Эротический этюд № 52 - Корф Андрей

Эротический этюд № 52
Андрей Корф


Андрей Корф – автор, изумляющий замечательным русским языком, которым он описывает потаенную и намеренно скрываемую область человеческой жизни. Он называет свои короткие литературные зарисовки эротическими этюдами. Однако, то, о чем он пишет, к собственно эротической литературе имеет отношение только обращенностью к этой стороне нашего бытия, но не она главное в его творчестве. На наш взгляд мы присутствуем при становлении нового литературного стиля описания «картинок с выставки Жизни» в целом. Характерной чертой этого стиля является мозаичное многообразие в описании от чувственно-возвышенного до грубо-омерзительного – одного предмета – нашей жизни.

Надеюсь, и сейчас мои этюды смогут помочь одинокому, разрываемому внутренними бесами человеку, найти путь из своей камеры наружу.

Напоследок хочу извиниться перед читателем за обилие в этюдах неформальной лексики, натурализма и секса. Категорически запрещаю читать эти рассказы детям до 16 лет – не только из-за мата и секса, но и из-за пессимизма. На самом деле, дорогие дети, в жизни все не так плохо, как описано в этих рассказах. Они – только одна, темная, сторона извечной монеты «ин-янь», которой мы пожизненно расплачиваемся за свое существование.





Андрей Корф

Эротический этюд № 52





Часть первая


Шашлычный пятачок на Горбушке. Громко звучит музыка: идет фестиваль на открытой площадке. Камера направляется к одиноко стоящей девушке. Она небрежно одета и на первый взгляд кажется совершенно непривлекательной. Перед ней на столике стоит бутылка пива, а в руке – бутерброд с колбасой. Вид у девчонки неприветливый. Она немного пьяна. В этой и последующих первых сценах она ведет себя как кошка на чужих коленях – напряженно и с готовностью спрыгнуть. И одновременно – так же беззащитно.

Подойдя к девушке, камера молча смотрит на нее. Девица нервничает, но не сбегает и в атаку не бросается. Ждет. Глядя «в глаза» камере.

Мы слышим мужской голос. Он принадлежит хозяину камеру и сразу берет быка за рога.



Он: Тебе хорошо?

Она: (с вызовом) Нет.

Он: Я могу помочь?

Она: А ты кто?

Он: Я – человек, который пробует помочь.

Она: Таких не бывает.

Он: А меня и нет.

Она: Тогда как же ты мне поможешь?

Он: Не знаю. Я попробую.

Она: А что ты попросишь взамен?

Он: Ничего.

Она: Так не бывает.

Он: Только так и бывает. Что ты хочешь?

Она: Увези меня из этого города.

Он: Куда?

Она: Куда хочешь.



В лесу.



Он: Тебе хорошо?

Она: Мне лучше.

Он: Ты хочешь поговорить или помолчать?

Она: Не знаю. Спроси меня о чем-нибудь.

Он: Сколько ночей в году?

Она: Одна.

Он: А дней?

Она: Ни одного.

Он: Сколько лет длится эта ночь?

Она: Не помню.

Он: Я похож на того, кого ты ждешь?

Она: Не знаю. Наверное, нет.

Он: Чего ты хочешь?

Он: Чтобы было хорошо.

Он: Как это сделать?

Она: Не знаю. Нужно дождаться. Но у меня не получается.

Он: Не хватает терпения?

Она: Не знаю.

Он: Ты считала ошибки?

Она: Первый десяток. Потом мне стало страшно, и я перестала.

Он: Ошибаться?

Она: Считать.

Он: С этим деревом ты не ошибешься.

Она: Ты о чем?

Он: Обними его.

Она: Зачем?

Он: Много лет назад здесь была битва. Люди, которым было плохо, били друг друга большими железными палками, чтобы стало еще хуже или капельку лучше. Обними того, кто проиграл. Он теперь живет в этом дереве.

Она: Что мне за дело до него? Это был волосатый, вонючий мужик, который трахал собственную дочь.

Он: Откуда ты знаешь?

Она: Я слышу ее крик.

Он: Врешь.

Она: Вру.

