Полигон-3. Страж Предела Уленгов Юрий

Глава 1

Система Ориона, орбита Рапсодии, административная станция корпорации NewVision.

С самого утра Миллер был мрачнее тучи. Гребаный Баркер завалил его отдел работой. Сдернул на совещание, не дав посмотреть в прямом эфире на расправу над своим гребаным чемпионом, и даже до записи у Миллера руки еще не дошли, что его невероятно бесило. Близился очередной сезон регулярного ивента, турнира на выживание «Страж Предела», детища Баркера, которым тот невероятно гордился. Для двенадцатого сезона гейм-директор придумал кучу нововведений, и теперь вся команда в авральном порядке работала над тем, чтобы успеть все к старту. А Миллеру еще нужно было продумать новую схему поставок в Оранжевую зону. С Лимбом было проще: посылки с А-стимами маскировались под доставку воды и продуктов, и сбрасывались в зоне влияния Скульптора. Другие юниты в этих местах и нос высунуть боялись, потому люди Скульптора спокойно подбирали комплекты и доставляли их на базу. Все в рамках сценария. С Пределом сложнее.

Кланам подачек не бросали. Их бойцы добывали все необходимое самостоятельно, за живые кредиты. На складе, комплектующем доставку для «гуманитарщиков» у Стива был свой человек, который за некоторое количество кредитов добавлял к посылке то, что просил Стив. А вот на складе магазина такого человека только предстояло найти.

Проблема в том, что объяснять это людям, на которых работал Баркер, бесполезно. Их интересовали только деньги, которые Стив выводил на анонимный криптовалютный кошелек, оставляя себе определенный процент. Процент немалый, прямо скажем, даже для топ-менеджера Корпорации. Но сейчас Миллера беспокоил отнюдь не перерыв в поступлениях на собственный счет. Гораздо больше его нервировали сообщения в защищенном мессенджере, в которых серьезный человек, сидящий за много световых лет отсюда, интересовался, почему в назначенный срок не пришел новый перевод. И ему было плевать на убитого Скульптора, сложности с отправкой новой партии в Предел, и проклятого три-три-два-восемь-шесть, своим вмешательством уничтожившего отлаженную, бесперебойно функционировавшую месяцами схему.

В общем, всю ночь Миллер ворочался, крутя в голове варианты, и просматривая на планшете досье сотрудников «Полигона». Досье ему слила гребаная извращенка из HR-отдела, и Стиву еще предстояло это «отработать». И, если до того, как Миллер поближе познакомился с черноволосой Кэролайн, он о подобной перспективе мог только мечтать, то, после того, как впервые оказался в ее постели, его мнение несколько изменилось. Глядя на утонченную, изящную красотку, нельзя было даже предположить, что ее сексуальные предпочтения… Скажем так, весьма специфичны. Однако старший менеджер HR-отдела была ему нужна, и потому приходилось терпеть, каждый раз нагружаясь вискарем по самую макушку и полируя алкоголь ненавистным «ТГК-Ультра».

Достойную кандидатуру он, в итоге, кажется, нашел, однако на сон времени совсем не осталось. Ругаясь, на чем свет стоит, Стив сходил в душ, залился энергетиками, и отправился в офис. Сидя перед монитором, он изо всех сил пытался вникнуть в документ, пересланный сотрудником для одобрения, когда планшет легонько завибрировал и принялся подмигивать белым светодиодом, сигнализирующем о входящем вызове.

Взглянув на экран, Миллер обнаружил, что абонент не определен, и, выругавшись, двинулся в ближайшую свободную переговорку. Программа телефонии не определяла звонящего только в одном случае: если вызов шел с Рапсодии. А это значило, что отвечать на звонок нужно, лишь убедившись, что рядом нет чужих ушей.

Заперев за собой дверь, он сел в кресло и уже привычно запустил программу-шифровальщик, выводящую на экран собеседника искусственно сгенерированный аватар и меняющую голос. Только после этого он ответил на вызов.

На экране появился Слай. Судя по обстановке на фоне, глава «Могильных воронов» находился в командном пункте своего форта, а значит, груз А-стимов, изъятый со склада Скульптора, уже переправлен в Оранжевую зону.

– Я выполнил условие, – не здороваясь, заговорил Слай. – Алтай мертв. Когда будет поставка?

Миллер почувствовал, как медленно спадает накопившееся за эту ночь напряжение. Хоть одна хорошая новость! Проклятый выскочка, гребаный «чемпион» Баркера, наконец-то сдох! Кажется, это лучшая новость за последние несколько дней. Как пригорит у Тома, ха! Это определенно стоит отметить! Выигранную в споре тысячу кредитов Миллер потребует у Баркера в «бумажном» эквиваленте, скрутит купюру в трубку и с наслаждением вдохнет через нее дорожку-другую старого доброго кокса с плоского живота Кэролайн. А потом устроит этой суке такую взбучку, что она неделю ходить не сможет… Да, все-таки день сегодня не такой уж и плохой, как выяснилось!

– Покажи мне его голову, – кажется, даже голос от возбуждения сел. Хорошо, что программа сглаживает интонации.

– С этим есть небольшая проблема, – Слай замялся и отвел глаза от камеры.

– Что, вы его так уделали, что и опознать невозможно? Тогда тебе придется отправить мне его ДНК для анализа, – Миллер напрягся. – Не вздумай решить, что меня можно обуть, подсунув обугленный труп какого-нибудь бродяги вместо три-три-два-восемь-шесть!

– Я не собираюсь никого обманывать, – хмуро пробурчал Слай. – До тела не добраться. Ублюдка завалило в заброшенной шахте на окраине Предела. Мои люди при этом погибли. Весь отряд. А их тела, в свою очередь, сожрали гребаные морфы. Твои требования стоили мне десяти отличных бойцов!

– Не таких уж и отличных, как выяснилось! – настроение у Миллера снова начало портиться. – Если твои бойцы не смогли справиться с одним придурком – грош им цена! Я обеспечил все условия: дал координаты, подделал данные о ксеноактивности и даже, мать твою, связь в секторе вырубил! А ты все равно просрал задание! Знаешь, я вот думаю, может, не так уж ты и подходишь для того…

– Придурков было пять, – едва сдерживаясь, перебил Миллера Слай. – А мои парни сделали все, что могли. Пожертвовали жизнью, чтобы угробить этого урода. Вот доказательства.

