Убийство на водах - Любенко Иван

Убийство на водах
Иван Иванович Любенко


Клим Ардашев #3
Северный Кавказ всегда был очагом смуты для имперской России. Вот и на этот раз присяжный поверенный Ставропольского Окружного Суда Клим Пантелеевич Ардашев, возвращаясь с супругой из Москвы в Кисловодск, стал свидетелем ограбления и череды жестоких курортных убийств. Загадочности преступлениям добавляет то, что все они были предсказаны… пациентом местной психбольницы!





Иван Любенко

Убийство на водах



©Любенко И., текст, 2013

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2013



Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.



© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru (http://www.litres.ru/))




1. Вояж на юг


Кавказский скорый поезд Москва – Кисловодск, покинувший Первопрестольную почти два дня тому назад, подходил к станции Невиномысская. Столь быстрым прибытием пассажиры были обязаны сверхновому паровозу «Прери», разгонявшемуся на отдельных участках до ста верст в час. До недавнего времени такая скорость была мыслима, разве что для аэроплана.

Далеко позади остались перелески Среднерусской равнины, зеленые холмы Воронежа и берега тихого Дона, поросшие буйной травой да одинокими ивами. Им на смену пришла ровная, как столешница, степь. Она уходила далеко за горизонт и терялась где-то за гранью возможностей человеческого зрения. На западе бескрайние просторы стелились до самого Азова, на востоке – до моря Каспийского, на юге касались подножия Кавказских твердынь, а на севере сливались с Приволжской низменностью.

Локомотив летел вперед, словно выпущенная из лука стрела. Чайные ложки уныло дребезжали в пустых стаканах, выбивая несложный ритм в такт аршинным колесам. На красном диване купе первого класса сидела миловидная женщина лет сорока в роскошном сиреневом платье с изящно подвернутыми рукавами в стиле «Crinoline» из последней парижской коллекции «Bechoff David». Дама была всецело поглощена весьма важным занятием – примеряла новую шляпку от «Bertrain», купленную третьего дня в престижном магазине на Арбате. Несмотря на несколько пышные формы, она еще не потеряла былого шарма. Ее высокая грудь, стянутая бюстодержателем – новинкой, пришедшей на смену устаревшему корсету, – волнительно вздымалась, и эти легкие движения невольно приковывали внимание ее спутника, отдыхавшего в мягком кресле напротив.

Солидный господин сорока четырех лет с уже заметной проседью и правильными чертами лица явно любовался своим давним сердечным приобретением. Поигрывая ручкой дорогой трости, он едва заметно улыбнулся. «Слава Всевышнему, что я сделал правильный выбор! – мысленно рассуждал мужчина. – Скромная, благовоспитанная барышня из старого дворянского рода. Создание милое и кроткое. Сколько лет уж прошло, а ее характер почти не изменился: до сих пор наивна, по-детски обидчива и все так же привлекательна. Да ведь кроме нее у меня и нет настоящих друзей, не считая двух-трех приятелей, без которых невозможно составить компанию за бильярдным или ломберным столом. Да-с… К тому же последнее время я что-то быстро устаю от людей, – грустно подумал он. – Пожалуй, это издержки прежней профессии… А может, нынешней? Кто знает?» Его скучный взгляд скользнул по спящему глазу электрического светильника, красному полированному дереву стенных панелей, узорчатым украшениям потолка и остановился на мелькающих за окном картинах небогатой русской жизни.

Присяжный поверенный Ставропольского окружного суда Клим Пантелеевич Ардашев вместе с женой возвращался из Москвы. Однако путь семейной четы лежал не в родной для Клима Пантелеевича Ставрополь, а в Кисловодск, где Вероника Альбертовна надеялась с помощью кумысно-кефирной диеты навсегда распрощаться с лишними фунтами. Именно поэтому все платья, купленные в столичных магазинах, были на один размер меньше. И как ни убеждал бывший тайный посланник МИДа России свою благоверную покупать наряды по размеру, к его доводам она так и не прислушалась.

