Молли Мун останавливает время Бинг Джорджия

– Ну и ну. – Люси надолго замолчала. Потом сказала: – Бери свой сок и эти печенья. Пойдём в гостиную. – И заковыляла к другой двери. Молли последовала за ней, вошла в гостиную и на миг даже забыла о Люси и её повязках – так ошеломило её великолепие комнаты. Это был настоящий храм гипнотизма.

В середине стоял стол, на крышке которого был медью инкрустирован узор в виде спирали. Молли взглянула на рисунок. Примерно такая же спираль была выгравирована на маятнике, который когда-то был у неё. Казалось, медные витки притягивают её взгляд к точке в самом центре стола. На девочку нахлынула приятная расслабленность. Она тотчас же отвела глаза.

– Этот столик – гипнотический?

– Не исключено, – ответила Люси.

– В этот раз я буду следить за вами, – улыбнулась Молли. – Помните, как легко вы меня загипнотизировали в библиотеке в прошлом году?

– Ну, как я уже говорила, мне хотелось, чтобы ты нашла книгу, – сказала Люси. – Не волнуйся, больше мне нет нужды тебя гипнотизировать.

– Всё равно я теперь настороже, меня уже не удастся так легко застать врасплох, – ответила Молли, проводя пальцами по завиткам медной спирали. – Я так думаю.

Молли и впрямь насторожилась. Вся обстановка этой комнаты напоминала ей о немыслимой силе гипнотизма. Над камином, в котором весело полыхал огонь, висел портрет викторианского джентльмена с бакенбардами, в чёрном фраке и цилиндре. Из верхнего кармана жилетки свисала золотая цепочка, на конце которой блестели карманные часы. Молли тотчас же узнала старика, изображённого в книге о гипнотизме.

– Да, это и есть великий доктор Логан, – подтвердила Люси, усаживаясь в кресло. – А все вещи, какие ты здесь видишь, когда-то принадлежали ему и передаются из поколения в поколение. Например, этот стол. А в шкафу у тебя за спиной лежат те самые часы, которые он держит на этом портрете. Он использовал их в качестве маятника. Объездил с выступлениями всю Америку, демонстрировал возможности гипноза. Так он и разбогател. У меня есть множество фотографий с его концертов. А вот его коллекция миниатюрных часов. Взгляни.

Молли подошла к шкафу. Он был полон коричневатых фотографий в серебряных рамках. На них были сняты люди в пышных викторианских нарядах. На одной из них доктор Логан театрально позировал на сцене возле очень странной фигуры. Женщина, совершенно прямая, лежала на спинках двух стульев – голова на одном, ноги на другом. Тело её ничем не поддерживалось. Длинное платье было подвязано, как сложенный зонтик, чтобы не свисало до пола. Спина женщины была твёрдой, как доска. Молли знала: это известный гипнотический трюк. Другая фотография с подписью «Брайерсвилль-парк» изображала огромный дом с высокими колоннами возле парадной двери и с роскошным крыльцом, выходящим на гравиевую дорожку.

Молли осмотрела золотые карманные часы, затем – маленькие каретные часики. На стене возле шкафа висело ещё трое часов: одни – круглые, другие – в форме маяка, третьи – похожие на кубок. И все они показывали точное время.

– Никогда не видела в одном доме столько часов, – сказала Молли.

– Ну, ты никогда не бывала в гостях у коллекционера, – ответила Люси. – Часы напоминают мне, что жизнь коротка и нельзя терять время понапрасну.

Молли задумалась об этом и выглянула из окна гостиной. Тут-то она и заметила животных, выстриженных из кустов. Оказывается, они росли именно в саду у Люси.

– Ух ты! А я как раз вчера разглядывала ваших зверей на кустах, – воскликнула Молли. – Вот уж не знала, что они ваши. Они у вас недавно? Я часто смотрела на реку со стоянки у магазина и никогда их не видела.

– Да, они здесь недавно. Я купила взрослые кусты и сама их подстригла.

– Мне понравился пёс с большими глазами, – сказала Молли.

Люси засмеялась.

– Я пыталась сделать лемура. Пожалуй, нужно поучиться на курсах по стрижке деревьев. – Она взяла печенье. – Угощайся, Молли. Мне-то уже хватит есть. После аварии я набрала много лишнего веса. Поедаю печенье килограммами. – Она пошевелилась, как будто юбка была ей тесновата, и немного расстегнула молнию. – Эти кусты здесь посажены не просто так, – добавила она. – А для того, чтобы никто не подсматривал в окна.

И снова Люси встревоженно огляделась по сторонам, как будто чего-то боялась.

– Откуда мне знать, кто на меня смотрит в эту минуту, – прошептала она. Помолчала, потом заговорила очень серьёзно: – Молли, сегодня мне нужно рассказать тебе очень много. Но прежде всего я хочу услышать обо всём, что случилось с тобой после того, как ты прочитала книгу. Мне очень важно это знать. А потом я тебе расскажу, над чем я работаю. Но сначала ты. Мне давно не терпится послушать о твоих приключениях.

