Опасная любовь - Картленд Барбара

Опасная любовь
Барбара Картленд


Чтобы попасть в Марокко, Мелина решилась стать секретарем богатой американки. Увы, вздорная хозяйка уволила ее, едва девушка увидела страну своей мечты. Новая работа буквально свалилась на нее с неба: Мелину нанял незнакомец, внезапно появившийся на ее балконе. Вместе им пришлось пережить опасные приключения…





Барбара Картленд

Опасная любовь





Barbara Cartland

LOVE IS DANGEROUS

© 1963 by Barbara Cartland

© Чуракова О., перевод на русский язык, 2014

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательская Группа «Азбука-Аттикус», 2014

Издательство Иностранка




© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru), 2014





Глава первая



1949

– Вы безответственны, да еще и дерзите вдобавок!

С этими словами миссис Шустер поднялась и подошла к письменному столу.

– Вот ваше жалованье за неделю, а ваш номер в гостинице оплачен на два дня вперед.

Мелина не могла отделаться от мысли, что миссис Шустер дает представление. Она явно действовала не под влиянием минуты и разыгрывала заранее отрепетированную сцену.

Машинально взяв конверт и ощутив по его тяжести, что там в самом деле лежит обещанная сумма, Мелина поняла, что любые ее слова или поступки ничего уже не изменят.

Но отчаяние придало ей смелости, чтобы попытаться возразить.

– Я не понимаю, – сказала она. – Извините, что я не вернулась к двум часам, как вы сказали, но я не помню, чтобы вы об этом упоминали. И я не помню, чтобы вы просили меня принести какую-то книгу из Английской библиотеки.

– Вы меня не слушаете, вот в чем ваша беда, – заявила миссис Шустер. – Я говорила вам вернуться к двум и просила принести книгу Рома Ландау про Марокко. Но нет смысла обсуждать одно и то же. За последние две недели это не первый случай, и я не намерена терпеть подобное поведение и дальше. Когда я брала вас с собой, то полагала, что вы будете считаться с моими интересами.

– Миссис Шустер, это несправедливо! – воскликнула Мелина. – Я считалась с вашими интересами всегда и во всем. Вы предложили мне поехать вместе в Танжер с условием, что я буду водить машину и выполнять секретарские обязанности…

– Которых не так-то много! – прервала миссис Шустер.

– Их правда немного, – согласилась Мелина. – Но я выполняла и другие поручения.

Она не стала перечислять все те мелкие дела, которые возложила на нее миссис Шустер помимо чисто секретарских. Ей пришлось взять на себя обязанности и горничной, и посыльного, хотя обычно этим занимается персонал гостиницы.

Все шло прекрасно, пока не появился Амброуз Уитли. Он приехал внезапно, и, хотя миссис Шустер наслаждалась его обществом, было очевидно, что она весьма недовольна присутствием еще одной женщины в их компании.

Мелина не была дурочкой и понимала, что Лилет Шустер желает иметь Амброуза в своем единоличном пользовании, поэтому уходила при каждом удобном случае под предлогом похода в музей или послеобеденного отдыха.

И это бы сработало, не оказывай ей Амброуз Уитли столь явных знаков внимания.

– Поехали сегодня к морю, – бывало, предлагала миссис Шустер. – Погода такая чудесная, а мне так нравится, как ты водишь машину, Амброуз, дорогой.

– Конечно, поедем, – отвечал он. – А как насчет Мелины? Надо бы и ее позвать.

Он улыбался Мелине, и, видя ее ответную улыбку, миссис Шустер менялась в лице.

«Бесполезно, – подумала Мелина. – Что толку спорить? К этому все и шло».

Она расправила плечи и сказала:

– Хорошо, миссис Шустер, я согласна с предупреждением об увольнении и недельным жалованьем. Но… но как я вернусь обратно в Англию?

– Не припомню, чтобы мы договаривались о чем-то подобном, когда я нанимала вас на работу, – холодно ответила миссис Шустер.