Слай отодвинулся в сторону, и Миллер увидел большую видеопанель за его спиной. На панели запустился видеоролик. Мрачный Стив несколько десятков секунд смотрел на сцену побоища, разыгравшегося в заброшенной промзоне, глазами одного из боевиков Слая. Сцена закончилась кадром, на котором снаряд реактивного гранатомета обрушивает свод штольни, в которой скрылся три-три-два-восемь-шесть в компании еще двух юнитов, и Миллер выругавшись, едва не разбил планшет о стол.

– Слушай, ты, – наклонившись вперед, прошипел Стив. – Ты что, действительно считаешь, что мне можно впарить такое говно? Где доказательства, что эта тварь сдохла? Где, я тебя спрашиваю? – вот сейчас он жалел, что шифровальщик не донесет до собеседника эмоции. – Ты мне показал гребаное кино, в котором я не увидел, как этому уроду отрезают голову! Где гарантия, что эта мразь не выберется из этой дырки через какую-нибудь другую нору? Ты можешь мне такое гарантировать?

– Могу, – мрачно ответил Слай. – Через несколько часов в этом районе произошел подземный взрыв, часть местности ухнула в пустоту. Шахта полностью уничтожена и завалена десятками тысяч тонн земли и камня. Там никто не мог выжить. Абсолютно.

– А до тебя не доходит, что этот взрыв он сам и устроил, прорываясь на поверхность? – Миллер вдруг успокоился, окончательно осознав, что в ближайшем будущем не будет ни торжества над Баркером, ни кокса с тела Кэролайн, ни хрена. – Нет. Так не пойдет. Ты предоставишь мне его тело, и только тогда получишь награду. Ты понял меня?

– Понял, – угрюмо кивнул Слай.

– Хорошо, что понял, – Миллер лихорадочно размышлял. С одной стороны, крючок для Слая был хорош: нет тела – нет поставки. Только вот с другой… С другой стороны были сообщения в защищенном канале, и тому, кто их отправлял, было плевать на личные заморочки Миллера. Если продолжить оттягивать поставку – снова придется дергать деньги с личного счета. А их там, на текущий момент, было не так уж и много. Кажется, пора менять условия сделки. Миллер решился.

– Ладно. Давай так. Я отправляю тебе новую партию. Но до того момента, пока я не увижу отрезанную голову три-три-два-восемь-шесть, ты переводишь мне полную стоимость товара. Справишься – получишь свою проценты и премию. Не справишься…. Рапсодия большая. Я могу найти кого-нибудь другого. Того, кто будет расторопнее.

Слай смотрел на Миллера мрачным взглядом. Его явно не устраивали условия… Но других не будет. Скривившись, глава «Могильных воронов» кивнул.

– Договорились.

– Вот и хорошо. Теперь давай к делу. Товар у меня, но есть сложности с поставкой. Для решения проблемы мне понадобится еще несколько дней…

– А в чем сложность? – Слай непонимающе посмотрел на менеджера. – По той же схеме. База Скульптора теперь под моими людьми. Как доставить товар в Предел – уже моя головная боль.

Миллер едва удержался, чтоб с размаху не садануть себя ладонью по лбу. Твою мать! Да что за дерьмо с ним творится? Как он об этом не подумал? Ведь это же элементарно! В прошлый раз, когда он говорил со Слаем, тот как раз в кабинете Скульптора сидел! Нет, надо, пожалуй, завязывать с бессонными ночами, это до добра не доведет. Боже, сколько же времени он бездарно просрал!

Выругавшись сквозь зубы, Миллер потянулся к холодильнику, достал из него банку энергетика и приложил ее к затылку. Холодный металл приятно холодил кожу, и мерзкая, пульсирующая боль, рвущая голову с самого утра, сразу стала слабее. Выдохнув, он медленно проговорил:

– Хорошо. Жди поставку в ближайшие дни. Время сообщу отдельно, дополнительно.

Киборг кивнул.

– И достань мне этого урода! Живым или мертвым! – Миллер прервал связь, и, тяжело отдуваясь, откинулся на спинку кресла. Дерьмо! Одного гребаного придурка достать не смогли! Да, есть, конечно, вариант, что он и сам виноват, ставя такие условия, но он всерьез рассчитывал на то, что морфы справятся с ублюдком сами, уж слишком не хотелось подставляться перед Баркером. Мало ли что. Взбесится, что его любимчика завалили, и устроит геноцид «Могильным воронам». А они ему нужны. Судя по данным системы, стая морфов на территории промзоны пряталась такая, что для ее ликвидации понадобились бы силы значительно большие, чем отряд в пять человек, отправленный Сандерсом. Но гляди ж ты, ускользнул, ублюдок!

В то, что хитрый космодесантник уничтожен, Миллеру не верилось. Все же не зря Баркер на него глаз положил, тут гейм-директору надо отдать должное: чуйка на людей у него была очень неплохая. Скорее, эта тварь сама устроила взрыв, чтобы… Чтобы что? Хрен его знает. Прежде чем строить какие-то предположения, нужно самому посмотреть, что там произошло. А заодно и проверить систему на предмет появления метки три-три-два-восемь-шесть. Если ублюдок выбрался, система его засечет и выдаст местоположение. Ну, а во второй раз Слай уже не должен обосраться. Не имбецил же он, в конце-то концов! Со складом Скульптора сообразил же!

В общем, да. Нужно разобраться, что там и как, а, заодно, и организовать доставку А-стимов на Рапсодию. Хрен с ним, с Алтаем этим. Главное, что основная тема с места тронулась, и теперь ему не придется ни перед кем оправдываться. Решено! В этот раз он залезет в собственные сбережения, и отправит необходимую сумму, а вернет деньги, когда Слай распродаст первую партию.

Миллер открыл энергетик, сделал несколько глотков, и с отвращением выбросил банку в утилизатор. Сон… Все, что ему нужно – здоровый, глубокий сон. И все снова будет, как надо.

***

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия, Оранжевая зона, она же Предел. Граница Инферно. Аванпост клана «Тени».

Тяжело дыша, голый по пояс Рэйзер ввалился в свою комнату, на ходу стащил штаны и плавки, и направился в душ. Тугие струи ударили в разгоряченное тело, и он даже застонал от удовольствия. Натруженные мышцы вибрировали, по телу разливалась приятная усталость после изматывающей тренировки. Быстро вымывшись, он активировал предустановленную программу, и несколько минут просто стоял под контрастным душем, опершись руками о стену кабинки и склонив голову. Почувствовав себя достаточно взбодрившимся, Рэйзер выключил воду, и, подхватив жесткое полотенце, выбрался из душа.