Вообще-то сама идея столь необычного маршрута принадлежала исключительно Веронике Альбертовне. Истосковавшись по большим магазинам и модным салонам, жена губернского адвоката жаждала окунуться в былую жизнь великосветской модницы. Можно было, конечно, отправиться и в Петербург, но в таком случае дорога отняла бы лишние сутки. Да и в Москву госпожа Ардашева давно не наведывалась. А уж о том, чтобы провести отпуск за границей, и речи быть не могло. За глаза хватило прошлогоднего круиза по Средиземному морю. Мало того, что шторма донимали, так еще и череда таинственных убийств на «Королеве Ольге» заставила трепетать всю отдыхающую публику. Положа руку на сердце она нисколько не сомневалась, что Клим разгадает замысел коварного злодея и непременно отыщет его. Но все же, согласитесь, приятного мало, когда узнаешь, что заказанный тобой овощной суп уже отравлен, а отведавшая его корабельная крыса смиренно отправилась на небеса. «Нет уж, на этот раз мы будем отдыхать на водах. И причем на наших, – убеждала она супруга. – Тем более что тебя здесь все знают и уважают. А в Карлсбаде или Виши не то что местные жители, но даже заморская прислуга смотрит на русских свысока, хоть и униженно клянчит каждую крону или сантим».

Степной пейзаж как-то незаметно сменился невысокими возвышенностями, густо покрытыми сочной травой. Вымуштрованными жалонёрами смотрелись телеграфные столбы с рядами грачей на проводах. Завиднелась небольшая деревушка с низкими белыми домиками, крытыми камышом. Хатки вросли в землю почти по самые окна и напоминали гигантские шампиньоны. Показался разъезд и сторожка путевого обходчика. Свечкой устремилась в небо водонапорная башня.

Машинист дал длинный гудок, постепенно разросшийся до фортиссимо. Ему тут же ответил рожок стрелочника. Локомотив сбавил ход, выпустил пар, и разноцветный состав степенно причалил к железнодорожной пристани. Звонко ударил сигнальный колокол.

За купейной дверью послышался голос кондуктора:

– Станция Невинномысская! Прошу обедать. Стоянка один час!

– Что ж, дорогая, пожалуй, это неплохая мысль, тем более что ужинать нам придется уже в Кисловодске, – вставая, проронил Ардашев и вместе с женой покинул купе.

На перроне царило оживление, сходное с прибытием митрополита в уездный городишко. Шныряли лоточники с папиросами, сластями и жареными семечками. Суетились носильщики с тележками, груженными парусиновыми баулами и дорогими английскими чемоданами. Запах паровозной гари, смешанный с ароматом южного лета, прочно поселился среди вояжирующей публики. Проводники с медными чайниками в руках уже неслись по дебаркадеру к будке с надписью «кипяток».

Одноэтажное каменное здание вокзала, украшенное лепниной и фигурной резьбой, гостеприимно распахнуло перед пассажирами двери ресторана. Музыкальный ящик «Монопан» умилял слух наивной мелодией. В светлом помещении с толстыми портьерами на окнах и веерными пальмами в кадках вытянулись в шеренгу сервированные столы с салфетками, закрученными в пирамидки. С правого конца, согласно медным табличкам, за белые скатерти усаживались вояжеры первого и второго классов, слева – третьего. Но официанты были одинаково услужливы ко всем гостям. Количество мест заказывалось проводниками по телеграфу еще на предыдущей станции. Правда, четвертый класс предпочитал довольствоваться скудным буфетным меню: пятикопеечными бутербродами с паюсной икрой, говяжьим языком или куском вареной телятины за четыре гривенника либо птицей по пятьдесят копеек за порцию. Ну а если и это было не по карману, то следовало идти на привокзальную площадь, где смешливые казачки предлагали разнообразную домашнюю снедь за сущие копейки: ароматное копченое сало с молодым чесноком, домашнюю колбасу, жареных цыплят, горшочки с еще не остывшей кашей, пирожки на любой вкус, вяленую воблу, отборную клубнику, спелую черешню, кувшины с молоком, высокие четверти с квасом и пузатые крынки с простоквашей.

При виде ресторанного изобилия мысли о диете у Вероники Альбертовны постыдно спрятались, уступив место благообразному созерцанию представшего перед глазами необъятного кулинарного великолепия: холодная осетрина с белым соусом, соленые грузди, расстегаи с визигой и налимьей печенкой, украинский борщ, кавказский шашлык. Всевозможные вина и водки пестрели разноцветными этикетками ярких цветов и гербов: «Цымлянское», «Барсак», «Моэт», «Шато-лафит», «Смирновская», кизлярский коньяк «Тамазова», пиво «Калинкин». На приставном столике красовались сласти: эклеры, мармеладные розы и шоколадные конфеты фабрики Абрикосова.

