Отражение не меня. Сердце Оххарона Суржевская Марина

Глава 1

Элея

Белая башня трещала по швам, словно сказочный великан решил поиграть новой игрушкой и выдрать ее из скалы, на которой она стояла.

По ступенькам мы просто скатились; внизу, в мраморном зале, пол встал на дыбы. Между плитами зияли трещины и земля, а сами плиты двигались, норовя скинуть нас в раскрывающиеся провалы. Из одного магистр меня просто выдернул за шкирку, так что я порадовалась, что камзол у мага из крепкой ткани.

Мы вывалились из арки, когда она треснула и сложилась пополам, будто была сделана из бумаги.

– Не останавливайся! – прохрипел магистр, не давая мне обернуться и продолжая тащить в сторону от обители Искры.

Вернее, бывшей обители.

Потому что Искры больше не было.

Магистр Райден не остановился, пока мы не выскочили на берег бухты. Сзади все еще скрипело и бухало, что-то рушилось и ломалось с душераздирающим треском. И только на берегу маг коротко выдохнул и отпустил мою ладонь, которую сжимал все это время. И согнулся, зажимая рану в боку. Кровь из нее уже залила его рубашку и штаны, даже в сапоге у магистра хлюпало.

– Беги в сторону пристани, Лея, – он скривился, не глядя на меня. – Там корабль. Скажи капитану подготовить судно к отплытию. Иди!

Я отбежала на несколько шагов. Остановилась и развернулась. Магистр стоял на песке, зажимая свою рану.

– Надо перевязать, – сказала я, возвращаясь. Он поднял голову. Зеленые глаза потускнели, их заволокла мутная пленка, как бывает у людей перед тем, как провалиться во тьму. Лицо побелело, а на лбу выступила испарина, даже красные волосы прилипли к вискам.

– Иди, я сказал! – он выдавил слова сквозь зубы.

Я посмотрела ему в лицо и со всех ног бросилась в сторону подлеска. Я торопилась, хотя и старалась не паниковать. Вернулась – маг стоял на коленях, зубами пытаясь оторвать кусок от своей рубашки. Я на ходу засунула в рот траву, которую набрала в подлеске, тщательно ее разжевывая.

– Я же тебе сказал… – Райден поднял голову.

– Я вам помогу.

Выплюнула на ладонь измельченную траву.

– Уж простите, выглядит не очень, но кровь останавливает. Не шевелитесь, магистр Райден, – я отвела его руку. Подняла голову, заглядывая в помутневшие глаза. – Прошу вас.

Он коротко вздохнул, но позволил мне наложить смесь травы и слюны на его рану. Я постаралась скрыть испуганный вздох, увидев то, что он закрывал рукой. Рана была глубокая, с неровными, рваными краями. Удивительно, что он до сих пор на ногах стоит.

Магистр дышал короткими, хриплыми вдохами. Я быстро дорвала его рубашку и перевязала мага, стараясь действовать осторожнее.

– Спасибо, – выдавил он. Я взглянула ему в лицо.

– Те маги, что выступали против вас, черноволосый и толстяк, упали в туман.

Райден со злостью прошипел что-то сквозь зубы, прикрыл глаза.

– Надо добраться до Академии, – твердо сказал он, – И вывести учеников. Хранительниц. Прислугу… всех. Дать сигнал о бедствии, нам нужны корабли.

Я обернулась туда, куда старалась не смотреть. Белой башни больше не было. На скале теперь лежали руины, но и они медленно таяли, а на их месте появлялись хрустальные стены. Пока они были призрачными, дрожащими в свете утра, но скоро…

– Что теперь будет? – тихо спросила я.

– Пока в Пятиземелье разлиты остатки Светлой силы, Оххарон не завладеет нашим миром. Но…

Он не договорил, не было нужды. Я и так это понимала. Светлая сила закончится со временем, или ее станет так мало, что Оххарон окончательно завладеет Пятиземельем. И не успела я подумать об этом, как рядом с нами появился куст с жесткими и мелкими темно-синими листочками и длинными колючими шипами. Кусок другого мира размером с шаг, что оказался рядом. Я осторожно потянулась к растению. Оно выглядело вполне реально, не призрачно, плотным и ярким, с пряным запахом.