Растершись докрасна, он бросил полотенце в сушилку, и на миг замер перед зеркалом, критически оглядывая собственное тело. Ни грамма жира, тугие узлы мышц легкоатлета, и, что самое главное – ни одной видимой аугментации. Рэйзер любил свое тело, и искренне не понимал тяги местных уродовать себя разнообразными железяками, выглядящими так, будто их подобрали на свалке. Нет, против модификаций, как таковых, он ничего не имел, скорее, даже, наоборот – пожалуй, количеству и качеству установленных имплантов позавидовали бы даже бойцы элитного полицейского спецназа, с которыми ему когда-то довелось работать, но все они были скрыты внутри. А снаружи… Нет, снаружи – это уродство.

Достав из заменявшего шкаф ящика свежую одежду, он натянул штаны, и подошел к пищевому синтезатору. Внутри уже ожидал приготовленный по таймеру протеиновый коктейль. Отхлебнув из высокого стакана, Рэйзер с наслаждением развалился в кресле.

Ежедневные физические нагрузки были частью его жизни с самого детства. В здоровом теле – здоровый дух. Даже модифицированным мышцам нужна тренировка, если не хочешь, чтобы в самый неподходящий момент твое тело подвело тебя. Импланты – это хорошо, но их можно взломать или вырубить электромагнитным импульсом, и тогда придется сражаться только тем, что останется. А для этого нужно, чтоб даже без имплантов ты мог противостоять любой возможной угрозе.

Рэйзер вспомнил, сколько сил пришлось ему потратить, чтобы вбить эту несложную мысль в головы своих людей, и усмехнулся. Ну, зато теперь у него, пожалуй, самый боеспособный клан в этой части Полигона. И это при том, что по количеству бойцов его сложно назвать даже средним. Рукопашный бой, общая физическая подготовка, тактические занятия – расписание бойцов клана Рэйзера было забито под завязку. Наркота, выпивка, шлюхи – все это только в редкие дни отдыха в Элизиуме. В Пределе же и Инферно – работа, работа и только работа. На благо клана и свое собственное.

Когда Рэйзер только попал на Полигон, он поразился, насколько мягкотелы его обитатели. То, что преподносилось, как кошмарная тюрьма, в которой обреченные ведут непрерывную борьбу за существование, оказалось чуть опаснее детской песочницы. Инициацию он прошел уже на второй день после прибытия, а еще через три дня у него уже был пропуск в Элизиум. Однако он задержался в Лимбе еще на неделю, копя кредиты и опыт, а когда все же пришел в Зеленую зону, накопленного хватило на комплект топовых модификаций. Убийцы, насильники и прочий сброд, грызущий друг другу глотки в Серой зоне, ничего не могли противопоставить тренированному космодесантнику, прошедшему горнило войны с ксеносами.

Сколотив банду таких же отчаянных сорвиголов из бывших вояк, он ураганом прошел по Оранжевой зоне, поднимаясь в уровнях и зарабатывая авторитет. Поговаривали, местные всерьез опасались того, что Рэйзеру захочется большего, и он начнет перекраивать расклады в Пределе по-своему, но для него это было слишком скучным. Ну какой адреналин можно получить, вырезая болванов, боящихся лишний раз высунуть нос за пределы своего форта? То ли дело броски в Инферно, с выполнением самых сложных задач, выдаваемых системой, истребление морфов, спятивших боевых систем и… Охота на людей.

Да, пожалуй, из всех доступных на Рапсодии развлечений, охота на двуногую дичь была для него самым любимым. Он получал ни с чем несравнимое удовольствие, выслеживая жертву, стараясь предугадать ее поведение и заманить в ловушку. Вскоре, помимо квестов из вонтед-листов, небольшой клан Рэйзера, обосновавшийся на самой границе с Красной зоной, стал принимать заказы и от кланов. Полигон все же был Полигоном, и время от времени кому-то требовалось отыскать беглецов, устранить конкурентов или наказать предателей. И Рэйзер с этими заказами справлялся блестяще. Клиенты неизменно получали отделенные от тел головы, а Рэйзер – кредиты на счет. Много кредитов. Услуги клана стоили недешево, и по пустякам их не беспокоили, но если уж подпирало, каждый в Пределе знал, к кому стоит обратиться, и мог рассчитывать на то, что гонорар будет отработан до последнего кредита.

Допив коктейль, Рэйзер смял в кулаке стакан и отправил его в утилизатор. Прошел к рабочему столу, сел в удобное, функциональное кресло, и пробудил терминал.

На панели подмигивала пиктограмма пропущенного звонка. Нажав на нее, Рэйзер удивленно вскинул брови, и активировал видеосвязь.

«На той стороне» отозвались тотчас же. Абонент включил камеру, и на экране появился угрюмый Слай, глава «Могильных воронов».

– Хао, бледнолицый! – Рэйзер с усмешкой поднял открытую ладонь в приветствии, и поинтересовался:

– Чем обязан?

– Работа есть, – Слаю явно было не до болтовни, он перешел сразу к сути. – Как раз по твоему профилю. Возьмешься?

– Ну, ты сначала расскажи, что за работа, а там и решу, – Рэйзер уселся поудобнее и положил ладони на стол, приготовившись слушать.

– Нужно отыскать одного парня в ближнем Инферно, – хмуро начал Слай. – Либо его труп. И принести мне его голову, запечатлев на видео момент ее отделения от тела. Все. Ничего для тебя нового.

– А что ж твои бойцы? – не упустил возможности подколоть заносчивого и чванливого главу клана Рэйзер. – Не в состоянии?

– Слушай, я не в настроении, – прямо ответил Слай. – Давай коротко. Да – да, нет – нет. С расценками твоими я знаком и платить готов. Так что давай опустим пустопорожние разговоры и перейдем сразу к делу.

– К делу – так к делу, – охотно согласился Рэйзер. – Люблю деловых людей. Давай, выкладывай, что за парень. Кто такой, где видели в последний раз.

– Твой бывший коллега. Тоже космодес. Ты про него мог слышать, он на днях в ТОП-1 Лимба выбился, порешив группировки Скульптора и Джаспера. Сейчас он в клане Сандерса. В последний раз видели в Пределе, где именно – сообщу. Скину координаты.