– Конечно, – отозвалась Молли. Ей было любопытно узнать, чем же таким таинственным занята Люси, но ещё больше хотелось поведать о своих приключениях. И она начала рассказ: – Это было невероятно. Пожалуй, лучшее время в моей жизни. И оно перемешалось с самым худшим временем…

Люси Логан слушала очень внимательно, но, как показалось Молли, её не слишком интересовали проделки Молли в Брайерсвилле и Нью-Йорке. Больше всего слушательницу занимало другое: она хотела знать, кого именно Молли загипнотизировала и каким образом. Она расспрашивала Молли, как ей удалось завоевать симпатии зрителей на брайерсвилльском конкурсе талантов и выиграть его, потом – как она загипнотизировала стюардессу, потом – работников отеля в Нью-Йорке. Ей хотелось в точности знать, как Молли справилась со своим агентом Барри Хватом, а ещё больше – как она подчинила своей воле полный зрительный зал на спектакле «Звёзды на Марсе». Она расспрашивала о точных деталях тех методов, с помощью которых Молли и Рокки ограбили Шорингс-Банк, когда Нокман шантажом вынудил их на это. Вопросы были очень дотошные, словно Люси устроила для Молли экзамен.

– Значит, – сказала она наконец, – ты вернула все деньги и драгоценности обратно в банк. На редкость честный поступок. Мало кто способен на такое.

Молли ничего не ответила. Её пальцы машинально потянулись к бриллианту, висевшему на шее. Она решила пока что не говорить о нём. Не хотелось услышать от Люси неодобрительные слова.

– Люси, – сказала она вместо этого, вытирая губы рукавом. – А вы? Теперь ваша очередь рассказывать о гипнотических приключениях.

– Конечно, расскажу, – ответила Люси и взяла ещё одно печенье. – Но не сейчас. – Голубые глаза смотрели на Молли из-за бинтов, словно из белой рамы. Голос был очень серьёзен. – Молли, сейчас нет времени на мои похождения. У меня есть дело, из-за которого я и оставила работу в библиотеке. И дело очень тяжёлое. Вот почему я не звонила тебе. Не хотела втягивать тебя в это, подвергать опасности. Но пришло время тебе узнать, что происходит на свете. – Люси глубоко вздохнула. – Ты думала, что идёшь ко мне на чай отдохнуть, весело поболтать, но я пригласила тебя для того, чтобы поручить тебе дело. Очень, очень важное. Мне ужасно жаль, но другого выхода нет. Время на исходе.

Молли сглотнула подступивший к горлу комок. Ей было совсем не по вкусу, что приятный послеобеденный визит обращается в нечто рискованное.

Люси встала.

– Пойдём со мной.

Молли вышла вслед за Люси из гостиной, прошла по коридору, увешанному ещё полудюжиной часов. Длинная каменная лестница вела в подвал. Люси медленно ковыляла по ступенькам.

Внизу лестницы оказалась дверь с четырьмя замками: двумя комбинационными висячими и двумя обычными, для ключей. Молли стало страшно: какие секреты приходится скрывать за такой дверью?

– Там хранятся тайны, – сказала Люси, – которые нужно прятать от посторонних глаз. И эти тайны тебя заинтересуют. Входи.

Глава шестая

Рис.10 Молли Мун останавливает время

Комната в подвале оказалась совсем не такой, как предполагала Молли. В доме библиотекарши она ожидала бы увидеть длинные ряды полок со старыми книгами и шкафы с каталожными карточками, а очутилась в ультрасовременном зале, обставленном по последнему слову техники, с металлическими стеллажами вдоль стен. На дальней стене темнел плазменный экран. Скрытые потолочные светильники освещали серый ковёр и бросали отблески на полированный стол в центре зала. На столе стояли белая клавиатура, компьютерная мышка на бархатном коврике и два миниатюрных деревца-бонсаи. Под белым экраном стояла стеклянная витрина. В ней были выставлены шесть пар крохотных разноцветных туфелек.

– Это старинные китайские туфельки-лотосы, – пояснила Люси, заметив интерес Молли. – Некоторые из них относятся к южной династии Тан, около 920 года нашей эры. Их надевали девочкам, чьи ноги бинтовали очень туго, чтобы они не выросли большими. Красивые, правда?

– Вы в своих… приключениях добирались до Китая? – спросила Молли. Странные маленькие туфельки разбудили в ней тревогу.

– Нет. – Люси опустилась во вращающееся хромированное кресло и жестом пригласила Молли сесть в соседнее. Потом повернулась к компьютеру.

Из большого стеллажа, полного стальной аппаратуры, донеслось тихое журчание, и на огромном настенном экране появилось меню, содержавшее множество файлов.

– Молли, – очень серьёзно произнесла Люси. – Я уволилась из библиотеки, потому что год назад обнаружила кое-что удивительное. И все последние месяцы я была занята исследованиями этого явления. В мире происходит нечто очень страшное. И это касается и тебя, и меня – всех.

Молли твёрдо знала: чем бы ни был этот таинственный кошмар, она не желает иметь с ним никаких дел. Она вытерла вспотевшие руки о джинсы, а Люси дважды щёлкнула мышкой по одному из файлов, обозначенному «ЛА». На экране появилась первая страница из газеты «Лос-Анджелес Таймс». Заголовок гласил: «Похищена девочка-звезда Дивина Наттель». С фотографии улыбалось знакомое лицо юной артистки, прижимавшей к груди щенка.