Мелина так опешила, что потеряла дар речи.

– Боюсь, я ничем не могу вам больше помочь, кроме как оплатить недельные услуги, которые вы мне даже не предоставите, – продолжала миссис Шустер. – Мы с мистером Уитли завтра уезжаем в Марракеш, поэтому, мисс Линдси, я боюсь, что вам придется позаботиться о себе самой.

«Значит, вот как она мне отомстила», – подумала Мелина.

Нетрудно представить, как несладко придется молодой девушке, оставшейся в Танжере без денег и возможности вернуться домой.

– Но вы ведь знаете, – сказала она вслух, – что, согласно договору, я еду с вами в Танжер, а затем мы вместе возвращаемся в Англию.

– Не помню ничего подобного, – возразила миссис Шустер. – Равно как и вы, мисс Линдси, не помнили моих указаний вернуться к двум часам.

– И что мне, по-вашему, теперь делать? – спросила Мелина. – У меня нет денег на дорогу до Англии.

Миссис Шустер пожала плечами.

– Полагаю, британское консульство окажет помощь британской подданной, оказавшейся в затруднительном положении. В любом случае, боюсь, этот вопрос решать не мне. Вы можете найти работу. Уверена, некоторые богатые марокканцы будут рады нанять такую привлекательную англичанку.

В ее голосе звучал настолько отвратительный намек, что Мелина с трудом удержалась от искушения швырнуть конверт к ногам уже бывшей хозяйки и выйти из комнаты. Но она почти мгновенно поняла, что только навредит себе подобной выходкой, поэтому просто направилась к дверям, на миг замерев на пороге.

– До свидания, миссис Шустер, и спасибо, что взяли меня в Танжер.

Ответа Мелина не дождалась и почувствовала, что немного уравняла счет, хотя это было слабым утешением в сложившейся ситуации.

Она села в лифт и поднялась на верхний этаж, где располагался ее номер. По правде говоря, миссис Шустер еще при первой встрече совсем не понравилась Мелине, но ей так хотелось побывать в Танжере, что она готова была смириться и с нравом хозяйки, и со всеми неудобствами предстоящего путешествия.

Узнав из объявления в «Таймс», что миссис Шустер требуется водитель, секретарь и компаньонка в одном лице, встретившись с ней в ее роскошной квартире на Гросвенор-сквер и получив работу, Мелина почувствовала себя счастливейшим человеком на свете, но, пока они пересекали Ла-Манш и ехали на машине через Францию и Испанию, в ее душу начали закрадываться сомнения.

В первые же сутки знакомства Мелина поняла, что миссис Шустер чрезвычайно скупа и эгоистична. Соответственно, она всегда должна была получать самое лучшее, а Мелина – мириться с худшим. Девушке всегда доставались ужасные номера над гостиничной кухней или с окнами, выходившими в глухие темные дворики. Она ела вместе с хозяйкой, но, если та заказывала устрицы, икру и прочие дорогие деликатесы, Мелине доставалось дежурное блюдо, и миссис Шустер еще пыталась сбить его цену.

– Что за глупости – утверждать, будто во Франции плохая вода, – то и дело заявляла она. – Все это придумали владельцы гостиниц, чтобы продать побольше минеральной воды.

Скорее всего, так оно и было на самом деле, но Мелина не уставала удивляться, почему после подобных заявлений ее хозяйка каждый день заказывает себе бутылку вина или шампанского и непременно – бутылку минеральной воды.

Миссис Шустер пыталась сэкономить на Мелине при каждом удобном случае.

– Нет смысла посылать эти вещи в прачечную, – заявляла она, предъявляя охапку белья, блузок, платков и чулок. – Вы же умница, постираете все сами, а потом повесите за окном, и все прекрасно высохнет на этом чудесном ветерке.

Миссис Шустер всегда говорила о воздухе и солнце таким тоном, словно это был ее особый подарок Мелине и та обязана быть ей за это признательна.