– Не трогай, – Райден вскинул голову. – Это может быть опасно. Мы мало знаем о фауне Оххарона. Идем, Лея.

– Вы уверены, что сможете идти?

– Да. Я пока не могу наложить исцеляющее заклинание. Нужно… время. Спасибо тебе, – он посмотрел мне в глаза долгим, пристальным взглядом. Я глаза не опустила. – Мне надо узнать, что случилось в башне. Чтобы решить, есть ли вероятность возродить Искру.

– Я расскажу вам, – ответила я, хотя слова дались с трудом.

– Позже. Сначала нужно помочь людям, – он вздохнул и медленно пошел по песку, чуть подволакивая ногу.

– Обопритесь на меня, – твердо сказала я, догоняя мага. Взглянула твердо. – Обопритесь, магистр Райден, ну же! Здесь нет ущемления вашей мужской гордости! Так мы дойдем быстрее…

– Да какая гордость… – пробормотал он. – Я тяжелый.

– А я сильная, – и хмыкнула, обнимая его за пояс для равновесия.

– Я заметил.

* * *

Не знаю, сколько времени мы добирались до здания Академии, но на подходе нас заметили с башен, и навстречу выбежали люди с полотняными носилками. Кто-то подхватил Райдена, рядом тут же возникла Оливия. Волосы хранительницы, всегда уложенные в четыре аккуратные косы, сегодня были растрепаны, но, кажется, она не обращала на это внимания.

– Несите магистра в целительскую, – распорядилась она. – И осторожнее.

А когда женщина отвернулась, я прижала ладонь ко рту. На ее спине не было крыльев. Остались лишь обугленные остовы, проглядывающие сквозь прорехи в платье, словно они сгорели. Хотя почему «словно». Они наверняка сгорели, когда Искра погасла.

Но я не увидела на лице Оливии слез, напротив, женщина решительно сжимала зубы, отдавая распоряжения, и я невольно прониклась к ней уважением.

В стенах Академии царил хаос. Одна из башен рухнула, к счастью, нежилая. На ее месте сейчас возвышалась скала, которой не было еще вчера. Она была черная, покрытая бурым мхом и камнями, на которые вылезали треххвостые ящерицы и смотрели на нас почти с таким же изумлением, как мы – на них.

– … собрать жезлы… в круг. Собрать силу. Установить магический барьер взамен старого, нужно новое заклинание, – Райден сипло отдавал приказы маленькому сморщенному старичку. Кажется, это был один из наставников Академии. – … все артефакты… Найдите точки наибольшего проникновения…

– Алларис, прошу вас! – почти простонала Оливия. – Надо наложить на вас исцеляющее заклинание!

– Позже! – отмахнулся Райден. – И надо беречь силу Света.

– Но не такой же ценой! – всплеснула руками хранительница. – Дорган, да скажите же ему!

– Я наложу, – старичок решительно положил ладони на магистра. Тот поморщился, не переставая отдавать приказы. Я отстала, решив, что моя помощь больше не потребуется. Но магистр замолчал и повернул голову. Кажется, хотел что-то сказать, но толпа магов загородила его от меня.

Я осталась на дорожке, глядя вслед носилкам.

Думать не хотелось. Совсем. Стоило на миг остаться в тишине и одиночестве, как навалились воспоминания. Они падали на меня, словно огромные камни: тяжелые, гранитные, придавливающие к земле и грозящие похоронить меня заживо.

– Ну, нет, – прошептала я, сжимая кулаки. Закричала, поднимая голову. – Нет!!!

Я не буду об этом думать. Я не буду вспоминать. Я сотру из памяти и сердца его черно-синие глаза, тело, придавливающее меня к полу, слова, произнесенные с равнодушной улыбкой. Я пойду дальше, перешагнув это! Потому что мне надо вернуть Незабудку.

Мысли о сестре снова сжали сердце паникой и тоской.

– Найду, – выдавила я. – Я найду тебя, Незабудка. Только не бойся…

* * *
Шариссар

Темный коридор исчез, оставляя его на земле Оххарона. Паладин откинул голову и глубоко вдохнул привычный запах сырых деревьев, цветущего озель-иса и пепла костров.

