Любовник под подозрением Коуэн Дебра

Он вернулся к своему занятию, а Джен выдвинула ящик, на который он указал. Обнаружив несколько пластиковых емкостей для напитков, она взяла четыре из них и стала искать пакетики с чаем.

– Чай во втором ящике сверху, – подсказал Маклейн. – Посуда – с этой стороны плиты.

– Спасибо.

Джен заглянула в нижний ящик, взяла две самые большие кастрюли, обошла Маклейна и, встав у раковины, принялась наполнять одну из них.

Близость Маклейна, аромат его одеколона будоражили Джен. Стараясь отвлечься, она посмотрела, чем он занимается, и увидела огромную кастрюлю с тушеными помидорами и вторую – с помидорной мякотью.

Маклейн взял несколько больших грибов, каждый размером с хоккейную шайбу, и нож его стремительно замелькал, когда он принялся нарезать их мелкими кусочками.

– Что готовите? – спросила Джен.

– Соус для спагетти.

Она сделала большие глаза:

– Вы делаете его сами?

Маклейн кивнул.

– Впервые вижу того, кто это умеет. – Джен выключила воду, подняла и поставила первый чайник слева от себя и тут же принялась наполнять второй. – Говорят, вы здесь лучший повар.

– Не знаю, насколько объективной можно считать оценку людей, которые всякий раз за обедом ведут себя так, словно не ели месяц.

Его суховатый ответ заставил Джен усмехнуться.

– Может, все они плохие повара, вроде меня. Таким проще угодить.

Выключив воду, Джен перенесла полную кастрюлю на плиту и включила большую заднюю конфорку. Она шагнула обратно, и тут Маклейн передал ей вторую кастрюлю. При этом она заметила, как напряглись мышцы на его поросших волосами руках.

– Благодарю. – Она поставила кастрюлю возле плиты и нахмурилась. – Я две конфорки займу. Вам задние понадобятся?

– Пока нет. Передних вполне достаточно.

Джен шагнула в сторону, давая Маклейну возможность поставить на плиту большую кастрюлю. Он добавил нашинкованный перец и чеснок.

Следя за водой, она наблюдала, как Маклейн опрокидывает половину тушеных помидоров в большой блендер и туда же отправляет половину мякоти.

Накрыв прибор крышкой, Маклейн включил его. С большой пластиковой ложкой в руке он склонился к плите:

– Вы не могли бы немного помешать перец с чесноком?

Джен оглядела томившуюся на медленном огне пасту и неуверенно спросила:

– И все? Только помешать?

Маклейн улыбнулся, вынудив улыбнуться и ее:

– Да, но если масса подгорит, команда вас распнет.

– Может, поручите что-нибудь менее ответственное? За что не убьют, если не справлюсь.

– Более легких поручений нет, – сухо ответил Маклейн.

– Ясно… – Джен сморщила нос, взяла ложку и сконцентрировалась на большой кастрюле.

Неожиданно Маклейн наклонился, протянул руку и включил плиту, почти коснувшись Джен.

Затем выпрямился и пошел вдоль кухонного стеллажа.

Открыв одну из верхних дверок, он достал две буханки хлеба. Снова пройдя близко за ее спиной, он взял масло и сыр из холодильника, затем вернулся и положил их рядом с хлебом. Из другого шкафчика он достал два пакета спагетти:

– Как поживает соус?

– Не знаю, – неуверенно ответила Джен. – Слишком волнуюсь, ожидая расправы над моей скромной персоной.

– Давайте, теперь я сам.

Похоже, его это забавляло. Он взял у нее ложку и прислонился бедром к краю стеллажа.

У него были очень густые ресницы – прежде Джейн таких у мужчин не видела. Она заметила, что содержимое одной из кастрюль закипело. Погасив конфорку и переставив кастрюлю на переднюю часть плиты, добавила в нее несколько больших чайных пакетиков, накрыла кастрюлю крышкой, давая чаю минут пять настояться. Краем глаза она видела, что Маклейн пристально смотрит на нее. Ее нервы дрожали, подобно натянутым струнам.

Мгновение спустя Маклейн передвинул кастрюлю на освободившуюся заднюю конфорку и добавил помидоры из блендера. Он убавил огонь и измельчил оставшиеся помидоры прежде, чем поместить в кастрюлю и их.

– В следующий раз готовите вы. Каких изысков нам ждать от вас?

– Вы мне нравитесь, так что буду откровенна. В этот день вам следует взять больничный.

Его губы расползлись в улыбке, от которой у нее засосало под ложечкой.