– Группировки Джаспера и Скульптора? – Рэйзер удивленно покачал головой. – Во дела у вас творятся, ты гляди! Не, ничего не слышал, мы вчера только из глубокого рейда в Инферно вернулись, не до новостей было. Серьезный парень, смотри-ка! Фото есть? Хочу посмотреть на этого героя.

– Да, – Слай нажал на кнопку, активируя демонстрацию экрана, и перед хэдхантером развернулись несколько фотографий, явно нарезанных с видео.

С первой же фотографии на Рэйзера угрюмо взглянули внимательные серые глаза, и хэдхантер вздрогнул, невольно сжимая руку в кулак. Да ну! Не может быть!

Может. Крепкая, спортивная фигура, короткий ежик темных волос, упрямый взгляд, едва различимая полоска шрама над левой бровью…

Рэйзер незаметно выдохнул, спуская внезапно сковавшее тело напряжение, и взглянул прямо в камеру.

– Берусь. Сбрасывай инфу, координаты и задаток.

– Ты даже не спросишь, как его зовут? – удивленно поинтересовался Слай.

– Мне это не нужно. Я знаю его имя, – хэдхантер постарался, чтобы голос звучал все так же ровно. Получилось с трудом. – Все, давай. Жду. До связи.

– До связи, – кивнул явно довольный Слай и отключился.

Рэйзер задумчиво помассировал шею, глядя в опустевший экран. Через пару секунд динамики терминала булькнули оповещением о входящем сообщении. Хэдхантер развернул письмо, и замер, подавшись вперед и всматриваясь в почти забытые, но такие знакомые черты лица.

– Ну, здравствуй, Алтай. Давно не виделись, – тихо проговорил Рэйзер, и хищно улыбнулся.

Просидев так еще некоторое время, он, наконец, свернул фотографию, открыл текст с сопроводительной информацией и погрузился в ее изучение.

Глава 2

Говорят, перед глазами стоящего на пороге смерти человека проносится вся его жизнь, будто голофильм, поставленный на ускоренное воспроизведение. Возможно, так и есть. Показать славные победы, напомнить о достижениях, доказать, что жизнь прожита не зря… Неплохая попытка подсластить пилюлю, на самом деле, одобряю. Вот только мой бьющийся в агонии мозг по непонятной причине предпочитал показывать мне исключительно кошмары.

Прикрытие беженцев на Калибане. Рыдающие матери, потерявшие детей, мужья, прощающиеся с женами у трапов, и бредущие получать оружие к Булату, формирующему отряд ополчения… Томительное ожидание атаки на космопорт, и сам бой, окончательно превратившийся в кровавую мясорубку после удара ксеносов…

Первая высадка на занятую пришельцами планету. Ошибка командования, смятый строй, урчание монстров, атакующих остатки десанта, разорванный на куски Крамер, и захлебывающийся вой стрелковых комплексов, пытающихся пробить брешь в сплошной массе захлестнувших укрепления биоморфов…

Короткая передышка, сопровождающаяся бесконечным падением в холодную тьму, и новый видеоряд.

Кровь… Пятна крови повсюду. На белоснежных обоях, на простыни, на изломанном обнаженном теле, которое я держу в руках, всхлипывая, не в силах поверить в то, что все это происходит на самом деле… Грохот выбитой двери, лучи тактических фонарей, установленных на автоматах полицейских, вломившихся в дом, дрожание точек лазерных целеуказателей на моем теле…

Зал военного трибунала. Брызжущий слюной, отчаянно жестикулирующий обвинитель, смущенный защитник, и судья, на лице которого явно читается отвращение. Я, стоящий в центре зала, в оранжевом комбинезоне и магнитных наручниках, и строки приговора, эхом отдающиеся в голове.

Новая передышка. Падение продолжается. Я падаю так долго, что угасающее сознание решает, будто пытка прекращена. Но нет. Это лишь начало. Новые картинки мелькают дьявольским калейдоскопом, мне хочется кричать, глядя на них, но мертвые безмолвны.

Чавканье, с которым дубина проламывает череп парня, визг черноволосой девчонки и плотоядный рык победителя, с которым он валит добычу на землю и лихорадочно срывает с нее одежду…

Фрай, сидящий в кресле и держащий на коленях собственную голову…

Баки с ужасными скульптурами, и обнаженная Марго, над которой возвышается маньяк, сладострастно ведущий скальпелем по изгибам женского тела…

Яростно кричащий Стэн, выпускающий последний боекомплект в подступающих морфов, и безжизненное тело брата у его ног…

Окровавленный Эверест, сидящий у ворот околоствольного двора, и взгляд Миража, вынужденного оставить командира умирать…

И сам Мираж, падающий в темную бездну, оседланной инопланетной тварью, пробившей его тело в нескольких местах костяными клинками.

Пауза. Падение в пустоту, которое начинает восприниматься, как благо. А потом дьявольский калейдоскоп делает новый оборот, начиная все сначала.

Рыдающие матери, понурые ополченцы, атака бунтовщиков и нападение ксеносов. Кровь, боль, кровь, боль, кровь, боль…

Может быть, это и есть ад? Когда из памяти вычищают все воспоминания о добром, светлом и радостном, без конца показывают самые страшные моменты жизни, и пытаются убедить, что вся она и состояла только лишь из боли и страданий? Очень похоже.

Иногда мне казалось, что я могу все это прекратить. Что стоит только немного напрячься – и я отброшу кошмары и вынырну, наконец, из ледяной бездны. В эти моменты даже начинало казаться, что на самом деле я не умер. Ведь мертвые не чувствуют боль, верно? В те короткие мгновения, когда она прошивала каждую клеточку тела, мне чудилось, что я вижу сквозь кровавую пелену какой-то силуэт, а до отсутствующего слуха долетало тяжелое дыхание и приглушенная ругань. Как жаль, что это лишь галлюцинации, остаточные импульсы умершего мозга.

Боль стихала, наваждение проходило, и я снова падал вниз, а перед глазами продолжали крутиться эпизоды моей наполненной ужасом жизни.

***

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия, Красная зона, она же Инферно. Неизвестное место.

Когда ко мне вернулось сознание, некоторое время я не мог поверить, что это не очередная галлюцинация. Однако галлюцинации не бывают такими реалистичными. Я чувствовал жесткий бетонный пол, на котором лежал, и легкое дуновение ветерка, пробегающего по коже. А еще я ощущал невероятную жажду. В горло, желудок и рот будто насыпали раскаленного песка. Кое-как подняв весящие по несколько тонн веки, я разлепил пересохшие губы и прохрипел, обращаясь в пустоту, надеясь, непонятно на что.

