Ведьма огненного ветра Кузьмина Надежда

© Кузьмина Н.М., 2017

© Оформление. ООО «Издательство «Э», 2017

* * *

Особняк засыпал. Измученная долгими родами госпожа наконец-то разрешилась от бремени. Падали с ног утомлённые горничные, клевала носом усталая повитуха. Муж, двое суток не смыкавший глаз у дверей спальни, прилёг отдохнуть. Тихо сопела новорожденная в кленовой колыбели… И никто не слышал, как беззвучно отворилась дверь и в комнату роженицы проскользнула женщина, прижимавшая к груди продолговатый свёрток. Склонилась над колыбелью. Пусть она всего лишь жалкая поломойка, но тоже желает счастья своей появившейся сегодня на свет малышке. Если подменить младенцев сейчас, никто не узнает, а к утру она уйдёт далеко-далеко…

Глава 1

Так как всё находится в голове, не надо её терять.

Коко Шанель

Вам когда-нибудь хотелось кого-то убить? Наверняка да. Меня вот прямо сейчас трясло и распирало от желания придушить гада, рассевшегося в красном плюшевом кресле. Весь из себя – завитые кудри, атласный, шитый золотом камзол, пальцы в перстнях – одно слово, богач! И обвиняет меня, честную девушку, в том, что я якобы у него кошелёк украла. А взгляд наглый и издевательский…

– Не брала, говоришь? А пропал. Что, хозяин, кому поверишь – мне, благородному отпрыску знатного рода, или этой… – замялся и уставился в потолок, подыскивая слово. Очевидно, цензурное на ум не приходило. Хотя я уже поняла, что с приличным лексиконом у лощёного враля сложности. Впрочем, в моей голове тоже вертелось лишь непечатное, зато крайне эмоциональное.

Творилось всё это безобразие в широком вестибюле гостиницы «Королевский фазан», куда я всего лишь две недели назад с большим трудом устроилась горничной. И вот же, на тебе! Подоплёка-то была совершенно ясна – не далее как вчера юный поганец, маясь дурью и бездельем, попытался прижать меня в углу гостиничного коридора. Я ответила кулаком под дых, да ещё наступила башмаком на носок начищенного сапога телячьей кожи. А теперь отвергнутый кавалер решил отыграться.

И вот я торчу с видом умоляющей о милости сиротки у всех на виду перед креслом с развалившимся в нём мерзавцем и думаю, как выкрутиться. Пока ничего разумного в голову не приходило. А между тем вокруг начал собираться народ.

– Э-ээ… Мм-м… – конструктивно отреагировал господин Пак, хозяин гостиницы. – Найда у нас новенькая, но рекомендации с прошлого места хорошие. Вы точно уверены, что это она?

– Найда? Тьфу, что за имя собачье! Ни при чём, говорите? А кто тогда? Я сам, что ли? Украшенный вензелем кожаный кошель с десятком золотых лежал в номере на тумбочке и после уборки пропал! Тогда решим так: я забираю у вас эту девку. Или пусть вернёт моё, или… – ухмыльнулся и стал подниматься из кресла.

Ой, а вот это совсем нехорошо. Господин Пак меня защищать не станет, родная гостиница ему дороже. А что сотворит со мной негодяй с ущемлённым самолюбием – думать не хочется. Похоже, придётся удирать по дороге, а потом быстро-быстро перебираться в другой город, причём подальше от столицы. Как выйдем из дверей гостиницы – так сразу и рвану. Тут рядом торговые ряды, которые я знаю как свои пять пальцев, справлюсь, ускользну!..

Сжала кулаки и глубоко вдохнула, собирая решимость. А потом, так и не успев собрать, изумлённо выдохнула и открыла рот. И не я одна… А шире всех разинул варежку сам обвинивший меня в воровстве поганец. Потому что произошло нечто невероятное: на виду у всей публики, собравшейся поглазеть на скандал, карман роскошного малинового камзола неожиданно с треском пополз по шву, а из прорехи вывалился и звонко шлёпнулся на мраморный пол пропавший кожаный кошель с вензелем на боку.

Молчание длилось недолго. Потом кто-то тоненько хихикнул. И то было лишь начало – через минуту смеялись, фыркали и хохотали все. Даже качавший головой господин Пак. Багровый от злости лордик в первую секунду так и застыл у кресла в полуприседе. Затем подхватил с полу кошель и, бросив через плечо:

– Я в вашу забегаловку больше ни ногой, а портного-подлеца своими руками придушу! – ринулся к дверям.

Я стояла тихо. Конечно, хотелось тоже засмеяться от облегчения. А ещё высказать малиновому мерзавцу всё, что о нём думаю. Но полагаю, честную критику этот тип не оценит. А нарываться лишний раз неразумно. Только почему вдруг случилось такое чудо? Быстро обвела взглядом вестибюль. Нет, эта семейная пара ни при чём, и те юные леди в светлых шляпках тоже, и несколько солидных господ в тёмных сюртуках тоже кажутся сильно удивлёнными… А кто, кто мне тогда помог? Как по наитию оглянулась вправо и увидела спину выходящего в боковую дверь мужчины. Тёмно-синий камзол да тёмные волосы, завязанные в хвост, походка быстрая, даже стремительная, а больше ничего и не разглядеть.

– Ну, Найда, повезло тебе сегодня, – тронул меня за плечо господин Пак. – Давай, подвинь на место кресло и иди работай.

По мне, господин Пак был хорошим хозяином – деньги платил аккуратно, причём в два раза больше, чем я получала до того на постоялом дворе, никогда зря голос не повышал, и гостиница у него была солидной и ухоженной, из тех, в которых и знать не гнушается останавливаться. Впрочем, что знать бывает разной, я уже поняла.

До вечера я так и эдак крутила в голове случившееся. Как вышло, что карман расползся настолько вовремя? И, как ни думала, раз за разом приходила к одному и тому же выводу: меня выручил колдун. Неважно, хотел ли он восстановить справедливость или просто позабавиться, но мне его вмешательство помогло. Жаль, что лица я не видела, даже «спасибо» сказать не смогла. Хотя к чему колдуну, могущественному и всесильному, благодарность горничной? Кто я рядом с ним? – так, пыль на его сапогах.

