Мельница. Авторизованная биография группы - Сурков Павел

Мельница. Авторизованная биография группы
Павел Сурков


Легенды русского рока
Мельница – самая знаменитая фолк-рок-группа в России. Группа выросла и прошла тернистый путь от выступления в клубах до стадионов, смогла вывести жанр фолк-рока на новый уровень.

За плечами у группы 7 номерных альбомов, выступления на крупнейших площадках и фестивалях страны, таких как «Нашествие» и «Чартова Дюжина».

Это книга не только о самой группе, но и о музыке, песнях, как они сочиняются, как они ведут нас сквозь пространство и время, о магии, которая в них заложена.

В издании вы найдете не только интервью с музыкантами, гастрольные байки, но и эксклюзивные фотографии с выступлений. Она интересна и фанатам со стажем, и тем, кто только сейчас начинает знакомство с группой.





Павел Сурков

Мельница. Авторизованная биография группы



© Павел Сурков, 2020

© ООО «Издательство АСТ», 2020




Как читать эту книгу

(Вместо предисловия)


Эта книга – не просто биография группы и не хронологический рассказ о важных фактах, вехах и эпохах в ее жизни. Хотя некоторые биографические сведения в ней, безусловно, присутствуют.



Эта книга – не сборник гастрольных баек или скандалов-интриг-расследований. Хотя баек в ней хватает.



Эта книга – не культурологический анализ творчества группы. Хотя культурных аллюзий в ней более чем достаточно.



Эта книга – не сборник интервью. Хотя прямая речь самих музыкантов составляет в ней больше половины текста.



Эта книга – не азбука для неофита, который только сейчас услышал по радио, например, «Список кораблей» или «Ночную кобылу». Хотя она, я искренне надеюсь, понравится и будет полезна и фанатам со стажем, и тем, кто только сейчас начинает знакомство с группой.



Главное в книге – найти форму. Вон Лев Толстой искал-искал форму для романа о событиях 1812 года, потом все у Гюго подсмотрел, написал «Войну и мир», получилось интереснее «Отверженных». Форма азбуки показалась нам (когда я говорю «мы» или «нам» – это означает, что решение принимал не просто автор, а автор совместно с группой, в общем процессе, в долгих разговорах, дискуссиях – пространных и не очень) наиболее любопытной и неоднозначной. Во всяком случае – необычной.



Искренне надеемся, что она и вам понравится.



Книжку можно читать в любой последовательности: можно начать с первой страницы – и постепенно дойти до конца. Можно пролистать оглавление – и начать с той главки, которая покажется вам наиболее интересной. Можно открыть книгу на любой странице – мы гарантируем, что вас ждет нечто невероятное (в жизни группы невероятных событий хватает).



Мы хотели, чтобы это была книга о музыке. О песнях. О том, как они сочинялись и сочиняются, о том, как они ведут нас сквозь пространство и время, о магии, в них заложенной.



И нам кажется, что у нас получилось. Хотя, конечно, рассказывать прозой о том, что надо слушать и чему хочется подпевать, – дело исключительной сложности. Но вроде бы мы справились. Хотя окончательный вердикт все равно останется за читателем. То есть – персонально за вами.




Dramatis personae


ХЕЛАВИСА – Наталья Андреевна О’Шей, бессменный лидер группы, вокалистка, арфистка, поэт, композитор, филолог и много-много кто еще



ВИШНЯКОВ – Сергей Вишняков, гитарист, композитор, аранжировщик, сегодня – музыкальный руководитель коллектива



ФРОЛОВ – Дмитрий Фролов, барабанщик, аранжировщик, левое предсердие группы и автор ураганного «барабанного фроло»



КОЖАНОВ – Алексей Кожанов, бас-гитарист, правое предсердие группы (просто потому, что зачастую помещается в правой части сцены, рядом с басовым комбиком), аранжировщик и меломан



КАРГИН – Дмитрий Каргин, флейтист группы с 2013 года



ЗАСЛАВСКИЙ – Сергей Заславский, флейтист группы до 2013 года

ОРЛОВ – Алексей Орлов, виолончелист группы до 2017 года



АЛЕВТИНА – Алевтина Леонтьева, вторая вокалистка группы (2006–2007 гг.), поэт и композитор



САПКОВ – Алексей Сапков, он же Чус, гитарист и автор песен (до 2007 г.), директор группы (до 2017 г.)