Он вернулся.

И вернулся с победой.

Черное тавро, выжженное на его коже, разорвало ткань миров, открывая для паладина путь в Оххарон.

Что ж, он это сделал. Искра уничтожена.

Впереди высилась стена крепости Колючего Острога, и паладин осмотрелся. Он должен был попасть в королевский дворец, так почему оказался здесь? Очевидно, смещение реальностей нарушило метки призыва и сместило точки выхода.

Но может, это и к лучшему. К королеве он еще успеет.

Шариссар шагнул к защитному контуру, готовясь проверить оборону своих воинов. Он не думал о том, что оставил за спиной. Вернее, кого. Испуганную и растерянную девушку с разноцветными глазами. Он не хотел думать о ней, хотя ее аромат все еще был на коже паладина, ласкал его обоняние, напоминая, дразня и заставляя жадно принюхиваться.

Многоликий Мрак! Он не насытился. Краткой близости не хватило, чтобы удовлетворить его желание. Он хотел продолжения. Длительного, яростного, с бесконечным ощущением ее вкуса, ее рук и тела. Шариссар облизнулся, ощущая, как пересохли губы.

И раздраженно тряхнул головой.

Желания тела ничего не значат.

А он ни о чем не жалеет. Война не знает слова «жалость». Важны лишь победа и сила. Первое правило, которое он крепко запомнил. Вернее, не так. Которое в него вбили.

Стражи сработали слаженно. Его окружили, как только Шариссар дошел до стены, взяли в оцепление.

– Свободны, – усмехнулся Шариссар. Стражи прижали ладони к груди, приветствуя своего командующего. А когда паладин прошел через мост, ему навстречу тут же кинулся верный Айк.

– Мой господин! Рад вашему возвращению.

– Я тоже, – кивнул Шариссар. – Расскажи, что произошло во время моего отсутствия. Много было прорывов? Каковы потери?

– Много. За десять дней полог разрывался пять раз, и один раз атаковали с тыла ящеры. Но мы им крылья подпалили, они нашу сеть надолго запомнят! – Айк рассмеялся, сверкнув белоснежными зубами.

– Значит, сеть сработала? – уточнил Шариссар.

– Еще как, мой господин! Поджарились крылатые, а еще говорят, что ящеры не горят! Пылали, словно сухие головешки!

Паладин слегка улыбнулся. Они прошли во внутренний двор замка, и глаза паладина обозрели привычную картину. Было утро, а значит, время тренировки. Две шеренги стражей бились на харранах – изогнутых зазубренных клинках. Все в человеческой форме. Один не сдержался и обратился, огласив двор утробным рыком. И тут же получил огненной плетью по спине. В воздухе запахло паленой кожей и мясом, черный зверь яростно обернулся к Карающему, опускаясь на четыре лапы и оскаливаясь. Но тот лишь вновь поднял длинные, горящие алым пламенем плети. Два багровых росчерка в воздухе – и спина зверя украсилась пересекающимися ожогами.

– Араор плохо себя контролирует, – констатировал Шариссар, наблюдая представление. – Обращается неосознанно и трудно возвращается. К тому же почти не реагирует на боль. – Тот, кого звали Араором, ревел, бросаясь на Карающего, разрушая стройные ряды стражей. Сверху на него упала живая сеть, ее концы натянулись, врастая в землю и удерживая внутри огромного бьющегося зверя. Паладин отвернулся. – Если он не исправится в ближайший месяц, готовьте его к загонам.

Айк чуть заметно поморщился и кивнул. «Загон» – страшная участь для любого оххаронца. Туда попадают те, кто теряет разум, в ком преобладает зверь. Но и такие особи служат на благо королевства, в основном в качестве убойного мяса, которое кидают в первых рядах во время атаки. Голодные звери несутся вперед, не чувствуя боли или страха, они видят лишь добычу, кровь, еду. Неразумные и свирепые, они одним своим безумием способны повергнуть противников в ужас, заставить его отступить.

– Будет сделано, мой господин, – кивнул Айк.

Карающие и наставники заметили приближение Высшего паладина и отдали приказ. Стражи мгновенно прекратили бой и слаженно прижали ладони к груди, приветствуя дарей-рана Оххарона. Шариссар повторил их жест, внимательно всматриваясь в повернутые к нему лица.