– Вы не готовили на прежней работе?

– Однажды.

– И как реагировал народ?

– Вот отведаете моей стряпни и узнаете.

– Неужели все так плохо?

– Увы, но это правда. Я гожусь разве что для мытья посуды.

– Моя сестра такая же. – Маклейн добавил сахара в соус. – Даже сэндвич приготовить не в состоянии.

– Минутку! Сэндвичи я делать могу!

– То же самое утверждает и она.

Джен рассмеялась:

– У вас только одна сестра?

– У меня еще брат. Коллиер. – Маклейн отмерил базилика и сушеного орегано, которые Джен распознала исключительно по этикеткам на бутылочках. – Он один из пожарных следователей Пресли.

– Значит, вас трое? Здорово.

Джен почувствовала легкий укол зависти.

Маклейн тщательно размешал ингредиенты и положил ложку на подставку у плиты:

– Теперь должно повариться минут сорок. А у вас есть братья или сестры?

– Нет, никого, – вздохнула Джен. Она была внебрачным ребенком. Мать отказалась от нее, и вырастила ее тетка.

– И каково это, быть единственным ребенком?

– Сносно.

Тетя Камилла всегда считала племянницу обузой, доставшейся ей после того, как сбежала несовершеннолетняя мать Джен. И надо сказать, тетя была права. С Джен всегда хорошо обращались, она ела досыта и спала в теплой постели, но отношения с тетей, не забывавшей, что она лишь выполняет свой долг, всегда оставались натянутыми.

У Джен не было настоящей семьи, пока не появился Марк и его родственники. И память о том, чем в итоге все обернулось, подобно тискам, сжимала ей грудь. Они обвинили ее в том, что он отказался лечиться своевременно и в итоге был госпитализирован на постоянной основе. Потерять их оказалось хуже, чем жить без семьи.

После того, что Джен пережила, потеряв жениха, она никогда уже не смогла бы с кем-либо сблизиться.

Прогнав мрачные мысли, она перевела беседу на менее личную тему:

– А у вас тут симпатичное здание. Давно его построили?

– Лет десять назад. – Уокер повернулся к раковине и стал мыть блендер и другую использованную им посуду. – Оно из числа новых, построенных в период экономического подъема. В третьем, четвертом и пятом отделениях комнаты отдыха и душевые раздельные – мужские и женские. В первом и втором все по-прежнему совместное.

– Отдельные раздевалки и душевые – это здорово. Пожарное отделение в Талсе, где я работала, самое старое в городе, так что все у нас было общим. Мужчинам и женщинам приходилась запираться в душевых кабинках. Хотя парни об этом чаще всего забывали.

– Уверен, это было забавно. – Маклейн глянул на Джейн, и ей показалось, что его голос скользнул по поверхности ее кожи, словно нежнейший шелк. – У нас никогда не возникало проблем при совместной работе.

– Рада это слышать.

Он ополоснул посуду и загрузил ее в посудомоечную машину.

– А кто-нибудь здесь подкалывает новичков?

Фэррис, иногда Шеп.

Джен представила обоих мужчин, мысленно заострив внимание на том, который также являлся подозреваемым в деле мстителя.

– Возможно, однажды Фэррис меня уже подколол.

– Правда? – Маклейн извлек из шкафчика полотенце и вытер руки.

Дивный аромат варящихся овощей и специй заполнил кухню. Джен придвинула к себе большую медную банку с надписью «Сахар» и открыла ее. Разговоры о шутках и подначках натолкнули ее на мысль, что сахар, забавы ради, вполне могли подменить солью.

– Фэррис сказал мне, что года три назад пожарный из третьего отделения пытался убить Шелби Джессап.

– Это как раз правда.

– Неужели?! – Джен глянула на него, просматривая содержимое ящика с посудой. – А где мерные стаканы?

– По идее, должны быть там.

Она выдвинула ящик целиком и покачала головой.

Бросив полотенце на стойку, Маклейн проверил ящик с другой стороны плиты, но и это не принесло результата.

– Постойте-ка. Последним уборку делал Трудо. Он никогда не кладет вещи туда, где находит. Посмотрите наверху.

Маклейн встал рядом с ней и открыл дверцу ближайшего верхнего шкафа. Джен обдало теплом его тела, и у нее перехватило дыхание.

– Что-то не видно.

Он открыл соседнюю дверцу:

– А вот и они.

Потянувшись вперед, чтобы взять мерные стаканы, он плотно прислонился к Джен, и она застыла. Как и сам Маклейн.