Ибо ведьмы и колдуны правили Эрвинией. По праву рождения и силы они были основной мощью королевства и его всевластными хозяевами. Впрочем, я не слишком разбиралась в волшбе, для простого люда такое лишь сказки да сплетни. Так, слышала кое-что краем уха. Говорили, что есть колдуны разных стихий – одни могли море летом заморозить, а другие камень в пепел обратить. Причём известно было, что передаются колдовские способности по наследству, поэтому обладают ими не все подряд, а только отдельные семьи, которые именуются Домами. Таких семей на всё королевство наберётся всего несколько десятков. И даже при этом не каждый рождённый ребёнок, пусть его мать с отцом и владеют волшбой, окажется колдуном. Дети с Даром – редкость и ценность. Правда, говорили ещё, что понять, на что способен отпрыск, можно только, когда тот в годы войдёт. А внешне это проявляется в том, что пряди волос на висках поменяют цвет – станут алыми, голубыми, белыми или даже зелёными. Представив, как бы смотрелись с моей каштановой шевелюрой, скажем, салатовые пряди, хихикнула. Может, покраситься? Тогда всякие уроды вроде сегодняшнего сами шарахаться будут! Эх, даже жаль немного, что я не ведьма…

Кстати, к вопросу о родословных и происхождении: я вообще смутно представляла, кто я такая и откуда взялась. Мать бросила меня в шесть лет – приткнула в прядильную мастерскую сучить пряжу, а сама была такова. Об отце я не знала вовсе ничего, только, думаю, либо мама его не любила, либо он её. Потому что, сколько ни спрашивала, ответом был щелбан по лбу или короткое: «Замолчи!» Из мастерской спустя год я сбежала – кормили там совсем плохо, а работать не разгибаясь заставляли с утра до ночи. При такой жизни вырастешь слепая да тощая, зато с горбом. Так что я решила, что уже самостоятельная и как-нибудь проживу. Поначалу пришлось туго, зато было куда веселее, чем сидеть взаперти у прялки. Самым светлым временем стали два с половиной года, когда я пристроилась ухаживать за старенькой леди Илирией. Вышло всё так: сначала я подносила старушке покупки до дому. Потом она стала посылать меня по мелким поручениям, то в аптеку, то к портнихе, а после и вовсе в дом взяла. Да не просто помогать, а обучила готовить и накрывать стол, шитью и, главное, грамоте. Очевидно, одинокой леди было не с кем поговорить, и изумлённо ахавшая и не перечившая девчонка стала отличной компаньонкой и забавой. А мне что? – только интересно, я ж ни в заморских странах, как она, не была, и с лордами в столице знакомство не водила. Конечно, послушать любопытно! Сначала, правда, я даже не все слова понимала, но потом разобралась и приспособилась. И наоборот – старалась учиться, потому что чувствовала: это пригодится. Когда леди Илирия ушла к свету Всевышнего, мне было искренне жаль, – я потеряла не только тёплый угол и миску с кашей, но и наставницу, которая заменила мне мать.

Вообще чем я только не занималась – плела корзины и вязала рыбацкие сети, разносила в трактире брагу и ухаживала за лошадьми, успела повыступать в бродячем цирке, а однажды даже прибилась к шайке воришек. Насчёт последнего надо сказать, что угрызения совести, когда хочешь есть, сильно не мучают. Правда, три месяца спустя главарь нашей шайки попался, и ему на площади в наказание переломали руки. После чего я решила, что дело не по мне. И перебралась в соседний город, где устроилась истопником в местную Храмовую школу.

Зато теперь я была уже почти взрослой и могла справиться со всем сама. Потому и приехала в столицу, посмотреть, похож ли настоящий Лайар на волшебный город из чудесных историй, которые девочкой слушала по вечерам. Ну и, если выйдет, найти свою долю. Вдруг получится? Сначала покрутилась на рынке близ ворот, потом пристроилась на постоялый двор, а пару недель назад сумела перебраться сюда, в гостиницу. Не сдержавшись, хихикнула – такими темпами скоро во дворец попаду! Только бы по пути не споткнуться, вот как сегодня. Но всё же: кем был тот колдун? И почему он помог? Чую, теперь год буду на всех брюнетов, с цветными они прядями на висках или нет, в оба глаза таращиться…

Смешно, но когда на следующее утро я присела к зеркалу заплести косу, мне показалось, что волосы по бокам чёлки выглядят не так, как обычно. Будто стали светлее и одновременно ярче. Надо же, какая ерунда от нервов мерещится!

Только через неделю стало ясно, что дело и впрямь нечисто – две пряди действительно были уже не каштановыми, а явственно отдавали рыжиной. Пока, на моё счастье, никто из окружающих внимания на причёску горничной не обратил. И хорошо, потому что кому нужна чудесатая прислуга? Да и вообще, поразмыслив хорошенько, я пришла к выводу, что колдун, который организовал прореху в кармане богатенького лоботряса и превратил того в посмешище, мог пошутить и надо мной. Наверное, нет ничего сложного в том, чтобы заставить пару прядей изменить цвет – зато какая будет потеха, если безродная курица возомнит себя урождённым павлином!

А вот обломается – не возомню! Потому что твёрдо знаю, что в моей матери ничего магического, кроме умения давать крайне болезненные щелбаны, точно не было. А раз так, то, кем бы ни был безвестный папаша, ведьмой я родиться не могла. Значит, решено, сегодня же вечером помою голову отваром корня чёрной вержейки, стану чуть потемнее, зато без причуд.