ДОКТОР – Алексей Аржанов, звукорежиссер группы (до 2011 г.)



ЛИШИНА – Ольга Лишина, поэт, филолог, друг и соавтор текстов песен группы



ОВЧИННИКОВА – Яна Овчинникова, координатор фан-клуба группы, фотограф и хранитель разнообразнейших баек



АВТОР – Павел Сурков, в тексте присутствует по необходимости, взирает на жизнь и творчество группы с любовью и восхищением




Альхимейра


Дилогия – один из самых сложных жанров в искусстве: попробуй выстроить в двух полномасштабных произведениях. «Алхимия» и «Химера» – два альбома «Мельницы», которые перевернули представление о музыке группы – как для нее самой, так и для фанатов, и невероятно символично, что именно с этой дилогии, с мощнейшего музыкального прорыва, – и начинается история группы, изложенная в этой книге.



«Альхимейра», вернее «Алхимия» и «Химера», два альбома-сателлита, две части одной полномасштабной истории, задумывались и сочинялись параллельно. А самое главное – это были абсолютно независимые в творческом плане записи: над музыкантами не довлели никакие продюсеры, никто их не подгонял и не торопил, и можно было записывать все вещи так, как считали нужным сами музыканты. Мечта любого творческого человека.



КОЖАНОВ

«Алхимия» с «Химерой» – лучшие пластинки, которые мы записали, ну, во всяком случае, на данный момент. Наконец-то просто настал момент, когда мы сами себе поставили вопрос ребром: дайте нам сделать так, как мы слышим. Хватит слушать сторонних людей, хватит слушать какие-то «прослойки» – мы сами уже опытные музыканты, мы знаем, как нужно. По большому счету мы просто перестали бояться и доверились друг другу. Вот тут-то и поперло чистое творчество.


Было решено работать по продюсерским лекалам, принятым во всем рок-мире: сначала оттачиваются аранжировки, собирается звучание и концепт пластинки, расставляются песни в правильном порядке, скрупулезно шлифуются и учатся все партии – каждый музыкант должен знать, что он будет играть, как это отразится в общем ансамбле. И только потом, когда сделана вся черновая работа, весь пазл собрался и состыковался – можно приступать к чистовой записи.



Продюсерами записи выступили сами музыканты – но главным в студии оказался Сергей Вишняков: именно он корпел над общей канвой аранжировок (конечно, не без участия остальных товарищей по группе), тщательно выстраивая саунд всех инструментов. Естественно, особое внимание уделялось струнному саунду – «Мельница» подтверждала статус одной из ведущих рок-групп страны, и поэтому то, как будут звучать все гитары, определяло саму музыкальную «одежку» пластинки. Сергей даже протоколировал весь процесс работы над звуком и выкладывал его в социальные сети, чтобы поклонники (да и все те, кто просто интересуется звукозаписью) могли понять, как устроено звучание альбома.



Ну а Наталья собирала концепт пластинки, выстраивая драматургию «Алхимии» и «Химеры». Это должна была быть цельная история, поэтому место каждой песни определялось невероятно четко – вплоть до того, на какой стороне виниловой пластинки (а музыканты сразу знали, что «Альхимейра» должна выйти в виде двойного LP) будет расположена та или иная вещь – и как они будут сюжетно перекликаться. Так, например, «морская» и «китовая» тема, зарождающаяся в «Никогда», разрешится в «Dreadnought» и дойдет до высшей драматической точки в «Списке кораблей». Дуэт с Эдмундом Шклярским («Радость моя») предстанет в своей оборотной ипостаси в дуэте с Борисом Гребенщиковым («Черный дрозд»), ну а Изольда встретится с Тристаном в одноименных песнях с обоих альбомов.