– Продолжайте.

Пошел к массивной замковой двери, размышляя, чего хочет больше – принять ванну или поесть. Пожалуй, ванну. С хвойным дегтем и травами, чтобы избавиться от запаха. Чтобы смыть его с себя, а не втягивать жадно вновь и вновь, желая лизнуть языком, в надежде ощутить и вкус. Шариссар нахмурился и распорядился. Верный Айк понятливо кивнул, но от паладина не укрылось, что и он втянул воздух, не сдержавшись. Значит, тоже ощутил аромат девушки, что был на господине. И этот аромат оруженосцу явно понравился: его зрачки мгновенно сузились.

– Готовь купальню, Айк! – рявкнул Шариссар. Удовольствие от возвращения сменилось злостью. – И если ты еще раз принюхаешься, останешься без ноздрей.

Айк сглотнул. Он великолепно знал, что паладин не бросается пустыми угрозами. И даже дышать перестал, опасаясь спровоцировать своего господина.

– Будет исполнено, – придушенно выкрикнул он и бросился по коридору, но вспомнил, что не все сообщил и вернулся.

– Мой господин, прошу простить, но утром мы взяли пленного. Кажется, Светлый маг. Что прикажете…

– Позже, – раздраженно махнул рукой паладин, и Айк снова унесся.

Шариссар прошел в свои покои, раздеваясь на ходу и швыряя вещи на пол, хотя у него не было такой привычки. Но сейчас ему хотелось содрать с себя все, чтобы не чувствовать этот запах. Даже собственная кожа раздражала. Он налил себе вина, ожидая, пока наполнится горячей водой прозрачный пузырь в купальне. Его вырезали из тела гигантского гигантского морского гада. На воздухе мягкий пузырь застывал, становясь прозрачным, но непробиваемым. Так что отверстия для входа и залива воды в нем делали заранее. Такие пузыри могли позволить себе лишь члены Темного двора, обычные оххаронцы обходились деревянными лоханями. Пузырь уже заволокло от пара, когда Шариссар вошел. Замковый маг склонился перед господином и показал белые ладони – доказательство безопасности воды. Паладин залез в пузырь и кивнул, отпуская мага.

– С возвращением, господин, – чародей снова склонился и попятился к выходу. – И позвольте принести вам свои поздравления.

Паладин лег и закрыл глаза, отдаваясь объятиям воды.

– С чем же? – лениво спросил он.

– Ну, как же… С избранницей, конечно.

– Что? – Шариссар повернул голову, а маг побледнел, увидев лицо паладина. Отступил назад, надеясь сбежать.

– Избранница, – неуверенно пробормотал он. – У вас метка… Связь… Образовалась…

Шариссар повернул шею, пытаясь рассмотреть свою спину и правое плечо. Темные глаза стремительно краснели.

– Зеркало! – рявкнул паладин.

Испуганный маг торопливо сотворил зеркало высотой в человеческий рост, потратив почти весь свой резерв и молясь великому Мраку, чтобы этот день не стал последним в его жизни.

Сузившимися, пылающими углем глазами Высший паладин Оххарона смотрел на черный знак, проявившийся на его коже. Метка была бледной, может, поэтому он ее не почувствовал? Или так привык к боли, что не обратил внимания на жжение?

– Убирайся, – сквозь зубы выдавил Шариссар, и маг, испуганно поклонившись, поспешил уйти. Уже за дверью он подобрал полы своего длинного темно-синего одеяния и припустил бегом. Звон разбитого зеркала и яростный рев господина заставили его бежать со всех ног.

* * *
Элея

Первым делом я бросилась в свою комнату. Честно говоря, врываясь в здание Академии, я все еще испытывала надежду. Все чудилось, что из-за угла покажется смеющееся личико Незабудки… но здесь было тихо и пусто – ни хранительниц, ни учениц.

Я метнулась к шкафу и выхватила осколок зеркала, завернутый в тряпицу. Чем чище отражающая поверхность, тем легче войти в зазеркалье. Впрочем, пора называть вещи своими именами. В Оххарон. Мне надо было войти в Оххарон.

