Зажги меня (сборник) - Мафи Тахира

Зажги меня (сборник)
Тахира Мафи


Разрушь меня #3
Джульетта – девушка, обладающая особым даром – продолжает отчаянную борьбу против Оздоровления. Судьба «Омеги пойнт» неизвестна. Все, кого Джульетта любила, возможно, мертвы. Война может закончиться, так и не начавшись.

Теперь Джульетта – единственная, кто стоит на пути Оздоровления. И она уверена: в этом сражении может быть лишь один победитель.

Но чтобы противостоять врагам, ей предстоит обратиться за помощью… к Уорнеру, главнокомандующему Сектора 45, человеку, которому едва ли можно доверять. И вскоре Джульетта понимает: все, что она знала о себе, Уорнере и даже Адаме, оказывается ложью…

Бонус! Читайте также «Сломи меня», рассказ, повествующий о событиях в «Омеге пойнт» после исчезновения Джульетты.





Тахира Мафи

Зажги меня (cборник)





Tahereh Mafi

FRACTURE ME

IGNITE ME

Печатается с разрешения автора и литературных агентств Writers House LLC и Synopsis.

© Tahereh Mafi, 2013, 2014

© Художник. В. Ненов, 2014

© Издание на русском языке AST Publishers, 2014

© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru), 2014





Сломи меня





Глава 1


– Адди! Адди, просыпайся, Адди…

Я со стоном перекатываюсь на кровати и потягиваюсь, протирая глаза ладонью. Еще слишком рано.

– Адди…

Находясь все еще в полусне, я хватаю Джеймса за воротник и дергаю вниз, засовывая его голову под одеяло. Он кричит, а я смеюсь, заворачиваю его в простыни, откуда ему уже не выбраться.

– Прекрати-и-и-и! – визжит он, молотя кулачками по простыни. – Адди, немедленно выпусти меня отсюда…

– Послушай, сколько раз я уже просил тебя – не называй меня так!

Джеймс пытается ударить меня через одеяло. Я поднимаю его, подбрасываю в воздух, и он кричит, бешено работая ногами.

– Какой же ты противный! – вопит он, извиваясь в моих крепких объятиях. – Если бы Кенджи был здесь, он тебе бы ни за что не позволил…

При этих словах я застываю на месте, и Джеймс сразу же это понимает. Он успокаивается у меня на руках, и я отпускаю его. Он выпутывается из простыней, и мы молча смотрим друг на друга.

Джеймс часто моргает. Нижняя губа у него дрожит, и он прикусывает ее.

– Ты не знаешь, с ним все в порядке?

Я отрицательно мотаю головой.

Кенджи до сих пор находится в медицинском отсеке. Никто точно не знает, что именно с ним произошло, но разные слухи уже поползли. Люди перешептываются, выдавая одну теорию за другой.

Я смотрю вперед на стену. Джеймс еще что-то говорит, но я слишком отвлекся и не обращаю на него внимания.

Мне очень тяжело поверить в то, что Джульетта смогла вот так причинить боль другому человеку.

– И все говорят, что он сбежал, – слышу я голос Джеймса.

Вот это меня уже тревожит.

– Что? – Я обеспокоенно поворачиваюсь к нему. – Как это?

Джеймс пожимает плечами:

– Я не знаю. Говорят, вырвался из своей комнаты.

– О чем это ты говоришь? Как он мог вырваться из комнаты?..

Джеймс снова пожимает плечами.

– Я думаю, что ему не захотелось больше тут жить.

– Но… как это возможно? – Я хмурюсь, я в смятении. – Может ли это означать, что ему стало гораздо лучше? Тебе кто-нибудь говорил, что ему уже лучше?

Теперь Джеймс в растерянности.

– А тебе хочется, чтобы ему стало лучше? Мне всегда казалось, что ты его недолюбливаешь.

Я вздыхаю. Провожу ладонью по волосам.

– Конечно же, он мне очень нравится. Я понимаю, что мы не всегда с ним ладили, но тут у нас такое стесненное пространство, а у него всегда имеется мнение по любому вопросу…

Джеймс как-то странно смотрит на меня:

– Значит… ты уже не хочешь убивать его? Ты же всегда говорил, что тебе так и хочется убить его.

