Последние дни Гитлера. Тайна гибели вождя Третьего рейха. 1945 - Тревор-Роупер Хью

Последние дни Гитлера. Тайна гибели вождя Третьего рейха. 1945
Хью Тревор-Роупер


За линией фронта. Военная история
Английский историк, специалист по истории Третьего рейха Хью Тревор-Роупер в 1945 году по заданию британского правительства был привлечен к расследованию обстоятельств смерти Адольфа Гитлера, материалы которого составили настоящую книгу. Скрупулезное изложение хода событий последних дней существования «тысячелетнего» рейха и его вождя, основанное на письменных свидетельствах (дневники, воспоминания, документы) и материалах допросов участников Нюрнбергского процесса, опровергает множество версий и мифов обстоятельств смерти или исчезновения Гитлера.





Хью Тревор-Роупер

Последние дни Гитлера. Тайна гибели вождя Третьего рейха. 1945



Охраняется законодательством РФ о защите интеллектуальных прав. Воспроизведение всей книги или любой ее части воспрещается без письменного разрешения издателя. Любые попытки нарушения закона будут преследоваться в судебном порядке.




Предисловие


Прошло десять лет с тех пор, как была написана книга. За это время над одними тайнами Второй мировой войны туман рассеялся, а над другими стал еще гуще. Были написаны новые книги и статьи, в которых менялись или оспаривались старые суждения. Но ни одно новое откровение не изменило историю последних десяти дней жизни Гитлера, историю в том виде, в каком она была мной реконструирована в 1945 и опубликована в 1947 году. По этой причине я не вижу никаких оснований для того, чтобы исправлять текст книги в этом ее новом издании, если не считать, конечно, мелких исправлений, неизбежных при любом переиздании. Несомненно, я мог бы вставить некоторые добавления в разные места текста, но, поскольку в книге нет ошибок, подлежащих безусловному исправлению, и нет пробелов, которые надо было бы восполнить, я решил последовать мудрому примеру Понтия Пилата: что я написал, то написал.

Я посчитал, что любая книга, достойная переиздания, должна нести на себе отпечаток времени, в какое она была написана. Все новые комментарии, пришедшие мне в голову, я разместил в подстрочных примечаниях и в данном предисловии. В этом предисловии я попытаюсь сделать две вещи. Во-первых, подробно опишу мое исследование, которое привело к написанию книги. Во-вторых, подытожу некоторые данные, появившиеся после выхода в свет первого издания, данные, которые, не меняя сути всей истории, могут пролить свет на некоторые обстоятельства и факты последних дней Гитлера.

В сентябре 1945 года обстоятельства смерти или исчезновения Гитлера уже в течение пяти месяцев были окутаны непроницаемым мраком таинственности. Было обнародовано великое множество версий его гибели или его бегства. Некоторые утверждали, что он был убит в сражении, другие говорили, что его убили немецкие офицеры в Тиргартене. Многие полагали, что он бежал – на самолете или на подводной лодке – и обосновался либо на туманном острове в Балтийском море, либо в горной крепости в Рейнланде; по другим сведениям, он скрылся то ли в испанском монастыре, то ли на южноамериканском ранчо. Находились люди, думавшие, что Гитлер спрятался в горах Албании, среди дружественных разбойников. Русские, располагавшие самыми надежными сведениями о судьбе Гитлера, предпочитали нагнетать неопределенность. Сначала они объявили Гитлера мертвым, потом это заявление было опровергнуто. Позже русские объявили об обнаружении тел Гитлера и Евы Браун, опознанных по зубам. После этого русские обвинили британцев в том, что они спрятали Еву Браун, а возможно, и Гитлера в своей зоне оккупации. Именно после этого Управление британской разведки в Германии, сочтя, что вся эта мистификация создает ненужные трудности, решило собрать все данные и выяснить наконец истину, если это окажется возможным. Выполнение этой задачи было поручено мне. В британской зоне мне были предоставлены все необходимые полномочия, а американские власти во Франкфурте без промедления предоставили в мое распоряжение все имевшиеся у них материалы по данному вопросу. Мне было разрешено допрашивать пленных, и к тому же американцы обеспечили мне поддержку со стороны своей контрразведки.