Он: Часто врешь?

Она: Всегда.

Он: Обними дерево. Ты напрасно оскорбила его.

Она: Как я должна его обнять?

Он: Просто. Обнять и прижаться.

Она: Вот так?

Он: Да. Вот так.

Она: Хорошо.

Он: Вот видишь.

Она: Дерево тут не при чем. Хорошо с тобой. Ты скоро ко мне полезешь?

Он: А ты этого хочешь?

Она: Нет.

Он: Значит, нескоро.

Она: Это хорошо. Жалко, что тебя не бывает.

Он: Мне тоже жалко.

Она: Без тебя мне здесь страшно.

Он: В чем твоя беда?

Она: Я – растение. Или животное. А они хотят, чтобы я была человеком.

Он: То есть как они сами.

Она: Да. А у меня не получается.

Он: У меня тоже.

Она: Но ведь ты – один из них.

Он: В том то и дело. Так еще хуже.

Она: А еще я плохая.

Он: Почему?

Она: Меня двое. Или трое. Они все разные.

Он: И не слушаются друг друга?

Она: Они друг друга убивают.

Он: Как?

Она: Не знаю. Вот сейчас одна из них хочет, чтобы ты ко мне полез.

Он: А вторая?

Она: А второй будет больно, если ты это сделаешь.

Он: Что же мне делать?

Она: Что бы ты ни сделал, одна из них будет сыта, а другая – несчастна.

Он: А есть еще третья?

Она: Да. Но она – маленькая. Ее легко прогнать. Она играет в куклы и иногда не замечает, что они – живые.

Он: Она злая?

Она: Нет. Маленькая. А с твоим деревом хорошо. Оно – как большая кукла.

Он: Живая.

Она: Это неважно. Важно, что с ним можно играть.

Он: Нам пора возвращаться.

Она: Я не хочу.

Он: Тогда разденься.

Она: Еще чего!

Он: Тогда поехали в город.

Она: Не хочу.

Он: Тогда разденься.

Она: Зачем?

Он: Чтобы освободиться.

Она: А ты никому не покажешь эту пленку?

Он: Я покажу ее всему миру.

Она: Зачем?

Он: Чтобы весь мир полюбил тебя.

Она: Мне стыдно раздеваться перед всем миром.

Он: Это неважно.

Она: Ты уверен?

Он: Да.

Она: А куда мне сложить вещи?

Он: Мне все равно. Постели их на землю. Я хочу, чтобы ты потом легла.

Она: Мне кажется, что я делаю что-то не так, но мне это нравится.

Он: Разденься – и ложись.

Она: И ты ко мне полезешь?

Он: Если все трое внутри тебя меня позовут.

Она: Так не бывает.

Он: Значит, не полезу.

Она: Хорошо.



Обнаженная, лежит на земле. Камера целомудренно ограничивается ее лицом и плечами.



Она: Что мне теперь делать?

Он: Ничего. Тебе не холодно?

Она: Нет. Мне хорошо. Очень теплый ветер.

Он: Ты ведь растение, помнишь?

Она: Конечно. Я – растение.

Он: Или маленькое животное.

Она: Да.

Он: Я могу покормить тебя. Ты станешь ручной?

Она: Я бы с удовольствием. Но та, другая внутри меня сейчас так обидно хохочет!

Он: Выпусти ее наружу. Я поговорю с ней.

Она: Я уже здесь. Будем дальше болтать или делом займемся?

Он: Я тебя не хочу.

Она: Кого же ты хочешь?

Он: Ту. Другую.

Она: А может, третью? Которая с бантиками?

Он: Может быть, и третью. Только не тебя.

Она: Почему же?

Он: Ты – враг. С тобой мы будем биться насмерть.

Она: Вот и начинай прямо сейчас. Затрахай меня до смерти.

Он: Одевайся.

Она: Струсил?

Он: Нет. Просто сейчас это единственный способ тебя прогнать.

Она: Я вернулась. Мне холодно и я хочу одеться.

Он: Да. Нам пора.

Она: (одеваясь) А ведь я тебе соврала.

Он: Я знаю.

Она: Нас не трое.

