После этой войны другой уже не будет - Шекли Роберт

После этой войны другой уже не будет
Роберт Шекли


«Это сейчас Земля всем известна как образец добрососедства и миролюбия. Даже несмотря на свое полное обнищание, она ни с кем не воюет.

Есть уже люди, которые и представить себе не могут, что когда-то было иначе. А ведь было, и не так уж давно – когда вся власть на Земле была сосредоточена в руках горстки ослов в армейских мундирах. Вот эти-то солдафоны наихудшего армейского образца и доказали тогда, перед Великим Прозрением, полную несостоятельность их собственной политики…»





Роберт Шекли

После этой войны другой уже не будет



Это сейчас Земля всем известна как образец добрососедства и миролюбия. Даже несмотря на свое полное обнищание, она ни с кем не воюет.

Есть уже люди, которые и представить себе не могут, что когда-то было иначе. А ведь было, и не так уж давно – когда вся власть на Земле была сосредоточена в руках горстки ослов в армейских мундирах. Вот эти-то солдафоны наихудшего армейского образца и доказали тогда, перед Великим Прозрением, полную несостоятельность их собственной политики.

Ведь именно во время диктатуры генерала Гэтта Земля вышла в космос и тут же, пару лет спустя, влипла в инцидент с Галактическим Исполнителем, после которого о войнах уже нечего было и говорить. Вот вам подлинная история этой фатальной встречи.



18 сентября 2331 года Вторая Ударная Армия под командованием генерала Варгаса вынырнула из утреннего тумана в окрестностях Рэдлэнда, Калифорния, и отбросила лоялистов Видермаера на полуостров Сан-Франциско. Видермаер – последний из генералов старого демократического режима, назначенных ныне низложенным правительством Соединенных Штатов, еще надеялся, что ему удастся спасти свою армию, отступив по морю, хотя бы на Гавайи. Он не знал, что к этому времени Океания уже сдалась на милость военных. Долгожданные корабли так и не пришли. Осознав, что дальнейшее сопротивление бесполезно и принесет только еще большие потери, Видермаер капитулировал. Так рухнул последний оплот защитников гражданских прав. Впервые за всю свою историю Земля перешла во власть единой военной диктатуры.

Варгас принял капитуляцию Видермаера и тут же отослал вестового в штаб-квартиру Верховного Командующего генерала Гэтта в Северном Техасе. Войска Второй Ударной разбили лагерь на двух лугах, и интенданты уже засуетились, завершая подготовку к празднествам, которыми Варгас хотел отметить окончательную победу.

Его палатка стояла чуть в стороне от лагеря. Генерал Варгас, коренастый крепыш чуть ниже среднего роста, обладал большой круглой головой, увенчанной шапкой густых волос, черными ухоженными усами и густыми сросшимися бровями. Он сидел на раскладном стуле, и рядом на краю стола дымился окурок черной сигары. Следуя хорошо проверенной практике, он отдыхал, полируя свои сапоги, сделанные из натуральной страусиной кожи и поэтому практически не имевшие цены, так как ни одного страуса на Земле уже не осталось.

Напротив, на походной койке, сидела его боевая подруга Лупе – вспыльчивая женщина с резкими чертами лица, пронзительным голосом и неукротимым характером. Все годы их адюльтера она воевала плечом к плечу с Варгасом и сопутствовала его карьере – от обозника низшего ранга до генерала в штабе Верховного Главнокомандующего. Оба они участвовали в кампаниях во всех частях света: их армия отличалась высокой маневренностью – сегодня они в Калифорнии, а завтра уже в Италии, Камбодже или еще где-нибудь, куда направят.

Теперь наконец-то боевые соратники получили возможность расслабиться. Войска расположились на широкой равнине под Лос Гатосом, и их костры посылали в голубое небо тонкие извилистые струйки серого дыма. Кампания была окончена. Многие лоялисты Видермаера перешли на сторону победителей. Похоже было, что эта битва была последней; долго, сколько Варгас ни вспоминал, он не мог припомнить ни одного не побежденного еще противника.