– Думаю, ты об этом слышала, – сказала Люси. – Полиция не может найти никаких следов. Несчастная девочка как сквозь землю провалилась.

– Бедная Дивина, – проговорила Молли. – Пусть она не слишком хороший человек, но надеюсь, с ней всё в порядке.

– Полагаю, что далеко не всё, – возразила Люси. – Кроме того, подозреваю, что полиция будет не слишком усердно расследовать это исчезновение. Мне кажется, Дивину похитил человек, обладающий огромным влиянием на полицию, поэтому, скорее всего, его никогда не поймают.

– Кто этот человек? – спросила Молли. – Откуда вы знаете?

– Сначала я хочу тебе кое-что показать, а потом уже расскажу, кто он, по-моему, такой.

На экране вспыхнула череда картинок. Как ни странно, все они были выдержками из рекламы. Сначала появился красный спортивный автомобиль «Праймоспид», потом зелёная газонокосилка «Стриж», потом – компьютер «Компьюклетс», шоколадное мороженое «Небо». Перед глазами Молли мелькали десятки разных предметов, не имевших между собой ничего общего. Многие из них были ей знакомы. Сине-серебристая чернильная ручка «Вдохновение», складной нож «Трик-трак», платье в горошек из линии «Домашняя мода», банка супа «Морячка», пакет медовых пшеничных хлопьев, рулон туалетной бумаги «Шелест», баночка крема «Свежий взгляд», йогурт «Витавелл» и бутылочка моющего средства «Весёлые пузырьки». Молли не понимала, какое отношение имеют эти повседневные вещи к ужасному похищению Дивины Наттель.

Люси неожиданно спросила:

– Молли, как ты выбираешь, что купить?

– Я знаю, чего хочу, – неуверенно ответила Молли, не понимая, такого ли объяснения от неё ждут. На экране, словно желая помочь, запрыгала банка «Кьюта».

– Но откуда ты знаешь, чего хочешь? – продолжала спрашивать Люси. – На свете столько чудесных вещей. Например, взгляни-ка на эти конфеты. – Люси щёлкнула мышкой, и по экрану поплыли конфеты десятка сортов. Жвачка «Зубастик», ириски «Ку-ку», батончики «Небо». – Откуда ты знаешь, какие конфеты покупать?

– Ну, я же знаю, какие мне нравятся.

– Да, но прежде чем ты впервые попробовала эти конфеты и поняла, какие из них тебе нравятся, как ты решила выбрать их?

– Потому что я о них слышала.

– От кого?

– От друзей.

– И?..

– И из рекламы.

– Вот именно, – произнесла Люси.

Молли задумалась, куда она клонит. Она не считала, что реклама – это хорошо. Когда-то ей казалось, что напиток «Кьют» способен изменить её жизнь, потому что у него была сказочная, блестящая реклама. А на самом деле он вызвал только отрыжку. Неужели вся реклама нужна только для промывания мозгов?

– Я рада, что ты понимаешь, что реклама способна заставить людей покупать вещи, – продолжала Люси. – Теперь всмотрись внимательно в эти лица.

На экране поплыли портреты знаменитостей, и Молли узнавала почти всех. Были там кинозвёзды, певцы, другие известные личности. Глория Сердсенс – «королева Голливуда», юная звёздочка Сьюли Шампань, мальчик-певец Билли Боб Бимбл, Геркулес Стоун, Космо Ас, боксёр Кинг Лосс, каратист Тони Вам.

– Скажи, – спросила Люси, остановив на экране фотографию рыжеволосой женщины с большими карими глазами. – Знаешь ли ты, чем эта дама любит подкрепиться после занятий гимнастикой?

Вопрос был странный, но внезапно Молли поняла, что прекрасно знает, чем питается Стефани Гулляш, знаменитая певица. На прошлой неделе Гизела заказала ей купить именно эти хрустящие батончики.

– «Тонкие звонкие», – ответила Молли, чувствуя себя, как на телевикторине.

– Совершенно верно, – кивнула Люси. – А этот киногерой, Геркулес Стоун? Каким дезодорантом он пользуется?

– «Дубовая роща».

Слова слетели у Молли с языка даже раньше, чем она успела обдумать ответ. Крейг целыми днями только и говорил о Геркулесе Стоуне: как он питается, что носит, чем брызгает свои знаменитые подмышки.

– Вот именно, – повторила Люси. – Вот видишь, эти знаменитости, как и реклама, рассказывают людям о том, что надо покупать.

Молли кивнула.

– Миллионы людей, как и ты, знают эти вещи. Это-то меня и беспокоит.

Молли не понимала, из-за чего Люси тревожится. Может быть, она немного старомодна и считает, что звёзды не должны впускать посторонних в свою личную жизнь. Но какое отношение имеет это к похищению Дивины Наттель?

Люси вызвала на экран подборку видеоклипов. Рекламный ролик, в котором крохотная Стефани Гулляш сидит на гигантском подобии знаменитого батончика. Геркулес Стоун фехтует громадным карандашом «Дубовая роща», отбиваясь от целой стаи мелких зелёных страшилищ. Двадцать роликов, рекламирующих всё что угодно – от губной помады до стиральных машин и компьютеров. И участвовали в них самые знаменитые деятели шоу-бизнеса, спортсмены, телеведущие. Молли узнавала почти всех.