– Пить…

Хотя, скорее, мне показалось, что я прохрипел. На самом деле я не мог вытолкнуть ни звука из иссушенной глотки. Да и к кому я обращаюсь? Кто мне даст напиться? Ксеносы?

Каково же было мое удивление, когда рядом послышался шорох, и к губам прикоснулось что-то холодное. Высунув похожий на лист наждачной бумаги язык, я ощупал им это «что-то», и выяснил, что к моему рту кто-то поднес горлышко фляги. Не веря в собственное счастье, я обхватил его губами и принялся жадно пить.

Первые же глотки вызвали дикие спазмы в желудке, но я все равно пил, превозмогая боль. Жажда была сильнее. Постепенно боль становилась слабее, а к тому моменту, как фляга опустела, улеглась окончательно. Я хотел было что-то спросить у доброй пустоты, но вместо жажды и боли навалилась сонливость. Несколько секунд я пытался с нею бороться, но потом бросил это занятие, откинулся на что-то жесткое, подложенное мне под голову, и закрыл глаза. Потом. Все потом.

***

Во второй раз я пришел в себя неожиданно отдохнувшим. Слабость все еще сковывала тело, но ощущение беспомощности понемногу пропадало. Я чувствовал, что, если сильно постараюсь, смогу подняться и даже сделать несколько шагов. Вот только делать этого не хотелось.

Открыв глаза, я попытался сориентироваться. Последним, что я помнил, был бой с ксеносами в выходном тамбуре ствола, и ублюдочного морфа, пыряющего меня своими ублюдочными клинками. Еще холодный металлический голос, отстраненно отсчитывающий последние секунды моей жизни, и взрыв, да. А потом был полет в холодную бездну и пытка воспоминаниями. Я действительно считал, что умер. А вот гляди ж ты…

Сейчас над головой также были бетонные плиты, но они совсем не походили на потолок шахтного тамбура. Да и где тот тамбур? Его же взрывом завалило. И меня в нем, да. Здесь, хоть и виднеются следы от огня, но точно ничего не взрывалось. И даже какая-то растительность виднеется, пробивающаяся из трещин.

Вернувшийся слух донес едва слышное потрескивание, ассоциирующееся с чем-то приятным и уютным. С чем-то, чего я не видел уже очень давно. С трудом повернув голову, я обнаружил небольшой костер. Умело разведенный, обложенный камнями, расположенный так, чтобы дым сам по себе тянулся к выходу из не очень большого прямоугольного помещения.

У костра, спиной ко мне, кто-то сидел. На сто процентов утверждать я не взялся бы, но почему-то показалось, что силуэт женский. А потом ко мне вернулось обоняние, и я забыл обо всем, потому что ноздри забил давно забытый, непередаваемый аромат мяса, жарящегося на открытом огне.

В желудке предательски заурчало, да так, что, наверное, даже в Лимбе было слышно. Фигура у костра повернулась на звук, и я увидел, что ощущения меня не подвели. Это была женщина. Хотя, скорее, девушка. Не знаю, как правильно с точки зрения словаря, но я всех достаточно молодых и симпатичных особ называл именно девушками. А эта была как раз из таких.

Я не очень хорошо умею определять возраст на глаз, но думаю, ей было от двадцати пяти до тридцати. Правильные, привлекательные черты лица, серьезные зеленые глаза и грива рыжих волос, заплетенных в хвосты и косицы. Фигура скрыта мудреной накидкой, походящей на маскировочную. По крайней мере, силуэт она ломала и смазывала, а листики и веточки из нее торчали явно не потому, что хозяйка была неряхой.

– Доброе утро, – чуть насмешливым тоном произнесла девушка. – Как самочувствие?

Она вела себя так, будто мы с ней были давным-давно знакомы. Вот только я ума приложить не мог, где бы мы с ней могли познакомиться. А главное – когда.

– Спа… Кх-кх-х… – разговаривать с пересохшим и обложенным горлом, оказывается, совсем не просто. Я откашлялся, и предпринял новую попытку. – Спасибо. С учетом всех обстоятельств – кажется, неплохо. Где я? И кто ты? Как я сюда попал?

– Я – Скайлер, мы в Красной зоне, в одном из моих временных убежищ. Я нашла тебя в развалинах, и ты был очень плох. Настолько, что даже не думала, что выживешь. Ты был почти трупом. Сказать по правде, я сначала решила, что ты – труп и есть. Весь в кровище, броня – в лохмотья… Еще и обломком приваленный. Но ты начал бредить и метаться, и я подумала, что нужно попытаться тебе помочь. Сначала боялась навредить, но потом поняла, что хуже уже не будет. Кое-как вытащила и приволокла сюда. А ты пошел на поправку. Крепкий ты парень. Девять из десяти такое не пережили бы.

– Спасибо, – растерянно проговорил я. «Был почти трупом»… Хм. Вообще-то, не думаю, что даже один из десяти выжил бы после такого. Я ведь реально умирал. А сейчас действительно вполне неплохо себя чувствую. Удивительно.

– Сколько времени прошло?

– С какого момента? С того, как я тебя нашла? Или с того, как ты валяешься здесь?

– С момента взрыва. Взрыв в шахте. Ты его слышала?

– Ха, еще бы его не слышать! Его половина Полигона слышала, – усмехнулась Скайлер. – Я и пошла посмотреть, что там рвануло. И нашла тебя.

– Так сколько?

– Четыре дня. Первые двое суток ты лежал трупом, кажется, даже дыхания не было. Лишь иногда вздрагивал. А потом начал стонать и метаться. Тогда я и подумала, что, может быть, еще выкарабкаешься.

В желудке снова заурчало, и я невольно перевел взгляд на мясо, кусочками нанизанное на ветку и лежащее сейчас на камнях, в стороне от костра. Мне почему-то стало неловко.

– Боюсь, что мясо тебе нельзя, – перехватила мой взгляд Скайлер. – С такими ранами… Не знаю, что у тебя там за модификации, но, кажется, они тебя реально с того света вытащили. Тебе пока бульона бы…

– Я бы все же предпочел мясо, – проговорил я, сглатывая слюну. – Даже если это станет последней едой в моей жизни.

– Понимаю, – хмыкнула она. Прозвучало это снова слегка насмешливо, но не обидно. – Погоди. Давай сначала посмотрим, как там твои раны.