Он упирался ей в спину. Своей твердой грудью, твердым животом, твердым… всем. Она чувствовала его мощное тело, прилегавшее к ее собственному. Его терпкий мужской аромат был подобен дурману.

Все длилось не дольше трех секунд, но Джен почувствовала его дыхание на своей шее, и адреналин тут же пронизал каждую клеточку ее тела. Она напряглась, стараясь подавить возбуждение в зародыше.

Маклейн прочистил горло, поставил перед ней мерные стаканы и закрыл дверцу, после чего отошел так быстро, что Джен обдало ветерком.

Руки ее не слушались, будто налились свинцом, и ей с трудом удалось отмерить необходимое количество сахара. И опрокинуть его в чайник.

– Так что же произошло с Шелби?

– Она была у подруги, на которую напали. Нападавший хотел поджечь ту женщину.

Маклейн сказал это жестким, почти твердокаменным тоном, но тут же смягчился.

– Господи боже! – воскликнула Джен, приоткрывая кипящую кастрюлю, и принялась размешивать сахар, чтобы тот окончательно растворился. И что потом?

– Шелби увидела, как подругу сжигают, перелезла через балкон, сорвалась и в результате падения потеряла память.

– Надолго?

– Насколько я знаю, она до сих пор так и не вспомнила всех деталей той ночи, но этот мерзавец не знал, что его не помнят. Несколько раз пытался убить ее, чтобы она не выдала его копам. И вот однажды он заманил ее в здание, которое поджег. На тот вызов съехались все. Его взяли с поличным. Естественно, он больше не пожарный. Теперь он в тюрьме Макалистер.

– Ну а Шелби в порядке? Были другие побочные эффекты травмы?

– Да не похоже.

– Что ж, прекрасно. История, конечно, жуткая. – Но больше всего Джен хотелось узнать о деталях трагедии, которую пережил сам Маклейн. Услышать из его уст. Хотелось понять, насколько глубока эта рана. Пытается ли он залечить ее, отыгрываясь на подонках, похожих на того, который убил его жену и нерожденную дочь. Конечно напрямую спросить об этом она не могла. – Ну а вы всегда жили в Пресли?

Н-да.

– Работали где-то еще?

Нет.

– И давно в третьем отделении?

Скрестив руки на груди, он бросил на нее строгий пристальный взгляд:

– Всегда задаете столько вопросов?

– А это секретная информация? – отшутилась она.

Казалось, его тело напряглось. Он плотно стиснул зубы.

Мгновение… Затем неловкий момент миновал. Она надеялась, что миновал.

Маклейн выдержал паузу и ответил:

– Я всегда жил в Пресли и был переведен в третье отделение примерно два с половиной года назад.

Как раз в то время погибла его жена. Может, поэтому голос его сразу стал бесцветным, а взгляд отрешенным?

Джен хотела было спросить, жалеет ли он о переводе, но решила промолчать. Наседать не стоило, по крайней мере, не сейчас.

– Ваш соус дивно пахнет.

Добавив в чайник с подслащенным чаем воды, она сняла вторую кастрюлю с плиты и бросила в нее чайные пакетики.

Уокер поставил подогревать воду для пасты, а Джен убрала чай в холодильник.

Она тихо вздохнула. Что именно так поразило ее в Уокере Маклейне? Что заставляло интересоваться вещами, никак не связанными с убийствами?

Подобное любопытство было опасным. Глупым. Она обязана была концентрироваться на расследовании, и только на нем.

Маклейн, несомненно, был самым сексуальным, самым привлекательным подозреваемым из всех, которые ей когда-либо встречались. И она нутром чуяла, что именно к нему ей будет подобраться труднее всего.

И, чтобы достигнуть своей цели, ей придется заставить его снять доспехи. А самой остаться во всеоружии.

Уокер понятия не имел, какого черта случилось между ним и Лоусон на кухне, однако ему это не понравилось. Показалось неожиданным. И расстроило его.

Три часа спустя кровь в нем еще кипела. Он прекрасно жил в вакууме, частью которого являлась работа, а также поиски убийцы Холли. И в нем он предпочитал оставаться.

Ему нравились женщины. Он ходил на свидания… И все же впервые после смерти жены он так остро ощутил присутствие другой женщины. Он все еще злился, что его мозг нейтрален к женщинам – так ему казалось, даже когда он заглянул в дивные голубые глаза Лоусон, – но стоило ему вдохнуть ее неземной аромат, и тело его напряглось. Гормоны вдруг будто зашкалило.