– И вот что самое важное, – добавила Люси. – Все эти товары изготовлены компаниями, принадлежащими одному и тому же человеку. Всякий раз, когда продаётся одна из этих вещей, он становится богаче.

– Наверное, он очень богат, – заметила Молли.

– Почему так много знаменитостей дружно рекламируют именно его товары? Не слишком ли странное совпадение? – сказала Люси. – Ни один из них не предлагает зрителям ни одного товара других компаний.

– Наверное, он платит им за это кучу денег, – предположила Молли.

– Не думаю, – ответила Люси и внезапно, повернувшись в кресле, заглянула Молли прямо в лицо. – Мне кажется, он их гипнотизирует.

– Что?!

– Молли, ты наверняка понимаешь, какой могучей силой обладает гипнотизм. Знай: в плохих руках он может превратиться в опасное оружие.

Молли медленно кивнула. Ей не хотелось слышать того, что будет сказано дальше.

– Я давно подозревала, – продолжала Люси, – что когда-нибудь найдётся человек, который захочет разбогатеть с помощью секретов гипнотизма. Мой прадедушка – а он разбогател, демонстрируя публике свои таланты, – всегда боялся такой возможности. И он был прав. Гипнотической силой обладают не только хорошие, но и злые люди. И если плохой человек умеет гипнотизировать, то его алчность уничтожит всё на своём пути. Этот бизнесмен крайне опасен.

Перед Молли появились, заполнив весь экран, громадная голова и плечи высокого седовласого человека в изысканном костюме и бейсбольной кепке. Он стоял, держа под руки двух знаменитых бейсболистов.

Рис.11 Молли Мун останавливает время

– Ему принадлежат компании, выпускающие кроссовки «Ракета», и батончики «Небо», и «Дубовую рощу», и «Тонкие звонкие», и массу других вещей, которые ты сегодня видела на экране. Он мультимультимиллиардер. Молли, он так богат, что за один день получает больше денег, чем все жители Брайерсвилля за целый год. Его зовут Праймо Клетс.

На экране появлялись всё новые и новые фотографии элегантного загорелого магната. Потрясённая Молли смотрела во все глаза. У него было широкое лицо с крупным носом, квадратный подбородок и большой рот. Все его черты были ничем не примечательны, за исключением глаз. Один глаз был бирюзово-зелёный, другой – карий, и вместе они казались странно притягательными, зовущими. В них хотелось смотреть и смотреть, не отрываясь. На одном снимке миллиардер был изображён на сафари с маленьким львёнком на руках, на другом – вознёсся на тысячу футов в корзине воздушного шара. Множество видеоклипов демонстрировали его в ресторанах, на вечеринках со знаменитостями, которые мелькали на экране получасом раньше. Сьюли Шампань, Геркулес Стоун, Глория Сердсенс, Стефани Гулляш, Космо Ас.

– Я уверена, Праймо Клетс – гипнотизёр, – сказала Люси. – Я тоже умею гипнотизировать, и очень неплохо. Именно потому, что я разбираюсь в этом искусстве, я и заподозрила его некоторое время назад. С тех пор я изучила всё, что сумела найти о нём. Из этой комнаты я могу смотреть телепередачи со всего мира. И чем больше я узнавала, тем больше убеждалась, что я права. Скажу даже больше. Двадцать лет назад этого человека не знал никто. Смотри.

На следующей фотографии легко было узнать того же самого человека, только намного моложе, в футболке и джинсах, с плакатом «Сделайте вашего питомца вегетарианцем. Покупайте корм для животных “Ласковый зверёк”».

– Его первое начинание окончилось грандиозным провалом.

– Однако идея была неплохая, – добавила Молли, вспомнив, как Петула любит клубнику.

– Вот почему они и назвали это «Ласковый зверёк». Сравни этого человека с сегодняшним Праймо Клетсом. С каждым днём Клетс становился всё богаче и могущественнее. Сейчас этот же самый человек владеет сотнями компаний и миллионы людей по всему миру покупают его товары. Звёзды радостно рекламируют его продукцию – вещи, которые на самом деле им даром не нужны. Посмотри на эту фотографию Геркулеса Стоуна – он моет посуду жидкостью «Весёлые пузырьки». Это не принесёт пользы карьере Стоуна. Такому красавцу не полагается и пальцем шевельнуть в работе по дому. Он бы не стал сниматься в этом ролике, если бы его не заставили – или загипнотизировали.

Голова Молли лихорадочно работала. Ей было нелегко разобраться в мыслях Люси.

– Может быть, надо было сообщить в полицию?

– Я туда ходила. Глупый поступок. Они, конечно же, сочли меня сумасшедшей. «Что за вздорная болтовня?» – сказали мне. А через неделю я попала в аварию. – При этом воспоминании Люси содрогнулась. – Мне ещё повезло, что я сумела выбраться из горящей машины. Если бы не полиция, никакой аварии не произошло бы, я уверена. Праймо Клетс бережёт свои тылы. Человек, обладающий такими секретами, вынужден быть осторожным. У него есть свои люди среди высоких полицейских чинов и здесь, и в Америке. Я не сомневаюсь: если я заговорю опять, произойдёт ещё один несчастный случай. И тогда уже Клетс позаботится, чтобы я не вышла из него живой. С каждым днём ситуация ухудшается. Влияние Клетса распространяется, как плесень. Он властвует над умами людей, как вблизи, так и издалека, и люди об этом не догадываются. А умы людей должны быть свободны, Молли. Больше всего я боюсь, что амбиции Клетса не ограничиваются только богатством. Кое-кто из высокопоставленных лиц поговаривает, что его можно избрать президентом.

