Загадка новой ученицы - Данешвари Гитти

Загадка новой ученицы
Гитти Данешвари


Школа монстровЛучшие подруги #3
Кажется, в школе появилась новенькая. Только она почему-то прячется от всех, живет на чердаке, а еще плетет удивительную кружевную одежду. Разгадать загадку, как всегда, предстоит трем подругам: Венере Макфлайтрап, Рошель Гойл и Робекке Стим. Девчонки подозревают, что девушка может быть как-то связана с мисс Подлётыш и ее зловещими планами…





Гитти Данешвари

Школа монстров. Загадка новой ученицы



© Ефимова Е., перевод на русский язык, 2014

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2014



Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.



© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru (http://www.litres.ru/))


Посвящается настоящей мисс Штейн – Эйрин.

Спасибо за твое неистощимое терпение и поддержку.
















Глава первая


Горящие свечи оплывали воском, и капли тихо падали на холодный каменный пол коридора, по которому крались на цыпочках три пары ног в модной обуви. Левая, правая, левая, правая – туфли на причудливом высоком каблуке, медные сапоги и кеды на танкетке шагали в ногу, след в след. Стояла тишина, только завывала снаружи буря, наполняя все вокруг зловещим напряжением. Огоньки свечей неровно дрожали, по запотевшим оконным стеклам скатывались капельки, в воздухе пахло затхлостью – такой аромат ни с чем не спутаешь. Из темноты появилась гладкая зеленая рука, схватилась за круглую дверную ручку из потемневшей меди и потянула. Ржавые петли пронзительно заскрипели, и дверь на чердак отворилась, явив взорам подруг темный лестничный колодец.

– С тех пор, как мы прибыли в Школу монстров, мы волей-неволей ее защищали. Однако полагаю, сегодня нам всем придется признать, что ставки возросли, – мрачно проговорила Венера МакФлайтрап, дочь растительного монстра; ее желтовато-зеленое лицо и розовые с зеленью волосы поблескивали в свете свечей. – Так что, прежде чем мы поднимемся туда, я хочу знать только одно. Вы готовы?

– Уточняю на всякий случай: когда ты спрашиваешь, готовы ли мы, ты имеешь в виду, готовы ли мы найти директрису Бладгуд, помешать неведомым силам захватить Школу монстров или выступить против паучихи, окопавшейся на чердаке? – своим обычным официальным тоном осведомилась Рошель Гойл, маленькая горгулья из Скарижа.

– Я абсолютно уверена, что это все взаимосвязано… каким-то образом. Но раз уж через несколько секунд мы поднимемся на чердак, я бы сказала, что паучиха сейчас важнее всего, – ответила Венера. Виноградные лозы, обвивающие ее руки, напряглись в предвкушении драки.

– Пауки-монстры всегда приводили меня в восторг. С шестью руками они запросто управляются с несколькими делами сразу. Они могут одновременно причесываться, ковырять в зубах, накладывать макияж, набирать электронное письмо, нести сумочку и гладить собаку. По-моему, это tr?s[1 - Очень (фр.).] впечатляюще, – заметила Рошель, взмахивая гранитной рукой. – Ну и конечно – это так, к слову, – в зависимости от характера паучихи, шесть рук делают ее довольно шустрым противником. Она ведь может швырнуть в нас степлером, гробобольным мячом, книгой, лампой, гробофоном и туфлей, да еще одновременно.

– Короче говоря, Рошель, да или нет? – Венера постаралась вернуть болтливую подругу к сути дела.

– Да, – ответила Рошель, закручивая в пучок свою длинную розовую гриву с бирюзовыми прядями, попутно демонстрируя маленькие каменные крылья. – Кстати, в параграфе 13.3 Этического кодекса горгулий ясно указано, что если у тебя длинные волосы, а вокруг полно свечей, нужно собрать волосы на затылке во избежание возгорания фолликулов.

– Обязательно постараюсь это запомнить, – серьезно покивала Венера, потом повернулась к Робекке Стим, красивой девушке с сине-черными волосами, созданию ее папочки, сумасшедшего ученого (который собрал ее из медных деталей паровой машины): – А ты, Бек? Ты готова?

– Не стоит волноваться, если вы не захватили соответствующие заколки для волос. Я всегда ношу с собой запасные резинки и ленточки, – вмешалась Рошель. – Пусть они и не подходят к вашим нарядам, но, как говорят у нас в Скариже, la securitе avant la mode, безопасность важнее моды!