Наверное, случившееся так бы и забылось в круговерти дней, если бы не начались новые странности: я стала видеть то, что людям в здравом уме видеть не положено. Первым пострадал безвинный добронравный господин Пак. Вошёл в комнату, где я перестилала простыни, гляжу – а у него над головой нимб светлой радугой переливается. Ну да, наш хозяин человек хороший, но не настолько же, чтоб живым в ангелы записаться? Поморгала, сотворила звезду в честь Небесной пятёрки – нимб пропал. До следующего вечера, когда он вдруг появился над головой кухарки, наливавшей мне гороховый суп в миску. Я от неожиданности дёрнулась и чуть было горячее варево на себя не выплеснула. Потом разноцветными венцами начали обзаводиться постояльцы…

Через неделю я стала привыкать к сияющим чудесам, хотя с чего мне такая дурь мерещится, так и не поняла. Но решила твёрдо – пока ничего не болит, буду молчать, а то вытурят из респектабельной гостиницы снова на постоялый двор, а туда возвращаться совсем не хочется. Тут и форма синяя, сатиновая, с накрахмаленным белым передником – лучше, чем любое из моих собственных платьев, – и кормят хорошо, и хозяин добрый. А что у того хозяина голова временами светится, так оно жить не мешает.

К сожалению, на этом безобразия не кончились. Ночь за ночью стала грезиться одна и та же чертовщина – будто стою я в горящем лесу, только мне отчего-то не страшно, а, наоборот, весело. Словно не на пожарище, а на праздник какой попала. В первый раз, проснувшись, я сон, как паутину, рукой отмела. На второй покачала головой. На третий озадачилась. Но решила тоже помалкивать, пока сама в соннике не покопаюсь. А то вдруг выяснится, что я неудача ходячая и несчастье приношу, ну а в финале разбирательств, как ни крути, опять-таки маячил постоялый двор.

Но и это было ещё не всё. В пятницу я заметила, что у одного из гостей – пожилого тучного лорда со второго этажа – чёрное пятно размером с кулак у груди висит. А тем же вечером столкнулась в коридоре с местным доктором и узнала, что того постояльца удар хватил. Вот как сие понимать? Вряд ли такое могли мне наколдовать шутки ради? А если и наколдовали – тогда где же сам шутник? Сколько я ни вглядывалась во встречных, никого похожего на запомнившегося темноволосого лорда в синем камзоле не видела. Или колдуны умеют наблюдать за людьми издали? Нет, вряд ли, никогда о таком не слышала.

Но странности накапливались, и было совершенно непонятно, что с этим делать. Спросить не у кого, поделиться тоже не с кем. Сходила в Храм, отдала грош за свечку и помолилась у алтаря Небесной пятёрки. Не могу сказать, что полегчало.

Но вскоре всё решилось за меня.

Я шла по рынку с корзиной, из которой торчали зелёный лук и два рыбьих хвоста, когда вдруг меня окликнул незнакомый парень:

– Эй, ты! Шить умеешь?

Оглядела вопрошавшего – светловолосый, хорошо одет, чуть меня старше. Лицо вроде дружелюбное.

– А что?

– Помощь нужна, я за гвоздь зацепился, – ткнул пальцем в полу камзола, показывая, где возникла проблема.

Я невольно хихикнула. Потом подняла брови – камзол-то вроде целый?

– Штаны, – пояснил незнакомец. – До дома далеко, поможешь? Нитки с иголкой я уже купил, но сам не справлюсь. Не бесплатно, конечно, дам серебрушку.

Ух ты! Ну да, для него такое, небось, мелочь, а для меня – деньги! Посмотрела в голубые глаза:

– Если по-быстрому. Мне возвращаться надо. И деньги вперёд.

– Конечно. Только давай отойдём куда-нибудь в переулок, не на виду ж таким заниматься? – вздохнул парень.

И я повелась, как дурочка… Мы свернули в узенькую улочку, и буквально третьим оказался заросший лебедой двор с явно пустующим домом. Железная калитка была не заперта.

Я хотела устроиться на крыльце, но парень, который к тому времени уже представился Роном, застеснялся, сказав, что крыльцо видно с улицы. Если штаны снимать придётся, нас не так поймут. Подумав, решила, что ничего страшного не будет, если пройдём на задний двор. Главное, чтоб было чистое место, где присесть.

Нашлась кривоватая скамейка под старой яблоней. И тут не было никого – с одной стороны дом со слепыми грязными окнами, с трёх других – высокий забор. Я аккуратно примостила корзинку в тени и села, расправив юбку.

– Давай иголку с нитками и показывай проблему. Да, не забудь, деньги вперёд!

– Сейчас… – Он наклонился в мою сторону, протянул руку – и быстрым движением легонько коснулся моего лба.

И я оцепенела, как замороженная.

– Не знаю, откуда у тебя магический Дар, но такой, как ты, он явно ни к чему, – ухмыльнулся парень. – Так что я его сейчас заберу… Не обижайся, я не со зла, просто очень нужно. Маг я слабенький, отец на меня как на пустое место глядит. Вот я и искал, искал… и раскопал один древний свиток. Сейчас попробуем. Если повезёт – выживешь.

Присел рядом и отцепил от пояса кинжал.

А я не то что крикнуть, даже всхлипнуть не могла. Мысли метались заполошными искрами в очаге: о чём он говорит? И зачем кинжал? Он что, меня сейчас убьёт?

Не убил – просто взял за безвольную руку и чиркнул лезвием по запястью. Неглубоко, ровно так, чтобы показалась кровь. А потом и по второму… А я сижу, примёрзшая к скамейке, и только и способна, что глазами хлопать. Гляжу, а он и свои манжеты закатал и тоже запястья порезал. А потом положил руки поверх моих – рана к ране – и забормотал что-то.

Сначала вроде ничего не происходило, а потом по спине как ледяная волна прошла и разом нахлынули дурнота и боль. Словно из меня живой кишки через пупок тянут. А ещё в голове бешеной мельницей вертелось «если повезёт – выживешь». За что он так? Не хочу умирать! И не хочу ничего отдавать этому гаду – мне-то в жизни никогда ничего за так не давалось! Не дам!