Скайлер поднялась с камня, служившего ей сидением, и направилась ко мне. Пока девушка приближалась, я смог ее рассмотреть, как следует.

Роста она была невысокого, примерно мне по плечо. Ладную фигурку под накидкой облегала странного вида кольчуга, в каждую ячейку которой был вставлен маленький кристалл. Кольчуга опускалась чуть ниже бедер, темные штаны обтягивали стройные ноги, заправленные в высокие, почти по колено, ботинки с магнитными застежками по всему голенищу. Ни разгрузочного жилета, ни брони на девушке не было.

Подойдя к импровизированной лежанке, Скайлер откинула тонкое, блестящее одеяло из базового комплекта выживания, и только в этот момент я осознал, что лежу абсолютно голый. Меня опять охватила неловкость, но девушка, не обращая на это внимания, отлепила пластырь у меня на груди и отогнула край марлевой салфетки, закрывающей рану.

– Хм. Понима-а-аю… – задумчиво проговорила она. – Точнее – ни черта не понимаю. Как так-то?

– Что ты имеешь в виду? – я попытался повернуться, чтобы увидеть, что ее так заинтересовало, но легкое одеяло при этом движении едва не соскользнуло с бедер, и я замер, ухватившись за него.

– Погоди, – девушка слегка прикусила губу, и занялась повязкой на животе. Сняв бинт, она опять заглянула под салфетку, и опять издала удивленный звук.

– Да что там такое?

– Сам посмотри, – пожала она плечами, и отошла на шаг. – Не волнуйся, я отвернусь.

Я попытался сесть на лежанке. Не без труда, но мне это удалось. Вообще, наверное, сказав, что чувствую себя неплохо, я слегка погорячился. Ощущения были, как после затяжной, тяжелой болезни. Мышцы гудели, по телу разливалась слабость… И безумно хотелось есть.

Посмотрев вниз, я увидел четыре марлевых салфетки, закрепленных на теле скотчем. Одна – на груди, три – на животе. Я вспомнил морфа, дырявящего мое тело костяными клинками, и вздрогнул. Дерьмо. И правда, как я выжил?

Отогнув салфетку, как это делала Скайлер, я приготовился увидеть страшную, может быть, даже подгнившую рану, но, к моему удивлению, не смог рассмотреть ничего, кроме уродливого, узловатого шрама. Причем с виду ему было явно не четыре дня. Подняв руку, я осторожно провел пальцем, и увидел, как с него осыпается совершенно сухая корочка. Под корочкой оказался еще розовый, но уже начавший затвердевать рубец. Это как вообще?

Проверка остальных ран показала, что дела с ними обстоят схожим образом. Отметины от ран, нанесенных клинками морфа теперь останутся со мной на всю жизнь, но умирать от них я точно не собирался.

– Удивительно… – проговорила Скайлер, озвучив мысль, промелькнувшую в моей собственной голове. – А как твоя рука?

– Которая? – своим вопросом я, кажется, поставил девушку в тупик. Вскинув брови, она несколько секунд смотрела на меня, а потом произнесла:

– Если бы одна из моих рук еще четыре дня назад была сломана в трех местах, я б, наверное, точно знала, какая именно.

Я непонимающе посмотрел на девушку. Она обескураженно покачала головой, но все же ответила:

– Правая.

Я поднял руку, внимательно осмотрел ее, прощупал, согнул, разогнул… Никаких следов перелома мне обнаружить не удалось.

– Фантастика, – фыркнула девушка. – Я такого еще не видела. Пожалуй, тебе и впрямь можно мясо. Если бы внутри остались какие-то повреждения, думаю, ты б не сидел так спокойно, а судя по тому, во что превратились свежие раны снаружи…

– Моя одежда… – начал я, но девушка меня прервала.

– Я ее выбросила. Не обессудь. Она превратилась в грязные и окровавленные лохмотья. Я решила, что оставлять ее на тебе с твоими ранами – не самый умный поступок. Впрочем, сейчас мне кажется, что ничего страшного не произошло бы.

В наступившей тишине снова отчетливо послышалось урчание моего желудка, и Скайлер прыснула со смеху.

– Ложись и скрой свои чресла. Сейчас дам тебе поесть.

Я послушался с удовольствием. Что бы там ни говорила девушка, но я все еще был очень слаб. Минуту посидел, а уже голова кружится. Черт, кажется, в себя приходить придется долго.

И тут меня как огнем обожгло. Долго? Черт, мне нельзя долго! Мне нужно вернуться в Предел, в форт «Буревестников»! Марго, Дис, Трикс… Они, наверное, думают, что я погиб! И Блайз еще… Сраный турнир! Нужно как можно скорее подниматься на ноги и возвращаться. Черт знает, что может прийти в голову Сандерсу…

Моих ноздрей снова коснулся дурманящий аромат, и я напрочь забыл, о чем думал секунду назад. Перед моим лицом показался импровизированный шампур с сочными, невероятно аппетитными кусками мяса, и я выхватил его из рук девушки, прежде чем осознал, что делаю.

– Полегче, – Скайлер издала легкий смешок. – Никто у тебя его не оберет.

Но я уже не слушал девушку. Набросившись на мясо, я, забыв о приличиях, рвал его зубами, глотал, почти не прожевывая, и урчал при этом, как дикий зверь. Минута – и шампур опустел.

– Силен, – констатировала Скайлер. – Как ощущения?

– Еще хочется, – честно признался я. Мяса на шампуре было, наверное, с полкило, но, кажется, оно только разожгло во мне голод.

– Ну ты даешь! Ладно. Я найду, чем перекусить. Держи! – девушка подала мне второй шампур. Я сделал над собой невероятное усилие, и мне таки удалось поблагодарить, прежде чем наброситься на вторую порцию.

– Да я тебя так не прокормлю! – делано возмутилась девушка, глядя, как последний кусок исчезает у меня во рту. – Лови! – Скайлер бросила мне пачку гигиенических салфеток, и я вытер руки и рот.

– Спасибо, – еще раз поблагодарил я, и в изнеможении откинулся на «подушку». Кажется, прием пищи отнял у меня все силы. Едва я принял горизонтальное положение, как почувствовал, что веки наливаются тяжестью.

– Не за что, – улыбнулась девушка, с интересом глядя на меня. – Как зовут-то тебя, пожиратель мяса?

Я честно пытался ответить, но это оказалось выше моих сил. Предприняв несколько попыток, я плюнул на вежливость, перестал сопротивляться, и провалился в здоровый, глубокий сон.

