Восстание от греха. Сборник о покаянии - Игонина Елена

Восстание от греха. Сборник о покаянии
Елена Игонина


Восхождение к вершинам духа через покаянную жизнь – основная тема данного сборника. Книга знакомит читателя с житийными повествованиями, историями из патериков, святоотеческими наставлениями, каноном и молитвами, раскрывающими суть духовной перемены в человеке, решившем оставить греховную жизнь. Такое глубокое исследование опыта падений и восстания от греха будет, без сомнения, полезно всем, кто решил начать собственный труд покаяния.

Рекомендовано к публикации Издательским Советом Русской Православной Церкви ИС, 13-303-0228





Восстание от греха: Сборник о покаянии

Составитель Елена Игонина





От издательства


Большинство людей приходит сегодня в Церковь после блуждания по распутиям греха. Жизнь без веры, без водительства законом Божиим – жизнь в страстях, чреватая многими как тяжкими, так и мелкими, повседневными падениями. И первое движение к Богу должно быть, по сути, движением к покаянию. Человек узнаёт, как должно жить по слову Христа, и ужасается тому, как далек он был от исполнения животворных заповедей своего Спасителя, как часто и как бездумно их нарушал. Ужасается, а что потом? Потом – первый опыт исповеди, слезы боли и стыда, первое Причастие. С этого, можно сказать, начинается жизнь современного христианина в Церкви.

Но проходит немного времени, и первый жар покаяния забывается. Прежние грехопадения уже не кажутся такими страшными: они остались далеко в прошлом… И человек потихоньку становится неосторожным, беспечным. Теряется ощущение виновности перед Богом, ощущение того, что он погибает и лишь Господь может его спасти. Змейки страстей понемногу снова начинают вползать в уже новую, церковную, жизнь. И если вовремя не спохватится человек, не «испугается», то либо впадет вновь в грехи тяжелые и лютые, либо постепенно придет в то состояние, которое именуется теплохладностью и которое противно Богу.

А все отчего? Оттого, что неведома большинству наших современников истина, которую преподобный Иоанн Лествичник выразил словами: «Если и вершины добродетелей достигнешь, об оставлении согрешений молись»[1 - Ср.: Иоанн Лествичник, преп. Лествица, возводящая на небо. М.: Лествица, 1999. С. 440.]. Покаянное делание должно быть непрестанным, лишь оно не только примиряет нас с Господом, но и сохраняет от новых грехопадений. Но как понять, каким оно должно быть, как не уклониться, с одной стороны, по сказанному прежде, в беспечность, с другой – в мрачную безнадежность, отчаяние? Ответ на этот и многие другие вопросы мы находим в житиях и наставлениях святых. В том числе и тех великих подвижников благочестия, которые пришли к Богу от не менее великих грехов.

Цель настоящего сборника в том и заключается: дать христианину, живущему в начале XXI века, понимание того, что такое покаяние в опыте святых, как от бездны порока может взойти человек к высочайшей праведности, насколько ревностным должно быть, чтобы не погибнуть по теплохладности, и какова любовь Божия, покрывающая любой грех, который мы оставляем и в котором от сердца раскаиваемся.

Сейчас выходит много книг о покаянии, в том числе так называемых вопросников. Такие публикации нужны, по-своему полезны, но они знакомят христианина лишь с внешней стороной покаяния. Внутреннее же, самое главное, суть покаяния слишком часто ускользает от человека. Вглядимся в то, как каялись святые, каким деятельным и подлинным было их покаяние. Как относились они – к самим себе, к людям и к Богу. И их опыт обязательно поможет нам – и каяться, и не грешить…




Часть 1. Оставляю грех мой

Избранные жития святых





Перешедши через Иордан

Преподобная Мария Египетская[2 - ?-522 г., память 14 апреля (здесь и далее даты приведены по новому стилю) и в 5-ю Неделю (т. е. пятое воскресенье) Великого поста.Публ. по изд.: Жития святых, на русском языке, изложенные по руководству Четьих миней святителя Димитрия Ростовского, с дополнениями, объяснительными примечаниями и изображениями святых. Месяц апрель. Свято-Введенская Оптина пустынь, 1992 / Репринтное издание. М.: Синодальная типография, 1906.Здесь и далее публикуемые тексты приведены с незначительными изменениями.]