Но Мелина не обращала внимания на подобные выходки. Впереди ее ждало Марокко, и сердце ее переполнялось восторгом. Она мечтала о нем по ночам, пытаясь представить, каким оно будет, вспоминала иллюстрации с изображениями Танжера, Марракеша, Атласских гор и золотых берегов Касабланки. В самих этих названиях таилось волшебство, и каждый раз, когда она их вспоминала, они вспыхивали в ее воображении, словно бриллианты. И вот теперь, когда она провела в Танжере каких-то шесть дней, разразилась катастрофа…

Мелина вышла из лифта на пятом этаже и по узенькому коридорчику добралась до своего номера. Комната была небольшой и без особых изысков, но все же в ней было нечто, что делало ее дороже для сердца девушки, чем роскошный номер миссис Шустер на первом этаже.

А еще здесь был балкон! Совсем маленький, квадратный, стиснутый с обеих сторон стенами и поэтому скрытый от глаз соседей, но на нем нашлось место для цветочного ящика с яркой геранью, а поверх нее Мелина могла любоваться плоскими крышами Танжера, ослепительно-белыми на фоне ярко-синего моря.

Она никогда бы не подумала, что ей так повезет с номером. Горничная, которая провожала ее наверх, объяснила причину.

– Мадам заказывала дешевый номер, выходящий окнами на улицу, однако они все уже были заняты. Но мадам – наша постоянная клиентка, и мы предоставили ей этот номер по той же цене.

Открыв дверь, Мелина на секунду замерла на пороге, глядя на поток яркого золотого света, льющийся сквозь открытое окно. Белые стены, каскад алой герани и голубое небо – эту картину она не забудет до конца жизни.

До этого момента Мелина была подавлена и расстроена, но теперь она воспрянула духом.

Она все-таки увидела Танжер! Целых шесть дней девушка разглядывала дома с плоскими крышами, необычные улочки, по которым передвигались закутанные в бесформенные одеяния женщины, упивалась запахом мимозы, а больше всего – непостижимой, таинственной атмосферой Африки. Она завладела чувствами девушки, заставляла чаще биться ее сердце и вселяла ощущение (которого Мелина и ожидала), что вот-вот случится что-то восхитительное и прекрасное.

Мелина подошла к балкону. Солнце горячо коснулось ее непокрытой головы, отчего волосы словно вспыхнули рыжим пламенем. Девушка подняла лицо, будто подставляя для поцелуя, ощущая силу и нежность лучей, а потом во внезапной вспышке тоски поняла, что скоро лишится всего этого.

– Я не могу уехать! Просто не могу! – прошептала она. – Я так хотела сюда попасть, и теперь покинуть Марокко, увидев так мало?..

В глубине души она понимала, что все ее протесты бессмысленны и ей придется поступить так, как снисходительно советовала миссис Шустер. Пойти в консульство, объяснить произошедшее и попросить отправить ее домой третьим классом. И обещать выплатить стоимость билета. Причем она сможет это сделать сразу по возвращении домой.

У Мелины еще оставалась материнская драгоценность, бриллиантовая звезда, которую она хранила даже после того, как все остальное пришлось продать, потому что эта вещица была ей слишком дорога.

Она как наяву видела ее в волосах матери, когда та пришла пожелать ей спокойной ночи.

– А куда ты едешь, мамочка?

– На вечеринку вместе с папой. Ну, засыпай, будь хорошей девочкой. Я тебе завтра все-все расскажу.

Она была такой красивой! Мелина вздохнула и открыла глаза. Придется продать звезду, пусть даже от этого возникнет ощущение, что она предает память о матери. Но отец понял бы дочь. Он знал, почему она так хочет увидеть Марокко и почему для нее это так важно.

Мелина могла бы телеграфировать дяде и тете в Уимблдон, но она знала, что тогда по возращении ей не избежать утомительных объяснений. Зачем она бросила надежную работу в адвокатской конторе? Стоило тащиться через полмира, остаться ни с чем и просить у них денег на обратную дорогу?