А с чего бы им не зашкаливать? – спрашивал он себя. И правда, он не спал с женщиной два с половиной года, а Джен Лоусон была великолепна. Пахла, как цветок из райского сада. Ее аромат отличался от остальных. Он освежал. И в то же время вполне мог одурманить. Даже окруженный взмокшими от пота пожарными и едким дымом, Уокер в два счета распознал бы ее по запаху.

Но все это лишь доказывало, что он не был трупом. И не важно, что именно таковым он себя ощущал, вплоть до позавчерашнего дня. До ее появления. Все в ней будоражило его, возвращая к жизни. Вероятно, по этой же причине мысли о ней то и дело лезли в голову.

Но он справится. Так он решил, пока спасательный фургон мчался для оказания помощи на «удавшуюся вечеринку». А потому углубился в другие мысли, о том, что делал вчера, в выходной. Он зашел в местный ломбард, который посещал каждые две недели. Золотая цепочка, сорванная с его убитой жены, пока не появлялась. Цепочка с кулоном в виде фигурной литеры «X»… Уокер подарил жене именную цепочку, ибо в период беременности пальцы ее распухли и носить кольцо она не могла. Теперь Уокер понимал, что на поиски украшения может уйти еще немало времени, но он будет искать.

Лоусон сидела напротив него, пока фургон мчался по данному им адресу. Она разговаривала и шутила с Шелби, Фэррисом и Шепом. Уокер изредка вставлял пару фраз.

Фургон остановился возле небольшого дома из красного кирпича, с аккуратным, ухоженным двориком. Уокер подхватил свой чемоданчик и покинул фургон, Лоусон выпрыгнула следом за ним.

Невысокая седая женщина с заплаканным лицом ожидала их в дверях.

– Она в ванной! Вот эта дверь!

Энергично жестикулируя, женщина указала в сторону спальни, где стояла накрытая стеганым одеялом кровать.

– Как ваше имя, мэм? – спросил Уокер, проходя мимо нее быстрым шагом.

– Сью. Там моя сестра Кэрол. Кэрол Аллен.

– Все будет в порядке, Сью, – успокоила ее Лоусон.

– Я старалась ее не двигать, – сказала женщина. – Только накинула на нее халат. Она убила бы меня, позволь я кому-то увидеть ее в ванне.

Уокер вошел в ванную, мысленно благодаря Шелби и Фэрриса, которые отвлекли сестру пациентки расспросами о том, что здесь, собственно, произошло.

Следом за ним в ванную вошла Лоусон. Она была так близко, что он буквально утонул в ее запахе. Он был раздражен, и голос его прозвучал бесцеремонно:

– Миссис Аллен? Мы из пожарного департамента.

– Да! – с трудом ответила женщина. – Слава богу, вы здесь. Как там моя сестра?

– Все хорошо. За вас волнуется.

Вода в ванной была спущена, а пациентка накрыта плотным махровым халатом. Женщина весила как минимум вдвое больше своей сестры, и конечно же миниатюрная Сью не смогла ей помочь.

Ванная комната была крохотной. Большую часть помещения, облицованного бело-зеленым кафелем, занимала огромная ванна, расположенная у самой стены. Между ней и большой белой раковиной им с Лоусон почти не оставалось пространства.

Натянув латексные перчатки, Уокер склонился к пациентке:

– У вас что-нибудь болит, мэм?

– Мне кажется, я что-то сломала.

– Где вы чувствуете боль?

– Нижняя часть спины и крестец. Я не могу подняться.

Внешних повреждений и ран на теле бледной дрожащей женщины не наблюдалось.

– Такое случалось раньше, миссис Аллен?

– Нет, слава богу. Вы можете себе представить? Я пыталась подняться из ванны, поскользнулась и упала прямо на пятую точку.

Уокер сдержал улыбку и заметил, что казаться серьезной старалась и Джен.

– Моя напарница осмотрит вас, а я проверю пульс и давление.

Кэрол Аллен казалась спокойной. Ситуация не угрожала ее жизни, и Уокер понял, что частое дыхание пациентки, имевшее место в самом начале, было вызвано скорее паникой, чем респираторной проблемой.

Он и Лоусон были опытными медиками, но азам первой помощи обучались и другие пожарные. Скорая помощь уже направлялась сюда, и, очутившись на месте, ее сотрудники сразу же примут у них пациентку.

Лоусон надела перчатки, опустилась на колени и улыбнулась пожилой женщине:

– Если почувствуете боль, сразу мне скажите.