И только подумала – стало легче. Немного, но легче. Выходит, тело моё он парализовал, но думать я могу? И мысли мои на что-то влияют? Похоже, что да. А раз так… Уставилась блондину прямо в глаза и мысленно приказала: «Верни моё назад! Верни Дар назад! Дар – мой!»

Сначала на его лице появилось удивление, потом ошеломление и, наконец, испуг. Я видела, как напрягаются его плечи, словно парень изо всех сил пытается разорвать связь, касание наших рук – но отчего-то не выходит. Он дёргался, как пойманная на липучку муха. А я уже не ощущала боли, только изо всех сил тянула и тянула что-то, словно безумно тяжёлое ведро из колодца. Сколько это продолжалось – не скажу. Просто чувствовала, как по лбу и под волосами бегут струйки пота, хотя сейчас, ранней весной, было не жарко.

Наконец Рон обмяк и стал заваливаться куда-то вбок. А я, я поняла, что снова свободна. Быстро, не теряя времени, вскочила, подхватила корзинку и бросилась прочь. Забегая за угол, оглянулась. Рон таки ж свалился со скамейки и лежал неподвижным кулём в прошлогоднем бурьяне. Лишь прядь светлых волос шевелилась на ветру…

Нет, дурой я буду, если вернусь и начну его откачивать. Второго шанса убить себя я не дам! Потерял Рон сознание или вовсе от своего колдовства помер, меня это касается исключительно в том смысле, чтобы к тому моменту, как его найдут, меня рядом не было. Я его и пальцем не трогала, он сам напал – сам и пострадал. И обдумывать случившееся тоже буду после, а сейчас ноги, ноги!

На кухне я получила нагоняй за то, что долго ходила.

Ну, заслуженно. Ведь я сама, чтобы не торчать в комнатах день и ночь и иметь возможность оглядеться в городе, попросила посылать меня с поручениями или за покупками.

Пришлось пообещать помочь после уборки чистить овощи на завтра. «Овощами» ласково и скромно звались таз моркови и три ведра картошки.

Вечером, сидя над ведром и красиво спуская спираль кожуры с очередного корнеплода, я снова и снова крутила в голове сегодняшние события.

Во-первых, выходило, что все мои причуды и странности – не просто так и не шутка темноволосого колдуна. У меня в самом деле есть какой-то Дар.

Во-вторых, встал вопрос: а как Рон разглядел этот Дар? Ведь виски я покрасила и внешне, как казалось, не выделялась ничем.

И, наконец, требовало осмысления ещё одно обстоятельство: если я – ведьма, то, значит, моя мать не была моей матерью. Тогда неудивительно, что она бросила меня в нежном возрасте. Не сказать, чтобы я опечалилась – ведь ничего хорошего, кроме щелбанов, от которых ныл лоб, вспомнить не получалось.

Только откуда я такая взялась?

Глава 2

Действия профессионалов можно предсказать, но мир полон любителей.

До сих пор главная задача моей жизни была предельно проста – попытаться подняться выше по пищевой цепочке. Уж насколько смогу. И теперь вроде бы возможность скакнуть вверх появилась, потому как факт, что колдуны и ведьмы – редкость и драгоценность государственного масштаба, был общеизвестен.

Вот только чувствовала я себя курицей, нашедшей вместо зерна алмаз. Неожиданно прорезавшийся Дар, от которого пользы никакой, только что головы отдельных индивидуумов в темноте светятся, оказался опасным. Не далее как сегодня меня из-за него чуть не убили. И выбралась я чудом, по наитию. Между прочим, как именно мне это удалось, не зная ни одного заклинания, было непонятно. Разве что мой Дар изначально оказался настолько сильнее Дара незадачливого блондина, что мне удалось справиться с нападением чисто на силе воли и злости. Но не факт, что в следующий раз такое пройдёт. Кстати, чувствовала я себя нехорошо – подкатывала дурнота и подташнивало, будто сильно объелась. И голова кружилась, словно перепила… А ведь ужинать я не стала. Странно как.

Но сейчас предстояло определиться с главным – что делать дальше? Не высовываться и не болтать – это понятно. Только не стоит ли мне перебраться в другой город, пока меня не разыскали очнувшийся Рон или его родственники? Вообще, станут меня преследовать или нет? Если Рон пришёл в себя, то, скорее всего, захочет отомстить и забрать то, что не смог отнять при первой встрече. Ведь Дар – редкость. А если умер, то наверняка его семья пожелает узнать, что случилось, и найти виновного. То есть меня.

От колдунов, как гласила молва, не скрыться. Тогда есть ли смысл бежать? Мчащийся заяц привлекает к себе внимание, а лежащего под кустом могут и не заметить. Наверное, разумнее затаиться и некоторое время сидеть тихо, не выходя из гостиницы. Авось пронесёт…

А сильнее всего напрягало, что самую важную проблему решить своими силами я не могла никак. Нужны были знания, хоть какая-то информация о ведьмах и Даре, но взять её было неоткуда. Я успела прочесть немало книг – не меньше двадцати пяти штук, причём попадались среди них и весьма заковыристые, например, «О юрисдикции городов», но ни в одной не встречала упоминания о колдовстве. Только в сказках. Но как верить в то, что кто-то махнул рукавом – и армия полегла или город вырос? Может, поступить так, как поступала раньше, и устроиться истопником или садовником в заведение, где обучают ведьм? Или учудить такое – самой сунуть голову в пасть льву? Ой, не знаю… хоть к гадалке иди или монету бросай!

Вот что, посижу пока тихо, затаюсь, пережду. И хорошенько обдумаю, что к чему.

Весь следующий месяц я не вылезала из гостиницы – только на задний двор, помочь постиранное бельё на просушку развесить. И думала, думала… Начала с того, что попыталась понять, почему у одних я вижу свет над головой, а у других – нет.