– Что? Президентом Соединённых Штатов?

– Совершенно верно. Если бы ты была маниакальной эгоисткой, рвалась к власти и могла заставить людей делать всё что угодно, разве не захотела бы ты выйти в президенты?

Молли понимала, что это правда.

– У меня пока ещё нет доказательств, что он хочет баллотироваться в президенты в этом году. Но это вполне возможно. Он способен сделать так, что люди его поддержат, и у него хватит денег на избирательную кампанию.

Вдруг к Молли в голову пришла неожиданная мысль.

– Но, Люси, со временем гипнотизм выветривается. Праймо Клетс не может годами держать под контролем тысячи людей. Ему нужно каждый раз заново гипнотизировать всех этих звёзд, знаменитостей, полицейских чинов, политиков.

Люси кивнула.

– На первый взгляд кажется, что так оно и есть, но у него под каблуком тысячи людей, и многих из них он подчинил себе не один год назад. Я полагаю, он каким-то образом нашёл способ держать людей под гипнозом постоянно. Наверное, открыл новую разновидность гипноза, более сильную, чем наша.

Молли нахмурила брови, переваривая эту мысль. Новость была пугающей.

Но Люси ещё не закончила:

– Кроме того, я уверена, что за исчезновением Дивины Наттель стоит Праймо Клетс. Мне удалось узнать, что Клетс планирует в этом году запустить в производство новую линию детской одежды «Домашняя мода». В газетах несколько раз печатали фотографии того, как он выходит из манхэттенского театра после спектакля «Звёзды на Марсе». Наверное, он хотел, чтобы Дивина рекламировала «Домашнюю моду», точно так же как и все остальные звёзды помогают продавать его товары. Мой инстинкт гипнотизёра говорит, что у него что-то не получилось. Может быть, Дивина отвергла его планы. Возможно, разгадала его секрет. Может, как ни странно, она сумела сопротивляться его гипнозу. Как бы то ни было, я полагаю, что он хочет от неё избавиться. Это похищение означает, что стиль преступлений Клетса резко изменился в худшую сторону. Мало того что он управляет умами людей, он уже начал похищать детей. Это намного хуже. Этот человек закусил удила.

Если вы когда-нибудь катались на американских горках, то вам наверняка знакомо то тошнотворное чувство, которое возникает, когда вагончик медленно вползает на вершину и на миг замирает перед тем, как ринуться вниз. В животе волнами поднимаются самые дурные предвкушения. Интуиция подсказывала Молли, что через мгновение начнётся жуткая, стремительная гонка. Ей хотелось закатить глаза и вцепиться в подлокотники так, чтобы пальцы побелели.

Люси коснулась её плеча, как будто готовя к самому худшему.

– Мы должны выяснить, что это за новый вид гипноза и как он действует. Каким образом Клетс удерживает свои жертвы под постоянным контролем.

– Мы? – упавшим голосом переспросила Молли.

– Молли, может быть, ты этого и не осознаёшь, но у тебя к гипнозу не просто способности. У тебя необычайный талант. Твои гипнотические упражнения в Нью-Йорке совершенно изумительны. С Праймо Клетсом может состязаться только такой мастер, как ты. Потому что он, без сомнения, виртуозный гипнотизёр. Он одним пальцем раздавит любого человека с меньшими способностями. Но ты великолепна. Я никогда ни у кого не встречала таких сил. Молли, ты сумеешь помочь. И, раз это в твоих силах, ты должна помочь. Если ты откажешься, весь мир покатится в тартарары. И подумай о бедняжке Дивине.

Молли вспыхнула. Слова Люси льстили ей, но в то же время она страшно боялась той просьбы, которая, она понимала, вот-вот будет высказана.

– Чего вы от меня хотите?

– Хочу, чтобы ты поехала в Лос-Анджелес, в Америку, в штаб-квартиру Праймо Клетса. – На экране возникла фотография офисного здания из синего стекла с пальмами у парадного входа. – Он работает здесь. А это – его дом. – Серый особняк среди раскидистых кедров, окружённый высоким забором, с воротами металлоискателя у дверей. – Прежде всего ты должна выяснить, связан ли Праймо Клетс с исчезновением Дивины. А потом разузнай, где она. Помоги ей, если сможешь. Изучи всё, что связано с Клетсом. Поговори со звёздами, которых он себе подчинил. И сообщи мне. – Люси помолчала. – Чтобы добыть все необходимые сведения, тебе придётся много раз пускать в ход гипнотизм. Но я не сомневаюсь, ты справишься. Поедешь, Молли?

Молли вспомнила, какой беспросветной была её жизнь до того, как она нашла книгу о гипнотизме. И как счастлива она сейчас. И этим счастьем она обязана Люси. Как можно отказаться ей помочь? Но потом она подняла глаза, взглянула на неприступные стальные ворота, представила себе, как хрупкая библиотекарша вылезает из горящего автомобиля, и внутренне затрепетала. Ей не хотелось ехать в Америку, сталкиваться с этим опасным преступником, но, несмотря ни на что, Молли почувствовала, что невольно кивает.