КОЖАНОВ

Интересно вышло, например, на «St.Exupery Blues»: когда Наталья в очередной раз притаскивает что-нибудь в размере «четвертей хрен знает сколько, но не четыре» – первые мысли: «Ну, начинается… Шо, опять?!», и в этот раз было примерно так же. Песня выглядела довольно устрашающе, особенно из-за смены размера в припеве. «Наживую» взять и сходу поимпровизировать – задача не для слабонервных. И двигались мелкими перебежками: дали Диме Фролову разработать семидольный рисунок, потом накидали демку – и разошлись делать «домашнюю работу». И домашняя работа вдруг сделалась быстро и легко! И еще в этой песне одно из моих любимых мест на альбоме: гитара играет а-ля китайская пентатоника в духе Джими Хендрикса.




КАРГИН

Запись у нас проходила примерно так: Наталья придумывает какой-то текст, потом приносит это Сергею, он придумывает мелодию – получается своеобразный «костяк». Потом работает ритм-секция – Дмитрий Фролов работает над барабанными партиями, Алексей Кожанов добавляет какую-то мелодическую басовую линию. Так что я получал уже практически готовый продукт, готовую аранжировку, с забитыми партиями духовых. У меня в тот момент опыта в рок-музыке было немного, и я с некоторой опаской предлагал какие-то аранжировочные элементы, но ребята все равно ко мне прислушивались. И все это мы записывали, обменивались демками, было ощущение абсолютного единения, что работает вся группа, и никто не мешает, все в едином творческом процессе.




ВИШНЯКОВ

Практически год мы сидели и все это складывали. Дело в том, что некоторые песни, в частности «Колесо» и «Голубая трава», были полностью готовы на момент выхода альбома «Алхимия», но они попали в альбом «Химера», потому что Наталье захотелось – была такая концепция. А концепция в работе над «Алхимией» и «Химерой» была важнее всего. Это касается и звука, и содержания пластинок – они должны были звучать как единое целое.


Работа над пластинкой происходит не только на записи: «Мельница» вообще подходит и к работе по промотированию диска, и к разнообразным сопровождающим мероприятиям с тщательностью, мало кому свойственной в отечественной рок-музыке. Тут и специальные посты в соцсетях, и грамотная пиар-кампания, и работа с фанатским сообществом: выходит новый альбом, делается новое музыкальное высказывание – и соучастие слушателя в этом процессе для «Мельницы» чрезвычайно важно. Ну а слушатель платит той же монетой – искренне реагирует и приходит на концерты. А обманывать слушателя и подсовывать ему под видом нового альбома традиционную запись, без каких-либо звуковых новшеств, было бы откровенно неправильно. И «Мельница» делает акцент не только на смысле песен, но и на их звучании – то есть дает ответ не только на вопрос «Про что?», но и «Как это сделано?».



И так оно и вышло – в итоге мы имеем настоящий филофонический памятник: сложнодосягаемую высоту, точную и филигранную запись, сделанную самими музыкантами для себя и своих поклонников. Чистая «Мельница», такая, какой и должна быть. Начало нового пути – как в финале первой части «Хоббита» Питера Джексона гномы с Гэндальфом выходят на горное плато, поднявшись на первую вершину на своем пути, – и видят всю свою будущую дорогу, раскинувшуюся перед ними, и Эребор где-то на горизонте.



Когда новый путь начинается с вершины – это очень сложно. Но так – гораздо интересней.




Ангелы, ангелофрения


Невероятно приятно, когда книжка практически начинается с ангелов. Тем более – с таких, как на «Ангелофрении», по сути – первом концептуальном альбоме «Мельницы», пластинке во многом поворотной, рубежной, знаковой, которая определила новое звучание группы. Впервые в звучание «Мельницы» вплелась самая настоящая соло-гитара, с собственным, узнаваемым звучанием (что при этом не затеняло ни виолончель, ни флейту). Этот музыкальный эксперимент был предопределен: группе надо было расти над собой, и на «Ангелофрении» «Мельница» делает типичный для себя шаг прогресса – не просто вверх, а вверх и вбок. Вы хотели фолк-альбом? Но нет – вот вам совершенно нетипичная пластинка, где все переплетено: и фолк, и рок, и Пресли, и Меркьюри, и еще сто тысяч аллюзий на сорок пять минут звучания. А еще – стопроцентные радиохиты.



