывалось. Интереснее всего было то, что девушки из колодца никогда не старели, и как появлялись молодыми, так молодыми и исчезали после смерти своего мужа.

Длилось это до тех пор, пока Бузиновую пани не разозлил один глупый шляхтич, у которого было имение на Замарстынове. Он решил, что если в колодец бросают обычный полевой цветок, а выходит такая красавица, то какая же красота несказанная появится, если бросить туда самую прекрасную розу.

Вот он объездил несколько имений, пока не нашёл необычайно пышный цветок, и отправился к Бузиновому оврагу. Конечно, он подозревал, что это может не понравиться Бузиновой пани, а потому прибыл в овраг ещё на рассвете. Прокрался тихонько к колодцу, бросил быстренько розу и сел ждать свою суженую.

Но Бузиновая пани всё это видела из своего незаметного окошечка в бузиновой чаще.

– Ну, погоди, поганец, покажу я тебе, как меня не уважать, – сказала она сама себе.

И в тот же миг выпрыгнула на край колодца большая зелёная жаба.

Шляхтич даже вскрикнул от испуга:

– А, чтоб тебя, призрак!

– Какой я тебе призрак? – пришла в негодование жаба. – Я твоя невеста. Где моя карета? Неужели ты заставишь меня добираться пешком?

– Да ну тебя! – выругался шляхтич и подался прочь из оврага.

Но жаба и не думала от него отставать, она прыгала за ним следом и кричала:

– Ква-ква-ква! Не убегай! Я твоя невеста!

А Бузиновая пани аж заливалась смехом.

Даже тогда, когда, выбравшись из яра, шляхтич сел на коня и помчал во весь опор домой, жаба продолжала его преследовать и вопить:

– Ква-ква-ква! Я твоя возлюбленная! Подожди! Не так быстро!

На взмыленном жеребце влетел шляхтич на свою усадьбу с отчаянным воплем:

– Закрывайте ворота!

Слуги ворота закрыли, но толку-то – жаба запросто перепрыгнула через частокол и оказалась во дворе.

– Бейте её! – закричал шляхтич и, вскочив в дом, закрылся на семь замков.

Слуги попробовали отогнать жабу, но это им не удалось. Очень уж она прыткой оказалась.

Так бедняга никогда и не избавился от той жабы, всюду она преследовала его, выкрикивая:

– Я твоя невеста! Где мое свадебное платье? Где мои красные сапожки? Где моя белая фата?

Не мог он уже нигде и на люди появиться, потому что все его на смех поднимали, и только знай шутили над его женой.

Быстро шляхтич измучился, и от переживаний начал хиреть, пока не умер. Но и тогда его жаба не покинула, потому что вскочила на грудь и не дала себя никому согнать. Так их вместе и похоронили. И то не на кладбище, а при дороге, потому что не хотел никакой священник над жабой поминальную службу служить.

С тех самых пор Бузиновая пани очень обиделась на людей и спрятала колодец под землю, а сама начала пакостить и насмехаться над всеми, кто только забредал в её овраг.




В гостях у Бузиновой пани


А вас детстве пугали Бузиновой пани? Если нет, значит, ваши родители не из Львова. А вот моя бабушка рассказывала очень страшную сказку. Такую страшную, что после неё мне в каждом овраге Бузиновая пани мерещилась. Поэтому вы лучше эту сказку не читайте.

Эта история случилась с мальчиком Лесиком, который жил со своими родителями на Снесенье.

Отец каждый день ходил рубить дрова на продажу. Возвращался он всегда поздно, затемно, измученный и голодный. Хоть и работал он как мог, но семья едва сводила концы с концами. Поэтому, когда Лесик немного подрос, отец начал и его брать с собой в лес.

Мальчик был послушный и как мог помогал отцу, но судьба к ним всё равно не была благосклонна, и денег едва хватало.

В одно осеннее утро отец с сыном, как всегда, запрягли коней и отправились в лес. Утро выдалось холодное. Трава, ветви и даже стволы деревьев покрылись легким инеем. Мальчик кутался в старенький латаный полушубок, но не переставал дрожать и стучать зубами.

