Дикарь Суржевская Марина

Пролог

– Это что, шутка?

Мужчина с яростью швырнул бумагу на стол и уставился на своего собеседника. Тот тяжело вздохнул, надеясь лишь на то, что этот разговор не приведет к разрушению его дома. Конечно, Фирс Креол благоразумно удалил всех домочадцев и даже собак велел отвести на задний двор, зная, что вечером явится Шерх. Если бы он мог, не стал бы ему ничего говорить. Но Фирс не мог. Все-таки он в ответе за этот город, а значит, и за того, кто сейчас прожигает его взглядом, стоя посреди гостиной. Хотя никто в здравом уме не пожелал бы нести ответственность за ШерхаХенсли! Более того, никто даже не желал бы жить с ним в одном городе! Но, увы… Выгнать его тоже никто не мог.

А разговор и так уже затянут до предела, бумага пришла еще месяц назад. Но градоначальнику понадобилось время, чтобы собраться с силами и вызвать для беседы Шерха.

И потому сейчас Фирс страдал, нервничал, вытирал потеющий лоб и мечтал, чтобы этот разговор скорее закончился.

– К сожалению, это правда, – осторожно начал он.

– Правда?

Шерх смотрел, не моргая, и градоначальнику вновь стало не по себе. Ну не может ведь живой человек совсем не моргать? Шерху это удавалось. Хотя кто может сказать, что он живой? Вот это тоже под вопросом…

– Ты издеваешься? – сквозь зубы процедил виновник неудобства хозяина этой красивой гостиной. – Когда я въехал в этот дом семь лет назад, он был развалиной! Покосившейся хибарой, в которой на голову сыпалась труха с крыши! Жрот тебе поглоти, да она рухнула, эта проклятая крыша, мне пришлось настилать новую! Это был не дом, а три покосившиеся стены, которые лишь по недоразумению еще стояли!

– Я знаю, Шерх! – Фирс молитвенно сложил ладони. – Я все знаю! И прекрасно помню, как обстояли дела с этим домом! Но что ты хочешь от меня? Я ничего не могу изменить!

– Мне плевать, чего ты не можешь, а вернее, не хочешь! – оборвал Шерх. – Это мой дом! По всем правам – мой!

– Так никто твои права и не оспаривает! – горячо уверил градоначальник.

– Не оспаривает? – рявкнул его собеседник, и Фирс подпрыгнул, умоляя духов успокоить сумасшедшего. Если эта угроза рванет именно сегодня, что он скажет своей Кларисс? Хотя о чем это он? Если Шерх слетит с катушек, то Кларисс останется лишь приносить цветы на холмик, где покоится ее муж!

Перспективы не радовали, и Фирс затосковал, мечтая о хорошем глотке виски. Но, увы. Приближаться к Шерху с алкогольными парами тоже не стоит. Вот же угораздило этому ненормальному поселиться именно в его, Фирса, городе! Вот не повезло, так не повезло!

И все же, надо было назначить встречу где-нибудь в лесу. Так оно спокойнее было бы…

– Шерх, прошу тебя, не волнуйся! – как можно ласковее произнес он. – Это ведь ничего не значит! Да, твой брат отписал принадлежащую ему половину дома своей супруге, ну так что? Никто в здравом уме не сменит столицу королевства на наше захолустье! Эта фифочка никогда сюда не явится, уж поверь мне! Я уверен, тебе совершенно не о чем беспокоиться!

Безжизненные и совершенно черные глаза Шерха не выражали никаких чувств, хотя говорил он с яростью. В этом был весь Хенсли, только он мог буйствовать с таким застывшим и мертвым лицом. Впрочем… Впрочем….

– Я уверен, это лишь бумажка, – повторил Фирс натужно. – Просто возвращайся к своим делам и забудь о ней!

Очень медленно Шерх сделал шаг назад и кивнул. Градоначальник осторожно выдохнул.

– Возможно, ты прав, Фирс, – уже спокойнее сказал Шерх.

– Ну, конечно, прав! – обрадовался градоначальник. Кажется, буря миновала, пусть будут благословенны Духи предков! – Конечно! Ну сколько этой девчонке лет? Восемнадцать? Двадцать? У нее лишь танцы и гулянья на уме, а у нас что? Да у нас даже водопровод не всегда работает! Здесь нет ни театра, ни светоскопа, ни развлечений! Что ей тут делать? А продать свою долю девчонка не может, это оговорено в документе.

Плечи Шерха заметно расслабились. Похоже, доводы его убедили.

– Да, все так. – Он провел рукой по взъерошенным волосам, добавляя длинным нечесаным патлам еще больше беспорядка. – Эта девка сюда не явится. Нечего ей тут делать.

– Совершенно нечего, – с готовностью подтвердил Фирс и, не сдержавшись, шагнул к настенному бару. – По глоточку?

Шерх как обычно покачал головой. Но, к счастью, не стал мучить градоначальника и задерживаться. Резко кивнув, он покинул его гостиную и дом.

Фирс в тот же миг сделал огромный глоток виски, и даже предстоящие вопли Клариссы по поводу возлияния его сейчас не волновали. Он лишь молился духам предков, чтобы эта самая новоявленная наследница действительно никогда не явилась в Дейлиш.

Увы, на этот раз Духи его не услышали.

