Другая история - Черных Александр

Другая история
Александр Черных


Маленькая повесть об отношениях, одиночестве, прошлом и несуществующем будущем.





Александр Черных



Другая история




Все совпадения, встречающиеся в тексте, и касающиеся мест, обстоятельств и людей, безусловно, носят случайный характер.





06.2006


Новый день, поднимаясь над городом, заставляет его двигаться. Наполняются потоками машин улицы. Солнце, поднявшись над пробками, нагревает асфальт, и тот дымится. Душные рощи тополей обнимают Столицу изнутри, редкие березы пластиковыми стяжками перехватывают дворы видавших виды пятиэтажек. Люди текут по городу, как поток венозной крови – душной, густой. Людей так много, что здесь трудно дышать.

Каждый, кто хочет дышать – должен уходить от людей. Это сложно – люди не склонны никого отпускать сами. Чтобы быть людьми, людям нужны люди – даже эта несуразная фраза наполнена людским, человеческим до краев. Правила, традиции, необходимости, потребности – всё это удерживает нас вместе, и мы задыхаемся.

Тот, кто сможет сделать первый шаг в сторону – одновременно простой и сложный, непонятный окружающим и пугающий для самого себя – неожиданно почувствует, что людской поток перестает удерживать его. Течение сильно на середине потока, а у берегов оно заметно слабеет – на то они и берега. Чем ближе к берегам – тем меньше людей, и тем более пугающими и непонятными кажутся немногие, сторонящиеся середины потока.

А тот, кто покидает поток совсем, неожиданно находит, что теперь он может увидеть свой город снаружи – и облик людей, текущих сквозь город и варящихся в себе самих, вызывает у него чувство страха. Возвращаться к потоку не хочется – он смотрит, и думает: чем же я дышал, пока был там?!

Но теперь он один.

Если ты хочешь, чтобы у тебя было достаточно воздуха, чтобы дышать, если хочешь увидеть свой город со стороны – тебе придется стать одиноким. Даже если у тебя есть семья, есть близкие. Это особенное, странное, внутреннее одиночество. Люди таких не любят, таких выталкивают из своего круга при первой возможности – потому, что человеческого в них остается мало.

Каждый день уступает место ночи, которая медленно приходит в город. Те, кто течет по городу в духоте, видят спускающийся полумрак, и отправляются по домам. Те, кто смотрит на город со стороны, чувствуют, как сначала у них внутри настает ночь, а потом снаружи тоже становится темно. Вот, по большому счету, и вся разница между первыми и вторыми.




08.2013


Иногда они прогуливались на заднем дворе.

Компания, где они работали, располагалась в старых корпусах мебельной фабрики. Конечно, за десятилетия изменений от этой самой фабрики и воспоминаний-то не осталось, разве что большущий внутренний двор-колодец еще хранил в себе маленький скверик. Скверик не жаловали ни сотрудники модных издательских домов, ни работники айти-компаний, арендовавших здесь офисы – наверное, поэтому он прекрасно подходил для неторопливых разговоров.

Ольга закурила.

– Я помню, что ты рассказывал тогда, про возраст… я сама воспринимаю себя так, как будто мне уже давно сорок. Я плохо чувствую себя в компании с людьми моего возраста, а с сорокалетними намного лучше.

Алексей улыбнулся, но как-то невесело – скорее, узнавая в сказанном нечто знакомое.

– Это одиночество. Потом сорокалетним тоже будет не по себе.

– Я знаю. Интересно, на сколько лет я буду ощущать себя тогда?

За большими окнами первого этажа здания, вдоль которого они шли, пустовал танцевальный зал. Обычно там собирались к вечеру. Он заглянул в окно – зеркала во всю стену, погасшие светильники, старый музыкальный центр.

– Здорово было. Скучаю по тому времени, когда мы сюда выбирались.

Ольга засмеялась, взяла его под руку, выбросила сигарету.