Без радио в 2000-х существовать почти невозможно – несмотря на то, что и Интернет развит, и соцсети кипят. Вот только все равно человек слушает радио – в машине, утром дома, когда собирается на работу. «Вплести» собственную музыку в радийный фон, сделать его частью общего саундтрека, частью пространства эфирного звука – вот задача любой группы, которая хочет удержать свои позиции (а то и приумножить их). И в этом отношении у «Ангелофрении» был невероятный потенциал: концептуальная запись с несколькими стопроцентно бьющими в слушателя хитами. Но при всем при этом – упрекать «Ангелофрению» в излишней коммерциализации невозможно: это альбом авторский, с собственным взглядом на вещи и с собственным внутренним состоянием, весьма непростым и уж точно – не массовым.



ХЕЛАВИСА

«Ангелофрения» – очень собранный альбом. Именно потому, что тогда Леша Козин, представитель лейбла «Навигатор», с которым мы тогда работали, решил дать нам стороннего продюсера. Варианты были очень интересные: к нам, например, приходил Кильдей, Николай Девлет-Кильдеев, гитарист «Морального кодекса», был вариант с ним поработать. Это было бы круто, и я очень хотела, но в тот момент Коле уже было неинтересно продюсировать чей-то альбом. Он продюсировал однажды запись альбома «Калинова Моста» – и я очень надеялась, что он сделает что-то подобное для нас. Но то ли он поленился, то ли ему уже было неинтересно такими вещами заниматься – в итоге он ничего особо не предпринял. И тогда Козин к нам прислал Александра Самойлова из группы Casual и сказал, что вот этот чувак вам сделает крутой продюсинг. А мы в тот момент сами были немножко потеряны, не понимали, куда двигаться, как выйти за рамки саунда, который у нас в тот момент существовал.



Мне кажется, что если бы тогда не появился Самойлов, то мы бы сами по-иному спродюсировали «Ангелофрению». Но то, что он появился – это в итоге хорошо, потому что он нам показал, к примеру, что мы можем работать на сцене с плейбэком. А до этого нам такое просто не приходило в голову. Сейчас «Ангелофрения» слушается для меня такой перехимиченной, то есть я бы, например, вокал сделала по-другому. Но это был очень, очень полезный опыт – если бы не он, то мы бы не пришли к тому звуку, который мы нашли сейчас, в итоге, на «Алхимии» и «Химере».



Но по большому счету «Ангелофрения» – это собирание еще и лично меня. Я прямо собираюсь в этом альбоме – как перед входом в холодную воду: собрался – и можешь двигаться дальше. Дальше и выше, чтобы не как по лестнице Иакова двигаться, все время вверх, а в нужный момент – ты можешь прыгнуть выше головы. Как в йога-практике: ты делаешь стоячие позы, а потом сел и сделал скрутку. Для того, чтобы именно просто раскрутиться, сделать что-то такое, чего не делал раньше.


«Ангелофрения» была совместным творчеством, музыканты и другие соавторы включались в работу над альбомом; например, текст к «Дорогам» был написан совместно с давней подругой Ольгой Лишиной и появился при весьма необычных обстоятельствах.



ЛИШИНА

С «Дорогами» вышло так – я это очень хорошо помню: я сочинила текст к ней, пока у меня дети писали контрольную. Дети писали, а я в своих переживаниях складывала какие-то строчки, как такая терапия: попытка справиться с волнением за детей. И вот появляются не просто стихи, а понятно, что это что-то песенное. Это было еще в доайфоновские времена, я набираю их прямо на телефоне, кнопочками, эсэмэской – и высылаю Наташе. Она тут же перезванивает: «О, вот сейчас мы сюда добавим припевы, вот сюда и сюда – вот про это». Я говорю: «У меня больше ничего нету, но давай, добавляй». Она добавила – и получились «Дороги».