– Ну, я же говорю это не серьезно. – Я пытаюсь сдерживать себя и не закатывать глаза к потолку. – Мы же с ним долгое время были самыми настоящими друзьями. Я сейчас очень беспокоюсь за него.

– Ну ладно, – осторожно произносит Джеймс. – И все-таки ты какой-то странный, Адди.

Тут я уже не могу сдержаться и смеюсь.

– Почему это я странный? И хватит, перестань называть меня Адди. Ты знаешь, что я не люблю, когда…

– Да, но я никак не могу понять почему, – обрывает он меня. – Мамочка всегда называла тебя Адди…

– Да, но мама умерла, ее больше нет, верно? – Голос у меня становится жестким. Руки сжаты в кулаки. Но, увидев выражение лица братишки, я тут же жалею о том, что был настолько грубым с ним. Я разжимаю кулаки. Глубоко вздыхаю.

Джеймс шумно сглатывает.

– Прости, – тихо говорит он.

Я киваю и отворачиваюсь.

– Ладно. И ты меня прости. – Я надеваю рубашку. – Значит, Кенджи сбежал, да? Не могу поверить, чтобы он просто так вот взял и ушел, бросил нас всех.

– А зачем Кенджи уходить? – спрашивает Джеймс. – Мне показалось, ты даже ничего не знаешь о том, как он себя…

– Но мне показалось, что ты сам только что сказал…

Мы замолкаем и смотрит друг на друга.

Первым тишину нарушает Джеймс.

– Я сказал, что это Уорнер сбежал. Все говорят, что это случилось прошлой ночью.

Я слышу это имя, и меня тут же охватывает злость.

– Оставайся здесь, – говорю я, кивая Джеймсу, и быстро обуваюсь.

– Но…

– И никуда не уходи, пока я не вернусь! – кричу я и бросаюсь к двери.

Вот ведь ублюдок. Я не могу в это поверить.


* * *

Я громко стучу в дверь Касла, и тут меня замечает Иан, идущий по коридору.

– Его здесь нет, – сообщает он, не останавливаясь.

Я хватаю его за руку:

– Это правда? Уорнер от нас сбежал?

Иан вздыхает. Сует руки в карманы. Потом нехотя кивает.

Мне хочется проломить кулаком стену.

– Мне пора идти переодеваться, – говорит Иан, отделываясь от моей руки. – Тебе, кстати, тоже. Мы выступаем сразу после завтрака.

– Ты серьезно? – спрашиваю я. – Мы все равно пойдем сражаться, несмотря на все то дерьмо, которое тут происходит?

– Конечно, мы будем сражаться! – резко бросает Иан. – И ты сам знаешь, что больше ждать нельзя. Верховный не собирается менять свои планы и начнет наступление на гражданское население. Теперь уже поздно поворачивать назад.

– А что насчет Уорнера? – требую я ответа. – Разве нам не надо попытаться отыскать его?

– Возможно. – Иан пожимает плечами. – Попробуй найти его на поле сражения.

– Боже мой. – Я так рассердился, что не могу соображать логично. – Я же мог убить Касла за то, что все это произошло. За то, что он был так любезен с ним…

– Держи себя в руках, парень, – перебивает меня Иан. – У нас имеются и другие проблемы. И вот еще что. – Тут он хватает меня за плечо и смотрит в глаза. – Ты не единственный, кто сейчас обвиняет во всем Касла. Но теперь не время это обсуждать.

Я стряхиваю с плеча его ладонь, бросаю в его сторону сердитый взгляд и шагаю по коридору назад к себе в комнату.



Джеймс задает мне сто вопросов, когда я возвращаюсь, но я еще настолько зол, что мне сейчас не до него. Но это ему не мешает, он такой упрямый, как черт знает что. Я начинаю надевать кобуру, проверяю оружие перед боем, а он все не отступает.

– И что он тебе сказал? – наседает Джеймс. – Когда ты сказал, что надо идти искать Уорнера?