– Да, было. Времени тогда было больше. Всю следующую неделю я в Питере, а потом… – она замялась. – Потом, наверное, снова поеду… так устаешь от этих коротких поездок.

– Если у тебя будет время…

Она нырнула ему в глаза.

– Я, пожалуй, брошу туфли для танцев в багажник. Пусть будут здесь, если вдруг.

Скверик подходил к концу.

Вдвоем их видели многие. Каждый рисовал у себя в голове собственную картинку происходящего. Кому-то казалось, что эксцентричный «прежний директор по персоналу», вновь вернувшийся после пары лет отсутствия в компании на позицию какого-то «советника», и барышня-продавец просто встречаются и болтают. Кто-то думал, что эти двое – любовники, кто-то искал рабочее объяснение происходящему – впрочем, какие такие совместные проекты у этих двоих могут быть? Нет, слишком они разные, чтобы…

Слишком. Даже чтобы просто предположить, что хоть что-то есть. В любой плоскости.

И, в то же время, никто не задумывался, о чем они говорят между собой, что знают друг о друге, и как видят тех, кто непрерывно смотрит на них через окна из душных офисных комнат.

Вход в офис. Выходящие старательно отворачиваются – идите-идите, мы не обращаем на вас внимания, привет-привет.

– Пока, друг мой!

– Пока, друг мой.

– Для тебя… Для тебя в моем сердце всегда будет место.

Улыбка.

Улыбка в ответ.

– Увидимся.




06.2008


И кому дался этот корпоративный портал? Чем был плох старый? Зачем было выделять эти самые ресурсы маркетинга, департамента информационных технологий, персонала, еще чьи-то? Микрософтовское решение выбрали почти единогласно, соблазнившись возможностью создавать «личные узлы сотрудников» – правда, представить себе сотрудника, который регулярно что-нибудь будет делать с «личным узлом», было очень сложно. Старт большого проекта всегда сопровождают потемкинские деревни и розовые очки. А что на самом деле будет – это мы потом разберемся, ага.

Так или иначе, за несколько месяцев проект запустили. Ольга работала в нем от проектного офиса, неожиданно втянувшись, и даже заведя собственный блог на собственном же личном узле. Что-то писала туда, чем-то делилась – и кто-то читал. Таких «втянувшихся» во всей компании были единицы – поэтому неудивительно, что ее пригласили отпраздновать официальное открытие проекта. Маркетинг арендовал площадку – за городом, по Дмитровскому шоссе, у воды.

Ехали долго. Успели постоять в ставших уже традиционными подмосковных пробках. Добрались. И – завертелось.

Веселились искренне, от души. Особенно отдельные персонажи, которых Ольга раньше и не замечала. Вот, к примеру, один такой – крепкий, явно гордящийся впечатлением, которое производит его ухоженное тело на окружающих – как может, подливает ей. Заботится о коллективе – стоит у мангала, следит за мясом, умело крутит шампуры. Не пьет – мол, я за рулем. Она не обращает внимания – и не таких видали. А что до того, кто и как себя чувствует – да тут каждый второй еле на ногах стоит…

Сумерки сгущаются. Все праздники когда-нибудь заканчиваются, этот – не исключение. В темноте люди становятся собой. Расползаются, кто куда, таскают кастрюли из-под шашлыков в багажники своих машин. Надо ехать домой – найти знакомые лица, упасть в какую-нибудь машину, назвать адрес. Прохладно на улице, ничего не скажешь – стемнело и похолодало сразу, буквально за несколько минут… Крепкие руки заботливо и настойчиво одновременно направляют ее к небольшому белому автомобилю. – Домчим высшим классом!.. – раздается в ушах. Ольга подходит к машине…

– Ух-ты, дружище, у тебя там как, багажник полный? – этот второй голос чужой, незнакомый, непонятно зачем задает вопрос – потому, что его точно интересует не багажник.

– Слушай, ну ты скажи, что ко мне положить надо – давай я положу? – владелец белого авто слегка напрягается.