Уступив нахлынувшему аппетиту, Ардашевы, как, впрочем, и остальные попутчики, вскоре незаметно перешли к десерту. Официанты в длинных белых фартуках разливали кофе со сливками и подавали чай с лимоном.

Ожидая, пока Вероника Альбертовна расправится со вторым эклером, Клим Пантелеевич рассматривал в большое венское окно слоняющихся по перрону людей.

– Посмотри-ка, дорогая, а вон и доктор Нижегородцев с женой. И судя по всему, они собираются сесть как раз на наш поезд. Уж не на воды ли они собрались?

– Хорошо бы… Ангелина Тихоновна могла бы составить мне неплохую компанию. Мы бы нашли, чем заняться…

– Не сомневаюсь, что это будет пристальное лорнирование скучающей курортной публики, с подсчитыванием замеченных вами бесчисленных адюльтеров.

– А ты разве против?

– Да нет, просто кроме этого увлечения имеется масса не менее интересных занятий, например, чтение.

– Не беспокойся, у меня всегда под рукой «Графиня де Монсоро».

– Насколько я помню, ты уже брала в прошлый круиз эту книгу.

– А разве там было до чтения?

– Ах да! Я запамятовал, ты же проводила собственное расследование!

– Попрошу не язвить, – слегка обиделась супруга.

Адвокат примирительно поднял руки.

– Ну-ну, не злись. – Он вытащил из жилетного кармашка золотую луковицу «Мозера» и щелкнул крышкой. – Поезд отходит через несколько минут, и у нас еще есть время купить свежую газету. Знаешь, за эту неделю я чертовски соскучился по тихой ставропольской жизни. Все-таки в больших городах слишком много ненужной суеты.

В ответ Вероника Альбертовна лишь горько вздохнула, снова предавшись дорогим сердцу воспоминаниям о былом столичном блаженстве. И уже в который раз она мысленно упрекала себя: «И зачем я тогда поддалась на его увещевания и согласилась поселиться в этом захолустном Ставрополе? Разве не мог он заниматься адвокатской практикой в Петербурге? Беспорядки к тому времени уже закончились, и город снова вернулся к нормальной жизни. А что здесь? Тоска, грязь да облезлые ставни на окнах. Словом, мещанско-купеческая патриархальщина. Одно благо – Минеральные Воды близко и до Черноморского побережья рукой подать. Вот и все плюсы».

Оплатив счет, Ардашевы направились к киоску. Клим Пантелеевич купил газету, и они вышли на перрон. Нижегородцевы тоже заметили знакомую пару и неподдельно обрадовались нежданной встрече.

– Позвольте вас приветствовать, – широко и по-доброму улыбнулся врач. – Я слышал, что вы отправились в Москву. А теперь, по всем вероятиям, ожидаете ставропольский поезд?

– Нет, Николай Петрович. Наш маршрут лежит прямиком в Кисловодск. Впереди почти два месяца безмятежного отдыха: пешие прогулки по окрестностям, чудодейственная сила целебного нарзана, кисломолочная диета и чистый горный воздух. Словом, будем жуировать и чувствовать себя настоящими бездельниками.

– Замечательно! Стало быть, нам по пути. Правда, сначала мы решили провести некоторое время в Ессентуках, а лишь потом отдохнуть на Кислых Водах. А позвольте узнать, от каких недугов вы собираетесь избавиться? – доктор уставился на адвоката оловянным взглядом.

– Ну, – Ардашев замялся, – больные кости хотелось бы размять, а то нет-нет да закрутит ноги перед дождем…

– Он особенно жалуется на правую, – уточнила Вероника Альбертовна и запросто добавила: – А я мечтаю сесть на диету и хотя бы приблизиться к тем изящным формам, которые сохранила ваша прелестная Ангелина Тихоновна.

– Ну что вы, Вероника Альбертовна, – не осталась в долгу миловидная шатенка. – Мне еще далеко до идеала. А вы, я должна заметить, прекрасно выглядите! – Тридцатипятилетняя докторша бросила завистливый взгляд на модную шляпку жены присяжного поверенного, и это не укрылось от внимания последней.