Я поправляю штаны, затягиваю потуже шнурки на ботинках.

Джеймс аккуратно пальцем стучит мне по руке.

– Адам. – И снова стучит. – Он сам знал, где сейчас Касл находится? – И снова постукивание. – Он сказал тебе, когда все бойцы отправляются сегодня на войну? – Еще раз – тук-тук-тук по руке. – Адам, а когда ты сам…

Я поднимаю его в воздух, и он начинает пищать. Я ставлю его в дальний угол комнаты.

– Адди…

Я набрасываю ему на голову одеяло.

Джеймс кричит и барахтается, сражаясь с одеялом, пока ему не удается отделаться от него. Он швыряет его на пол. Лицо у него покраснело, руки сжаты в кулаки, он буквально взбешен.

Я начинаю смеяться, не в силах сдержать себя.

Джеймс так измучился, что слова у него вылетают по одному, когда он начинает говорить:

– Кенджи… сказал… что я тоже… имею право знать… про все то… что тут происходит. Кенджи… никогда не сердится… когда я… задаю ему вопросы. Он никогда меня не игнорирует. И никогда не вредничает, а ты такая вре-едина. И еще… мне не нравится… когда ты смеешься надо мной.

Тут он замолкает, и только, подняв на него взгляд, я вдруг замечаю, что по его щекам текут слезы.

– Эй, – обращаюсь я к нему, идя навстречу брату через всю комнату. – Эй, эй! – Я хватаю его за плечи и опускаюсь на одно колено. – Что тут случилось? Почему появились эти слезы? Что вообще происходит?

– Ты уходишь. – Джеймс начинает икать.

– Ну перестань, – вздыхаю я. – Ты и раньше знал об этом, помнишь? Помнишь, мы тогда еще долго разговаривали об этом?

– И тебя там убьют. – И снова икота.

Я удивленно приподнимаю брови:

– Я и не знал, что ты умеешь смотреть в будущее.

– Адди…

– Эй…

– Но я тебя ни при ком же не называю так, – возражает Джеймс, прежде чем я успеваю как-то отреагировать. – Я не знаю, почему ты так бесишься. Ты говорил, что тебе нравится, когда мамочка тебя так называла. А почему теперь мне нельзя?

Я снова вздыхаю, поднимаюсь на ноги, одновременно ероша ему волосы. Джеймс издает какой-то сдавленный звук и отдергивает голову.

– Что такое? – спрашиваю я. Подтягиваю штаны, чтобы пристегнуть еще одну кобуру с полуавтоматическим оружием под них. – Я уже давно солдат. И ты всегда знал, насколько это рискованно. Что же теперь такое произошло с тобой?

Джемс так долго молчит, что это не может оставаться незамеченным. Я поднимаю на него взгляд.

– Я хочу пойти с тобой, – говорит он, утирая нос дрожащей рукой. – Я тоже хочу сражаться.

Я каменею.

– Разговор окончен.

– Но Кенджи говорил…

– Мне сто раз плевать на то, что тебе говорил Кенджи! Ты всего-навсего десятилетний ребенок. И ты не будешь сражаться ни в какой войне. Я не пущу тебя ни на одно поле боя. Это понятно?

Джеймс молча смотрит на меня.

– Я спрашиваю: это понятно? – Я подхожу к нему и хватаю его за обе руки.

Он чуть вздрагивает и шепчет:

– Да.

– И не просто «да».

– Да, сэр. – Теперь он смотрит себе под ноги.

Я тяжело дышу, моя грудь взволнованно поднимается и опускается.

– Никогда больше, – уже тише говорю я, – мы с тобой не будем разговаривать на данную тему. Никогда.

– Хорошо, Адди.

Я только нервно сглатываю.

– Прости, Адди.

– Обувайся. – Я смотрю на стену. – Нам пора завтракать.




Глава 2


– Привет.

Возле моего стола стоит Джульетта и смотрит на меня так, будто сейчас она сильно нервничает. Как будто раньше ничего подобного не происходило.

– Привет, – отвечаю я.