Простые наблюдения показали, что осиянными чаще оказываются мужчины, нежели женщины. А ещё, что зреть чудеса я начинаю, когда взгляд и внимание расфокусированы. Пялишься в пространство, думая о своём, – и хлоп! – у первого же встречного над темечком ореол переливается! Только почему мужики светятся чаще, что за дискриминация? Ломала голову я неделю, прежде чем сообразила, что дело в причёсках. Точнее даже, не в них, а в железных или серебряных шпильках и заколках. Женщины чаще себе что-то такое эдакое затейливое наворачивают, а закрепляют металлическими шпильками и зажимами. Я тоже, когда работала, скручивала волосы в пучок. А вот на рынок пошла просто с заплетённой косой… Так, может, дело в этом? И если насажать на голову заколки в три ряда, ободок поперёк и два десятка шпилек в пучок, то получится спрятать своё сияние? Угу, или шея от тяжести сломается…

В итоге жалованье за неделю я потратила на две дюжины железных шпилек, десяток заколок для волос и тоненький посеребрённый ободок. Вообще-то мне нужны были новые башмаки, но голова показалась дороже. Пока она целая, и ноги перетопчутся.

Кралась я на рынок аки тать в ночи. Очень хотелось завернуть по пути в ту улочку и посмотреть на заросший бурьяном дворик, спросить соседей, не слышали ли те чего? Но было ясно, что такое праздное любопытство – дурь чистой воды, к тому же смертельно опасная. Так что спрячу любознательность куда подальше. Я тут вообще ни при чём и знать ничего не знаю. Вот так.

Нацепив ободок на голову и нашпиговав пучок шпильками, почувствовала себя лучше. Наверное, такое вряд ли спасёт от настоящего колдуна… но от него ничего не спасёт, так что и волноваться не стоит.

Но через неделю, поглядев в зеркало, я пережила новый шок: покрашенные на висках волосы отросли и у корней оказались разноцветными. Половина – огненно-рыжие, а половина – светло-голубые. Через волосок. Это что ж такое? За какие грехи мне такая напасть?

Вымыв голову бурой жижей, забралась на постель и задумалась – с какой радости я ещё и посинела? Выходило, что виноват незадачливый Рон. Я уже приняла за факт, что оказалась сильнее и своей волей обернула заклинание блондина против него самого. И, как следствие, высосала из него Дар, который он хотел высосать из меня. Получается, что сейчас во мне два Дара, его и мой, а самое смешное, что я понятия не имею, как пользоваться обоими…

Вечером следующего дня, когда я выносила в узкий переулок за гостиницей объедки с кухни, я заметила кота. По виду старый, рыже-серая полосатая шкура облезлая, одну лапу поджал под себя, словно болит. Тот тоже увидел меня и хрипло жалобно замяукал. Вздохнула и присела рядом – жалко вот таких, на меня похожих. Таких же неприспособленных к жизни без людей, таких же неприкаянных, таких же никому не нужных. Погладила по лобастой голове – кот прижмурил янтарные глаза и боднул руку, стараясь прижаться к ладони лбом.

– Подожди, сейчас посмотрю, вдруг что мясное в объедках найдётся? А если нет, принесу тебе с ужина.

Кот уставился мне в глаза, будто понял. А потом я услышала:

«Хаос».

Быстро покрутила головой, оглядываясь – никого. Переулок пуст. Только я и кот. Тогда что мне мерещится? Или теперь я не только вижу, чего не надо, но и слышу, чего нет? Хотя голос попал в точку: последнее время моя жизнь – сплошная неразбериха и хаос.

«Моё имя – Хаос. Возьми меня, буду твоим фамилиаром».

Это – кот?! Как такое может быть? И что такое «фамилиар»?

«Ты что, совсем ничего не знаешь? Тогда я точно тебе нужен! Только покорми сначала, я несколько дней не ел, думал, умру».

Сглотнула. Жаловалась, что не с кем поговорить, – вот и получила мохнатого собеседника! Но, мерещится мне или как, зверю нужно помочь – он на самом деле выглядит ужасно голодным и больным. Сейчас посмотрю… раз на завтрак были котлеты, то наверняка найдутся капризные постояльцы, кто их не доел.

Пока кот поглощал остатки котлет, я его гладила. Потом взглянула на ставшую серой ладонь – жуть, как вернусь, надо вымыть руки.

«Всё, больше пока съесть не могу. Спасибо».

Обалдеть – вежливый кот.

«Возьмёшь меня к себе?»

Куда? Спала я в большой комнате, поделенной на отсеки частично перегородками, частично просто зелёными занавесками, вместе с пятью другими девушками. Называлось это дортуаром. И моей там была только узкая кровать с сундучком в изножье. Даже зеркало и умывальник были общими.

Кстати, а почему я вообще кота слышу?

Похоже, спросила я вслух, потому что мне ответили.

«Ты – маг, и у тебя пока нет фамилиара. Ты коснулась моей головы, я принял, теперь я твой».

Вот так да! Но, кажется, кот понимает в волшебных материях куда больше меня самой. А значит, будет полезен. Помочь несчастному зверю я хотела в любом случае, но может, тот поможет мне в ответ? Только куда его деть?

На кухню это сомнительной чистоты создание явно не пустят, в комнату его тоже не принесёшь. Вот, сообразила! Не далее как позавчера я помогала перетащить лишний матрас в подвальную кладовку – большое сумрачное помещение, заставленное старыми или не нужными в данный момент вещами. Матрасов, кстати, там лежала целая гора. Если положить на эту гору кота, тот вряд ли станет возражать? И маленькое окошко там есть, так что в случае чего зверь может выбраться в палисадник. А кормить раз в день, пока не поправится, мне его нетрудно.

– Подожди тут. Сейчас отнесу ведро и вернусь за тобой. Хочешь жить в тёплой кладовке?

Кот поморщился и фыркнул.

Вот же!

Как отнесётся к мохнатому постояльцу господин Пак, проверять я не стала, и наведывалась в кладовку только под предлогом уборки или же поздно вечером, когда работа была закончена. Естественно, без эксцессов не обошлось – одна из горничных, вредноватая Лайза, решила, что я бегаю на свидания с постояльцами, что было строго-настрого запрещено. И не только проследила, что я хожу по ночам в кладовку, но и подслушала под дверью, что я там с кем-то разговариваю. Спас меня Хаос, слух у которого был куда острее моего.