«Тайну цареву добро хранити, дела же Божия открывати славно»[3 - Тов. 12,7. Цитаты из Священного Писания приведены по церковнославянскому тексту.] — так сказал Архангел Рафаил Товиту, когда совершилось дивное исцеление его от слепоты. Действительно, не хранить царской тайны страшно и гибельно, а умалчивать о преславных делах Божиих – большая потеря для души.

– И я, – говорит святой Софроний[4 - Святитель Софроний, патриарх Иерусалимский (ок. 560–644 гг.), память 24 марта.], написавший житие преподобной Марии Египетской, – боюсь молчанием утаить Божественные дела и, вспоминая о несчастье, грозящем рабу, закопавшему в землю данный от Бога талант[5 - См.: Мф. 25, 26–29.], не могу не рассказать святой повести, дошедшей до меня. И да никто не подумает, что я осмелился писать неправду, когда у кого явится сомнение в этом дивном событии: не подобает мне лгать на святое. Если же найдутся такие люди, которые, прочитав это писание, пораженные преславным событием, не поверят, то к ним да будет милостив Господь, потому что они, размышляя о немощи человеческого существа, считают невозможными те чудесные дела, которые совершаются со святыми людьми. Однако надо уже начать рассказ о славном событии, происшедшем в нашем роде.


* * *

В одном из палестинских монастырей жил старец, украшенный благочестием жизни, разумностью речи и с ранней юности доблестно подвизавшийся в иноческом подвиге. Имя старцу было Зосима[6 - Преподобный Зосима Палестинский (V–VI вв.), память 17 апреля.]. Будучи монахом, он прошел все степени постнических подвигов и соблюдал все правила, преподанные величайшими иноками. Исполняя все это, он никогда не переставал поучаться Божественными словами: и ложась, и вставая, и за работой, и вкушая пищу (если только можно назвать пищей то, что он вкушал в очень малом количестве), он неумолчно и постоянно исполнял одно дело – пел Божественные песнопения и искал поучений в Божественных книгах. Еще в младенчестве он был отдан в монастырь, где доблестно подвизался в постничестве до пятидесяти трех лет. Но потом его стала смущать мысль, что он достиг полного совершенства и более не нуждается ни в каких наставлениях.

«Есть ли, – думал он, – на земле инок, могущий меня наставить и показать пример такого постничества, какое я еще не прошел? Найдется ли в пустыне человек, превзошедший меня?»

Когда старец так размышлял, к нему явился Ангел и сказал:

– Зосима! Ты усердно подвизался, насколько это в силах человека, и доблестно прошел постнический подвиг. Однако нет человека, который мог бы сказать о себе, что он достиг совершенства. Есть подвиги, неведомые тебе, труднее пройденных тобою. Чтобы познать, сколько иных путей ведут ко спасению, покинь страну свою, как славнейший из патриархов Авраам[7 - См.: Быт. 12, 1.], и иди в монастырь, лежащий при реке Иордан.

Следуя такому наставлению, Зосима вышел из монастыря, в котором подвизался с младенчества, отправился к Иордану и достиг того монастыря, куда его направил голос Божий.

Толкнув рукою монастырские ворота, Зосима нашел инока-привратника и сказал ему про себя. Тот известил игумена, который приказал позвать пришедшего старца к себе. Зосима пришел к игумену и исполнил обычный иноческий поклон и молитву.

– Откуда ты, брат, – спросил его игумен, – и для чего пришел к нам, нищим старцам?