– Спасибо, Рошель, – презрительно буркнула Венера, потом, вопросительно приподняв брови, посмотрела на Робекку: – Итак?

– Конечно же, идеально было бы угнаться и за безопасностью, и за модой, – вновь встряла Рошель.

– Рошель! Хватит уже про свечи, волосы и моду! На случай, если ты не заметила, я пытаюсь поговорить с Робеккой! – взорвалась Венера.

– Бу-ля-ля, не распыляй зазря пыльцу. Я просто хотела помочь, – огрызнулась Рошель, но Венера только округлила глаза в ответ.

– Так что, Бек, ты готова? – снова спросила Венера подружку.

– Елки-палки! «Готова» – это звучит слишком категорично. Думаю, больше подойдет «отчасти готова» или «вроде бы готова», – пролепетала Робекка, и из ее медных ушей вырвались два облачка пара.

– Робекка, если ты не можешь сопровождать нас на чердак, не волнуйся. Мы с Венерой сами справимся, – спокойно пояснила Рошель. – Или, чтобы быть точной, я на шестьдесят восемь – семьдесят пять процентов уверена, что мы справимся.

– Иногда мне кажется, что ты просто выдумываешь все эти статистические данные, – вполголоса пробормотала Венера.

– Ce n’est pas vrai![2 - Это неправда (фр.).] Горгулья – ничто без статистических данных, – оскорбилась Рошель, потом сжала теплую металлическую руку Робекки. – В общем, не волнуйся, думаю, мы скоро вернемся.

– О, нет. Ты меня не так поняла, – сказала Робекка. – Может, я и не готова, но я непременно пойду с вами, монстрики. Как я могу не пойти? Мы – единственная надежда директрисы Бладгуд!

За то недолгое время, которое Робекка, Рошель и Венера провели в Школе монстров, произошло множество событий. Например, совсем недавно эта троица противостояла могущественному заклятию, которое отбирало и у студентов, и у учителей способность думать самостоятельно. И хотя мисс Подлетыш утверждала, что тоже находилась под действием заклятия, троица так и не поверила в ее невиновность. Однако, судя по всему, все остальные поверили.

К началу следующего семестра оказалось, что все в Школе монстров позабыли, как мисс Подлетыш использовала заклинание, чтобы контролировать школу. Даже появление кукол судьбы и пушистых белых кошек – общепризнанных признаков невезения – едва ли вызвало отклик у студентов. Вообще-то тревогу забили только после того, как появились записки и граффити с предупреждениями об опасности, которую несут некие зловещие «они». Но даже тогда на мисс Подлетыш не пало и тени подозрения. По крайней мере до сегодняшнего вечера…

Сильный ветер, проливной дождь и молнии в полнеба накрыли Сейлем, вырубая электричество, приводя в отчаяние студентов и преподавательский состав Школы монстров. Горя желанием поднять дух учеников, директриса Бладгуд позволила провести конкурс талантов «Фабрика зверств», как и было запланировано. Однако ровно в девять вечера шоу приняло совершенно неожиданный оборот, когда прибыл зомби из «Смерть-почты». Тихоходный курьер доставил послание, которое вскоре после этого прочитали всем студентам и преподавателям. В нем сообщалось, что директриса Бладгуд похищена нормалами, и ее не вернут до тех пор, пока вокруг Сейлем не будет воздвигнута стена – чтобы гарантированно превратить город в тюрьму!

В то время как по школе расползались страх и тревога, блогерша Спектра Вондергейст сделала шокирующее признание, свидетелями которого стали Робекка, Рошель и Венера. Подглядев, как мисс Подлетыш неоднократно прокрадывалась на чердак, дочь призраков решила сама проверить, что скрывается в этом давно заброшенном месте. Каково же было изумление Спектры, когда она обнаружила там дремлющего монстра-паука…

Тут внимание девушек-монстров привлек звук шаркающих шагов, сразу же заставив их очнуться от воспоминаний о событиях этого вечера.

– Эй, – мягко позвал мужской голос.

Ки Клопс, долговязый худощавый парень, шагнул в островок света, исходившего от свечей Робекки, Рошель и Венеры. Немного сутулый, от природы застенчивый, циклоп быстро улыбнулся своим друзьям и соседкам по общежитию. Выдержав испытание заклятием и его последствия, Ки более чем доказал, что ему можно доверять.

– О, Ки! Ты здесь! – радостно взвизгнула Робекка, одной рукой приобнимая одноглазого юношу за плечи и крепко сжимая.