Глава 1

…Одним прекрасным и солнечным летним утром Остроухий Заяц взял свою котомку, в которой лежали чашка с незабудками, морковка, несколько веточек для чистки зубов, зонт на случай дождя (а Заяц очень не любил дождь), запасные ботинки и мешочек чудесного чая, потому что в любых непонятных обстоятельствах Заяц пил чай, и отправился в путь, чтобы найти свой дом…

Наемный кэб проехал городскую стену уже в сумерках, и я стиснула ремешок своей сумки. Хоть бы добраться до дома засветло! Входить в незнакомое, да еще и пустующее помещение ночью совсем не хотелось. Линк уснула рядом, уютно свернувшись и положив голову на мое плечо. Я растерянно погладила девочку, глядя на проплывающие за окном поля. Дорога вымотала нас обеих, хотя и наполнила новыми впечатлениями. За двадцать четыре года своей жизни я ни разу не покидала столицу королевства – Кронвельгард. Надо признать, это довольно мрачный каменный город, помпезный, роскошный, дорогой и не слишком приветливый. Недаром ведь ходит среди горожан поговорка: на Кронвельгард хорошо смотреть с высоты королевского холма. То есть в нем отлично живется тем, у кого есть деньги в кармане. До двадцати лет у меня их не было, а потом я вышла замуж. Но вот как раз об этом вспоминать не хочется.

Конечно, я бывала на живых картинах, читала книги и даже видела показ светоскопа, рассказывающий об острове в центре Великого Моря. В наш просвещенный век уже не осталось глупцов, верящих, что за Кронвельгардом ничего нет. Конечно, я знала и о северных племенах, и о Пустынной Империи, и о других местах, где живут люди. Но никогда и помыслить не могла, что однажды сяду на пароход, чтобы отправиться на юг нашего королевства – Ированс, а там найду маленький городок Дейлиш.

О самом Ировансе я знала лишь то, что местное население делает вино, которое очень любил на ужин мой бывший муж. Пожалуй, это было единственное удовольствие, которое мы с ним разделяли.

Но вовсе не из-за рубинового напитка я решила покинуть город мостов и дворцов, пересечь пролив, чуть не скончаться от ужаса в дирижабле, а потом долго трястись в кэбе, чтобы, наконец, оказаться здесь. Причина была совсем в другом. Вернее, причин было несколько, но прежде всего, здесь, в Дейлише, находился мой новый и единственный дом – Оливковая роща. Так он назывался. И мне уже виделся портик с белоснежными колоннами, фризы с изображением оливковых ветвей, светлые лаковые полы и изящная изгородь, увитая цветами.

Так как путешествовать пришлось самым дешевым классом, то под конец этой недельной дороги мы с Линк чувствовали себя двумя листиками пережеванного салата. Помятыми, вялыми и совершенно непривлекательными. Ну, я точно чувствовала себя именно так. Линк же так радовалась тому, что мы покидаем Кронвельгард, что готова была идти в Оливковую рощу пешком.

Итак, несколько дней на пароходе, потом дирижабль, после кэб… Духи, когда же закончится этот путь? Безумно хотелось скинуть уже ботинки и грязную одежду, принять горячую ванну, а после вытянуться на кровати и дать телу и разуму хоть какую-то передышку! Линк вздохнула во сне, и я погладила ее спину сквозь толстое клетчатое пальто. Одно радует – здесь гораздо теплее, чем в столице. Изменение климата мы ощутили, как только сошли с парохода, но разговорчивый сосед предупредил, что на юге обманчивый ветер. Вроде теплый, а продувает враз. Поэтому я не спешила раздевать Линк, хотя она и норовила стянуть пальто из колючей шерсти. К тому же спина девочки снова начала чесаться, так что я опасалась выпускать ее без верхней одежды. Вдруг случится то, чего я так боюсь?

Я поежилась, пытаясь отбросить дурные мысли и рассматривая пейзаж. Говорят, здесь недалеко проходила дорога эйлинов… Она разрезала королевство на две части и здесь, в Ировансе, была совсем рядом, за грядой. Я тряхнула головой, отбрасывая и эти мысли. Поверенный сказал, что мой дом стоит в стороне от города, по сути, это загородное поместье. Значит, у нас с Линк будет не так много враждебных и осуждающих глаз, если случится страшное. Но я надеялась, что солнце, а главное – гейзер помогут Линк от ее напасти.

Местность Ированса оказалась холмистой. Уже час за окном кэба тянулись бесконечные поля и виноградники, за ними виднелись складки гор, густо заросшие кедром и сосной. Вдоль дороги уже пробивались полевые цветы, что казалось почти чудом нам, привыкшим к долгой зиме и холодному лету Кронвельгарда. Пройдет совсем немного времени, и этот край оденется в лаванду и маки, виноград напитается солнцем и особой живительной влагой, солнечные камни, укрывающие склоны гор, начнут петь свои песни, а волшебный гейзер снова пробудится. По крайней мере, так обещал завлекающий свиток, что я подобрала на пароходе, когда его выбросила какая-то богатенькая дамочка.

Привычно потрогала детский лоб и нахмурилась.

– Долго еще? – спросила водителя. Тот посмотрел в круглое зеркальце. Он частенько поглядывал в него по дороге, и я ловила этот взгляд из-под козырька шляпы – любопытный и хитрый.

– Да скоро уже, всего-то пара поворотов, и на дорожку выйдем! Как раз к дому дикаря она и ведет!