И когда очередным вечером в наше убежище неожиданно ввалились Лайза, кухарка и сам господин Пак, я мирно лежала на животе поверх груды матрасов с книгой под носом и всхлипывала, приговаривая вслух:

– Не ходи туда, не ходи! Это ловушка, не верь ему, милая Хельда!

Освещала идиллическую картину «невинная дева над романом» свеча в плошке.

Хаос, хитрец, заныкался в щель за старым шкафом так, что я бы сама его не отыскала. Единственно, до сих пор я понятия не имела, что кошки умеют так гнусно хихикать.

– Ты что тут делаешь? – заморгала кухарка, переводя взгляд с меня на застывшую с открытым ртом Лайзу.

– Читаю. А здесь устроилась, чтобы никому не мешать. Ну да, я грамотная… а что?

В общем, мне наказали быть осторожнее и не устроить пожар, а Лайзу кухарка пообещала стукнуть поварёшкой по лбу, если та ещё раз попытается оговорить честную девушку. Прохиндей Хаос всё это время потешался за шкафом.

Выяснилось, что с Хаосом мне повезло – тот действительно оказался колдовским котом, с прежним хозяином которого что-то случилось. Что именно, кот не говорил, только нервно дёргал хвостом. А «фамилиар», человеческим языком говоря, это просто наперсник. Причём есть такой не у всякого колдуна, тьфу, то есть мага.

Я не знала, о чём спрашивать. Ведь для того, чтобы ставить умные или дельные вопросы, надо хоть немного разбираться в предмете. А я…

Поэтому Хаос с важным видом сам решал, о чём ему рассказывать. Мне полагалось в это время сидеть рядом, гладить его по голове или чесать за ушами. Кстати, таким измождённым и готовым-щаз-сдохнуть кот уже не казался. Возможно, потому, что, невзирая на душераздирающий мяв, я его вымыла. Ну да, хочет спать на матрасах, а не на половичке у двери, пусть терпит.

Теперь Хаос сам испытывал моё терпение. Кошки – вредные и мстительные. Затронет интересную тему – и замолчит. Или заявит, что ему сливок хочется. Вот прямо сейчас, посреди ночи. Продолжалось безобразие до тех пор, пока я не пригрозила его отправить туда, откуда взяла – на помойку. Вдруг там другого мага, получше меня, найдёт?

После установления иерархии кот стал меня учить.

Во-первых, я узнала, что случай с Роном, то есть с высасыванием Дара у другого мага, – это нечто из ряда вон. Такие заклинания строго запрещены, и не только потому, что аморальны и смертельно опасны. Оказывается, в случае кровной двусторонней связи невозможно предсказать исход – побеждает не самый умелый и не всегда более сильный. Была гипотеза, – кот зажмурился, – что в дело вмешивается сам бог мудрости и магии Оривис. В общем, никто в здравом уме так не поступает.

Если честно, я вздохнула с облегчением. Значит, меня не поймают, как куницу с драгоценным мехом, и не высосут Дар и жизнь… Одной страшилкой меньше.

Вторым ценным уроком стал рассказ о том, что разным магам подчиняются разные стихии. Если я, как подозревала, имею отношение к огню, то должна зажигать свечу, просто наставив палец и отдав мысленный приказ. А кроме того, есть много умений, не относящихся ни к какой стихии, но от того не менее полезных. Например, иллюзии, или, простым языком, мороки.

Зажигать свечу в непосредственной близости от горы горючих матрасов и прочей ветоши я не стала, такое показалось крайне неразумным, а вот о мороках выспросила всё. Оказалось, нужно чётко представить картину того, во что хочешь превратить предмет, а потом отдать простой приказ. Причём допускается это сделать про себя. Держится подобный морок несколько часов, иногда даже день – зависит сие от силы мага. При этом самому магу достаточно прищуриться так, чтобы видеть всё через ресницы, и он свой морок и мороки тех, кто слабее, разглядит. И может – тоже простым приказом – снять.

Сначала я взяла камешек и попыталась превратить в кусок колотого сахара. Хаос сидел, прижавшись к моему боку, и снова хихикал. Вот же попалось животное с нездоровым чувством юмора!

Ну, естественно, на лад дело пошло не сразу… но камень хотя бы побелел. Я довольно кивнула: ага, теперь надо сделать его ноздреватым, а потом подсунуть Лайзе к чаю! Всепрощением и кротостью, замечу, я не страдала… Хотя, пожалуй, наказывать сломанным зубом за вредность – это слишком. Но что-нибудь я ей обязательно подсуроплю…

Хаос хихикнул. Потом перевернулся на спину, растянувшись во всю немалую длину:

«Погладь грудку!»

Кстати, он мне объяснил, что физический контакт фамилиара с магом очень важен, особенно на первых порах, поэтому раз я его осквернила купанием в тазу, то теперь обязана терпеть на коленях столько, сколько он захочет. Ладно, уговорил, потерплю…

Лайзе я устроила мелкую пакость с перестиланием постелей в номерах. Каждый раз, встряхнув свежую простыню над кроватью, она замечала на той грязное пятно и, ругнувшись под нос, тянулась за новой. Перебрав всю стопку глаженых простыней, девица гневно встряхнула головой и, подхватив корзину с забракованным бельём, отправилась ругаться к прачкам.

Я наблюдала за баталией из-за угла и была более чем удовлетворена исходом – обескураженную Лайзу заставили заново гладить всё то, что она измяла.

Вот так, без членовредительства, но отомстила.

Кстати, если бы Лайза, обнаружив, что я бегаю по вечерам в подвал, просто подошла бы и задала вопрос, я обижаться бы не стала. Но она предпочла наябедничать, причём сразу хозяину, с расчётом, чтоб меня выгнали, и этого простить я не могла.