– Так вам, батенька, сам бог велел отправиться с нами в Ессентуки. – Нижегородцев поднял вверх указательный палец и с видом гимназического учителя принялся объяснять: – Различные виды ревматизмов, а также поражение суставов бленорройного характера при одновременном применении грязевых ванн, припарок и ессентукских источников лечатся с весьма большим успехом. Нередко туда приезжают на костылях, а возвращаются домой на своих двоих! А как способствует местная вода потере лишнего веса! Известны случаи, когда всего лишь за несколько недель больные теряли более пуда! При этом нужно заметить, что наши воды, в противоположность Карлсбадским и особенно Мариенбадским источникам, не обладают раздражающим действием на кишечник и потому не производят послабления. Кроме того, избавление от ожирения и ревматизмов в Ессентуках совершается без уменьшения сил больного, поскольку под влиянием целебных солей происходит сгорание излишнего жира и сама жизнедеятельность организма резко повышается. Бледные малокровные барышни, приезжая в Ессентуки…

– По-моему, дорогой, ты увлекся, – вмешалась Ангелина и смерила мужа выразительным взглядом.

– Да-да, простите, заболтался, – врач извинительно взмахнул руками. – Итак, какое же решение вы примите? – поправив на переносице очки, он выжидательно посмотрел на Ардашева.

– Но в Ессентуках мы не заказывали гостиницу, – осторожно заметила Вероника Альбертовна.

– Об этом не извольте беспокоиться. Есть у меня один старинный приятель – заведующий смирительным отделением Хлудовской больницы, мой давний друг – Куприян Савельевич Стильванский. Его жена – родственница самого Трощинского…

– Директора Вод?

– Именно.

– Ему не составит труда помочь нам. Да разве кто посмеет отказать столь известному российскому адвокату?

– Вы, право, Николай Петрович, преувеличиваете мои заслуги.

– Нет уж, дорогой мой. О ваших расследованиях даже парижская «Фигаро» писала. Если я не ошибаюсь, это касалось убийства французских ювелиров, отца и сына… простите, запамятовал…

– Де Лавинь, – подсказал Клим Пантелеевич.

– Да-да.

– Что ж, мы не можем не прислушаться к вашему совету. А какое у вас купе?

– Двенадцатое, – ответил доктор.

– Мы едем во втором классе, – вмешалась Ангелина Тихоновна. – Отсюда до Ессентуков рукой подать, и мы не стали выбрасывать деньги на ветер, – с заметной долей ущемленного самолюбия пояснила она.

– Верное решение! – проявила женскую солидарность жена присяжного поверенного. – Будь я на вашем месте – поступила бы точно так же.

Разговор прервал двойной удар станционного колокола, возвещавшего, что до отправления кавказского скорого осталось ровно две минуты.

– Прошу занимать места, господа, – вежливо напомнил проводник.

Перрон почти опустел. Длинной трелью залился свисток обер-кондуктора, и машинист, будто играющий на кимвалах оркестрант, выпустил шумное облако пара. В тон ему задвигались колеса – сначала медленно и неуверенно, потом – все быстрей и быстрей. Длинная вереница вагонов постепенно превратилась в уходящую темную точку. А над ней продолговатой кляксой повис сизый угольный дым.

Клим Пантелеевич раскрыл купленный на станции свежий «Кавказский край» за 7 июня 1911 года и пробежал глазами по строчкам.



Читать бесплатно другие книги:

Такой книги еще не было! Это – самое фундаментальное, информативное и подробное исследование боевого пути 1-й Гвардейско...
Все самые интересные факты истории мы знаем через сплетни. Раньше иностранным послам даже вменялось в обязанность скрупу...
Роман Ника Ремени «Святые и грешники» рассказывает о событиях, которые произошли в Советском Союзе во время громкой камп...
Демобилизованный военный пилот Александр Волковой находит работу в фирме, которая занимается контрабандными перевозками ...
Знаменитый гастроэнтеролог Робин Чаткан в своей новой книге описывает удивительный внутренний мир человека....
Хотите заниматься спортом, быть здоровым, иметь красивое тело? Это обновленное дополненное издание международного бестсе...