– Кого? – не поняла я.

– Так дикаря! Отшельника, что там живет.

Я нахмурилась.

– О чем вы говорите? В моем доме никто не должен жить!

Глаза водителя заблестели еще сильнее от осознания невиданной удачи. Сплетня! Живая и новая сплетня, которую он уже сегодня расскажет за игрой в подставного шута!

– Ну, я не знаю, что оно должно быть, а что нет! А дикарь живет.

Я уставилась в зеркало, надеясь, что мне просто врут. В моем доме кто-то поселился? Но как он посмел! Да что здесь вообще происходит? Да я его …

Духи, ну почему мне так не везет?

Судя по всему, пустующий дом занял кто-то из местных забулдыг, опустившийся пьянчужка. И как я буду его выгонять? Хорошо, если там немощный старик – уйдет по-хорошему, а если буйный? Или и того хуже?

Я вздрогнула от ужасных картин, нарисованных слишком живым воображением. И стиснула зубы. Ничего! Я найду управу даже на переродившегося! Потому что мне слишком нужен этот дом, он слишком нужен нам с Линк. И я не отдам его наглому захватчику!

– Только я к воротам не поеду, – «обрадовал» водитель. – Там у дикаря гадость всякая, может и рвануть! У нас так Рыжий Билл подорвался, чуть без руки не остался!

– То есть как это – рвануть?

Ситуация становилась все хуже.

– Бу-бум! – радостно сообщил обладатель кэба и шляпы. – И все, нет руки. Или головы, тут уж как повезет.

Я открыла рот, намереваясь сказать все, что думаю, и… закрыла. От усталости и голода мысли путались, а руки противно дрожали. Может, этот шутник все врет? Решил попугать приезжую? В каждом городке есть местные легенды, которыми активно пичкают новичков. Может, и со мной лишь шутят?

– Все, приехали! – сообщил водитель, и кэб вздрогнул, выпустил клубы пара и замер посреди леса.

Именно так. Вокруг высились деревья и заросли, быстро темнеющие в надвигающихся сумерках. Никакого жилья или света поблизости видно не было. Сам Дейлиш остался примерно в двух литах отсюда.

– Вы издеваетесь?! – воскликнула я и прикусила язык, когда Линк заворочалась. – Послушайте, – продолжила уже тише, – если вы надеетесь таким вот ужасным способом получить с меня больше денег, то даже не мечтайте. У меня их просто нет! А в сумках лишь старая поношенная одежда, две пары растоптанной обуви и детские книжки! Ну а если вы рассчитываете получить удовольствие от моего тела, то и тут я вас разочарую. После развода я ношу пояс целомудрия! Магический! К тому же я умею драться, и если вы все же полезете ко мне, то я хорошенько приложу коленом ваше достоинство. Даже не сомневайтесь!

Глаза водителя стали такими круглыми, что чуть не вылезли из орбит.

– Что вы несете? Не собираюсь я к вам лезть, я честный человек! Женатый! Да вы свихнулись, уважаемая истра! Выходите из моего кэба, я не шучу! Дальше все равно не проехать, только пешком!

– Почему не проехать? – Я высунулась наружу, осматривая дорогу. Да, это не мостовая в столице, но ехать-то можно? – Очень даже проехать!

– Я же сказал – дальше нельзя! Дальше уже территория дикаря. Вы не только чокнутая, но и слепая, что ли? Вон он, знак!

Я прищурилась. На столбе трепыхалась какая-то тряпка, на которой чернел рисунок. Что именно там изображено, я рассмотреть не смогла.

– Дальше не поеду! – уперся водитель. – Делать мне нечего – с дикарем связываться!

Он решительно перевернул песочные часы возле руля, и на синей табличке вспыхнули буквы: «Поездка окончена! Оплатите услуги нанятого кэба! Спасибо, что пользуетесь кэбами истра Ранье! Покупайте хлеб и пирожные в кофейне истры Леон!».

Я сглотнула. Лучше бы здесь была завлекалка про распродажу в магазине обуви! Новые ботинки тоже хочется, но от этих образов хотя бы не урчит в животе! Однако прощальная надпись означала и плохую весть – если я не оплачу и не покину кэб в течение пяти минут, то сработает охранное заклинание. Последствия его могут быть самые разные – от головной боли до жуткого недержания, в зависимости от того, насколько расщедрился водитель на услуги мага. Ну и от чувства юмора последнего.

Медлить я не стала – бросила на сидение монету, подхватила Линк и выскочила на дорогу. Задняя крышка кэба распахнулась, и наши сумки спланировали к ногам, чуть не сбив меня. Да, заклинание перемещение явно лепил неуч!

Водитель окинул нас красноречивым взглядом, кэб фыркнул паром, и оба умчались.

– Уже приехали?

Линк распахнула сонные глаза, и я осторожно поставила ее на землю.

– Да, милая, – ободряюще улыбнулась. – Только надо немножко пройти ножками. Как ты себя чувствуешь?

– Пчелы жужжат.

Линк потерла живот, я улыбнулась еще более ободряюще, хотя внутри было довольно паршиво. Если летающие бабочки в животе Линк сменились пчелами, это значит, что девочка голодна.

– Вот, возьми.

Присела возле потертой сумки, щелкнула замочком и вытащила пакетик с бобами. Их осталось всего четыре. Да, скоро вопрос пропитания встанет в полный рост. Но ничего, я что-нибудь придумаю!