В конце концов – ведьма я или не ведьма?

Иллюзии – Хаос уговорил меня употреблять правильное слово вместо просторечного – я освоила быстро, но волосы решила по-прежнему красить. Так надёжнее.

Впрочем, ни краска, ни заколки мне не помогли…

Я бежала через вестибюль по поручению жившей на втором этаже дамы – той к приходу подруги спешно требовались цукаты и свежий кекс, – когда меня окликнул мужчина. Обернулась – и замерла. В стоящем в нише у окна кресле сидел тот, кого я искала, – черноволосый маг в синем камзоле. Что он – тот самый, я поняла сразу. И не только потому, что увидела малиновые пряди на висках. Пришло ощущение узнаваемости и уверенности.

Подойдя, поклонилась:

– Доброго дня, высокочтимый лорд. Примите мою благодарность за помощь, которую в прошлый раз вы оказали.

В лицо я старалась не глядеть – и невежливо, и страшно. Хотя посмотреть стоило – колдун был красив особой, хищной красотой. Острый подбородок, острый нос, острый излом бровей и острый взгляд – этот не богатей, а аристократ. Но зачем я ему?

– Узнала? – чуть усмехнулся он. – Присядь. Ты изменилась как-то…

Ой, а вот это нехорошо. Кто знает, о чём он, о шпильках в волосах или о том, что у меня появился второй Дар, суть которого я пока не поняла?

Снова поклонилась:

– Да простит меня высокочтимый лорд, но сейчас я спешу по срочному поручению и должна его выполнить, если не хочу потерять работу.

– Работу? – Тёмно-синие глаза весело блеснули. – Эта работа тебе скоро будет без надобности. Но чувство ответственности – сие неплохо, так что беги, я подожду.

И махнул обрамлённой кружевами кистью.

Я попятилась к выходу, стараясь не споткнуться и напряжённо соображая – зачем я понадобилась этому опасному красавцу-магу? Может, пока не поздно, действительно сбежать? Но как бросить Хаоса? Да и от магов не скроешься: захочет найти – найдёт.

Кекс я покупала в состоянии полной рассеянности и чуть не взяла ванильный вместо лимонного. Но мысли успокоились. Отправной точкой стало то, что маг помог мне задолго до того, как я встретила Рона. Вероятнее всего, он и не подозревает о том, что случилось в зарослях лебеды у заброшенного дома. А интерес связан с тем, что он раньше меня понял, что я – ведьма.

Только что ему надо?

Поговорим – узнаем.

Поблагодарив щедрую даму за две серебрушки, я сбежала вниз по лестнице в вестибюль. Огляделась – может, маг, пока меня не было, ушёл? Если так, сожалеть бы не стала. В конце концов, спасибо за помощь я уже сказала, так что больше ни долгов, ни дел у нас нет.

Но он ждал, листая книгу и прихлёбывая из широкого хрустального бокала рубиновое на просвет вино.

Осторожно приблизилась:

– Я вернулась, лорд.

– Садись и послушай. – Длань сделала небрежный жест в сторону стоящего напротив кресла.

Осторожно, подобрав подол, присела на край и застыла с прямой спиной. Злить колдуна совсем не хотелось – а то вдруг решит снова пошутить, и в этот раз поползёт не чужой карман, а моя собственная юбка?

– Откуда ты родом?

Вот так вопрос! И что отвечать? Хотя понятно, что. Хаос предупреждал меня, что сильные маги умеют распознавать ложь, сказанную человеком, не имеющим ментальных щитов. С моими навыками мне пока что эти щиты, что печная заслонка… так что лучше не врать.

– Я с шести лет живу одна, самостоятельно. Мать оставила меня в городке под названием Эйвер. А где родилась, сказать не могу, просто не знаю.

Ответ оказался явно неожиданным, потому что маг задумался, чуть склонив голову набок.

Я, пользуясь случаем, уставилась на него – такое лицо не часто встретишь. Изысканное и в то же время волевое. Зачем мужчине такая красота? А глаза… Вот, вспомнила! Камень такой есть, сапфир называется!

– Что, нравлюсь?

А-а?! Выходит, он всё это время наблюдал за мной? Неудобно-то как… Хотя, с другой стороны, если покажусь дурочкой с приоткрытым ртом, это даже неплохо. Мне этот лорд никак не пара, так что пусть считает простодушной глупышкой – целее буду. Хотела сказать, завершая образ сладкой идиотки, что в первый раз вижу мага… но осеклась. Первым, с кем я говорила, был Рон.

– Ну, не смущайся, – понял он по-своему мою растерянность. – Ты тоже очень симпатичная, но я здесь не за этим. Ты знаешь, что у тебя есть Дар, то есть ты – прирождённый маг? Хотя что я? Вижу, знаешь, иначе не напихала бы в причёску целый арсенал, даже меня едва с толку не сбила.

Я чуть подалась вперёд – выходит, я правильно придумала маскировку?

– Тебе это кто-то подсказал?

Мотнула головой в ответ и потупилась:

– Волосы очень непослушные…

Замечу, что частично это было правдой.

– Ладно, перейду к сути дела. Которая состоит в том, что все маги нашей страны обязаны пройти обучение в Королевской Академии Магии. И тебе тоже надлежит туда явиться в первый день осени, а лучше за пару дней до. Вступительных экзаменов нет, достаточно иметь Дар. – Предупреждающе поднял руку, словно понял, о чём я сейчас спрошу. – Об оплате не беспокойся, для имеющих Дар проживание и учёба бесплатны.

Не выдержала:

– А если я не захочу?

– То это будет глупость. Возможно, смертельная глупость. Одинокий необученный маг, за которым не стоит Дом или Круг, почти наверняка станет жертвой Ферранта. Они таких ищут.

Новое дело!