Я уставилась на свое отражение, с отстраненностью отметив белую прядь в волосах и бледное лицо. Но внешняя красота меня сейчас не волновала. Хотя, она меня вообще никогда не волновала. Успела рассмотреть каждую свою ресничку, нос, губы и крапинки в глазах, все до мельчайших подробностей, и в раздражении отбросила осколок. Переход не открывался. И с чем это было связано – я не знала.

Что ж… Значит, надо найти другой путь. Я быстро намочила холстину и привела себя в порядок, упрямо прогоняя мысли о том, что произошло в обители. Не буду об этом думать. Не буду. Не сейчас.

Выхватила свое серое платье, торопливо его натянула, сунула ноги в ботинки и завязала волосы в хвост. Глубоко вздохнула, как делала всегда перед обращением. Вздохнула еще раз. И… ничего. Мое тело осталось неизменным, не желая принимать форму свободной и дикой кошки. Сколько я ни пыталась, обратиться мне так и не удалось.

Значит, это теперь в прошлом… Честно говоря, хотелось сесть в угол и разреветься, как маленькая Незабудка, но воспоминание о сестре привело в чувство. Я лишь ударила ладонью по стене, ободрав кожу и радуясь этой боли.

А потом выбежала из замка и со всех ног помчалась к пристани. Со всех сторон я видела куски другого мира, проникающего в наш. Сразу напротив двери появилось дерево. Его корни вывернули брусчатку внутреннего дворика и, словно змеи, вылезли на поверхность. Крона с широкими желтыми листьями покачивалась где-то на уровне третьего этажа, а с ветвей свисало неизвестное мне животное, завернувшееся в кожистые крылья. Я пискнула от испуга, когда это создание открыло огромные круглые глаза, развернулось и взлетело, натыкаясь на стены. Кажется, существо было не меньше моего озадачено новым местом обитания.

Я замечала растения, которых раньше не было, и появившиеся куски слюдяных плит на земле. Один раз мне даже показалось, что в саду проявилось призрачное здание, но стоило присмотреться – исчезло. Я не понимала, как происходит слияние двух миров, но сама мысль, что однажды можно проснуться, выйти из дома и увидеть совершенно другой мир – ужасала. Мир со своими хозяевами, которые превратят нас в рабов.

Тряхнула головой, стараясь не думать об этом. Молясь, чтобы с магистром Райденом все было в порядке. Мне нужны были хотя бы ответы, и, как ни странно, он пока был единственным, кто мог их дать. На помощь я не рассчитывала, но, возможно, маг подскажет, где мне искать Незабудку и как ее вернуть.

На берег я выбежала, задыхаясь от быстрого бега. Корабль покачивался на волнах, а на палубе застыли в тревожном ожидании девушки.

– Лея! – общий крик вырвался у всех, когда я взлетела на пристань. – Ну, наконец-то!

– Где капитан Дрозд?! – я прижала ладонь к груди, пытаясь отдышаться. – Мне нужен капитан!

– Здесь я, красавица, – старик перевесился через борт палубы.

– Капитан Дрозд! У меня послание от магистра Райдена! Вы должны срочно отправиться на землю и привести другие корабли! – Я набрала побольше воздуха, глядя на бледные лица, что смотрели на меня сверху. – Искра погасла… Надо вывезти всех с рифа, магистр сказал, что здесь наибольшая вероятность соприкосновения с Оххароном.

– О чем ты говоришь? – Ельга свела брови домиком. – Что за бред несет эта сумасшедшая?

Арви помрачнел, как и Тисса. Остальные выглядели недоумевающими, но пока не испуганными.

– Бред какой! – снова фыркнула Ельга. – Искра не может погаснуть, что за чушь? Ты скисших ягод наелась?

– Капитан, вы слышите меня? – я смотрела лишь в его лицо. И оно на глазах стало еще старше, словно разом прорезались новые морщины.

– Вот, значит, как… Магистр жив?

– Он ранен, – я махнула рукой в сторону Академии. – Надо вывезти всех учеников, но один корабль с этим не справится. Нам нужна помощь.

– Я тебя понял, девочка, – грустно кивнул капитан и повернулся к команде: – Готовьте судно к отплытию!