Вытряхнула на пыльную ладошку Линк один боб.

– Водой запей.

Девочка покосилась на свой ужин и вздохнула. Конечно, бобы дают чувство насыщения, но вот удовольствия – никакого. Наверняка пирожные истры Леон гораздо вкуснее! И далась мне эта истра!

– Идем. – Я решительно подхватила сумки. – Дом совсем рядом! Мы сможем искупаться и отдохнуть, а завтра я схожу в город и куплю нам еды! Ну же, Линк, веселее, не будем огорчать Остроухого Зайца!

Девочка против воли рассмеялась, как происходило всегда, стоило вспомнить персонажа ее любимой сказки. Я же вознесла стотысячную благодарность бабушке, что когда-то рассказала мне эту историю. Что бы я без нее делала?

Мои радужные уверения не оправдались, мы шли и шли, а лес не заканчивался. Я скрипела зубами, призывая на голову водителя всяческие кары и неприятности. Надо же было бросить нас в лесу! Мерзавец! А что, если он и вовсе завез нас в глухомань, и нет тут никакого дома?

Стоило подумать об этом, как перед нами возник забор. Высокая и, кажется, монолитная стена появилась из сгущающейся тьмы, словно ее часть. Неудивительно, что я чуть не врезалась в нее лбом! Но если есть забор, значит, и дом рядом! Повеселев, я поправила Линк шапочку и осмотрелась. Ага, а вот и дверь! Запертая. Ударила в створку кулаком, а потом добавила толчки ногами, совсем неженственно задрав подол юбки.

Хорошо, что я догадалась надеть ботинки, а не туфли. Но что за напасть такая! От досады и усталости хотелось плакать, но, конечно, я продолжала улыбаться. Линк смотрела растерянно, потом присоединилась ко мне в бесполезном избивании двери. Я уже думала, что придется лезть через забор, когда внутри что-то хлопнуло, а потом створка распахнулась так резко, что я чуть не свалилась. И отшатнулась, увидев того самого бродягу. Длинные нечесаные патлы мужика падали на лоб и черные, прищуренные глаза, лицо со шрамом украшала густая всклокоченная борода. К тому же этот кошмар оказался вовсе не тщедушным стариком, а мужчиной, хоть и довольно худым. На его плечах болталась потрепанная куртка с мехом внутрь, на ногах были кожаные штаны. А самое ужасное – в руке он держал двустволку. Какие, однако, наглые воры пошли! Вооруженные.

– Убирайтесь! – рявкнул мужик и, отвернувшись, захлопнул дверь перед нашим носом.

Я ошалело похлопала глазами. На самом деле гораздо умнее было бы отправиться в город, найти там съемную комнату и спокойно переночевать. И уже утром явиться в свой дом с местным стражем правопорядка. Да вот только одна лишь мысль, что придется тащиться несколько лит по темноте, а потом пытаться найти дом для путников, да еще такой, где койка стоит недорого, и все это с сумками и зевающей Линк….

– Откройте немедленно! – завопила я, живо представив все это. – Эй, вы там слышите? Откройте эту проклятую дверь! Вы не имеете права! Убирайтесь из моего дома! Но прежде откройте эту дверь!

Конечно, трудно назвать такие вопли поступком умной и взрослой женщины. Тем более если учесть, что за створкой – вооруженный негодяй разбойничьей наружности. Но что еще мне оставалась делать? В конце концов, не станет же он в нас стрелять?

Поежилась, подумав, что такой тип вполне возможно как раз станет…

Только хотела отвести Линк в сторонку, как дверь снова распахнулась.

– Из вашего дома?

Мужик просверлил меня взглядом. Я обрадованно кивнула. Ну вот, сейчас все и разрешится! Может, этот дикарь не так уж и плох, ну подумаешь, пожил в чужом доме! А сейчас он быстренько извинится, соберет свои лохмотья и исчезнет…

– Да-да, это мой дом! – снова закивала я, ощущая себя заведенной куклой. – Меня зовут София Лэнг. И этот дом принадлежит мне!

Дикарь на миг застыл, и стало ощутимо не по себе. Взгляд у этого типа просто жуткий. Да и он сам… доверия точно не внушает! Но так уж и быть, я разрешу ему остаться в моем доме до утра…

– Убирайтесь! – с той же непередаваемой интонацией произнес он и снова захлопнул дверь. Я некрасиво открыла рот, взирая на массивную створку с железными ободами.

– Теперь мы пойдем обратно? – спросила Линк.

– Нет! – Желание разреветься прошло, и меня охватила ярость. – Никуда мы не пойдем!

Не сдержавшись, я пнула ни в чем не повинную сумку, подобрала подол юбки и присела, высматривая кусок земли без травы. Не позволю какому-то мужлану выкинуть меня из собственного дома! Не позволю!

Призыв духа жилища мы проходили в академии, но я всегда была нерадивой ученицей. Да и не слишком способной, если уж честно. Таких как я называют «штилевыми» магами. То есть сила в нас вроде есть, а вот направление ей мы задать почти не способны. Никчемыши – более точное определение. Заклинания в моей голове путались, пальцы не складывались в нужные фигуры, а рисунки и плетения призывов я всегда забывала или переиначивала. Даже в академии штилевых обучают спустя рукава, зная, что толку от нас никакого. Но показывают простейшие ритуалы, на всякий случай. А я и академию не закончила, проучилась всего два года после появления кольца силы. Гордон тогда сказал, что ни к чему мне тратить время на столь неразумное обучение. И я согласилась. Впрочем, в то время я во всем с ним соглашалась, потому что была вне себя от счастья и любви.