– Ладно.

Лоусон стала ощупывать пациентку, начав с области бедер, и рука ее случайно задела Уокера.

Он напрягся, заставив себя сосредоточиться на пациентке. Пульс был слегка выше нормы.

Закончив осмотр пациентки, Лоусон посмотрела на него и сказала:

– Похоже, все цело.

Он улыбнулся миссис Аллен:

– Скорая сейчас прибудет. А пока нам нужна от вас кое-какая информация.

Пока Джен записывала имя и возраст пациентки, а также отмечала, есть ли у нее аллергия на лекарства, Уокер решал, как наилучшим образом извлечь миссис Аллен из ванны. В конце концов он пришел к выводу, что лучше всего будет упереться ногой в дальний борт ванны и, отталкиваясь от него, приподнять женщину, ухватив ее под руки.

Уокер поправил перчатки. Хоть пациентка и не паниковала, положение, в котором она оказалась, не могло ее не смущать. Стараясь приободрить женщину, он потрепал ее по плечу:

– Что за дивный запах доносится из вашей кухни?

– Имбирное печенье.

– Домашней выпечки?

– А бывает другое?

Уокер улыбнулся:

– Не там, откуда я родом. Тоже все делаю сам.

– Как вы научились… – Женщина глянула на имя, вышитое на его униформе. – Мистер Маклейн?

– Просто Уокер, – ответил он.

Джен стояла сбоку.

– Меня учила готовить бабушка.

Лоусон повернулась к нему и положила свой клипборд на пол. Он сделал шаг назад, не в силах оторвать глаз от ее дивной шеи.

Полсекунды спустя он опомнился, разозлившись на себя еще больше. Куда запропастилась скорая? Где их черти носят?!

Наконец Маклейн услышал сирену. Машина прибыла. Он почувствовал огромное облегчение, когда несколько секунд спустя в дверях появилась женщина-врач. Она виновато улыбнулась:

– Извините, что так долго. Диспетчер назвал не ту улицу.

Уокер кивнул и ввел сотрудницу скорой – коротко стриженную блондинку – в курс дела. Он пояснил, что собирается вытащить пациентку из ванны.

Она ответила теплой улыбкой:

– Вы и ваша коллега сумеете вытащить миссис Аллен своими силами?

– Да.

– Раз вы, ребята, здесь, мы могли бы подогнать каталку. Когда перенесете пострадавшую, делом займемся мы.

Уокер кивнул:

– Миссис Аллен, мне нужно, чтобы вы не шевелились, пока мы с Лоусон будем перекладывать вас на носилки.

– Все ясно.

Голос женщины казался спокойным, хотя в глазах ее и читалось некоторое волнение. Он встал позади нее, когда она вдруг спросила:

– А бабушка научила вас готовить что-нибудь, помимо имбирного печенья?

– Он готовит дивный соус для спагетти, – с улыбкой вставила Джен.

Как только носилки очутились у ванны, Уокер поднял левую ногу и уперся в дальний бортик. Он поерзал, отыскивая наиболее удобную точку опоры. Чугунный край ванны врезался ему в бедро.

– Соус для спагетти? – повторила женщина. – А вино вы используете?

– Нет, но, пожалуй, стоит попробовать. Мэм, я сейчас должен буду взять вас под руки.

– Хорошо. – Пожилая женщина вытянула руки вдоль туловища, придерживая халат. – Я готова.

Уокер кивнул Лоусон, и она встала у другого конца ванны, держа миссис Аллен под коленками.

– Миссис Аллен, как только вы окажетесь на носилках, нам нужно будет повернуть вас на бок, дабы избежать любого давления на ваш крестец.

– Все понятно.

Он просунул руки под мышки женщины и поискал наиболее удобное положение.

Страницы: «« 1234 »»

Читать бесплатно другие книги:

Денис – талантливый ландшафтный дизайнер – стал садовником в семье известного архитектора. Его идеи ...
Мечта ведет, спасает и возвышает человека. Так хрупкая Саня постепенно строила дом своей мечты. Скво...
Санька Соколова с детства мечтала стать писателем. Но пришлось довольствоваться филфаком пединститут...
Принц Кристиано одержим мечтой установить мир в регионе. Ради этого он готов на многое, даже на обру...
Отказавшись от карьеры, Эльза живет в нужде, одна воспитывает маленькую Зои, потерявшую родителей, и...
Кэмерон Ван Кирк – наследник знатной династии. Диана Коллинз – дочь спившегося неудачника. Она вынуж...