Каково было в то время состояние дела? Единственным авторитетным свидетельством смерти Гитлера было выступление по радио адмирала Дёница, с которым он обратился к немецкому народу вечером 1 мая 1945 года. В своем выступлении Дёниц объявил, что Гитлер погиб в Берлине днем 1 мая, сражаясь во главе верных ему войск. В тот момент заявление Дёница сочли достоверным по сугубо практическим соображениям. Заметка о смерти Гитлера на следующий день была напечатана в «Таймс». Господин де Валера посетил в Дублине германского посла и выразил ему соболезнования, а имя Гитлера (в отличие от имени Бормана, о судьбе которого не было сделано никаких заявлений) было вычеркнуто из списка военных преступников, которые должны были предстать перед судом в Нюрнберге. С другой стороны, верить сообщению Дёница было отнюдь не больше оснований, чем некоторым другим утверждениям. Заявление Дёница было подтверждено неким доктором Карлом Хайнцем Шпетом из Штутгарта, который, находясь в то время в Иллертиссене (Бавария), под присягой показал, что лично осматривал Гитлера в связи с ранением грудной клетки, которое он получил в Берлине во время артиллерийского обстрела, и констатировал его смерть в бункере возле зоопарка. Это произошло якобы днем 1 мая. Однако в то же время в Гамбурге швейцарская журналистка Кармен Мори под присягой показала, что Гитлер, по неопровержимым сведениям, находился в одном баварском поместье вместе с Евой Браун, ее сестрой Гретль и мужем Гретль Германом Фегеляйном. Кармен Мори сама предложила расследовать этот факт, пользуясь ее собственными связями (она была отправлена в немецкий концентрационный лагерь за шпионаж и располагала неплохой агентурной сетью). Мори, правда, предупредила британские власти, что попытка найти Гитлера и остальных без ее участия может закончиться неудачей, ибо, заметив приближение людей в иностранной военной форме, все четверо немедленно покончат с собой. Обе эти истории с самого начала не вызывали никакого доверия, так же как и множество других устных и письменных показаний.

Всякий, кто проводит расследования такого рода, вскоре сталкивается с одним важным фактом: нельзя верить подобным свидетельствам. Любой историк испытывает стыд при одной мысли о том, сколь многое в истории зиждется на основаниях столь же сомнительных, как заявления адмирала Дёница, доктора Шпета или Кармен Мори. Если бы такие заявления делались относительно некоторых неясных обстоятельств смерти русского царя Александра I, то многие историки, пожалуй, отнеслись бы к ним со всей серьезностью. К счастью, в данном случае это были утверждения современников, а их можно было проверить.

Английский историк Джеймс Спеддинг говорил, что каждый его коллега, сталкиваясь с высказыванием относительно какого-либо факта, должен задать себе вопрос: кто первый это сказал и были ли у этого человека возможности это знать? Многие исторические свидетельства рассыпаются в прах, если подвергнуть их этому испытанию. Разыскивая доктора Карла Хайнца Шпета, я поехал по данному им самим адресу в Штутгарте. Оказалось, однако, что это не жилой дом, а здание технического училища. Никто в училище не знал, кто такой доктор Шпет. Мало того, я не смог обнаружить это имя ни в одном городском справочнике. Стало ясно, что он представился вымышленным именем и обнародовал вымышленный адрес. Поскольку его свидетельство оказалось ложным, постольку стало ясно, что этому человеку нельзя доверять и в других вопросах, где невежество могло быть и извинительным. Что касается свидетельства Кармен Мори, то оно не выдержало даже легкой критики. Она никогда не видела Гитлера и никогда не разговаривала с людьми, которые могли знать факты. Те факты, которые она предъявила, были очевидными фальшивками, а те аргументы, с помощью которых она связывала эти факты, были абсолютно лишены логики. Утверждения Мори, как и утверждения доктора Шпета, были чистейшей фантазией.

Но зачем эти люди лжесвидетельствовали? Толковать человеческие мотивы – занятие неблагодарное, но иногда их можно отгадать. Кармен Мори, попав в концентрационный лагерь, стала агентом гестапо, отбиравшим среди заключенных жертвы для убийств и преступных медицинских опытов. Заключенные знали об этом, и, когда союзники захватили лагерь и освободили заключенных, обвинение Мори в сотрудничестве с нацистами было лишь вопросом времени. Вероятно, Мори думала, что, сочинив эту историю, которую она сама и хотела расследовать, она сможет оттянуть возмездие и заручиться поддержкой британских оккупационных властей. Если это было так, то Мори ошиблась: ее помощь не потребовалась британцам, а саму ее вскоре арестовали, судили и приговорили к смерти. Накануне казни Мори успела покончить с собой.

Мотивы доктора Шпета представляются не столь рациональными. Источник его истории совершенно ясен. Это всего лишь расширенное, снабженное обстоятельными подробностями и подкрепленное якобы личным участием обращение Дёница по радио. Дёниц сказал, что Гитлер погиб в бою во главе своих верных солдат днем 1 мая; доктор Шпет всего лишь приукрасил этот простой факт, добавил к нему местный колорит, а себя представил центральной фигурой. Мотивы его были иррациональны, но психологически вполне объяснимы: бредовое тщеславие такого рода заставляет рассказчиков приписывать себе главную роль в событиях, о которых они рассказывают. Такие же точно мотивы заставили Георга IV убедить себя в том, что именно он командовал кавалерийской атакой в битве при Ватерлоо.