Так что сейчас я пыхтела и сопела, пытаясь вспомнить ритуал и необходимые слова. Отсутствие света сильно усложняло мою работу, в наступающих сумерках я уже плохо видела, что именно рисую на земле. Кажется, в центре должен быть знак бесконечности? Или нет… треугольник? Квадрат призыва? Вот гадство!

– А что ты делаешь?

Линк присела рядом на корточки.

– Отойди, милая, в сторонку. Я сейчас вызову духа дома, и он надерет за… ну, то есть накажет этого мужлана!

– Да?

Линк радостно захихикала.

– Да! – уверила я, отчаянно морща лоб. И все-таки, какая фигура в центре? Вздохнув, нарисовала треугольник и произнесла заклинание.

– А этот дух очень злой? – с радостным ожиданием спросила Линк.

– Не знаю. – Я не сдержалась и села прямо на землю, потому что ноги уже не держали. – Так как это мой дом, дух должен меня услышать и прийти на помощь.

Я умолчала о том, что бывают совсем слабые духи, которые не только не способны помочь, но и могут навредить. Нет-нет, это не мой случай! У меня дух будет сильным и, надеюсь, с парочкой припасенных заклятий для наглого захватчика!

Линк расположилась рядом со мной, и мы посидели, пялясь на закрытую дверь.

– А почему ничего не происходит?

Линк быстро надоело молчать.

– Сейчас, милая. Сейчас все случится, – безнадежно соврала я. Наверное, в центре все-таки квадрат… И, наверное, все-таки придется лезть на стену!

Но тут дверь снова открылась, правда, вместо духа в проеме темнела угрожающая фигура все того же мужика. Мы с Линк вскочили на ноги.

– Вы что, глухая? – неприятно оскалился он. – Я велел вам убираться отсюда!

– Да как вы смеете! – Я уперла руки в бока, косясь на двустволку в его руках. – Я же сказала вам, это мой дом! Сами убирайтесь отсюда! Пожили в чужой собственности и хватит, имейте совесть! Послушайте… – Я попыталась воззвать к его разуму, хотя очень хотелось сказать что-нибудь такое, чего не должна говорить и даже думать благородная истра. – Я все понимаю. Вам негде жить, и вы решили временно присвоить чужое жилище. Не знаю, как вы там обошли охранный запрет, но обошли и ладно. Я на вас не сержусь, честное слово! Но теперь у этого дома появилась хозяйка, то есть я. А вы просто уйдите. Хорошо? Я не буду жаловаться на вас, честное слово! Надеюсь, вы не тронули фамильную посуду и мебель… Давайте вы просто выйдете за дверь, и мы не будем ссориться?

– Не станете жаловаться? Не тронул мебель? – Мне показалось, что он все-таки пристрелит нас, таким жутким стало лицо дикаря. Белый шрам, рассекающий щеку и бровь, побелел на смуглой коже. Дикарь недобро усмехнулся. – Хозяйка, значит?

Он сделал к нам шаг, Линк пискнула и спряталась за мою спину. Я расправила плечи, демонстрируя уверенность, которой совсем не испытывала. Мы в лесу, рядом с каким-то сумасшедшим, хуже не придумаешь…

– Похоже, вам сделали изрядную подлянку, – с неприятной насмешкой протянул дикарь, и я нахмурилась. – И, кажется, забыли предупредить, что у этого дома уже есть владелец.

– То есть как это? – опешила я. Что значит, есть владелец? Собственность в Дейлише – единственное, что теперь у меня есть!

– Так! – рявкнул мужлан, снова начиная злиться. – Дом принадлежит мне точно так же, как и вам.

Проклятие! Мне захотелось снова сесть на землю. И прислониться к чему-нибудь твердому.

– Вот только я не собираюсь делить его с вами. Так что проваливайте отсюда, София Лэнг!

Он угрожающе повел двустволкой.

Линк испуганно вскрикнула, вцепившись в мою юбку, и черные глаза дикаря сузились, глядя на девочку.

– Мы никуда не пойдем. – Нет, мой голос не дрожит, совсем не дрожит! – Раз я такая же хозяйка этого дома, то имею право в нем жить! Так что будьте добры, отойдите с дороги и пропустите нас! А с правами собственности мы разберемся завтра.

Мужик буравил взглядом Линк, выглядывавшую из-за меня. И я подумала, что, может, идея отправиться в город и переночевать там не так уж и плоха. Потому что от перспективы ночевки в одном здании с этим дикарем мороз холодил кожу.

– Что ж, – он как-то неопределенно хмыкнул, снова посмотрев на меня, – входите. Хозяйка.

В голосе прозвучало откровенное презрение.

Не веря своим ушам, я подхватила сумки, налившиеся неподъемной тяжестью, и мы с Линк вошли во внутренний двор. Здесь горел лишь один тусклый фонарь, в свете которого было трудно что-то разобрать.

– Ваша половина вон там, – откровенно издевательски произнес гад, который по какому-то недоразумению оказался здесь.

Я сглотнула, оглядев наше пристанище.