Звуком на «Ангелофрении» рулил не только продюсер Самойлов – фактически к работе подходили всей группой, но львиную долю дела на первом этапе, еще до того, как лейбл предложил группе стороннего продюсера, взял на себя Сергей Вишняков, гитарист, недавно пришедший в группу, но уже отдавшийся творческому процессу с завидным самоотречением и скрупулезностью.



ВИШНЯКОВ

Собственно, большого студийного опыта у меня тогда еще не было. Но мы решили попробовать работать «по уму» – то есть вначале самостоятельно записать демо, набросать все партии, которые должны быть сыграны, посмотреть, как это будет звучать, какое звучание надо использовать. Работали мы над демо фактически втроем – я, Фролов и Кожанов. Сперва мы записывали демо барабанов, потом накидывали басы и гитары, я где-то пробовал вставлять соло, мы все это отправляли Наташе – а вот пространства для духовых и виолончели у нас на демо почти не оставалось. Мы тогда еще толком не понимали, как это все расписать правильно. И Козин нам тогда и дал Самойлова – фактически стороннего продюсера – в помощь.



Так или иначе это был очень полезный опыт. Саша Самойлов проделал очень большую работу: во-первых, он написал те самые партии и для струнных, и для духовых. Но при этом он добавил туда электронику – такой новый для нас саунд, с лупами, который нам, как музыкантам «внутри», не слишком понравился. При этом я понимаю, что это – взгляд исключительно музыкантов. Что касается поклонников группы, то у многих «Ангелофрения» один из любимых альбомов. Песни, вообще сам материал, то, как он собран, как он написан – он очень крутой. И тем обиднее, что мы не смогли самостоятельно довести его до нужного качества.




КОЖАНОВ

Я, кстати, «Ангелофрению» не очень люблю. Саша Самойлов, конечно, профессионал своего дела, но именно что своего – и он привнес свои наработки, много каких-то космических клавиш, которые все цементируют, но на выходе все равно получается немного странный продукт, не «Мельница». Да и все мои идеи там порубили, покромсали ножницами. У меня, например, было такое решение для «Мы с тобой одной крови» – там была не цитата, а прямая отсылка к «Jesus Christ Superstar» – помнишь, там такие активные басовые партии, я посидел, попридумывал, у меня там интересные были идеи. Но получилось то, что получилось.




ВИШНЯКОВ

И все же, повторюсь, хоть Самойлов и многое «зарубил», это был очень хороший опыт – потому что мы поняли, что надо делать полностью готовый продукт на этапе демо. Если эта работа проделана, то, во-первых, мы уже сами понимаем, как это все должно звучать, а во-вторых, если мы хотим делать так, как мы хотим, то нам никто уже не сможет никого стороннего навязать: у нас уже будет полностью готова аранжировка.


«Ангелофрения» получилась удивительно хитовой – «Поезд на Мемфис», «Гори, Москва!», ну и два стопроцентных радийных боевика – «Дороги» и «Контрабанда» – попали в самое сердце не только проверенных «мельничных» фанатов, но и принесли группе новую публику.



ХЕЛАВИСА

«Ангелофрения» по факту стала концептуальным альбомом.



Читать бесплатно другие книги:

В одном обычном доме есть необычная квартира. Тот, кто в нее зайдет, обратно не вернется. Потому что живет в этой ква...

Это книга правдиво, легко и иронично повествует об отношениях женщин и мужчин и вскрывает истинную подоплеку многих ж...

Автор книги – американская художница, специализирующаяся на популяризации медицинской литературы. Пользуясь приемами ...

Об авторе. Эдвард Люттвак – всемирно известный специалист по военной стратегии и геополитике. Работал консультантом в...

«Добро пожаловать в «ГрандУлет», спасательный экипаж для колдунов и ведьм, оказавшихся в затруднительном положении. В...

У каждой эпохи – свой аромат. Так считает автор этой книги, знаменитый парфюмерный эксперт Лиззи Остром, и рассказыва...