Зосима отвечал:

– Откуда я пришел, об этом нет нужды говорить; пришел же я, отец, ища себе душевной пользы, так как слышал о вас много великого и достохвального, того, что может привести душу к Богу.

– Брат, – сказал ему на это игумен, – один Бог может исцелить немощи душевные; да наставит Он и тебя, и нас путям Своим на пользу души, а человек исправлять человека не может, если он постоянно не вникает в себя и неусыпно, с Божией помощью, не совершает подвигов. Но так как любовь Христова побудила тебя посетить нас, убогих старцев, то оставайся с нами, если для этого пришел. Пастырь Добрый, отдавший душу Свою для нашего спасения, да ниспошлет на всех нас благодать Святого Духа.

После таких слов Зосима поклонился игумену, попросил его молитв и благословения и остался в монастыре. Здесь он видел старцев, сиявших добрыми делами и благочестием, с пламенным сердцем служивших Господу непрестанным пением, всенощной молитвой, постоянным трудом. На устах их всегда были псалмы, никогда не слышно было праздного слова, ничего не знали они о приобретении временных благ и о житейских заботах. Одно у них было постоянное стремление – умертвить свою плоть. Главной и постоянной пищей их было слово Божие, а тело они питали хлебом и водою, насколько каждому позволяла любовь к Богу. Видя это, Зосима поучался и готовился к предстоящему подвигу.


* * *

Прошло много времени, наступили дни святого Великого поста, монастырские ворота были заперты и открывались только в том случае, если кого-то посылали по делам монастыря. Пустынной была та местность; миряне не только не приходили, но даже не знали об этой обители.

Был в монастыре том обычай, ради коего Бог привел туда Зосиму. В первую Неделю Великого поста за Литургией все причащались Пречистого Тела и Крови Господних и вкушали немного постной пищи; потом все собирались в церкви, и после прилежной, коленопреклоненной молитвы старцы прощались друг с другом, и каждый с поклоном просил у игумена благословения на предстоящий подвиг путешествующего. После этого открывались монастырские ворота, и с пением псалма Господь просвещение мое и Спаситель мой, кого убоюся? Господь Защититель живота моего, от кого устрашуся?[8 - Пс. 26, 1.] иноки выходили в пустыню и переходили через реку Иордан. В монастыре оставались только один или двое старцев, не для охраны имущества – украсть там было нечего, – но чтобы не оставить церковь без богослужения. Каждый брал с собою немного пищи, сколько мог и хотел по своим телесным потребностям: один немного хлеба, другой – смоквы, кто – финики или вымоченную в воде пшеницу. Некоторые ничего с собою не брали, кроме рубища на своем теле, и питались, когда принуждал их к тому голод, растущими в пустыне травами.

Перешедши через Иордан, все расходились далеко в разные стороны и не знали друг о друге, как кто постится и подвизается. Если кто видел, что другой идет ему навстречу, то уходил в другую сторону и продолжал свою жизнь в одиночестве и постоянной молитве, вкушая в определенное время очень мало пищи. Так иноки проводили весь Великий пост и возвращались в монастырь за неделю до Воскресения Христова, когда Церковь торжественно отмечает праздник Ваий[9 - Неделя Ваий – Вход Господень в Иерусалим, Вербное воскресенье.]. Придя в монастырь, никто из братий не спрашивал друг друга, как он провел время в пустыне и чем занимался, имея свидетелем одну только свою совесть. Таков был монастырский устав прииорданского монастыря.

Зосима, по обычаю того монастыря, также перешел через Иордан, взяв с собою ради немощи телесной немного пищи и ту одежду, которую носил постоянно. Блуждая по пустыне, он совершал свой молитвенный подвиг и по возможности воздерживался от пищи. Спал он мало: где застанет его ночь, там уснет немного, сидя на земле, а рано утром пробуждается и продолжает свой подвиг. Ему все больше и больше хотелось пройти вглубь пустыни и там найти одного из подвижников, который мог бы его наставить.