– Ничего, сынок, – сказал отец, – сейчас за работой согреешься. Это сейчас ещё более-менее, а вот что зимой будет! Надо бы купить тебе какую-то тёплую одежду, да не знаю, хватит ли денег. В прошлом году Бузиновая пани поломала мне сани. И теперь никак не удаётся их починить. А купим сани, тогда не хватит денег тебе на полушубок. А ещё и сапоги у меня совсем порвались. Не знаю, дотянут ли до зимы.

Отец тяжело вздохнул и прикрикнул на коней.

– Папа, а какая она, Бузиновая пани?

– Э, сынок, – махнул рукой отец, – лучше не спрашивай.

– Ты её боишься?

– А кто же не боится? Хотел бы я увидеть смельчака, который отважится встретиться с ней в Бузиновом овраге.

– Где? – переспроси Лесик, потому что он хорошо знал тот овраг и не раз туда забегал, но никогда не думал, что Бузиновую пани можно встретить именно там.

– Не допытывайся, сынок. И никогда к тому оврагу даже не приближайся, иначе беда будет.

– Но я уже ходил туда, отец. И не раз. Там всегда очень много земляники. Я часто собирал её летом, и ни разу ничего со мной не произошло.

– Это, сынок, тебе Бог помог. Благодари его за это, и ещё не раз он тебя от беды спасёт. Но теперь ты уже знаешь, что это за овраг, значит, никогда больше не ходи туда.

Мальчик кивнул головой, но слушать отцовские запреты не собирался. Его так и тянуло пойти к оврагу и спросить у Бузиновой пани, почему она приносит вред бедным людям.

– Папа, а Бузиновая пани только бедным вредит?

– А где же ты видел богатого в лесу? Богатые люди дома сидят, а Бузиновая пани наказывает только тех, кто в её лес зайдёт. Вот недавно Петру Фальчуку ногу перебила, а старой Меланке из Лисиничей отняла язык, и она теперь только руками машет и, будто корова, мычит.

– А кто-то видел её, эту Бузиновую пани?

– Тех, кто её видел, уже нет на свете. Всех, кто только на неё глянет, она сразу убивает.

Под вечер, когда отец с сыном нарубили уже полную телегу дров, Лесик сказал отцу:

– Папа, я здесь недавно видел орешник и на нём очень много орехов. Ты езжай домой, а я нарву и догоню тебя.

Отец потихоньку погнал коней из леса, а мальчик сразу же ступил на тропу, которая вела к Бузиновому оврагу. Быстро темнело, и он часто спотыкался то о пеньки, то о корни деревьев, которые торчали из земли.

Дойдя до оврага, помаленьку спустился, придерживаясь руками за бузиновые ветви. На самом дне уже воцарились сумерки: в шаге перед собой ничего не было видно. Из чащи ухнула сова, за ней вторая. У Лесика мороз пробежал по спине, и волосы на голове зашевелилась. Сбоку что-то треснуло, зашумело. Бедный мальчуган так испугался, что хотел было уже убежать отсюда, но ноги его не слушались и будто вросли в землю. Попробовал крикнуть, но невидимая сила сдавила горло и не давала вырваться ни одному звуку. От напряжения из глаз потекли слезы.

Вдруг сзади послышался едва слышный шёпот:

– Иди сюда! Сюда иди!

Лесик осмотрелся, но во тьме ничего невозможно было рассмотреть. Несколько шагов ступил наугад и выпрямленной рукой задел что-то твёрдое. Протянул другую руку и нащупал небольшие двери. Легонько толкнул их, и из щели, которая образовалась, в нос ударил резкий запах плесени. Глаза постепенно привыкли к темноте, и мальчик увидел за дверьми деревянные ступеньки. Когда поднимался по ним, ступеньки громко скрипели. С каждой ступенькой становилось всё светлее.

Ступеньки привели к новым дверям, которые стерегли два больших чёрных пса с глазами, горящими, будто раскалённые угольки. Мальчик достал из-за пазухи остатки своего обеда и бросил объедки псам. Собаки схватили пищу и пропустили мальчика.