Даже только при виде ее лица у меня начинает болеть в груди, но правда заключается в том, что я и сам не понимаю, что сейчас на самом деле происходит между нами. Я обещал ей, что постараюсь найти выход из сложившегося положения. Я тренируюсь как черт, но после вчерашнего вечера лгать больше не могу и скажу честно: все это начинает понемногу бесить меня. Дотрагиваться до нее оказалось действительно весьма опасно. Причем даже более опасно, чем я мог предположить.

Она могла вообще убить Кенджи. Впрочем, я не уверен, что этого не произошло.

И все равно, даже после всего случившегося, я хочу иметь будущее с ней. Я хочу быть уверенным в том, что в один прекрасный день мы сможем обосноваться с ней где-нибудь в уютном безопасном уголке и жить там мирно и спокойно всю оставшуюся жизнь. Я никак не могу забыть эту свою мечту. И я не сдаюсь, потому что мы должны быть вместе.

Я киваю на пустое место:

– Ты не хочешь присесть?

Она повинуется.

Мы некоторое время сидим в тишине, она ковыряет вилкой в своей тарелке, а я – в своей. Обычно каждое утро мы едим одно и то же: ложку риса, овощной бульон и кусок черствого хлеба. По праздникам нам еще достается по крохотной порции пудинга. Это, конечно, немного, но нам хватает, и мы благодарны даже за такую пищу. Правда, сегодня почему-то ни у кого из нас нет аппетита.

И голоса тоже.

Я вздыхаю и отворачиваюсь. Не понимаю, почему сегодня утром с ней так трудно разговаривать. Может быть, нам не хватает Кенджи, но между нами в последнее время вообще отношения стали весьма странные. Я очень хочу быть с ней, однако теперь это стало особенно опасно. Каждый день мы становимся как будто чуточку дальше друг от друга. Иногда мне кажется, что чем больше я стараюсь держаться, тем сильнее она пытается убежать от меня.

Мне очень хочется, чтобы сейчас сюда примчался Джеймс и уселся за свой завтрак. Может быть, он бы разрядил обстановку. Я выпрямляюсь и начинаю осматривать зал. Джеймса я нахожу возле входа, он разговаривает с друзьями. Я пытаюсь привлечь его внимание, машу ему рукой, но он так увлечен беседой, хохочет над чем-то и, похоже, даже не замечает меня. Удивительный ребенок – мой брат. Он такой общительный и такой популярный здесь у мальчишек, что иногда я даже удивляюсь – откуда это все у него? Во многом он представляет собой полную противоположность мне. Он любит общаться с огромным количеством людей. Я же почти никого не допускаю к себе.

И Джульетта является единственным исключением из этого правила.

Я снова смотрю на нее и замечаю красные ободки вокруг ее глаз, пока она сама оглядывает зал. Она смотрится одновременно так, как будто хорошо выспалась и вместе с тем смертельно устала, и ей почему-то не сидится на месте. Она выстукивает ногой под столом какой-то такт, а руки у нее чуть заметно дрожат.

– Послушай, с тобой все в порядке? – спрашиваю я.

– Да, абсолютно, – слишком уж быстро отзывается она. Но вместе с тем зачем-то трясет головой.

– Ты сегодня ночью… м-м-м… хорошо выспалась?

– Да, – говорит она и потом повторяет это слово еще несколько раз.



Читать бесплатно другие книги:

«Гостиница «Полумесяц» была задумана как романтическое место, отвечающее своему названию, и события, которые там произош...
«Человек с унылой фамилией Магглтон с приличествующим унынием брел по солнечной приморской набережной. Он озабоченно хму...
«Молодой человек в бриджах, с жизнерадостным и энергичным выражением лица играл в гольф сам с собой на поле, которое был...
«Эдвард Натт, прилежный редактор газеты «Дейли реформер», сидел у себя за столом, распечатывая письма, и правил гранки п...
«Когда Фламбо брал месячный отпуск в своей конторе в Вестминстере, он проводил это время на парусной шлюпке, такой мален...
«Тысячи рук леса были серыми, а миллионы его пальцев – серебряными. Яркие и тусклые звезды в темном небе оттенка зеленов...