Обычно алебастрово-белые щеки Ки порозовели от прикосновения Робекки (он давно был без ума от этой девушки).

– Не вижу повода для такой бурной радости. Вы с Ки расстались всего десять минут назад, – сухо заметила Робекке Венера.

– Ки, ты смог определить местонахождение мадам Подлетыш? – требовательно спросила Рошель, постукивая гранитными когтями по свече, которую держала в руке.

В разные стороны полетели капельки горячего воска, так что Ки пришлось поспешно пригнуться и закрыть лицо ладонями.

– Прости, просто, когда у тебя такой большой глаз, как у меня, все время волнуешься, как бы в него чего не попало.

– Ах! Je suis desolеe[3 - Мне жаль (фр.).]. Это одна из моих самых досадных горгульиных вредных привычек. Я постукиваю когтями совершенно непроизвольно, – извинилась Рошель.

– Все нормально, – ответил Ки, выпрямляясь. – Что же до мисс Подлетыш, она в Пожиральне с Цзинифайр и Скелитой.

Цзинифайр Лонг, драконица из Кусыцюаня, и Скелита Калаверас, калака из Мехсики, подпали под чары мисс Подлетыш сразу по прибытии в Школу монстров. Робекка, Ро-шель и Венера затруднялись сказать, то ли эти две девицы идеализировали умницу-красавицу преподавательницу, то ли имело место нечто более зловещее, например проклятие.

– Цзинифайр и Скелита просто с ума сошли из-за этого так называемого вторжения нормалов, так что сомневаюсь, что в ближайшее время мисс Подлетыш куда-то денется, – закончил Ки.

– Уже почти полночь, – сказала Венера, взглянув на свои часы. – Так что, думается мне, пора нам подняться по этой лестнице.

С этими словами она двинулась по коридору с каменными стенами.

Тут и там на ступенях валялись различные предметы, некогда принадлежавшие обитателям школы, – от памятных призов до старинных микроскопов и спущенных гробобольных мячей. Однако в отличие от других вещей, скопившихся в неиспользуемых коридорах, эти покрывала не пыль, а тонкие поблескивающие нити.

– По крайней мере, теперь мы знаем, откуда берется вся паутина, – заметила Венера, оглядываясь кругом.

– Мне всегда казалось, что это tr?s[4 - Очень (фр.).] странно: при таком количестве паутины в школе полное отсутствие пауков, кроме разве что нескольких в спальне, – добавила Рошель.

– И не забудьте, что на некоторых куколках судьбы и записках была паутина, – пискнула Робекка, нервно тряся головой. – Кнопки-заклепки, неужели в старшей школе всегда будет так тяжко?!

– Паучиха, несомненно, причастна к происходившим в последнее время в школе событиям, но по-прежнему неясно, на кого она работает и что они замышляют… – разочарованно протянула Венера.

– Что же, очевидно, она работает на мисс Подлетыш, ведь Спектра видела, как та поднималась сюда, – в своей обычной мягкой манере откликнулся Ки.

– Да, но уверены ли мы, что их только двое? – возразила Венера.

– М-м-м, Венера? – с запинкой нервно пробормотала Робекка.

– Что?

– Знаешь, мне бы очень не хотелось быть навязчивой, но каков все-таки наш план? Мы что, просто заявимся к паучихе, представимся и спросим, что она делает в Школе монстров? Потребуем рассказать, откуда она знает мисс Подлетыш? Зачем она оставляла по всей школе записки, граффити и кукол? – скороговоркой, на одном дыхании пробормотала Робекка.

– Честно говоря, плана как такового у меня нет, – медленно, с расстановкой произнесла Венера, как будто медлительность могла подсластить горькую пилюлю.

– Pardonnez-moi?[5 - Простите? (фр.)] Что ты только что сказала? – переспросила Рошель, поднимавшаяся несколькими ступенями ниже.

– Я сказала, что у меня нет плана, по крайней мере окончательного, – неохотно признала Венера.

– Согласно параграфу 80.7 Этического кодекса горгулий руководитель операции должен составить план, перед тем как отправиться на задание. Следовательно, я за то, чтобы остановиться, выработать план, а потом снова выдвинуться, – высказалась Рошель. По мере того, как она поднималась по лестнице, ее голос звучал все громче и громче.

– Сколько же пунктов в этом Этическом кодексе горгулий? Мне уже кажется, что в нем есть разделы, указывающие, как делать все на свете, даже чистить зубы и дышать, – проворчала Венера.