– Я остаюсь, – Арви шагнул на мостки, которые уже начали втягивать на «Грозу». – Райдену нужна будет помощь.

– Я тоже, – кивнула Тисса.

– Лучше отправляйтесь на землю, – выкрикнула я. – Здесь слишком опасно!

– А ты?

– Мне надо найти Незабудку, – негромко сказала я.

Тисса внимательно посмотрела мне в глаза, но ничего не сказала. Арви уже спускался по доске. Охотница подумала и пошла за ним, парень покачал головой.

– Оставайся на корабле, Тис. Я найду тебя. Позже… Лея права, в Хандраш становится опасно.

– Ну, уж нет, – весело улыбнулась девушка, – я остаюсь!

Полина нахмурилась и пошла вслед за охотницей, Ринка тоже бросилась за ними. Помявшись у борта, к ним присоединились Летиция и Камилла. А потом с гордым видом спустилась Ельга.

– Ты-то куда? – простодушно удивилась Рин.

– Я сказала, что не вернусь домой без мужа-мага, – отрезала девушка и, вздернув подбородок, прошествовала мимо.

Мы прыснули от смеха, хотя веселье в подобной ситуации и неуместно, но сдержаться просто не смогли!

Капитан махнул нам рукой и ушел, сокрушенно качая головой и бормоча себе под нос. Паруса поймали ветер, и «Гроза» стала отходить от берега.

– А теперь расскажи, что происходит! – потребовала Тисса. Меня окружили, всматриваясь с напряженным вниманием в мое лицо.

Я невесело улыбнулась.

– Начать надо с того, что нас привезли на риф в поисках Отражения Света и Тьмы…

Не вдаваясь в подробности и, конечно, упустив свои отношения с Шариссаром, я поведала о сегодняшних событиях. Настолько, насколько сама о них знала. Девушки слушали, открыв рты, в их глазах сменялись неверие, ужас и понимание. Арви стоял молча, и я посмотрела на него.

– Кажется, ты не удивлен?

– Я происхожу из очень древнего рода, Лея, – спокойно ответил парень. – К сожалению, от его величия ничего не осталось. Но некоторые знания сохранились. Мой отец рассказывал мне об Искре и Отражении.

– Но, как же… – глаза Полины наполнились слезами, и она стиснула ладони, – как же мы теперь без Искры? Что с нами теперь будет?

Я промолчала, потому что ответа на этот вопрос у меня не было.

– Смотрите! – воскликнула Летиция, стоящая лицом к морю. Мы слаженно повернулись.

– Мамочки! – прошептала Ринка.

Тисса помянула всех богов, а остальные просто застыли, не веря своим глазам. Из воды поднимались… скалы. Острые черные пики, разрезавшие водную гладь и вырастающие на наших глазах. Часть Оххарона, которой не было раньше… Спокойное море забурлило, пошло волнами высотой с дом, мгновенно превратившись в бушующую и бьющуюся стихию. Там, где поднимались пики, вода резко скатилась вниз, а потом завертелась воронкой, стремительно закручивая внутрь себя корабль.

Мы видели, как на палубе бегают люди, как кричат, пытаясь противостоять затягивающей их мощи, как лихорадочно убирают паруса, а капитан держит штурвал с решимостью обреченного.

– Они же сейчас разобьются, – побелевшими губами прошептала Рин.

«Гроза» билась о волны, раскачиваясь так, что борта уже черпали воду. Одна из мачт с громким треском обрушилась, вниз полетели сложенные паруса, словно сломанные крылья.

Арви бросился вперед и, упав на колени, принялся вычерчивать на песке какой-то знак. Символ, похожий на пятиконечную звезду, с рядом рун внутри.

– Что ты делаешь?

– Надо попытаться усмирить стихию! Хоть немного! Они разобьются! – маг продолжал ползать по песку, вычерчивая линии. – Только у меня мало способностей к управлению… Если бы здесь был стихийник…

Он отчаянно ударил рукой по песку.

«Грозу» швыряло из стороны в сторону, грозя перевернуть в любую минуту.

– Если бы был стихийник, что он должен делать? – тихо спросила Камилла.

– Встать в пентаграмму! – не задумываясь, выкрикнул Арви. – А так я лишь смогу слегка удержать воронку!