Глава 3

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия, Красная зона, она же Инферно. Неизвестное место.

Когда я проснулся в следующий раз, Скайлер в убежище не было. Некоторое время я лежал неподвижно, прислушиваясь к ощущениям, но не почувствовал ничего, кроме вновь просыпающегося голода. Что за черт? Я же совсем недавно ел, причем – тяжелую пищу и в большом количестве. Организм так отыгрывается за вынужденное голодание?

Я сел на импровизированной лежанке и осмотрел помещение. Костер погас, судя по всему – довольно давно. Каких-либо вещей девушки видно не было. Ушла? Вполне возможно. В конце концов, чего ей надо мной сидеть? Спасла – и спасибо. Даже этого уже много. Не думал, что на Рапсодии найдется кто-то, способный бескорыстно помогать ближнему. Особенно – в Инферно. Кстати, почему Инферно? Мы же спустились под землю в Пределе… Ладно, это вопрос десятый. Сейчас это совсем не важно. Гораздо важнее соорудить себе какую-нибудь одежду и подобие оружия. Конечно, с какой-нибудь заостренной палкой или каменным топором, обернутый в одеяло из базового комплекта, я много не навоюю, но все лучше, чем ничего.

Оглядевшись, я перевел взгляд на свою лежанку, и едва не вскрикнул от радости. Чем-то жестким, выполняющим роль подушки, оказался мой собственный рюкзак! Если бы Скайлер была здесь, я бы, наверное, ее расцеловал. Девушка не только выволокла из руин мою безжизненную тушку, но и рюкзак прихватила! Вот умница!

Схватив рюкзак, я открыл его и уставился на содержимое. Все на месте! Черт, хорошо-то как! Подсумок с полевым лабораторным комплектом почему-то лежал поверх остальных вещей. Видимо, его сорвало с рюкзака, там, в тамбуре, а Скайлер подобрала и упаковала в рюкзак. Вспомнив о существе, копошащемся в прозрачном стакане, я вздрогнул, и отложил комплект в сторону.

Отыскав на самом дне сверток, я вытащил его и широко улыбнулся. Хорошо, все же, быть запасливым! Штаны, легкий броник и куртка, упакованные в рюкзак еще в Зеленой зоне, это, конечно, не костюм Логоса, но уже что-то. По крайней мере, в набедренной повязке, сделанной из фольгированного одеяла, бегать не придется.

Нижнее белье, майка и носки, купленные в Элизиуме, также лежали на своих местах, а в ногах лежанки я обнаружил ботинки – единственное, что осталось от бронекостюма, снятого с бойца Слая. Ха, как по заказу!

Отбросив одеяло, я встал, посмотрел на свое тело, и ужаснулся. Дьявол, вот это я похудел! Такое ощущение, что килограммов десять сбросил! Как дистрофик, честное слово! Да, отъедаться придется долго…

Одевшись, я сразу почувствовал себя увереннее. Без одежды и белья даже дома чувствуешь себя уязвимым, а уж в таком жутком местечке – так и подавно.

Продолжая ревизию рюкзака, я наткнулся на универсальный рацион, и желудок тут же отозвался урчанием. Увидев пищу, я набросился на нее, как сумасшедший. У меня возникло ощущение, что, если я не поем прямо сейчас – двину кони. Даже руки затряслись. С трудом контролируя себя, я разрывал упаковки и запихивал в рот пищевые брикеты обеими руками. Кое-как разжевывал, глотал, и снова набивал рот. У лежанки нашлась фляга с водой, видимо, оставленная Скайлер, и я смог размочить сухую пищу, в очередной раз мысленно поблагодарив девушку.

Когда я закончил, от моего запаса осталось чуть меньше половины. Ну нихрена себе! Двухдневный запас за присест умял! Вот это разогнался метаболизм!

Сыто рыгнув, я продолжил инспекцию, с каждой минутой приходя во все лучшее расположение духа. Почему? Да потому что справа к рюкзаку был приторочен боевой топор, а слева – чехол с арбалетом и колчаном, полным болтов. Это уже не обожженная в углях острая ветка, которую я собирался соорудить. Это уже шанс. Против тварей, вроде тех, из шахты, не прокатит, конечно, да и люди в нормальной броне над моим оружием только посмеются, но, несмотря на это, я был доволен. Разложив «Вампир», осмотрев арбалет, и не найдя никаких повреждений, я пристроил его рядом. Так, что у нас во внешних карманах?

Во внешних карманах обнаружилась пустая фляга, моток тонкого, но прочного троса с карабинами, и… «Экзекутор» в чехле-ножнах! Я усмехнулся. Сегодня у меня во всех смыслах второй день рождения: и в прямом, и в переносном. И подарки царские! Повертев нож в руках, я положил его на лежанку. Это не «Прометей», конечно, и даже не моя дохленькая винтовка, однако человек с ножом однозначно опаснее человека без ножа. Вон, в Лимбе я вообще с молотком и куском заточенной стали сначала воевал. И ничего, справился.

Снова упаковав значительно уменьшившийся рюкзак, я взял в руки подсумок с лабораторным комплектом, и задумчиво повертел его в руках. Повинуясь порыву, открыл, заглянул внутрь, ожидая почувствовать привычную смесь страха с отвращением… И растерянно замер, глядя на пустое гнездо, в котором еще недавно покоился прозрачный стакан со сколопендрой. Какого хрена?

«Знаешь, сколько тебе за нее система отвалит?» всплыли в памяти слова Эвереста. Хм. Теперь «гостеприимство» Скайлер становится более понятным. Видимо, сколопендра – плата за спасение. Ну, спасибо и на этом. Могла же просто забрать подсумок и оставить меня подыхать в развалинах. Несмотря на эти мысли, мне стало неприятно. Девушка произвела хорошее впечатление, а пропажа образца его смазала. Ну да и хрен с ним! Не жили богато – нехер начинать. Пробирки на месте, и то хлеб.

Бросив подсумок в рюкзак, я застегнул молнию и утянул ремни, подстраивая рюкзак под уменьшившийся объем, и попытался решить, что делать дальше. Несмотря на слабость, нужно уходить. Добраться до Предела, попробовать связаться с Сандерсом, и попросить его выслать кого-нибудь навстречу. Правда, непонятно, как глава «Буревестников» отреагирует на погибшую группу… Помнится, Блайза в подобной ситуации он собирался скормить морфам. Впрочем, я убегать и прятаться не намерен. Да и выхода у меня нет, нужно ребят вытаскивать.

