Феномен русской культуры Серебряного века - Биккулова Ирина

Феномен русской культуры Серебряного века
Ирина Анатольевна Биккулова


Данное пособие посвящено проблематике постижения феномена русской культуры Серебряного века. Литература, живопись, музыка, театр, меценатство рубежа XIX–XX веков рассматриваются в широком историко-культурном контексте. Раскрывается взаимосвязь процессов жизни искусства и общественно-политических событий, мощно повлиявших на создание многомерной и универсальной русской культуры того периода. Особое внимание уделено воспоминаниям и размышлениям русских деятелей культуры о новаторском характере творчества рубежа двух веков.

Для студентов-филологов и преподавателей гуманитарных дисциплин в вузах и общеобразовательных учреждениях.





Ирина Анатольевна Биккулова

Феномен русской культуры Серебряного века



Россия – Сфинкс. Ликуя и скорбя,

И обливаясь черной кровью,

Она глядит, глядит, глядит в тебя,

И с ненавистью, и с любовью.

    Александр Блок

Мы осуждены умереть, чтобы дать воскреснуть новой культуре, которая нами возникнет, но и нас же отметет.

    Сергей Дягилев






Введение


Термин «Серебряный век» сегодня активно вошел в социокультурное пространство современной жизни. Филологическое сообщество – пусть не сразу, но определилось и с единой формой: ныне Серебряный век пишут именно так – с большой буквы и без кавычек.

Что же касается содержания эпохи, то никто уже, пожалуй, не спорит, что Серебряный век – значительный и результативный отрезок времени в истории русской культуры. Эпоха коротка: неполные 30 лет, но по своей насыщенности это яркий, самостоятельный и самодостаточный период. За последние двадцать лет опубликовано немало историко-литературоведческих, аналитических трудов и документальных материалов, которые исследуют и проясняют содержательную составляющую Серебряного века. Стоит назвать работы М. Гаспарова и Л. Смирновой, Л. Алексеевой и А. Лаврова, З. Минц и В. Сарычева, Р. Тименчика и Л. Колобаевой, А. Соколова и И. Минералова, Л. Рапацкой и Г. Стернина и многих других.

Культура Серебряного века исследуется в широком методологическом аспекте. Скажем, В. Келдыш выдвинул актуальную задачу: осмыслить русскую литературу Серебряного века как сложную целостность философско-эстетических принципов различных течений (1); в других работах ведется более детальное исследование, например, Л.И. Тихвинская скрупулезно изучала историю кабаре и театров миниатюр в России данного периода (2).

Говоря о статусе Серебряного века, современные филологи, историки и культурологи используют определение этого отрезка времени, данное Н. Бердяевым: «русский духовно-культурный Ренессанс» (3, с. 135), при этом сами исследователи активно оперируют характерными оценочными выражениями типа: «необычайный всплеск гениальности», «феномен мысли», «небывалый взлет духа».

Цитировать подобное можно много. Например, И. Гарин, размышляя о творцах начала XX века, отмечает: «Серебряный век – это лучшее из всего, что дала культуре „Россия, которую мы потеряли“» (4, с. 7). Л.П. Кременцов в книге «Русская литература в XX веке: Обретение и утраты» в определенном смысле подводит итог: «Блестящий Серебряный век русской литературы, хотя и оказался коротким, оставил глубокий след в истории отечественной и мировой словесности» (5, с. 4).

Эпоха Серебряного века ныне не только серьезно изучается, но и художественно описывается. Авторов можно понять: сегодня опубликованы не только прогремевшие в свое время мемуары Ю. Анненкова, Г. Иванова, И. Одоевцевой, Б. Лившица, А. Мариенгофа, многие другие, но и менее известные, но вполне увлекающие читателя. Из мемуарных книг берутся факты, перетасовываются частные истории, перемешиваются цитаты (иногда и без ссылок на источник). Работы получаются разноуровневые.

Например, книга А.А. Корина «Красавицы Серебряного века» из серии «Любовь замечательных людей» (есть, оказывается, и такая!). Впечатляет аннотация: «Эта книга рассказывает об одном из самых удивительных явлений в истории России, в мировой культуре – о знаменитых женщинах-легендах Серебряного века. Все они пьяняще-обольстительны: аромат необыкновенной чувственности – неотъемлемый атрибут „серебряных“ чаровниц. Хрупкие, нежные, беззащитные с виду, гордые недотроги и одновременно манящие, зовущие, алчущие любви». Конечно, те, о ком идет речь в произведении: С.Н. Андроникова-Гальперн, П.О. Богданова-Вельская, О.А. Глебова-Судейкина, О.Н. Арбенина-Гильдебрандт, женщины незаурядные. Но форма подачи материала о Серебряном веке и его представительницах достаточно необычна. Фразы из книги А.А. Корина производят сильное впечатление: «Цветаева разрывалась между мужем Сергеем Эфроном и Софьей Парнок, ей было не до новых знакомств, она не знала, как со старыми развязаться» (6, с. 79); «Вот был у Паллады такой дружок, тоже поэт, здоровенный такой рыжий мужик, Василиск Гнедое. На самом деле, конечно, Василий Иванович, но не Чапаев, а вот Гнедое» (6, с. 187); про знаменитый портрет А. Блока: «Ольга еще тогда подумала: кто это нашему любимому вечно грустному Аполлону так хорошо погладил белый воротничок? Наверное, мама…» (6, с. 270); про то, как Анна Ахматова умела управлять «любовным процессом»: «И если уж решала для себя, что, допустим, этот человек должен быть с ней, тогда, увлекаемая, как она сама говорила, темной „бешеной кровью“, дальше двигалась к своей цели, как знаменитый советский танк Т-34!» (6, с. 367); или: «…артистов Московского очень тогда Художественного театра» (6, с. 389); или: Гумилев «был не из тех мужчин, что долго только смотрят на красивых женщин» (6, с. 461). Оказывается, и так можно повествовать о великолепной эпохе (хотя последняя цитата, отчего-то думается, самому Гумилеву пришлась бы по вкусу…).