Это был исторический момент. Варгас и Лупе отметили его, подняв друг за друга по бокалу калифорнийского шампанского, а затем разложили на заправленной двуспальной койке обмундирование и принялись наводить на него блеск для предстоящих торжеств. От генерала Гэтта прибыл вестовой, пыльный и усталый от нескольких часов, проведенных в вертолете. Он привез депешу:

Мы раздавили всю оппозицию нашему Новому Порядку в Северной Америке и окончательно сломили сопротивление в России и Азии. Наконец-то весь мир управляется одной твердой рукой. Мой верный генерал и мой дорогой друг, ты немедленно должен прибыть в ставку. Все наши генералы собираются здесь для того, чтобы отметить нашу Окончательную победу. Кроме того, нам нужно обсудить и наметить план дальнейших действий. И для этого ты мне здесь очень нужен. Кроме того, строго конфиденциально тебе сообщаю, что есть кое-какие обстоятельства, сулящие совершенно новые варианты дальнейшего развития нашей цивилизации. Но говорить об этом я не могу даже в депеше. Очень хочу обсудить все это с тобой. Это необычайно важно! Приезжай немедленно! Ты мне просто необходим!



Когда вестовой вышел, Варгас обернулся к Лупе:

– Что это могло бы быть настолько важным, что он не может доверить депеше? Хоть бы намекнул, что ли!

– Понятия не имею, – сказала она, – но мне что-то не нравится, что он так настаивает на твоем приезде.

– Что ты в этом понимаешь, женщина? Он просто отдает должное моим заслугам.

– Может, и так. А может, он хочет иметь тебя поближе к себе, чтобы ты был у него на глазах? Твои ребята – одна из последних независимых армий, и если он над вами установит контроль, то, считай, он в дамках.

– Ты забыла, что у него по крайней мере в пять раз больше людей, чем у меня. Кроме того, Джон Гэтт – мой друг детства, мы учились в одной школе в Лос-Анджелесе.

– Да слыхала я про это, – ответила Лупе, – но слишком часто бывает, что о дружбе забывают там, где решается вопрос о верховной власти.

– Но у меня нет амбиций подняться выше, чем я есть.

– А Гэтт об этом знает?

– Да, конечно, знает, – заявил Варгас, хотя голос его прозвучал не так уверенно, как ему хотелось бы.

– А он в это верит? – парировала Лупе. – В конце концов, власть меняет человека. Ты же сам видел, что стало кое с кем.

– Знаю, о ком ты. Генералы из России и Вьетнама. Но они же не смогут объединиться против Гэтта. Настали времена Единого правительства, и Джон Гэтт скоро станет Верховным Командующим всей планеты.

– А он этого достоин?

– Вот уж это неважно, – раздраженно ответил Варгас, – главное – это идея, и ее время настало. Раньше мы жили в сумасшедшем доме – все воевали друг с другом. Единый Верховный военный правитель Земли – это лучший вариант для нас всех.

– Ну хорошо, – примирительно сказала Лупе, – надеюсь, что это так. Так мы едем?

Варгас задумался. Несмотря на уверенный вид, который он демонстрировал Лупе, у него самого все же были некоторые сомнения. Кто может предсказать, что сделает Гэтт? Не раз уже бывало, что победивший генерал утверждался на своих позициях путем уничтожения, под предлогом измены, своих былых соратников. Однако есть ли выбор? Как бы ни было предано Варгасу его войско, армия Гэтта в пять раз превосходит его численно и в любом случае победа будет за ним.

Но ведь он, Варгас, и не собирался быть Верховным Командующим. Он-то прекрасно понимал, что скроен не для высшего эшелона власти и его место – на поле битвы. Так что он ни на что не претендует. И Гэтт должен был это знать – Варгас сам ему часто об этом говорил.

– Я должен с ним повидаться, – наконец решил он.

– А я? – спросила Лупе.

– А ты останешься под охраной наших войск, в полной безопасности.

– Не будь занудой. Где ты – там и я. Это девиз боевых подруг.



Варгас имел слабое представление о том, каким разрушениям подверглась Америка, потому что до того, как Гэтт приказал ему перебросить свою армию в Калифорнию для решающего сражения с Видермаером, он воевал в Италии. Но пока они летели на реактивном самолете в Техас, в город Зеро, он достаточно насмотрелся на разрушенные города и нескончаемые толпы беженцев. Однако сам город Зеро выглядел вполне благополучно – это было новенькое, с иголочки, создание генерала Гэтта. В центре его находился огромный стадион, превосходящий размерами Колизей, Астродом и все другие спортивные сооружения старого мира. Тренеры, болельщики и спортсмены съезжались сюда со всего мира для обсуждения военно-спортивных ритуалов.