– Поеду, – ответила девочка. Потом, не удержавшись, выпалила: – А что, если Праймо Клетс загипнотизирует меня?

– Не исключено, Молли. Не буду лгать, дело рискованное. Но, если это произойдёт, уверяю тебя, я сделаю всё, чтобы вернуть тебя сюда.

Молли потёрла вспотевшие ладони о джинсы.

– Тебе, наверное, кажется, что такая задача по силам только взрослому человеку, – сказала Люси. – Но это не так. Ты гениальная гипнотизёрша. И великолепное секретное оружие. Сейчас объясню почему. Много лет назад моя мать дала мне хороший совет. Она сказала: «Всегда создавай себе хорошее прикрытие, Люси. Тогда, если твоя сила понадобится, ты сможешь действовать, не вызывая подозрений». Библиотекарь Люси Логан, тихая серая мышка, была для меня идеальным прикрытием. За этой личностью я пряталась много лет. И таких, как я, очень много. Они скрываются за мирными профессиями, делают вид, что у них совсем не много сил. Но никто из них не пригоден для этой работы так, как ты, Молли. У тебя идеальное прикрытие. Ты можешь втереться в доверие к Клетсу и выяснить всё о нём, не вызывая никаких подозрений, потому что ты – всего лишь ребёнок. Праймо Клетс никогда не заподозрит ребёнка.

Молли казалось, что она только что проглотила волшебную таблетку, которая полностью изменит её жизнь.

– Когда мне ехать? – спросила она.

Глава седьмая

Рис.12 Молли Мун останавливает время

Молли радовалась, что у неё на велосипеде есть фонарь: она засиделась у Люси до темноты. Она привязала к багажнику портфель с бумагами, который ей дала Люси, и, устало крутя педали, катила через вечерний Брайерсвилль, потом выехала из города и повернула вверх, по склону холма.

Девочка чувствовала себя обманутой. Ей казалось, что Люси зовёт её поговорить о гипнотизме, рассказать что-нибудь интересное. А вместо этого Праймо Клетс похитил у них целых полдня. Уже за это Молли заранее возненавидела его.

Всё, что она узнала, казалось каким-то нереальным. Представьте себе, что кто-нибудь собрал неопровержимые доказательства того, что птицы – это на самом деле космические пришельцы и намереваются захватить наш мир. Вы усомнитесь в том, что это правда, даже если вас поставят перед фактами. Точно так же Молли в душе относилась к Праймо Клетсу. Но всё-таки Молли лучше других знала, как легко подчинить себе тысячи человек. Она нутром чувствовала, что Люси сказала правду.

Молли старалась не задумываться о том, что будет, если Праймо Клетс поймает её за этим расследованием. Если он и вправду похитил Дивину и запросто избавлялся от других людей, значит, он настоящий псих и очень опасен. Молли пожалела, что у неё нет быстрого автомобиля со множеством современных приспособлений. А есть только велосипед.

Но были и два момента, которые радовали Молли. Во-первых, Люси снова разрешила ей заниматься гипнотизмом. Во-вторых, она едет в Лос-Анджелес!

* * *

А в Счастливом Приюте Джемма и Джерри чистили мышиную клетку. И сделали удивительное открытие.

Все десять Джерриных мышат суматошно бегали по картонной коробке.

– Когда ты в последний раз чистил эту клетку? – спросила Джемма, брезгливо морща нос.

– С Рождества я четыре раза вычищал самые грязные места. А вот здесь, где не пачкается, я и не трогал.

– А почему здесь не пачкается?

– Потому что тут мыши спят.

Джемма вытащила солому и обрывки подстилки. Джерри потянул за пачку бумаги в чистом уголке.

– Смотри, – сказал он. – Бумага как новенькая, только обгрызена по краям. – Он бросил клочки на пол.

– На ней что-то написано, – заметила Джемма и подняла обрывки. Потом собрала из них разорванную страницу. – Тут сказано: «Книга по ги…» Дальше не разберу, мыши сгрызли. А вот тут написано: «Уроки древнего искусства». Как ты думаешь, что это такое?

– Понятия не имею, – поджал плечами Джерри, отжал губку и принялся мыть клетку. – Наверно, что-нибудь о рисовании в стародавней манере?

– Это ксерокопия. – Джемма осторожно разлепила станицы. – Это о… о гипнотизме. Джерри, где ты её достал? Ещё страницы есть? – Джемма заглянула в глубину клетки.

– Наверное, были, только я выбросил. А что такое гипнотизм?

– Ну, это когда погружаешь кого-нибудь в сон и заставляешь его делать всякие штуки. Откуда ты взял эти бумажки?

– Из мусорной корзины. Сто лет назад.

– Из чьей корзины?

– Не помню, может, у Руби, может, у Рокки, они всегда переводят больше всех бумаги. Рокки записывает слова своих песен, а потом их выкидывает. Я думал, это песня. Да ну её, Джемма, хватит читать, ты обещала мне помочь с мышками.

Но Джемма слишком заинтересовалась находкой и забыла про мышей.