Однажды, после двадцати дней пути, он приостановился и, обратившись на восток, стал петь шестой час[10 - Часы – молитвословия, состоящие из трех псалмов, нескольких стихов и молитв, приспособленных к каждой четверти дня и к особенным обстоятельствам страданий Спасителя. На шестом часе вспоминаются шествие Спасителя на распятие, само распятие и крестные страдания. – Прим. к ориг. изд.], исполняя обычные молитвы: во время своего подвига он, приостанавливаясь, пел каждый час и молился. Когда он так пел, то увидел с правой стороны как будто тень человеческого тела. Испугавшись и думая, что это бесовское наваждение, старец стал креститься. Когда страх прошел и молитва была окончена, он обернулся к югу и увидел человека, нагого, опаленного дочерна солнцем, с белыми, как шерсть, волосами, спускавшимися только до шеи. Зосима побежал в ту сторону с большою радостью: в последние дни он не видел не только человека, но и животного. Когда этот человек издали увидел, что Зосима приближается к нему, то поспешно побежал вглубь пустыни. Но Зосима как будто забыл и свою старость, и утомление от пути – и бросился догонять беглеца. Тот поспешно удалялся, но Зосима бежал быстрее и, когда нагнал его настолько, что можно им было услышать друг друга, возопил со слезами:

– Зачем ты, раб Бога истинного, ради Коего поселился в пустыне, убегаешь от меня, грешного старца? Подожди меня, недостойного и немощного, надежды ради воздаяния за твой подвиг! Остановись, помолись за меня и ради Господа Бога, Который никем не гнушается, преподай мне благословение.

Так восклицал Зосима со слезами. Между тем они достигли ложбины, как бы русла высохшей реки. Беглец устремился на другую сторону, а Зосима, утомленный и не имевший сил бежать дальше, усилил слезные мольбы свои и остановился. Тогда бежавший от Зосимы наконец остановился и сказал так:

– Авва[11 - Авва – отец, наставник. – Прим. к ориг. изд.] Зосима! Прости меня, ради Бога, что не могу предстать перед тобой: женщина я, как видишь, нагая, ничем не прикрытая в своей наготе. Но если ты хочешь преподать мне, грешной, свою молитву и благословение, то брось мне что-нибудь из своей одежды прикрыться, и тогда я обращусь к тебе за молитвой.

Страх и ужас объял Зосиму, когда он услышал свое имя из уст той, которая никогда его не видела и о нем ничего не слышала. «Если бы она не была прозорливой, – подумал он, – то не назвала бы меня по имени».

Быстро исполнил он ее желание, снял с себя ветхую, разорванную одежду и, отвернувшись, бросил ей. Взяв одежду, она препоясалась и, насколько было возможно, прикрыла свою наготу. Потом она обратилась к Зосиме с такими словами:

– Зачем ты, авва Зосима, пожелал увидеть меня, грешную жену? Хочешь что-либо услышать или научиться от меня и потому не поленился на трудный путь?

Но Зосима бросился на землю и просил у нее благословения.



Читать бесплатно другие книги:

Русский писатель Максим Горький – одна из самых значительных, сложных и противоречивых фигур мировой литературы. В прозе...
«…Позвольте рассказать жизнь мою; времени повесть эта отнимет у вас немного, а знать её – надобно вам.Я – крапивник, под...
«Уютная комната; в левой стене – камин. У задней стены – ширмы, за ними видна односпальная кровать, покрытая красным оде...
«“Хорошо дома!” – думал Назаров в тишине и мире вечера, окидывая широким взглядом землю, на десятки вёрст вокруг знакому...
Персонажи повести Л. Чарской «Газават» – молодой русский офицер, его друг – сын вождя восставших горцев, привязавшийся к...
Пожалуй, эту повесть можно было бы назвать «Пятнадцать лет спустя». В ней вы узнаете о дальнейшей судьбе уже знакомых ге...