Он: Да.

Она: Есть еще одна, которая любит деньги. И дома. И машины. И красивые вещи.

Он: И еще одна?

Она: Да. Которая хочет быть мамой.

Он: Что же мне делать с вами всеми?

Она: А нужно что-то с нами делать?

Он: Надеюсь, хоть одна из вас хочет вернуться в город.

Она: Да. Мы возвращаемся.



Статс-кадр



Магазин



Он: Вы думаете, это то, что надо?

Продавщица: Смотря для чего вам нужна камера.

Он: Я собираюсь снимать свадьбы.

Продавщица: Идеально. Лучшее качество за такую цену. За три-четыре свадьбы она окупится. У вас есть компьютер?

Он: Да.

Продавщица: Вы сможете сбросить на него весь снятый материал – и обработать на большом экране.

Он: Прекрасно. Какое увеличение она дает?

Продавщица: В шестнадцать раз.

Он: На что нужно нажать?

Продавщица: Нащупайте под указательным пальцем рычажок. Есть?

Он: Ага.

Продавщица: Потяните его вправо… Ну, как?

Он: (грудь продавщицы крупным планом) Работает.

Продавщица: В другую сторону, соответственно, уменьшит… Получается?

Он: (все удаляется) Отлично. Как пирожок Алисы.

Продавщица: Что, простите?

Он: Неважно. Я ее беру.

Продавщица: Отлично.

Он: Теперь – дело за свадьбой.

Продавщица: Езжайте на Поклонную гору. Там их сколько угодно.

Он: А вы не собираетесь замуж?

Продавщица: Нет. Я собираюсь разводиться. Вы не снимаете разводы?

Он: Нет. Я снимаю свадьбы.

Продавщица: Значит, нам не по пути. Будете брать за наличные?

Он: Да.

Продавщица: Выписывать?

Он: Выписывайте.

Продавщица: С вас четыреста пятьдесят условных единиц.

Он: А если безусловными рублями?

Продавщица: Минуточку… Тогда тринадцать тысяч четыреста тридцать.

Он: Хорошо. Как ее выключить?

Продавщица: Нажмите на красную кнопку под большим пальцем.

Он: Вам хорошо?

Продавщица: Простите?

Он: Вам хорошо?

Продавщица: Не поняла.

Он: Ладно. Где, вы говорите, эта большая красная кнопка?…

Изображение кувыркается и гаснет.



Снова Горбушка, незадолго перед первой сценой. На шашлычной площадке выпивают друзья. Приходится орать, чтобы услышать друг друга.



Петрович: Ну?

Илюнчик: Значит, так. Еще по одной – и в Сочи.

Петрович: В Сочи.

Илюнчик: В Сочи.

Он: А камеру обмыть?

Илюнчик: Вот я и говорю. Еще по одной – за камеру…

Петрович: За камеру…

Илюнчик: И в Сочи.

Петрович: И в Сочи.

Он: А станцевать?

Илюнчик: Не вопрос. По одной, танцуем – и в Сочи.

Петрович: По одной.

Он: За камеру.

Петрович: За нее!



Выпивают и танцуют под очень громкую музыку.

Танцуют смешно, синхронно. Возвращаются к столу.



Илюнчик: Все. По одной – и в Сочи. Беспримерный перелет.

Петрович: Подожди. Я еще стих прочитаю.

Илюнчик: А в Сочи? (обиженно)

Петрович: Ты что, не видишь? Нас Андрюша на камеру снимает!



Читать бесплатно другие книги:

Хорошо, что есть лето....
Творчество Максима Жукова можно назвать, как «жесткой прозой», так и «жесткой поэзией»: апеллируя то к самым низким плас...
В книге представлено большое количество советов и рецептов по оздоровлению и профилактике заболеваний спины. Все они док...
Новейшие Правила дорожного движения с последними изменениями 2010 года....
Описана процедура установки, настройки и оптимизации Windows XP. Доступный язык без избытка хитрых терминов делает эту к...
В старину ставили храмы на полях сражений в память о героях и мучениках, отдавших за Родину жизнь. На Куликовом, на Боро...