Варгас за всю свою жизнь не видел столько генералов и их боевых подруг в одном месте: здесь собрались все соратники Гэтта, выигравшие войну за Установление Военного положения во всем мире. И все они были в наилучшем расположении духа.

Варгас и Лупе зарегистрировались в громадном отеле, построенном специально для этой ассамблеи, и сразу же поднялись в свой номер.

– Ого! – сказала Лупе, разглядывая мебель в классическом стиле. – Нич-чо се-е!

Она прекрасно владела английским, но, не желая, чтобы другие боевые подруги считали ее зазнайкой, предпочитала говорить с их специфическим простонародным акцентом.

Чемоданы генералу пришлось нести наверх самому, так как отель был настолько новым, что коридорные в нем еще не прошли проверку службы безопасности и поэтому пока еще не были допущены к работе. Варгас был одет в свой пропотевший черно-оливковый боевой мундир с орденом Льва – знаком отличия бессрочного Командира Вечного Корпуса. Этот знак он получил за свою самую знаменитую победу в Чако в 30-х годах.

Варгас поставил на пол чемоданы и рухнул в кресло с обиженным видом: «Я им боевой, а не коридорный генерал».

Лупе все еще в остолбенении таращилась на мебель. Сегодня она нарядилась в свое самое откровенное розовое атласное платье и ярко накрасила губы. Она была очень хороша сейчас – черные змеящиеся волосы, лицо развратной кошки и ноги, растущие от ушей. Однако для женщины ее формы были несколько грубоватыми, она скорее была похожа на генерала в юбке, только со слишком худыми ногами.

Варгас сидел, развалившись в кресле, на его лице деревенского увальня торчала пегая щетина. Он не имел дурной привычки бриться каждый день, считая, что и так выглядит достаточно прилично.

Лупе наконец обрела дар речи:

– Эй, Ксакси (так она иногда его ласково называла), а что мы делать теперь?

– На черта тебе русский акцент?! – рыкнул на нее Варгас. – Закройся! Это не твоего ума дело. Я собираюсь на совещание и голосование в конференц-зале.

– Голосование? Это кто там собрался голосовать?

– Все наши генералы, чучело.

– Что-то я не въезжаю, – сказала Лупе, – мы же фашисты. Мы что, не можем обойтись без этих вонючих голосований?

– Счастье твое, что я тебя люблю, – ответил генерал, – потому что иногда мне хочется тебя прибить за твою тупость. Слушай сюда, мой стервятеночек, если фашисты иногда и голосуют, то они делают это лишь для того, чтобы лишить права голоса всех остальных.

– Ах вот так, да? Тогда понятно.

– Еще бы не понять, – продолжал Варгас, – если мы хотим совместно выработать общую программу дальнейшего развития, то только на это мы и можем рассчитывать. Голосование просто необходимо, чтобы удержать наших обожаемых ревизионистов от контрреволюции.

– Надеюсь, что это получится, – сказала Лупе, задумчиво почесывая ляжку, но затем, вспомнив о своих манерах, тут же почесала ляжку генерала. Потом она достала из холодильника текилу, шампанское и пиво и смешала свой любимый коктейль.

– И это все, за что вы будете голосовать? – спросила она.

Варгас задрал ноги на кофейный столик, и столик тоненько заскрипел. Варгас знал, что для каждой новой партии генералов-постояльцев заказывается новая партия кофейных столиков. Ему нравилось слушать этот скрип – он был человек простой, со своими маленькими слабостями. Он еще немного поскрипел и затем ответил:

– Есть еще кое-что, о чем нужно проголосовать.

– Я что, тоже должна туда идти? – спросила Лупе.

– Да нет же, ты же женщина, а недавно мы большинством голосов решили лишить вас права голоса.

– Блеск! – ответила Лупе. – На всех этих собраниях всегда такая скукотища!

В дверь постучали.

– Войдите, – отозвался Варгас.

В комнату вошел долговязый парень, одетый в серую униформу. Отвисшая нижняя губа и глазки-щелочки – вылитый недотепа.

– Варгас – это вы? – спросил он.

– Да, – ответил генерал, – и если ты еще раз войдешь без стука, я тебе хребет переломаю.

– Да я же по службе, – сказал тот. – Я принес вам взятку.

– Так что ты раньше не сказал? – удивился Варгас. – Присаживайся, наливай себе.