Мелина буквально слышала их голоса, как они твердят одно и то же, раздосадованные ее поведением, и в конце концов добиваются признания, что это была глупая и необдуманная затея и Мелина сама во всем виновата.

Но нет! Она не собирается смиренно извиняться. Они хорошие люди, которые желают ей добра и хотят, чтобы у нее была серьезная работа – только такая работа, в скучном душном офисе, однажды ее убьет.

Ей придется продать бриллиантовую звезду, но по крайней мере у нее впереди еще два дня в раю.

Мелина села на узенькое деревянное сиденье, прикрепленное к одному из бортиков балкона, прислонилась затылком к теплой стене и прикрыла глаза. Сквозь закрытые веки и тонкое платье она ощущала жар солнца.

«Не стоит сидеть так слишком долго, – подумала она. – Слишком жарко. Со мной может случиться солнечный удар. Но как же прекрасно ощущать яркое солнце Марокко».

От садов поднимался сладкий запах цветущей мимозы, вдали Мелина различала голоса местных жителей, толпящихся на базаре. Эти звуки казались музыкой, которая всю жизнь чуть слышно звучала где-то в душе и которую ты вдруг услышал наяву.

«Я счастлива, – внезапно поняла Мелина. – Так счастлива, как никогда в жизни. Пусть я и потеряла работу и осталась совершенно одна в чужом городе».

Возможно, секрет ее счастья крылся именно в этом – ее больше ничто не сдерживает. Она свободна! Целых два дня она может делать что душе угодно – или пока у нее не закончатся деньги.

Мелина осознала, что до сих пор сжимает конверт в руке, и, рассмеявшись, бросила его через дверной проем на ближайшую из кроватей.

Конверт раскрылся, из него выпали деньги. Шесть фунтов, три полкроны, два шиллинга и трехпенсовик. Миссис Шустер заплатила ей все, кроме страховки. Мелина невольно усмехнулась: Лилет Шустер, с ее бриллиантовым кольцом за двадцать тысяч фунтов, с ее норковым палантином за две тысячи, брошенным на кресло, сэкономила на страховке!

– Я свободна! – сказала Мелина вслух, сама ощущая радость в своем голосе.

Неожиданный шум заставил ее замереть. Послышался шорох, потом звук падающей и разбивающейся черепицы, и, прежде чем девушка успела что-либо сообразить, кто-то спрыгнул с крыши прямо на ее балкон. Мелина в изумлении широко распахнула глаза и замерла на месте.

Перед ней стоял араб с лицом, закутанным традиционной повязкой-куфией; одна щека у него была располосована до крови, а в руке он сжимал окровавленный нож. Он впился в Мелину взглядом, и ей показалось, что темные глаза араба зловеще поблескивают.

Наверху послышались крики, араб кинул взгляд в ту сторону и снова перевел его на девушку.

– Вы англичанка? – вдруг спросил он по-английски.

Мелина кивнула, по-прежнему не в силах вымолвить ни слова.

– Тогда помогите мне, – так же внезапно попросил он. – Умоляю, это очень важно. Нет времени объяснять, но я не тот, кем кажусь. Я не причиню вам вреда. Люди, которые гонятся за мной, мерзавцы, и прикончат меня, если поймают. Я понимаю, все это кажется сценой из фильма, но это правда.

Сверху снова послышался крик, но на этот раз Мелине показалось, что он стал ближе. Мужчина шагнул в ее комнату.

– Где мне спрятаться? – с отчаянием потребовал он.

Усилием воли, словно очнувшись от сна, Мелина заставила себя выговорить:

– Только… только в ванной.

– Хорошо, – сказал он. – Задержите их! Говорите что угодно – хоть что я ваш муж, но только дайте мне время!

Он пересек комнату одним широким шагом, и Мелина услышала, как захлопнулась дверь.