Конечно, о «братских» отношениях с соседней страной знали все. Братских – потому что когда-то мы были единым королевством, называвшимся Гелейей. Но потом – примерно семь или восемь поколений назад – у правителя родились близнецы, которых перепутали в колыбели, причём так, что никто не мог сказать, кто там старше, а кто – младше. В нормальных условиях королевство досталось бы старшему, а тут король не нашел ничего умнее, как поделить страну пополам между сыновьями.

Известно, что худший враг получается из бывшего лучшего друга. И что самые скандальные распри происходят между не поделившими наследство родственниками. Отношения между Эрвинией и Феррантом подтверждали это правило. С начала существования между братскими державами шёл спор – чей король на самом деле старше и имеет право получить всё? Отыскивались свидетели и свидетельства, находились аргументы и контраргументы, к делу привлекались все – от священников Храма до уличных предсказателей. Постепенно спор перешёл в натуральную свару, когда обе стороны с упоением делали друг другу мелкие и крупные гадости: на границе то и дело происходили стычки, велись торговые войны, иногда горели приграничные деревни. Но, оказывается, братская любовь не обошла и магов…

Вообще до войны между нами не доходило только потому, что южные границы обеих стран граничили с Га-Карраштом, многолюдным и агрессивным. Правили им религиозные фанатики, именуемые Советом Мудрецов, и их вера совершенно не походила на нашу. Так что волей-неволей Эрвинии и Ферранту приходилось сдерживаться – если сцепиться и ослабить друг друга, съедят обоих.

Подняла глаза на собеседника:

– Тогда я согласна. Но до осени ещё больше четырёх месяцев, со мной ничего не случится?

– Хороший вопрос… – Он смерил меня взглядом от макушки до кончиков потёртых туфель. – Ладно, что-нибудь придумаем. А сейчас мне надо идти.

Легко поднялся из кресла и, не попрощавшись, повернулся спиной. Походка была, как я запомнила, – стремительной, летящей… Через минуту о том, что тут побывал маг, напоминал только недопитый бокал вина, стоящий на подоконнике.

– Найда, что расселась? – вернул меня к действительности голос господина Пака. – И, кстати, кто это был? Твой знакомый?

И что ответить?

Глава 3

Право на глупость – одна из гарантий свободного развития личности.

Марк Твен

«Академия – это неплохо, – заявил вечером кот. – Но тебе там придётся несладко».

– Почему?

«Потому что ты – никто. Каждый из остальных студентов принадлежит к какому-то Дому, имеет кучу влиятельных и могущественных родственников, понимаешь? Бесхозные маги в нашей стране встречаются не чаще розовых мышей».

Нашёл с кем сравнить!

– И что, меня начнут травить?

«Не исключено. А ещё давить и шантажировать, в надежде прибрать к рукам. Ты – здоровая девица с магическим Даром, значит, можешь стать матерью новых магов для какого-то Дома».

– Я – безродная бесприданница.

«Неважно. Будь готова, что из-за тебя передерутся, и не верь никому».

Гм, как-то всё это нерадостно звучит…

– Хаос, миленький, а расскажи о ментальных щитах?

«Гм, давно я не ел ветчины… И от миски сметаны не отказался бы».

Вот пушистая зараза!

Кстати, за прошедшие дни кот стал выглядеть вдвое моложе, прежде клочковатая шкура начала лосниться, только больную лапу он ещё берёг, избегая наступать и прыгая на трёх. Ладно, пойду выпрашивать сметану… Миску не дадут, но на блюдце можно рассчитывать, особенно если помогу с картошкой.

Но в матери новых магов, при том, что отцом оных может стать неведомо кто, я совершенно не рвусь. Впрочем, – перед мысленным взором всплыли сапфировые глаза под тёмными бровями вразлёт, – может, всё не так уж плохо? Угу – одернула себя, – мечтай-мечтай, дурочка! Кому нужна невестка, в нежном возрасте учившаяся шарить по карманам манекена так, чтобы не зазвенел ни один из прицепленных к тому колокольчиков? Есть желающие, ау-у?!

Со щитами мы маялись несколько дней. Попытки кота объяснить, на каких именно точках мне надо сфокусировать внутренний мысленный взор, успехом не увенчались. Под конец меня просто стали шлёпать когтистой лапой по голове в нужных местах. Спасибо, хоть на лбу не осталось царапин.

Правда, я так и не поняла, делаю ли то, что надо, или нет. Потому что Хаос мыслей не читал и аур – так правильно называлось сияние над головой – не видел. А больше проверить было не на ком.

Если честно, я очень ждала нового визита мага. Ведь он даже имени своего не назвал, не пожелал представляться жалкой горничной. Но в то же время и не был слишком высокомерен, не унижал меня. И при этом был невозможно, нереально хорош! Или так казалось, потому что в нашу первую встречу он мне помог? Как бы то ни было, я по нему скучала…

И, естественно, произошло всё неожиданно и в самый неподходящий момент. Я размахивала проволочной выбивалкой и чихала, выколачивая пыль из ковровых дорожек на заднем дворе. Пучок на голове развалился, белая наколка съехала набок, да и вообще, осталась ли она белой в серых клубах вокруг меня?

Занесла руку и от души шлёпнула по изнанке висевшего на жерди ковра – и тут кто-то за спиной засмеялся.

Обернулась – там стоял он. Сегодня в винно-красном, с белой пеной кружев у горла. А я, я… ап-чхи! Вот позорище!

Страницы: 12345 »»

Читать бесплатно другие книги:

Новый роман Донато Карризи, кумира европейских любителей детектива, «Женщина с бумажными цветами» ст...
Она мечтает стать моделью. Он мечтает от них отдохнуть. Она считает его своим шансом. А он ее – недо...
Мир погрузился во мрак. Вирус распространяется с огромной скоростью и превращает людей в живых мертв...
В 2111 году мир сгорел в огне Великой Катастрофы. На планете воцарилась ядерная зима, яростные ветра...
Академия вампиров, где представители этой загадочной расы обучаются искусству высокой магии, распуще...
Хранить секрет очень непросто. Другого выхода нет – ведь, раскрыв его, ты причинишь боль самым близк...