Недотепа достал из внутреннего кармана толстый конверт и протянул его генералу. Варгас заглянул внутрь: он был набит тысячными кредитками с орлами.

– Дьявол, – сказал генерал, – можешь по-приятельски заходить ко мне, когда захочешь. Так для чего это, могу я осведомиться?

– Да я ж говорю вам – это взятка, – ответил парень.

– Я уже понял, что это взятка, – сказал Варгас, – но ты мне еще не сказал, за что она?

– Я думал, вы сами знаете. Когда начнется голосование, вам нужно проголосовать «за» по первому пункту.

– Хорошо. А что в этом пункте?

– Что штатские лишаются права голоса до тех пор, пока верховное начальство не сочтет их достойными доверия.

– Звучит хорошо. Меня это устраивает.

Парень вышел, и Варгас торжествующе улыбнулся Лупе – он был горд получением этой взятки, хотя и без нее он все равно бы голосовал за пункт первый. Но он знал из исторических книжек, не говоря уже об устных преданиях на эту тему, что взятки были доброй традицией любых избирательных кампаний, поэтому он бы просто обиделся, если бы генерал Гэтт не счел его достойным взятки.

Он бы поделился своей радостью с Лупе, если бы она не была такой дурой, неспособной вникнуть во все тонкости и нюансы. Но до чего же потрясающе она выглядела сейчас в своем розовом атласном пеньюаре!



– Заходи, старина, добро пожаловать! – загремел в приемной голос генерала Гэтта. А ведь Варгас всего минуту назад назвал свое имя краснолицему клерку в форме клерикального дивизиона боевых рейнджеров.

То, что Гэтт вызвал его сразу, как только он вошел, очень польстило Варгасу. Протирать штаны в предбаннике, пусть даже и в очень хорошей компании – приятного мало. А компания здесь подобралась что надо: генерал Лин, только что завершивший присоединение Китая и Японии ко Всемирной Оборонной Лиге Гэтта; генерал Леопольд – пухлый зануда в помпезной форме, скопированной с фанаберии одного южноафриканского генерала – он завершил завоевание Южной Америки, включая Патагонию (а кого волнует, что там осталось ниже по карте?); там был и генерал Ритан Дагалаигон – эстремадурец со сверкающей улыбкой, чья Армада де Гран Дестуктивидад обезопасила для Лиги всю Западную Европу вплоть до Урала. Здесь были известнейшие люди, чьи имена навеки войдут в историю, и все же именно его, Варгаса, Гэтт пригласил на аудиенцию первым.

Джон Одоасер Гэтт, высокий мужчина с вечно горящими глазами и королевскими манерами, жестом пригласил Варгаса сесть и, не спрашивая, налил ему виски. Он славился своим гостеприимством на всю Империю.

– Мы выиграли эту войну, дружище, – сказал он. – Мы победили их целиком и полностью. Впервые в истории человечества все жители Земли, без исключения, в едином строю. Это дает нам уникальные возможности!

– Для чего? – сощурился Варгас.

– Во-первых, мы сейчас находимся в той ситуации, когда все ждут от властей, что они наконец-то принесут людям мир и процветание.

– Это прекрасные и благородные цели, сир.

– Конечно, вот только я пока себе не представляю, как из них извлечь прибыль.

– Что вы имеете в виду, мой генерал?

– Последняя война была очень длинной и влетела нам в копеечку. А в результате – сейчас в большинстве стран экономика практически полностью разрушена. И пока все стабилизируется, пройдет немало времени. Скольких людей ожидают голод и нужда!



Читать бесплатно другие книги:

В предлагаемой брошюре подробно излагается агротехнология выращивания основных культур: от посадки до сбора урожая. Вы у...
Помидоры – одни из наиболее популярных овощей, возделываемых на дачных и приусадебных участках. Существующее разнообрази...
С давних пор на потомство отбирают самые качественные плоды и семена, лучшие сорта. Параллельно идет выведение новых сор...
«По всеобщему признанию лучшие в России сорта астры однолетней Вологодские кружева, Галина, Голубой иней, Зарево, Звездн...
При кажущейся незатейливости огурцы у иных любителей, особенно начинающих, порой, «капризничают», плохо растут и плодоно...
В предлагаемой брошюре подробно излагается ботаническая характеристика, морфологические признаки дерева и биологические ...