– А вдруг это очень важно, – пробормотала она. – Пойду-ка я к сушилке да прочитаю. Приходи ко мне туда.

Через двадцать минут Джерри и Джемма сидели, скрестив ноги, на ворохе полотенец в тёмном сушильном шкафу и водили тонким лучиком карманного фонаря по изодранной стопке ксероксной бумаги.

– Как ты думаешь, мы и вправду могли бы этому научиться? – спросил Джерри.

– Давай попробуем на мышках, – предложила Джемма.

– Прямо сейчас? У меня в кармане Виктор.

– Нет, сначала нужно научиться как следует. Как жаль, что тут не все уроки. Джерри, никому не говори. Это страшная тайна, понял?

– Понял, – отозвался Джерри, и оба скрепили договор, стукнувшись кулаками.

* * *

Молли вернулась в Счастливый Приют. Ей до смерти хотелось поговорить с Рокки. Она надеялась, что он не ушёл по своей привычке куда-нибудь побродить. В телевизионной комнате его не было – только миссис Тринкелбери смотрела передачу о шитье из лоскутков. Наконец она отыскала его в кухне – он сидел с Петулой на коленях и читал газету. Рядом с ним Нокман изучал руководство по дрессировке птиц.

– Эй, – тихонько окликнула Молли приятеля.

– Угу, – отозвался он и вышел с Петулой в коридор. Молли схватила его за рукав и потащила вверх по лестнице. – Что стряслось? Откуда у тебя этот портфель?

Молли подтащила его к скамейке у окна в самом конце коридора на верхнем этаже и, усадив, шёпотом рассказала обо всём, что случилось у Люси Логан. Рокки слушал и, хмуря брови, пытался уловить что-нибудь в торопливом, сбивчивом рассказе подруги. Потом она открыла портфель и показала ему фотографии и карты района Лос-Анджелеса, в котором жил Праймо Клетс.

– Люси считает, что, раз мы дети, нам ничего не грозит, – закончила Молли. – Это вроде маскировки, потому что Клетсу в голову не придёт, что ребёнок может вникать в его дела.

Рокки пожал плечами.

– Лично мне всё это кажется полной чепухой. Я не верю.

– Ты не веришь, потому что не хочешь ехать. Вот почему.

– А кто сказал, что я поеду? – спросил Рокки, повышая голос.

– Рокки, – тихо, но твёрдо произнесла Молли. – Ты должен мне помочь. Я здесь не единственная, кто умеет гипнотизировать.

– Но в этом я во много раз слабее тебя, Молли.

– Значит, ты всё-таки веришь, что это правда?

– Этого я не говорил.

– Ладно, даже если не веришь, ты всё равно будешь рад провести каникулы в Лос-Анджелесе, – уверенно заявила Молли.

– Но…

– С каких это пор Рокки Скарлет отказывается от поездки в солнечный ЛА? – подначила Молли. – Там у тебя не будет ни одного приступа астмы.

– Но…

– Рокки, я ни за что на свете не поеду туда одна, – сказала Молли громче, чем намеревалась. – Послушай, там гораздо теплее, чем здесь, кругом пляжи. Мы поедем всего лишь на месяц или около того. Без тебя мне не справиться. Рокки, поехали, пожалуйста.

Внезапно Петула села и энергично завиляла хвостом. В конце коридора кто-то показался.

К ним робко приблизились Джемма и Джерри. Сидя в сушилке, они невольно подслушали последнюю часть разговора Молли и Рокки и теперь, хоть им и было стыдно, сгорали от любопытства.

– Что за каникулы? Что за пляжи? Куда вы едете? Мы тоже хотим, – сказала Джемма.

– Да, – подтвердил Джерри. – Нельзя нас оставлять. В прошлый раз, когда вы нас оставили, было ужасно. Помните?

– Но вам нельзя ехать, – начала Молли. И запнулась. У Джеммы и Джерри ни разу не было каникул. Она представила их себе на пляже, с ведёрками и лопатками, или в море, как они качаются на волнах, или на экскурсии на одной из лос-анджелесских киностудий, и её сердце растаяло. Им наверняка понравится, и помехой они не станут. Даже, пожалуй, будут на пользу делу.

– Знаешь, Рокки, если взять миссис Тринкелбери, чтобы она за ними присматривала, то мы будем выглядеть как обыкновенная семья на каникулах. И Нокман тоже пригодится. – Молли подумала, что криминальные таланты Нокмана пошли бы им на пользу. Особенно хорошо он умел вскрывать замки. Молли подсчитала в уме оставшиеся приютские деньги, добавила к ним те средства, которые обещала Люси. Кроме того, Люси предположила, что ещё немалую сумму Молли может выручить с помощью гипнотизма.

– А что делать с остальными? – спросил Рокки. – На следующей неделе они вернутся со своих курсов.

– Может быть, попросить сестру миссис Тринкелбери, чтобы она пустила их пожить у себя на ферме? – предложила Молли и вопросительно посмотрела на Рокки. Тот кивнул. – Я поговорю с мистером Стратфилдом, – продолжала Молли, прикидывая, как загипнотизировать директора школы. – Хорошо, Джемма, когда миссис Т. закончит смотреть свою передачу, я скажу ей, что некий благотворитель пригласил нас в ЛА.