– В нем тысяча семьсот четырнадцать страниц. Кстати, в том числе там имеются предписания для чистки зубов и дыхания, – парировала Рошель. – Так что насчет плана? Разве нам не следует остановиться и написать что-то? У меня как раз есть с собой и ручка, и бумага, не говоря уже о том, что у меня прекрасный почерк.

– Написать что-то? Ты шутишь? – простонала Венера.

– Горгульи всегда серьезны, разве ты об этом не слышала? – тихонько пробормотал Ки.

– А вдруг паучиха рассердится? В конце концов, мы вламываемся к ней без приглашения, – Робекка решила высказать свои опасения вслух. – Вдруг она владеет боевыми искусствами? Я слышала, пауки – прирожденные бойцы монстро-джитсу!

– Монстро-джитсу? Да с чего ты взяла? – не выдержала Венера.

– У нее шесть рук! Как я буду защища?.. – Робекка умолкла, потом ахнула, только что вспомнив про свою механическую пингвиниху. – Пенни! Где же я ее забыла теперь? Надеюсь, не в стиральной машине, как в прошлый раз. От постоянного вращения у нее так разболелась голова.

– Пенни в твоей спальне, вместе с Ру и Чюлианом, – заверил Робекку Ки, попутно воображая, как забавно смотрится вместе эта троица домашних питомцев.

Вечно голодное комнатное растение Чюлиан, неизменно веселая грифонша Ру и мрачная механическая пингвиниха Пенни определенно составляли интересную компанию. Хотя что уж говорить об их хозяйках.








– Так, слушайте, девушки… и молодой человек. Я знаю, это пугает, но если паучиха имеет какое-то отношение к исчезновению директрисы Бладгуд – а мне кажется, у нас есть все основания подозревать, что имеет, – тогда нам нельзя терять время, – заявила Венера.

Тут они дошли до последней ступени лестницы, упиравшейся в настоящую завесу из паутины.








Лестничная площадка перед чердаком была затянута шелковистыми полотнищами, украшенными замысловатыми узорами; среди них угадывались школьный герб, птицы и виноградные лозы.








Венера на глаз оценила толщину паутины и окликнула хрупкую с виду горгулью:

– Рошель, нам бы очень помогли твои когти.

– А разве нам не следует постучать, или позвонить в дверной звонок, или сделать еще что-то в том же духе? – с тревогой пробормотала Робекка, теребя прядь волос сапфирового цвета.

– Во-первых, здесь нет дверного звонка, а стучать по паутине не получится, – резонно заметила Венера.

– Батюшки мои, так и с ума спятить недолго, у меня голова просто гудит, – пожаловалась Робекка.

Рошель своими острыми когтями полосовала паутину, чтобы проложить путь внутрь, и болезненно морщилась. Узоры оказались такими причудливыми, что она сочла их более упырственными, чем все вещи от «Скермес» и «Квако Шанель», которые ей доводилось видеть. А это о чем-то да говорило, ибо Рошель обожала оба эти дома моды.

Спустя несколько минут тщательной работы горгулье удалось продраться сквозь паутиновые занавеси, и она исчезла в свежепроцарапанной дыре.

– Ты ее видишь? – прошептала Венера, обращаясь к Рошель.

Пять долгих секунд царило молчание.

– Рошель, с тобой все в порядке? – позвала дочь растительного монстра неестественно тоненьким голосом; адреналин так и бушевал в ее толстых зеленых венах.

И вновь никто не ответил.















Глава вторая


– Сколько живу, а никогда еще не видывала такой красоты и искусности, – пролепетала Рошель. Она пораженно оглядывалась кругом, стоя спиной к дыре, в которую уже ввалились ее друзья.

– Во имя флоры и фауны, ты меня напугала! – ахнула Венера, задувая свечу. Остальные последовали ее примеру. – Неужели ты не могла хотя бы сказать, что паучихи здесь нет или что с тобой все в порядке?

– Ух ты! Тут просто потрясающе! – громко провозгласила Робекка, вертя головой туда-сюда, ее светло-карие глаза расширились.

С перекладин потолка свисал ряд сплетенных из паутины фонарей, свет горевших в них свечей мягко обволакивал комнату. Стены украшали маленькие, тонкой работы снежинки, отчего создавалось удивительное ощущение зимней сказки. А прямо посередине комнаты висел гамак, в который так и хотелось улечься и вздремнуть. Дополняли обстановку чердака длинные колышущиеся занавески, связанный плотной вязкой коврик и шкаф, полный платьев.