Девушка отбросила за спину рыжую косу и решительно ступила в центр нарисованной фигуры.

– Стихийник есть, – сказала она. – Что дальше?

Арви открыл рот, но ответить не успел. Линии пентаграммы вспыхнули огненно-рыжим цветом, таким же, как волосы Камиллы. Мы издали изумленный вздох, а Арви лишь моргнул. И поставил последнюю точку в рисунке, не тратя время на удивление.

– Подними ладони – они проводники силы! – приказал он рыжей. – Встань удобно. И повторяй за мной: «Сила воды – моя сила. Я – вода, я глубина, я тишина и гладь… Я бесконечна…»

Он говорил слова заклинания, а Камилла их повторяла. Сначала тихо и неуверенно. Потом все громче и четче, яростнее, сильнее, приказывая стихии сдаться и уйти, заставляя успокоиться и подчиниться, сливаясь с волной и становясь ею. Теперь светилась не только пентаграмма, светилась сама Камилла, и этот свет окутывал берег пеленой, отражался бликами в воде, ныряя в нее золотистыми рыбешками.

И море сдавалось. Успокаивалось, усмирялось, подчиняясь молодой стихийнице. Воронка пропала, отпуская свою добычу, и «Гроза» медленно стала обходить пики скал. На таком расстоянии нам уже не был виден капитан, но мы все помахали ему рукой, прощаясь.

Вспыхнув, пентаграмма погасла, а Камилла упала на песок, тяжело дыша.

– Получилось, – с изумлением, словно не веря самой себе, прошептала она. Повернула ладони, рассматривая их, словно видела первый раз. – У меня получилось!!!

– Ты очень сильная стихийница, – улыбнулся Арви.

– Мать моя охотница, – пробормотала Тисса. – Да уж, удивила, рыжая.

– Подумаешь, – протянула Ельга, демонстративно отвернувшись. А мы рассмеялись – радостно и громко от облегчения и восторга, что все обошлось, и «Гроза» не разбилась о скалы.

Арви помог Камилле подняться.

– Идем, надо добраться до замка и что-нибудь поесть. У тебя большой резерв, но его надо восполнять.

– Ты мне расскажешь, как это делать? – она с восторженной улыбкой посмотрела на парня, опираясь на его руку.

– Обязательно, – уверил маг.

Девушки побежали к дорожке, ведущей в сторону академии, а я заметила взгляд Тиссы на руку Арви, обнимающую Камиллу для поддержки. На миг показалось, что в темных глазах охотницы взметнулась алое пламя. Но Тисса отвернулась и спокойно пошла за остальными. Вздохнув, я отправилась следом.

Глава 2

Незабудка ловила крысу.

Поначалу глупая крыса думала, что это она охотится на обитателей сырой и вонючей ямы, но маленькая девочка, издающая дикие боевые кличи, быстро убедила хвостатую, что она не права.

На самом деле, она убедила в этом и саму крысу, и всех, кому не повезло оказаться рядом с чрезмерно жизнерадостной и смелой малышкой.

Чер Лерой, два воина и один молчаливый парень с белоснежными волосами уже несколько часов наблюдали, как Незабудка настойчиво ловит крысу. И начинали сочувствовать этой усатой и хвостатой твари, потому что девочка была неутомима. Она перекрыла вход в нору, безжалостно стащив с магистра его мантию, и теперь гонялась по яме с визгами и воплями, загоняя свою добычу.

– Великий Мрак, да когда же она успокоится? – простонал один из воинов. – У меня сейчас башка лопнет!

– Я ее придушу, – мрачно пообещал второй, и было совершенно не ясно, кого именно: крысу или все-таки девочку.

Молчаливый беловолосый парень выдохнул и, решительно шагнув к дыре в стене, выдернул оттуда мантию Лероя. Крыса, пискнув от счастья, юркнула в нору.

На миг в яме повисла тишина. Но обрадоваться пленники не успели, потому что Незабудка обвела всех обиженными глазенками, всхлипнула и заревела. Беловолосый скривился, воины забились подальше в угол, а Лерой неловко попытался успокоить малышку.

– Ну-ну, маленькая, ну, не плачь!