Девушка застыла, думая, что ей все это снится. Ни один араб не мог говорить на английском так чисто и естественно, но кто же он тогда?

В этот момент на балкон с крыши упало несколько черепиц, а за ними последовали двое людей. Это были марокканцы в национальной одежде, и Мелина ощутила приступ дурноты, увидев в их руках обнаженные кинжалы.

Не успев толком ничего обдумать, она попыталась взять ситуацию под контроль.

– Кто вы такие? Что вам нужно? – потребовала она.

Незнакомцы явно не ожидали такого приема. Они быстро переглянулись и снова уставились на Мелину. Один из них, высокий и усатый, ответил на ломаном английском:

– Мужчина, он вошел сюда. Мы его видели.

Что-то в их облике убедило Мелину, что незнакомец был прав – намерения у этих людей отнюдь не добрые и доверять им не стоит.

– Вы ошибаетесь, – твердо парировала она. – Должно быть, вы ошиблись балконом. Сюда определенно никто не входил.

– Мы его видели, – повторил марокканец, и его спутник пробормотал что-то по-арабски, явно в подтверждение.

В этот момент с крыши медленно сполз и присоединился к ним третий человек. Он был старше и толще и с трудом переводил дух, но Мелина увидела, что он одет в полицейскую форму.

Тот, высокий, который заговорил первым, обратился ко вновь прибывшему по-арабски, явно пересказывая разговор с Мелиной. Выслушав, полицейский повернулся к девушке.

– Мадам, мой сотрудник утверждает, что преступник, которого мы преследовали, прыгнул на ваш балкон, – с важностью заявил он.

– Ваши сотрудники ошиблись, – ответила Мелина. – Буквально минуту назад я сидела на балконе, и никто туда не прыгал.

Но пока девушка произносила эти слова, она заметила на коврике у себя под ногами пятно крови и поняла, что, если она как-то не скроет эту улику, отпираться дальше будет невозможно. Поэтому Мелина сделала шаг вперед, наступив на пятно, и одновременно указывая на деньги, лежащие на постели.

– Вы полагаете, что, если бы сюда ворвался преступник, он бы не прихватил с собой деньги? – поинтересовалась она.

Мужчины взглянули на деньги и снова на Мелину.

– Он не вор, – коротко ответил полицейский. – У меня приказ. Надо обыскать помещение.

Он щелкнул пальцами, и марокканцы двинулись к приоткрытому шкафу с платьями Мелины и секретеру, где она держала немногие личные вещи.

А полицейский направился к ванной.

Он подергал ручку, но дверь была закрыта.

– Кто там?

Звук внезапно пущенной воды практически заглушил его вопрос. Полицейский постучал, но ответа не дождался.

Он снова постучал, на этот раз громче и требовательнее, и на этот раз тот, кто находился внутри, завернул краны.

– Дорогая, что такое? – спросил он.

Полицейский повернулся к Мелине:

– Кто там?

– Мой… мой муж.

Мелина почувствовала, как краска приливает к лицу. Полицейский внимательно смотрел на девушку, и она видела, что он ей не верит.

– Ваш муж?

Он оглянулся: непохоже было, что в номере жили двое. И нигде не видно ни одного предмета мужской одежды.

– Ваш муж? – задумчиво повторил полицейский. – Он остановился здесь с вами?

– Вообще-то он прибыл совсем недавно, я не ждала его, но… он вдруг приехал, вернее, прилетел.

И снова Мелина поняла, что ее слова не вызывают доверия.

– Мне нужно поговорить с вашим… мужем, – угрюмо сказал он и снова забарабанил по двери ванной.

– Будьте добры, выйдите.

– Кто там? – последовал вопрос.

– Полиция. Прошу вас, откройте. Мы хотим задать несколько вопросов.

– Вопросов? Мне? Господи боже, дорогая! Что ты натворила?