– Да это я так, для поддержания разговора. Не о багажнике. Ты вот что: барышню посади сюда, в мою машину. Я один еду. Мне на юго-запад, через весь город. Куда бы то ни было – довезу до дома, всё по пути.

Здравствуйте. Началось… деление трофеев. Понятно, конечно, что на уме у «домчим высшим классом» – но вот что на уме у второго…

– Алекс, ты чего? Я довезу… – голос звучит уверенно. Интересно, подмигивает его носитель сейчас своему собеседнику?

Ответ звучит странно – голос громкий, с прохладцей, не без иронии:

– Дружище, я старший по званию. Барышню прошу разместить во вверенном мне автомобиле. С целью доставки домой.

– Ну ты е-мое, Алексей, ну вот зачем так делать! Ни себе, ни людям! Эээх… – это уже под нос, с обидой. Знакомые уже руки подталкивают Ольгу к синему минивэну и пропадают в темноте.

– Порядок? Спасибо.

– Да ну тебя! Завтра поговорим!

Дверца белой машины сердито хлопает. Заводится шумный маленький мотор. Маленькое белое пятно срывается с места и пропадает в темноте.

Ольга едва не падает в бежевый салон синей машины. Здесь теплее, чем на улице. Настолько, что она размякает и почти засыпает.

Машина движется по ночному шоссе. Погода портится – накрапывает дождик, стучит по дворникам, расползаются по стеклам капли. Мотор урчит мерно, но все равно тут слишком шумно, чтобы спать. Да и кресло не для того – не пристроишься в нем по-настоящему удобно.

– Держи, – ей на колени падает рыжий свитер с горлом. Ольга может утонуть в нем целиком, поэтому набрасывает сверху, как плед. Становится уютно.

– Куда мы едем?

– Здесь в город одна дорога – помнишь такое кино?

Она улыбается.

– Так что это ты мне скажи, куда мы едем. Куда тебя везти?

– Это на Профсоюзной… там рядом…

Щелкает поворотник – перестроение. Какой-то сумасшедший летит вперед, обгоняя редких участников движения. Его габариты моментально скрываются впереди и теперь фары снова видят только разметку, а дворники изредка смахивают капли со стекла.

Они разговаривают – мерно, не торопясь, про приятные мелочи, про жизнь, про людей. Он много спрашивает, осторожно слушает. Его зовут Алексей – он из департамента персонала. Ого, директор… это с ним теперь на «ты» или на «вы»? Наверно, на «вы» уже не получится – ну и ладно, там видно будет. Дорога спорится – пост милиции на МКАДе, город, какие-то чужие улицы…

Наконец, знакомые огни – вывески и витрины на Профсоюзной. Здесь нет дождя – уже прошел, небо очистилось и можно поискать звезды.

– Вот тут, направо… Этот дом, а тут налево. Вот здесь подъезд.

Алексей смотрит на нее почти с удивлением. О чем он думает? Вот странный какой.

– Увидимся.

Ольга выходит из машины, подходит к двери, тянется к щитку домофона. Пахнет мокрой зеленью.

Синий автомобиль стоит неподвижно.
Лифт, скрипнув, приезжает на первый.
Долгий подъем.




Читать бесплатно другие книги:

«Прошли века, прошли тысячелетия, а пророчество Богоприимца Симеона еще не отжило своего времени, не потеряло своего зна...
«Религиозные сомнения посещают всех людей. И юношей, и людей во цвете лет, не оставляют в покое стариков....
«Наконец, когда народ при помощи ясных и наглядных примеров сам поймет, что сектантское общество есть общество не святых...
«В последнее время все чаще и чаще, все громче и настойчивее раздаются такие речи и такие суждения о христианском посте:...
«Мало ли кого у нас забывают, не ценят, не понимают. Но беда в том, что о. Матфея, этого подвижника и борца за православ...
«Что представляет собою библейское повествование о сотворении мира? Подлинно-историческое сказание или же миф, легенду, ...