– Это что, шутка? – крыло дома выглядело не только необжитым, но и почти разрушенным. И шуткой все это не было. Увы.

– И не надейтесь на помощь духа. – Во тьме мужских глаз отразился желтый фонарь. – Этот дом мертв. К тому же для призыва нужна другая пентаграмма.

И, повернувшись к нам спиной, наглец похромал к двери южного крыла, в котором слабо светились два окна. Линк хлопала круглыми глазами, а я подхватила сумки. Унывать я точно не буду!

– Ну вот, все хорошо! – весело сказала я девочке. – Вот мы и дома, Линк! Идем же скорее!

И не оглядываясь на неотесанного мужлана, решительно устремилась к нашему новому жилищу. Увы, внутри все оказалось еще непригляднее, чем снаружи. За покосившейся и натужно скрипящей дверью обнаружился захламленный холл, заваленная непонятно чем лестница и три двери. Одна в пыльную кухню, вторая в маленькую комнатку, похожую на чулан, в третью я заглядывать не стала. Ночь окончательно завладела Ировансом, и в темном помещении можно было рассмотреть лишь угрожающие силуэты мебели, накрытые тряпками. И, похоже, дом действительно умер, а это плохо. Без души любое здание начинает ветшать и разрушаться, все в нем ломается и портится. К тому же некого попросить о помощи.

Эта мысль заставила меня замереть. Если честно, я очень надеялась на живой дом… Тот, который встретил бы и обогрел, зажег свет и наполнил водой ванную! О, Духи! Да была ли здесь ванная?

Встряхнулась, запрещая себе уныние. Значит, придется справляться своими силами.

– Подожди, милая, у меня где-то есть свеча, – пробормотала я молчащей Линк. Присела у сумок, отчаянно вспоминая, куда засунула огарок. Ведь был же, точно был!

В Кронвельгарде уже давно используют электричество, но, похоже, в этой глухомани о прогрессе ничего не знают! А я как чувствовала, что пригодится остаток свечи! Но где же он?

Линк тихонько встала рядом, сложила ладошки чашечкой, и внутри них загорелось голубое мерцание, освещая комнату.

– Спасибо, моя хорошая. – Я благодарно улыбнулась девочке, быстро находя завернутую в бумагу свечу. – Но больше так не делай. Ты ведь помнишь, что я тебе говорила?

Линк виновато кивнула. Я чиркнула спичкой, поджигая фитилек, и подняла свечу повыше. Да уж, кажется, можно забыть о горячей ванне и удобной постели. В углу комнаты громоздились развалины шкафа и стола, у другой стены – что-то, накрытое грязной тряпкой. От пыли Линк начала чихать, я с трудом сдерживалась, чтобы к ней не присоединиться.

Я прищурилась, осматривая помещение и решая, что делать. Спать в такой пылище невозможно, значит, надо убрать. От усталости уже ломило спину, но я не могла оставить Линкв грязи на ночь. Ей это точно не пойдет на пользу.

– Милая, посиди на пороге. – Я порадовалась теплому климату Ированса. – А я пока быстренько наведу порядок!

– Я помогу, – отозвалась девочка.

– Ну уж нет, нечего тут пыль глотать, – решительно оправила Линк за дверь. – Тут сиди. И никуда ни шагу, ясно тебе?

Дверь оставила открытой, а сама схватила свечу и отправилась искать воду. Кран обнаружился на кухне. Хотя и текла вода с фырканьем и перебоями, но все же текла. Я сбросила накидку, засучила рукава и подол, а потом, не мудрствуя лукаво, намочила какую-то тряпку и отправилась в тот самый чулан. На уборку холла у меня просто не хватит сил, так что решила ограничиться маленьким помещением. Линк тихонько пела, сидя на пороге, я мыла полы и ругалась себе под нос. О том, что делать с неожиданным и неприятным соседом, я буду думать завтра. На завтра вообще запланирована куча дел и мыслей. Но это все – завтра!

Через час чулан пах свежестью и деревом от вымытых досок. Проветрив помещение, я вытащила из сумки плед и встряхнула его. Тонкая и легкая ткань-паутинка развернулась и стала пушистым толстым одеялом. Удивительная вещь, доставшаяся мне от бабушки. Я улыбнулась. В этом одеяле спать можно даже на земле, телу будет тепло, а сны приснятся светлые.

Честно говоря, я немного обманула водителя, сказав, что сумки пусты, кое-что имелось. А вот насчет монет не соврала, их действительно почти не осталось.

Линк заснула, сидя на пороге, и я подняла ее на руки, внесла в дом. Осторожно, старясь не разбудить, сняла с девочки верхнюю одежду и ботинки, завернула в одеяло.

– Заяц должен почистить усы и уши… – сквозь сон пробормотала Линк.

– Завтра почистит. Спи, – улыбнулась я.

– А что было дальше? Когда Заяц сошел на берег?

Ну вот, все-таки проснулась!

Я качнула головой, но сдалась. Все равно Линк долго не продержится, заснет.

– Ладно, слушай. – Я поправила одеяло. – Остроухий Заяц сошел на берег, помахал гигантской черепахе и отправился искать свой дом. Теплый Ветер приносил ему запахи моря, а еще рассказывал о том удивительном крае, в который попал Заяц. И шептал о волшебном источнике, окунувшись в который можно навсегда забыть свои печали. И вот, пройдя через поля, леса и даже горы, наш герой увидел стены… Обрадовался Остроухий, решив, что кончились его мучения и он нашел наконец дом, но не тут-то было!