Незабудка сглотнула, набрала побольше воздуха и заревела еще громче.

– Это что, у Темных пытки такие? – мрачно поинтересовался бородатый воин.

– Да они просто садисты, – отозвался второй.

Лерой вздохнул и в очередной раз попытался пробудить свою силу или позвать ар-нори. Но магия не откликалась, а змеевидные сущности были слишком истощены недавней битвой и не показывались. Магистр покачал головой и посмотрел вверх, туда, где бледнело небо, забранное решеткой. Стены ямы были гладкими, словно стеклянными, без единой шероховатости, так что забраться по ним не представлялось возможным. Беловолосый тоже посмотрел, и на его висках и шее блеснула красная чешуя.

Незабудка мигом перестала плакать и заинтересованно уставилась на это необычное явление. Отпихнув магистра, который пытался гладить ее по голове, она метнулась к своему обидчику и ткнула пальцем.

– Покажи! – потребовала девочка, пытаясь рассмотреть в тусклом свете ямы чешую. Ее скрывали длинные белые патлы и высокий воротник рубашки, а сам парень не собирался потакать капризам ребенка. Он открыл рот и зашипел, высунув длинный раздвоенный язык.

Незабудка ахнула, застыла и восторженно захлопала в ладоши.

– Покажи еще!!! – радостно запрыгала она.

Лерой оттащил малышку в дальний угол и успокаивающе кивнул блондину. Тот выгнулся, склонив голову, его глаза побелели.

– Она не со зла! – магистр сжал Незабудку, не позволяя кинуться к шипящему парню. И поражаясь, что малышка его совсем не испугалась. Даже ему, почтенному магу, стало не по себе при виде этого существа, которого трудно было назвать человеком. А девочка лишь обрадовалась и попыталась его исследовать, словно неведомую зверушку!

– Не обернется, не бойтесь, – бросил один из воинов, но ушел так далеко, насколько позволяло тесное пространство ямы. – Здесь магические ловушки везде. И он вас не понимает. Ящеры не говорят на нашем языке.

Беловолосый перестал шипеть и отодвинулся в дальний угол, туда, куда не проникал тусклый свет. А потом замер там, словно изваяние.

Незабудка, рассерженная, что ей не дали посмотреть на блестящую чешую на шее парня, перестала вырываться и укусила магистра за руку. Тот вскрикнул от неожиданности. Оба воина засмеялись.

– Бойкая она у вас, – похвалил один, с косматой рыжеватой бородой. – Была бы мальчиком, стала бы ратником, – он поскреб свои космы. – Ну, если бы в плен не угодила, понятно.

– А ватник – это кто? – заинтересовалась девочка.

– Воин, малышка, – пояснил мужчина, усмехнувшись.

– Когда я вырасту, то стану пираткой! – важно пояснила Незабудка. – А не этим вашим ватником! У пиратов целые сундуки блестящих камушков, я видела!

Уточнять, что видела их только на картинках в книжке со сказками, она не стала. И важно обвела взглядом слушателей.

– Я буду плавать на большом корабле под черными парусами и собирать все блестящие сокровища, какие только найду!

– И зачем тебе столько сокровищ? – усмехнулся в бороду воин.

– Не скажу! Надо! Это… секрет!

– А я никому не скажу, – улыбнулся бородатый. Его друг привалился к стене, пытаясь задремать. – Хочешь, дам тебе клятву на сердце?

Незабудка очарованно открыла рот.

– Клятва на сердце? А это очень страшно?

Страницы: 12345 »»

Читать бесплатно другие книги:

Два года я думал лишь о том, как бы подобраться к этому месту. Мой Великий План, все его сложнейшие ...
Дем Михайлов – известный российский писатель-фантаст, один из основоположников ЛитРПГ, автор популяр...
Если ты звезда хоккейной команды колледжа с крышесносным рельефом мускулатуры и очаровывающей улыбко...
Колин Гувер – автор, которому читатели доверяют свое сердце. Она – мировой тренд, литературный феном...
В истории России есть несколько роковых развилок.Март-апрель 1881, ознаменованные гибелью Александра...
Раненый минометчик ЧВК «Вагнер» приходит в себя в госпитале. Его друзья погибли в Донбассе, выжил то...