Склонность к мифотворчеству весьма свойственна роду человеческому, а в особенности его немецким представителям; люди ценят мифы выше, чем истину. Обилие подобных историй убедило меня в справедливости этого утверждения. Даже в декабре 1947 года немецкий летчик, назвавшийся Баумгартом, под присягой заявил в Варшаве, что 28 апреля 1945 года он на самолете лично вывез Гитлера и Еву Браун в Данию. Вся эта история – чистой воды вымысел. В самом начале моего исследования я отыскал следы двух пилотов Гитлера – обергруппенфюрера СС Ганса Баура и штандартенфюрера СС Беетца. Я установил, что они оба покинули бункер вместе с Борманом в ночь на 1 мая 1945 года. Беетца в последний раз видели на мосту Вейдендам, и с тех пор ни жена, ни друзья ничего о нем не слышали. Баур был захвачен русскими, и его жена показывала мне письмо, полученное от него из Польши в октябре 1945 года в Баварии. Кроме того, в нашем распоряжении есть собственноручная подпись Гитлера под его завещанием и свидетельством о браке, «данном в Берлине 29 апреля», то есть на следующий день после того, как Баумгарт якобы вывез его в Данию. Но разум бессилен перед слепой любовью к вымыслу, и, несмотря на то что Баумгарт окончил свои дни в лечебнице для душевнобольных в Польше, те, кто предпочитал ему верить, продолжают делать это и до сих пор.

Конечно, не все легенды являются плодом чистой выдумки: человеческая изобретательность неоднородна, и некоторые мифы имеют под собой фактическую основу или, по крайней мере, некоторое мыслимое правдоподобие. Так, например, обстоит дело с легендой, озвученной Шелленбергом после его ареста в Швеции. Доверчивые люди с готовностью за нее ухватились. Шелленберг утверждал, что Гитлера отравил Гиммлер. Но откуда Шелленберг мог это знать? Он не виделся с Гитлером с 1942 года[1 - Так, по крайней мере, он показал на допросе в 1945 году. В своих «Мемуарах», однако, он указывал и более поздние даты.]. Его единственным доказательством было его собственное желание: Шелленберг хотел верить, что Гиммлер последовал его совету; произвольно толкуя отрывочные высказывания последнего, он уверил себя в том, что Гиммлер действительно это сделал. Достаточно было задать Шелленбергу несколько вопросов, проанализировать ситуацию в окружении Гиммлера и прочитать отчеты графа Бернадота, для того чтобы легенда Шелленберга рассыпалась, как измышления Мори и Шпета.

Таким образом, единственным свидетельством о судьбе Гитлера остается заявление Дёница. Но откуда Дёниц мог знать факты? Было известно, что гроссадмирал покинул Берлин 21 апреля и с тех пор с Гитлером не встречался. Свое радиообращение он произнес в Плоэне, городке, расположенном в двухстах сорока километрах от Берлина. Так откуда он мог знать о происходивших там событиях, которые он описал в своей речи? Ответ на этот вопрос очень прост. Когда было арестовано так называемое Фленсбургское правительство, в руки союзников попали и все его документы. Среди них были обнаружены телеграммы, которыми обменивались штабы Дёница и Гитлера. Последней была телеграмма Геббельса Дёницу, датированная 1 мая. В этой телеграмме говорится, что Гитлер умер «вчера» – то есть 30 апреля – «в 15 часов 30 минут». Другими сведениями Дёниц не располагал, ибо те, кто был с Гитлером до конца, не могли видеть Дёница. Последними живыми свидетелями, прибывшими к Дёницу из бункера, были Риттер фон Грейм и Ханна Рейч, покинувшие Берлин за два дня до конца. Заявление Дёница о том, что Гитлер пал во главе верных ему войск, было чистым вымыслом. Утверждение гроссадмирала о том, что Гитлер погиб 1 мая, не подтверждалось единственным документом, который был в его распоряжении и где было недвусмысленно сказано, что Гитлер умер 30 апреля. Таким образом, Дёниц оказался в одной компании с Мори, Шпетом и одаренными богатым воображением журналистами, то есть его утверждения тоже не заслуживают доверия. Единственным доказательством смерти Гитлера является телеграмма, подписанная Геббельсом, которого было невозможно допросить, поскольку он был мертв и его тело, в отличие от трупа Гитлера, было обнаружено русскими.

Был, однако, по крайней мере еще один возможный источник достоверных сведений. 9 июня 1945 года маршал Жуков, командующий 1-м Белорусским фронтом, заявил журналистам, что перед своей смертью или бегством Гитлер женился на Еве Браун.



Читать бесплатно другие книги:

«История эта началась в исправительно-трудовом лагере, севернее города Н., в местах прекрасных и строгих.Был вечер после...
«Было около полуночи. В комнате слышалось глубокое дыхание спящих детей.В углу комнаты, на полу, стоял медный таз. На дн...
«…– А вот как я-те раскошеливать начну! – крикнул наймист и с яростью ударил говорившего крепким кулаком в лицо.Здоровяк...
"Я нахожу, что речь г. Достоевского… в самом деле должна была произвести потрясающее действие, если только согласиться с...
«…Больше всех от гоголевского одностороннего принижения жизни освободился, я говорю все-таки, он же – Лев Толстой – и до...
«Древняя Русь» открывает новую книжную серию «Россия – путь сквозь века». В 24-серийных изданиях будет представлена вся ...