Я привычно скосил взгляд на часы в углу панели виртуального интерфейса, и немало удивился, не обнаружив их на своем месте. Да и самого интерфейса видно не было. Что за…

– Элис! – позвал я, холодея от ужаса. Еще недавно я относился к имплантам с неприязнью, но сейчас, стоило представить, что остался без поддержки умного железа, как меня прошиб холодный пот. Как выживать без карты, навигации, тактического сопроцессора с его многочисленными инструментами? И без Элис, к которой я уже успел привыкнуть. – Элис! – снова позвал я. – Ты здесь?

Хвала богам! Изображение перед глазами мигнуло, и перед глазами появилась иконка с изображением девушки. Правда, от привычных иконок эта отличалась тем, что Элис в ее рамках была не статичным портретом, а вполне живой и подвижной. Короткие, черные волосы, слегка раскосые глаза, тонкий, аристократичный нос и воротник-стойка форменного кителя.

– Здесь, босс. Рада видеть вас в добром здравии, – девушка на экране улыбнулась, и поправила упавший на глаз локон. Я лишь головой покачал. Кажется, обучение искусственного интеллекта идет полным ходом. Что ж. Тем лучше. И не так тоскливо, и идиотом себя не чувствуешь, разговаривая с пустотой.

– Элис, что за ерунда происходит? Где интерфейс? Почему я не вижу карту, часы и все остальное?

– Я все выключила, – ответила помощница. – Связь с системой Полигона деактивирована, нейропроцессор не отдает сигналов, и, соответственно, не получает их.

– Зачем ты это сделала? Давай, врубай все назад. Нужно возвращаться в форт.

– Босс, я бы не советовала активировать связь с системой. Проанализировав события, произошедшие с момента выхода из безопасной зоны, я пришла к выводу, что, с очень высоким процентом вероятности, все это время наше местоположение отслеживали. Боевики Слая слишком точно выходили на след группы. Возможно, я, конечно, ошибаюсь, но такой вариант я бы не стала исключать. Хотя я никогда не ошибаюсь, – самодовольно улыбнулась помощница.

Я покачал головой. Раньше за Элис такого поведения не наблюдалось. Слишком… Человеческого. Если бы я не знал, что Элис – всего лишь набор нулей и единиц, зашитый в нейропроцессор, ни за что не догадался бы, что общаюсь с роботом. Однако держать в голове это стоит. И, если робот Элис говорит, что за нами, возможно, следят, лучше прислушаться к ее мнению.

– Ну, включи хотя бы те функции, которые не требуют связи с сетью, – пожал плечами я. Нейропроцессор без сети – как комм, отключенный от глобалнета: всего лишь навороченная электронная штуковина, ни позвонить, ни погоду узнать, дорогая, высокотехнологичная железяка, но пусть хоть так, что ли.

– Я бы рекомендовала некоторое время воздержаться от использования нейропроцессора. Свободных ресурсов практически не осталось, возможны сбои и подвисания.

– В смысле? – не понял я. – Куда же уходят ресурсы, если все выключено? Я, вроде как, отвалил гребаную кучу денег за гребаный апгрейд базового импланта до сраного нейропроцессора, и рассчитывал, что он будет помощнее дешевого комма из китайских колоний. Где ресурсы, Элис?

– Все ресурсы заняты адаптацией программ нового биокомпьютера и его интеграцией в общую инфраструктуру, – девушка отвела глаза в сторону, будто глядя куда-то мимо меня.

– Чего? Какой еще новый биокомпьютер? Элис, с тобой точно все в порядке? Может, тебе бы самодиагностику провести? Откуда он, мать его, взялся?

– Из пробирки, – втянув голову в плечи, пролепетала девушка, а потом изображение мигнуло и исчезло.

Из пробирки? Биокомпьютер? Что за…

И тут до меня начало доходить.

Чудесное воскрешение, затянувшиеся раны, бешеный аппетит… Я перевел взгляд на рюкзак, в котором лежал лабораторный подсумок, и под ложечкой нехорошо засосало. Кажется, зря я плохо думал о Скайлер. Усевшись на лежанку, чтобы унять внезапную дрожь в коленях, и потребовал.

– Элис! Что ты сделала? Отвечай!

Тишина.

– Элис!

В голове зазвучал лишенный эмоций, электронный голос.

– Двадцать шестого мая две тысячи триста восемьдесят седьмого года, в двадцать часов сорок минут по среднегалактическому времени была зафиксирована физическая смерть носителя. Двукратные попытки реанимации успехом не увенчались. Проведя анализ всех доступных вариантов, было принято решение об имплантации трофейного биокомпьютера. Вероятность успеха при этом действии составила двадцать пять процентов. Согласно первой управляющей директиве, был выполнен перехват управления телом носителя и произведена имплантация. Решение привело к реанимации носителя. На текущий момент ведутся работы по интеграции биокомпьютера в общую инфраструктуру, расшифровка управляющих алгоритмов и адаптация командного языка под понятный носителю интерфейс. Адаптация завершена на семьдесят восемь процентов. Расчетное время до окончания адаптации – двенадцать часов.

Я глубоко вдохнул, ненадолго задержал дыхание и тяжело выдохнул. Твою мать… Вот это поворот…

– Избавь меня от своего канцелярита, появись, и ответь мне прямо: ты что, засунула в меня эту тварь?

На панели отряда снова появилась иконка с прячущей глаза Элис. Ты гляди, она мной еще манипулирует! Большинство мужчин, увидев такое виноватое выражение лица, просто не смогу продолжать злиться. Но я, видимо, в это большинство не вхожу.

– Так точно, босс. Поверьте, это был единственный вариант. Если бы я не сделала этого, вы бы погибли.

Дерьмо!

Страницы: 1234 »»

Читать бесплатно другие книги:

Я была готова на все, чтобы он меня спас…Но никогда бы не подумала, что цена окажется настолько высо...
Полное издание трилогии «Море Осколков» легенды фэнтези Джо Аберкромби.Принц Ярви, младший сын корол...
В виртуальности всё не по-настоящему. Ненастоящие орки не взаправду сражаются с ничуть не более реал...
Без жизни по предназначению человек чувствует себя угнетенно и ему не доставляют радости его работа ...
Всего один раз в жизни я поддалась порыву страсти с первым встречным! Но романтика закончилась так ж...
Леон Этингер, уникальный контратенор и бывший оперативник израильских спецслужб, которого никак не о...