Щеколда на дверях была липкая от ещё не засохшей крови, но это не остановило Лесика. Он нажал на щеколду и зашёл в красную комнату. В уголке стояла огромная печь, возле неё возилась высокая худая женщина в зелёном платье. Когда хозяйка обернулась, мальчик увидел, что волосы и глаза у неё тоже зелёные, а ярко-красные губы выглядят неестественно на землисто-сером лице.

– Добрый вечер, – Лесик от страха едва шевелил губами.

Бузиновая пани в ответ лишь кивнула.

– Я пришёл к вам, пани, чтобы спросить, зачем вы вредите бедным людям? Прошлой зимой вы сломали моему отцу сани, и теперь он не сможет купить себе сапоги, а мне тёплый полушубок. Петро Фальчук из-за вас не может ходить, а Меланка из Лисиничей – говорить. Вы же знаете, что бедные люди ходят в ваш лес не по доброй воле. Иначе им не прожить, – скороговоркой выпалил Лесик и замолк, исподлобья поглядывая на Бузиновую пани.

Она продолжала зловеще улыбаться, не прекращая перемешивать что-то в котле большим деревянным черпаком.

– Сначала скажи мне, как тебе удалось пройти мимо моих псов?

– Я бросил им хлеба.

– Гм… Что-то слишком располнели да разленились мои косматые. Многовато я им даю есть. Значит, ты, говоришь, так сильно любишь своего папу и всех обездоленных, что осмелился прийти сюда? – Улыбка Бузиновой пани стала ещё более зловещей. Она бросила мешать свое варево и сделала шаг навстречу мальчику. – И не страшно тебе?

– Да, пани, я люблю своего папу, и жаль мне обездоленных. И когда я шёл к вам, то боялся, но теперь мне…

– Что тебе? – прошипела Бузиновая пани, и её рука схватила мальчика за плечо.

– Т-теперь мне-мне с-совсем не… не страшно, – ответил Лесик, но зубы его предательски застучали.

– Вот оно как! Не страшно?

– Н-нет!

– Это тебе так только кажется!

И рука Бузиновой пани сжала плечо мальчика ещё сильнее. Потом зеленоглазая волшебница с силой дунула на Лесика – и он превратился в большую петрушку, которую хозяйка сразу же бросила в котёл.

– Как раз одной петрушки мне и не хватало, чтобы суп получился вкусный, – и Бузиновая пани снова принялась размешивать варево в котле большим деревянным черпаком.

В скором времени суп закипел, и красная пена поднялась над котлом. Ещё немного, и все оказалось бы на полу. Бузиновой пани едва удалось вовремя снять котёл с печи, но несколько капель всё-таки пролилось. Пятна напоминали кровавые следы детских ног.




Гицлева гора


Жил когда-то в Львове гицель (живодёр). И такой коварный да жестокий, что мир таких не видывал. Не жалел даже маленьких щенков и котят – ловил всех, кто ему попадался на глаза, драл с них шкуры и шил шапки. Жил он как раз под Гицлевой горой в овраге, сплошь заросшем бузиной в глиняной избушке. Вокруг избушки на кольях сушились собачьи и кошачьи шкуры, наполняя смрадом воздух. Но живодёру эта вонь не мешала, он мог вдыхать её и ночью и днём.

Но пришлось и гицелю расплатиться за свои поступки. Как-то он увидел удивительную кошечку, которая грелась себе на солнце на самой вершине Гицлевой горы. А была та кошечка необыкновенная, потому что окрас у неё был ярко-зелёный.



Читать бесплатно другие книги:

Топси покинула любящую, но чересчур ее опекающую семью, чтобы пожить самостоятельно и раскрыть тайну своего происхождени...
Межвоенный период творчества Льва Гомолицкого (1903–1988), в последние десятилетия жизни приобретшего известность в каче...
В монографии на основе архивных, опубликованных в печати и полученных в результате полевых исследований этнографических ...
В книге впервые делается попытка восстановить историю рецепции классического музыкального наследия в советскую эпоху. Ее...
«Лис знает много, еж – одно, но важное» – это высказывание Архилоха сэр Исайя Берлин успешно применил для классификации ...
История, по мнению автора, не дана нам как целое, но может быть представлена в частностях – как серия фрагментов ускольз...