– Дом не дождался его, – прошептала девочка. – Он уснул, ведь Остроухий Заяц шел слишком долго…

– Да. Но самое плохое заключалось в другом.

– В чем? – вскинулась Линк.

Я натянула повыше одеяло и щелкнула девочку по носу.

– Глаза закрой. Помнишь уговор? Историю можно слушать только с закрытыми глазками. Да, надеждам Зайца на спокойную жизнь не суждено было сбыться, потому что его прекрасный, чудесный, хоть и уснувший домик уже занял наглый Злыдняклют! Ужасное чудовище, что поселилось в домике и пугало своим видом даже диких зверей! А вот что будет дальше, ты узнаешь завтра. Спи…

Она что-то пробормотала в дреме, подтягивая коленки к груди. Мое сердце сжалось от любви и жалости. Провела ругой по спутанным кудряшкам.

– Все будет хорошо, – прошептала я. – Все будет хорошо, моя девочка…

Тяжело поднялась и прикрыла за собой дверь.

Странно, но после работы спать перехотелось, в теле разлилась какая-то мутная слабость. Я помотала головой и решила, что неплохо бы хоть немного смыть с себя грязь и пот. Конечно, хочется в ванну, но, увы-увы.

Прошла к крану, поставила на пол свечу. Стянула платье и с наслаждением сунула руки под воду. Все же в проживании на юге есть свои плюсы. Пусть и далеко от столицы, зато вот даже в кране вода не ледяная, а вполне терпимая.

Я намочила тряпочку, провела по шее, чувствуя, как стекают по спине прохладные струйки. Надо будет завтра раздобыть где-нибудь ведро. И таз. Вещи выстирать… Да и от куска хорошего мыла я бы не отказалась. В любом случае придется идти в город, нужно купить еды и разные мелочи, необходимые для жизни. Все же как ужасно, что дом мертв…

Пламя одинокой свечи не мешало льющемуся сквозь незашторенное окно лунному свету. И на миг я застыла, глядя на это чудо – круглая и огромная луна висела в окне, словно масляный блин. А вокруг рассыпались искры звезд – невероятно ярких. Красиво.

Вытащила из волос шпильки и заколки, откинула на спину упавшие пряди и потянулась, зевнула. Пожалуй, пора и мне на боковую, дел завтра невпроворот.

Обернулась и подпрыгнула. В темном окне виделся силуэт. Но лишь миг – стоило моргнуть, и он исчез. Я потерла глаза, точно пора отправляться в постель, ну, то есть – на одеяло. Мерещится всякое…

Но стало неуютно, красота ночи потеряла свое очарование. Так что я подхватила одежду и нырнула в чулан, где тихо посапывала Линк.

Глава 2

Ах, совсем не такого приема ожидал Заяц!

И совсем растерялся, не зная, что делать с ужасным Злыдняклютом, занявшим его прекрасный Дом!

Он устроился на куче прошлогодних листьев, сложил лапки и с грустью посмотрел на запертую дверь…

Приступ сжимал горло, колол тело ледяными иглами, жег глаза. Такие знакомые, почти родные ощущения. А я-то думал, что все в прошлом. Как бы не так! Стоило явиться в мой дом незваным гостям, стоило увидеть женское тело. Узкую спину и разметавшиеся волосы. Зачем только пошел к заброшенному крылу? Поддался глупой жалости, не к наглой девице, конечно. К ребенку. Неужели девочка, прячущаяся за юбку этой Софии – дочь брата? А значит, племянница…

От того и кольнула нутро давно забытая жалость, заставила подойти к слабо освещенному окну. Я всего лишь хотел предложить хлеб и сыр для девочки. А в том окне была она – без одежды, закутанная в лунный свет, словно в вуаль. С узкой спиной, золотистой кожей и ямочками на пояснице.

Она оказалась не такой. Совсем не такой, как я представил, услышав имя София Лэнг. Ожидал, что увижу девицу во вкусе брата. По крайней мере, раньше он любил девушек высоких, изысканных и родовитых. Таких, что приезжали в академию с личным водителем, и тот держал бежевый зонтик с оборками, пока хозяйка преодолевала десять шагов до ступенек. Таких, что носили платья приглушенных тонов с тиснонским кружевом по вороту, тонкие перчатки в любое время года и лаконичные жемчужные подвески. Таких, что всегда завтракали яйцом пашот со спаржей и никогда не ели сладости, дабы не испортить фигуру.

Девчонка, стоящая на пороге, точно не вписывалась в любимый формат Гордона. Она оказалась невысокой, большеротой, с глазами, цвет которых было не разобрать в сумерках, и явной россыпью золотых веснушек на вздернутом носу. Из-под сдвинутой на бок бархатной шапочки выбивались буйные кудряшки – рыжие даже в сумерках. Платье синее, сверху – малиновая накидка, с белым мехом по краю, на ткани примостилась брошь в виде крупного цветка – яркая, кричащая. Перчаток не было. Жемчуга – тоже.

Трудно поверить, что именно эта особа стала женой моего брата. Гордон всегда выбирал самое дорогое, и каким немыслимым образом причислил к этому Софию – было непонятно. Судя по всему, девушка еще и босячка, раз после расставания с супругом приехала в эту глушь, на развалины старого дома.