Конечно, людям всегда хотелось почитать и похохотать над чем-нибудь таким пикантно-скабрезным или пощекотать нервишки какой-то скандальной подробностью. Наблюдая за подобным валом книг о Серебряном веке, все же вспоминаешь лермонтовское: «так храм оставленный – все храм». В современном литературоведении и публицистике есть место и мудрости, и нравственной чистоте. И это не зависит от того, что бушует за стенами мира книг. Архивные хранилища, пласты старых подшивок таят еще в себе громадное количество потрясающих свидетельств, раскрывающих историю эпохи Серебряного века как особый социум, как уникальный пример человеческого общежития под новыми углами зрения.

Говоря о блестящих ветвях русской культуры – литературе, музыке, живописи, театре, хотелось бы сосредоточиться именно на определении «феноменальная эпоха». Как кажется, именно оно наиболее точно оценивает и характеризует невероятный яркий вклад Серебряного века в наследие отечественной культуры. И, кроме того, феноменальна была сама среда рубежа XIX–XX веков, богатая необыкновенными по творческой силе и разнообразию талантами.

Автор данного пособия стремился к изображению широкой, мозаично составленной панораме многомерной и универсальной культуры нашей страны перелома двух веков. В пособии сделана попытка создания цельной картины развития «пестрой» культуры Серебряного века, выявлены некоторые общие, закономерные и специфические черты некоторых видов искусств данного периода. Такой подход позволил очертить вопрос взаимодействия, взаимовлияния отраслей культуры Серебряного века в России. Некоторые материалы в главах повторяются (о С. Дягилеве, Ф. Шаляпине, С. Морозове и других). Такие повторы обусловлены спецификой задач пособия. Автор стремился к утверждению мысли о тесной связи, переплетении и взаимопроникновении пластов русской культуры. И это тоже обусловило феномен творчества Серебряного века.

Революционные новации и творческие искания авторов на рубеже двух веков непросто воспринимались в России и неоднозначно трактовались критикой и публикой. Логика построения материала в данном пособии заключается в том, чтобы многообразные и часто противоречивые творческие явления в своей совокупности представили главное – феноменальный взлет русской культуры Серебряного века.


Примечания

1. Келдыш В.А. Русская литература серебряного века как сложная целостность // Русская литература рубежа веков (1890-х – начала 1920-х годов). М., 2000.

2. Тихвинская Л.И. Повседневная жизнь театральной богемы Серебряного века: Кабаре и театры миниатюр в России. 1908–1917. М., 2005.

3. Бердяев Н.А. Русская идея // Вопросы философии. 1990. № 2.

4. Гарин И. Серебряный век: В 3 т. Т. 1. М., 1999.

5. Еременцов Л.П. Русская литература в XX веке: Обретения и утраты. М., 2008.

6. Корин А.Л. Красавицы Серебряного века. М., 2007.




Глава 1

СЕРЕБРЯНЫЙ ВЕК КАК ПЕРЕЛОМНОЕ ВРЕМЯ


Нет такого расписания движения, которое бы не менялось!., и я на все средства души моей удовлетворю мое желание вмешаться в самую гущу жизни… месить ее и так и эдак… тому – помешать, этому помочь… вот в чем радость жизни!

    Из монологов Нила в пьесе
    М. Горького «Мещане»

На переломе, рубеже XIX–XX веков все слои русского общества признали: идет «другая жизнь», начинается новая история России.

Одна из иллюстраций времени – картина И.Е. Репина (1844–1930) «Какой простор!» (1903). В ней дыхание эпохи: молодой человек и девушка, взявшись за руки, весело идут навстречу сильному приливу, не боясь быть сбитыми и опрокинутыми. Так выдающийся русский художник символично приветствовал мощный, неостановимый поток новой живой жизни.

Практически рядом с ними молодые герои из пьесы А.П. Чехова (1860–1904) «Вишневый сад» (1904). Аня с пафосом говорит о будущем «новом саде», «роскошнее» старого; «вечный студент» Петя Трофимов в пьесе уверен: «Человечество идет к высшей правде, к высшему счастью, какое только возможно на земле, и я в первых рядах…» (1, с.



Читать бесплатно другие книги:

Елена Стяжкина – писатель, журналист, профессор Донецкого национального университета, живет в Украине и пишет по-русски....
**В основе педагогической системы Монтессори лежит принцип недопустимости насилия над ребенком. Ребенок – целостная акти...
В книге «Небесные танцовщицы» приводятся жизнеописания одиннадцати женщин, оставивших важный след в истории буддизма. Ге...
Лопён Цечу Ринпоче (1918–2003) – учитель тибетского буддизма, один из высочайших лам традиций Другпа Кагью и Карма Кагью...
В этом издании содержится комментарий современного буддийского ученого и мастера медитации Шангпы Ринпоче к средневеково...
Чокьи Ньима Ринпоче, тибетский лама и настоятель монастыря, рассказывает о буддийском понимании сострадания, любящей доб...