Это было сказано веселым, беззаботным тоном самого обычного англичанина, который доверяет полиции и уверен, что все дело лишь в неправильной парковке или другом подобном пустяке.

– Они… они тут кое-кого ищут, – повысила голос Мелина.

Она понимала, что должна подыграть ему и вести себя непринужденно. Только вот руки у нее слегка тряслись.

– Тогда дай мне минутку, – снова донесся голос из-за двери. – Скажи тем людям, что я принимаю душ, и предложи им что-нибудь выпить.

– Боюсь, что тут ничего нет, – ответила Мелина, подавляя желание глупо и истерически захихикать – все-таки кинжалы в руках марокканцев были настоящими, а на поясе полицейского висел револьвер. – Я полагаю, мой муж скоро выйдет, – сказала она, стараясь выглядеть беспечной, и, пройдя мимо марокканцев, начала подбирать деньги с постели.

И, хотя не могла видеть полицейских, спиной почувствовала их жадные взгляды.

Положив деньги в сумочку, она заставила себя подойти к зеркалу, поправила волосы и заметила, обращаясь к полицейскому и изображая светскую болтовню:

– Моему мужу так повезло, сегодня изумительная погода. Он впервые в Танжере, и так чудесно, что он увидит его во всем великолепии.

Полицейские смотрели на нее озадаченно. Она чувствовала, что ее непринужденность сбивает их с толку, и они начинают сомневаться в том, что видели собственными глазами.

Словно подстегнутый своими мыслями, полицейский снова забарабанил в дверь ванной.

– Сэр, пожалуйста, откройте дверь, нам дорога каждая минута.

Мелина заметила обращение «сэр», и в сердце у нее затеплилась надежда. Только бы полицейские не узнали его! Только бы он куда-нибудь спрятал свою запачканную кровью одежду!

– Никак не пойму, а с чего вся эта спешка? – донесся ленивый ответ, и дверь распахнулась. Незнакомец облачился в белый гостиничный халат, лицо у него было темным от загара, но волосы неожиданно светлыми. Одна половина лица свежевыбрита, вторая покрыта слоем пены, в руке – бритва, которой Мелина пользовалась перед выходом на пляж. – Так из-за чего суматоха? – поинтересовался незнакомец, глядя на троих посетителей с выражением, как показалось Мелине, безмятежного любопытства.

– Мои люди видели, как преступник, которого мы преследовали, спрыгнул на ваш балкон, – ответил полицейский, но гораздо менее агрессивным тоном и даже с оттенком вежливости.

– Что ж, тогда, выходит, ваши люди ошиблись, – с прежней ленцой отвечал англичанин. – Так что непонятно, при чем тут я? Я принимаю душ, и, как видите, в одиночестве. Вы заглянули под кровать? Когда я уходил в ванную, тут точно не было посторонних.

– Возможно… видимо, произошла ошибка, – промямлил полицейский.

– И правда, – подтвердил англичанин. – Так, может, вам пора бежать дальше на поиски, а не терять время, задавая мне вопросы, на которые я не могу ответить? А теперь прошу прощения, я продолжу бриться. – И он повернулся к зеркалу над раковиной и принялся брить намыленную щеку.

Полицейский посмотрел на своих помощников и разразился гневной тирадой.



Читать бесплатно другие книги:

Раскованная американка, с которой герой рассказа познакомился на Мальдивах, оказалась вовсе не бизнес-леди… А сам он, по...
Кто такие инкубы и суккубы, чем они навредили человеку Средневековья? А может быть, продолжают вредить по-прежнему?.....
Сложные взаимоотношения связывали героя рассказа с его соседкой по лестничной площадке, юной воровкой и наркоманкой. И з...
Сохраняют ли японские девушки традиционный набор благодетельных качеств японки? После знакомства с юной Сакико герой рас...
Вальпургиева ночь, Брокен, шабаш ведьм… А что, если попробовать?...
Сколь обманчивподчас кажущийся возраст южных девушек! Герой рассказа испытал это на собственном опыте…...