– Этот монстр определенно невероятно талантлив. Просто гений, – с восторгом сказала Рошель. – Только подумайте, что могла бы сделать Клодин с таким материалом!

Клодин Вульф, дочь оборотня, обладательница шелковистой шерсти, была самым выдающимся дизайнером в школе и к тому же последней победительницей престижного конкурса Содружества моды Моанателлы Гостье.

– М-м-м… Здрасьте, приехали! – с видимым раздражением воскликнула Венера. – А еще паучиха работает с мисс Подлетыш. И, скорее всего, причастна к исчезновению директрисы Бладгуд.

– Венера права. Талантлива она или нет – это ничего не изменит, – согласно пробормотал Ки.

– Бу-ля-ля, поверить не могу, что позволила себе попасть под власть искусно сплетенных материй и пленительных узоров. Создание ею этого жутко прекрасного места к делу не относится, – признала Рошель с легким смущением.

Потом гранитная горгулья наклонила голову, сокрушаясь про себя: как это она отвлекается на всякую ерунду в такие неспокойные времена. Неподобающее поведение для горгульи, вопиющая безответственность. В конце концов, директриса Бладгуд исчезла – что может быть важнее? Ну, пара-другая вещей, но только не салфетки из паутины.

– Похоже, кое-кто тут помешан на перчатках, – предположила Венера, заглядывая в шкаф паучихи, в надежде найти там какие-то подсказки.

– По-правде говоря, у нее ведь шесть рук, – откликнулся Ки, отодвигая длинную, от пола до потолка, штору и выглядывая в окошко (оно выходило на газон перед фасадом школы). – Кажется, буря закончилась, так что есть надежда, что скоро снова включат электричество.

– Хвала небесам! А то можно только догадываться, как Чюлиан покусал Пенни и Ру. Это растение и при свете-то почти ничего не видит, – пробормотала Робекка, и у нее заскрипели колени.

– Что тут скажешь? У него неуемный аппетит и плохое зрение. Правда, это неудачное сочетание, – ответила Венера. – О, кстати, Робекка! Может, пора поменять масло в «Шестеренке»? Если, конечно, ты не хочешь скрипеть, точно старая печка.

– Старая печка? Что может быть хуже?

– Быть снова разобранной на части, пользоваться одной зубной щеткой с троллем, уронить себе на ногу пианино, пользоваться одной расческой с троллем, проржаветь, обнаружить, что паровой котел пуст, – серьезно ответила Рошель.

Потом, помолчав, добавила:

– Это был не вопрос, да?

– Нет, но все равно спасибо за информацию. В будущем это может пригодиться, – кивнула Робекка, давясь от еле сдерживаемого смеха.

Ки, все так же стоявший у маленького окна, заметил что-то на дальнем краю подоконника. Вещица походила на скомканный магазинный чек, но Ки не взялся бы утверждать наверняка. Несмотря на то что глаза у циклопов довольно большие, они не могут похвастаться отличным зрением, и это печально известный факт. Вообще-то, если заглянуть в Циклопопедию, то можно узнать, что обитателям острова циклопов строго запрещено управлять транспортными средствами, пользоваться промышленным оборудованием и выступать в суде в качестве свидетелей-очевидцев.

Охваченный любопытством, Ки шагнул поближе к дальнему краю подоконника и смог наконец разглядеть смятую фотографию какого-то замка. Огромная каменная твердыня с готическими арками, башенками и рвом тут же напомнила одноглазому молодому человеку что-то знакомое.



Читать бесплатно другие книги:

«Не с честью проводили мы роковой 1881 год!.. Отрадно было переступить даже самую грань, условную, внешнюю, отделившую н...
«Возвращаемся опять к анализу наших общественных недугов. Мы выразились недавно, что „либерализм“ (не либерализм вообще,...
«Манифест 25 января, возвещающий скорую коронацию нашего Государя, произвел довольно сильное впечатление на общественное...
«Что может быть тягостнее и скучнее повинности журналиста вести полемику с людьми, которые прямо сознаются, что, приступ...
«Я прочел внимательно вашу рукопись, многоуважаемый NN. Она – замечательный симптом времени сама по себе, отражая как в ...
«На нынешней неделе праздновалась столетняя годовщина первого представления первой русской комедии, положившей такое дос...