Рокки ухмыльнулся.

– А я подыщу отель, где мы все остановимся, а Нокман организует билеты. Выезжаем как можно скорее.

– Мы тоже поедем, правда? – неуверенно спросил Джерри.

– Конечно, – подтвердил Рокки.

– Ур-ра! – завопил Джерри. – Ур-ра-а-а-а! – И, не зная, куда выплеснуть нахлынувшую радость, запрыгал, как взбесившийся кенгуру. – ЛА, ЛА, ЛА, ЛА, – кричал он, бегая по коридору взад и вперёд. Но вдруг остановился. – А где это – ЛА? – спросил он.

– ЛА означает Лос-Анджелес, – пояснил Рокки. – Это в Калифорнии, в Америке.

– Ух ты, в Америке! Вот это да! – Джерри окончательно закусил удила. Он скатился по лестнице, проскакал пару кругов по вестибюлю, снова взлетел и долго носился так вверх и вниз, вопя: – Больше в школу не пойду! Больше в школу не пойду!

Джемма десять раз поблагодарила Молли и поспешила к себе в спальню – собирать вещи.

– Мы решили правильно, – сказала Молли. – Потому что, если мы поедем одни и с нами что-нибудь случится, им никогда уже не побывать на каникулах.

– А что с нами может случиться? – спросил Рокки, приподнимая бровь.

– Да то же самое, что с Дивиной! Откуда я знаю. Этот мистер Клетс – маньяк, рвущийся к власти. И великолепный гипнотизёр. Чёрт возьми, Рокки, во что мы ввязались?

– В беду, – прозаическим тоном пояснил Рокки.

– Ещё в какую беду, – вздохнула Молли.

Глава восьмая

Рис.13 Молли Мун останавливает время

Впоследующие три дня Счастливый Приют бурлил от нетерпения.

При известии о каникулах миссис Тринкелбери пришла в такой восторг, что на радостях зашвырнула фартук в камин. Ей не терпелось поехать в Лос-Анджелес, в Голливуд, кинематографическую столицу мира, где живут все обожаемые ею звёзды. Она лелеяла надежду повстречать кого-нибудь из них.

Джерри очень тревожился за своих мышек и целыми днями мастерил для них дорожную клетку, а Джемма часами лежала на кровати и читала ксерокопии страниц из книги по гипнотизму, которые обычно прятала под подушкой.

– Как ты думаешь, Рокки, море там тёплое? – расспрашивал Джерри, пока они обшаривали чердак в поисках чемоданов.

– Какое там тёплое! Оно горячее, как кипяток. Мы же едем в Лос-Анджелес, Джерри. Это на побережье Тихого океана, на крайнем западе Америки. Там кругом пустыни. Дождей почти не бывает. В марте там жара в тридцать градусов. Жарче, чем в Брайерсвилле в разгар лета.

– А если пустыня, то как там люди живут? Что они пьют? Вряд ли там много народу, – комментировал Джерри, заглядывая в дыру за плинтусом. – Смотри-ка, тут мышка живёт.

– В горах над городом построено множество плотин, – пояснил Рокки. – И сооружены большие водохранилища, откуда вода поступает в город. Нокман говорил, в Лос-Анджелесе живёт восемь с половиной миллионов человек. Кстати, во всей Америке двести семьдесят миллионов.

– Интересно, а сколько в Америке мышей? – задумчиво спросил Джерри.

– Наверное, миллиарды. – Рокки вытащил из-за выцветшей красной коляски пыльный чемодан.

Спустившись вниз с чемоданом и тремя старыми портфелями, ребята обнаружили, что ни один из них не открывается. Мистеру Нокману пришлось изрядно повозиться с комбинационными замками и поковырять отвёрткой в замочных скважинах чемодана.

Нокман был не особенно счастлив возвращаться в Америку. Там он до недавних пор провёл почти всю жизнь и не хотел, чтобы ему напоминали о неблаговидном прошлом и совершённых там преступлениях. Он боялся, что его одолеет соблазн снова сделать что-нибудь нехорошее, но миссис Тринкелбери, руководившая его перевоспитанием, сказала, что поездка пойдёт ему на пользу. Поэтому Нокман старательно сооружал дорожную клетку для своих двадцати попугайчиков. Молли сказала ему, что благотворитель уладит все дорожные формальности с перевозкой домашних животных. Нокман автоматически поверил ей. Он всегда прислушивался к тому, что говорила Молли, хотя до конца и не понимал почему. Он был рад, что птицы поедут с ним, потому что иначе он сам отказался бы от путешествия.

Страницы: «« 123 »»

Читать бесплатно другие книги:

Шестнадцатилетняя Василиса после смерти дедушки вынуждена уехать с охотничьей базы, на которой она р...
Он заслужил почетное прозвище ЧЕРТОБОЙ как лучший охотник за инопланетными тварями, захватившими Зем...
Александр Мясников советует: «Прочитайте эту книгу. Откровенный разговор ведут умные люди, причем в ...
Это откровенная биография женщины с необычной профессией, которая стала известной благодаря фильму «...
Бесспорно, виноград – сложная в содержании культура. Однако при соблюдении простых правил агротехник...
Зелень и салаты – важная и незаменимая часть нашего рациона. Эти культуры являются богатейшим источн...