В общем, девица вызывала недоумение. Ребенка я не рассмотрел, она пряталась за синюю юбку, и я видел лишь бледную ладошку да край щеки. Лишь по одежде определил, что это девочка.

Впрочем, мне не было дела ни до самой Софии, ни до ребенка. Я желал лишь одного, чтобы незваные гостьи как можно скорее убрались из моего дома и не нарушили благословенный покой.

И зачем только подошел к тому окну?

Потому что в свете свечи, с распушенными волосами она оказалась совсем другой. Белая кожа светилась, а золотые веснушки на плечах и спине хотелось тронуть губами, лизнуть, как коричневый сахар на ванильном пирожном. Она вся была словно присыпана солнечными искорками…

В пыльное окно было видно лишь узкую спину, плечи, волосы, но этого хватило, чтобы воображение нарисовало остальное.

И сразу пришла боль, кольнула в виски. Я зашвырнул подношение в кусты и бегом отправился к себе, молясь, чтобы приступ не свалил раньше, чем доберусь до комнаты. Хлопнул дверью, опустил засов, метнулся к комоду. Торопясь, вытащил пузырек, глотнул мутную жидкость. Противная горечь разлилась по горлу словно отрава. Хотя это и есть отрава. Сейчас, сейчас, должно подействовать… Только бы подействовало! Даже вытяжка мандрагоры не всегда справлялась с моими приступами. Боль уже лизала тело изнутри, чуть-чуть – и вцепится зубами, отгрызая куски. И следом навалился страх. Ужас перед предстоящей агонией. Привыкнуть к этому невозможно, как и перестать бояться. Страх – извечный мой спутник. А все из-за девки! Зачем она явилась сюда, зачем приехала? Ведь я почти научился себя контролировать, почти справился! А один взгляд сквозь мутное стекло – и вот он снова, приступ во всей красе.

Не сдержался, упал на колени, сдавливая руками виски. Казалось, голова вот-вот треснет, разорвется, как переспелый арбуз, и наружу полезут мозги. Или это уже случилось? По ощущениям так и есть. Надо в подвал…

Покосился на ящик комода, желая выпить второй пузырек. Но нельзя. Надо продержаться на одном. Ползком двинулся к лестнице, подняться уже не мог. Тело дрожало, мороз сжирал внутренности, сухожилия и мышцы.

Почему в этой лестнице столько ступенек?

Перевалился через порог комнаты и ногой толкнул дверь. От простого движения внутри снова взорвалась боль, и я взвыл, не сдержавшись. Почти ничего не видя из-за пелены перед глазами, осмотрел печати на руках и груди. Спину, понятно, не видно, но вроде все на месте. Только бы не рвануло…

Агония заставляла кататься по ледяному полу и скулить, но я этого почти не понимал… Лишь билась внутри мысль: «Проклятая девка. Проклятая девка, что явилась сюда и спровоцировала приступ. Чтоб она в помойную яму провалилась…».

***

Проснулась я от голода, что и неудивительно. Осторожно отодвинула свернувшуюся под боком Линк и поднялась. Потянулась, выходя из чулана, зажмурилась. Утренний свет заливал холл, и сейчас в нем не было ничего пугающего. Просто захламленное помещение. Когда-то даже красивое. Я рассмотрела узор на штукатурке и сбитую лепнину на потолке. Да, много лет назад это был роскошный дом.

Распахнула окна, улыбаясь. Солнечный свет хлынул, стоило убрать мутную преграду, и словно обнял, наполняя теплом и счастьем. Против воли я тихонько рассмеялась, глядя на заброшенный сад и ряды, на которых когда-то рос виноград. Земля стояла пустая, но из-под нее уже пробивались узкие травинки. В столице еще лежит снег, а здесь невыносимо пахнет весной, столь сладкой, что хочется черпать ее ложкой, словно тягучий мед!

Ну вот, снова я о еде!

Улыбаясь, вернулась к Линк. Будить девочку не хотелось, но я не могла оставить ее здесь одну. Лестница пусть и завалена непонятно чем, но Линк такая любопытная, может и залезть наверх! Ей нравится неизведанное, к тому же, замечтавшись, девочка не всегда понимает, что делает. Как раз перед отъездом из Лангранж-Холла я сняла Линк с подоконника второго этажа. Она улыбалась, рассматривая камни внизу, и на мой испуг лишь пожала плечами.

К тому же… сосед. Странный и страшный. Оставить рядом с ним ребенка я точно не решусь.

– Милая, просыпайся. – Погладила худенькое плечико. – Ну, давай же, открой глазки.

Линк сонно моргнула.

Страницы: 1234 »»

Читать бесплатно другие книги:

Казалось бы, жизнь Анабель налаживается. Убийца пойман, его сообщники обличены, в искренности чувств...
Армия генерал-фельдмаршала Румянцева разгромила войска турок в Северной Румелии и перешла через Балк...
Виктор мечтал стать командиром боевой машины. И добился своего. До офицерских погон еще не дорос, за...
Роман «Дом, в котором…» еще в рукописи стал победителем читательского голосования премии «Большая кн...
«И черные крылья спрячут тьму, что живет в каждом из нас. И настанет рассвет…»Я – дочь властвующей с...
У меня, обычной ученицы ПТУ бытовой магии, нашли стихийный дар.Теперь я адептка самой престижной в к...