Книга об истине и силе Лао-цзы

Присылаемые тебе из внешнего мира знаки внимания, похвалы или порицания, вызывающие переживание ощущения позора или, наоборот, почестей, в одинаковой степени указывают на то, что мир к тебе относится не ровно. Движение вниз и движение вверх – это указание на изменение узора обстоятельств, потому нужно ждать, что потребуются какие-то новые ответы миру, то есть он будет тебе ставить новые вопросы. Вот потому такого рода переживания стоит рассматривать лишь как предупреждения об изменениях мира.

Ценность большой беды точно такая же, как у твоего тела, потому что тело-то как раз и является источником всех бед для тебя, и если ты ценишь свое тело, а именно так ты к нему и относишься, то уж будь добр, цени и большие беды, выпадающие на твою долю.

Так почему же в переживании и почестей и позора следует видеть большую опасность?

Выражение почестей, любви к тебе – это все побуждения, толкающие тебя вверх, а унижение, порицание, позор, двигают тебя вниз. Потому неважно, пришло оно или, наоборот, у тебя его отняли, все равно тревога неизбежно возникает. Ведь тревога – одно из наиболее часто появляющихся в твоем сердце переживаний.

То же самое имеет отношение и к твоему телу. Все беды и неприятности – это лишь ощущения и переживания твоего тела. Если ты перестаешь обладать телом, откуда взяться переживаниям в твоем мире?

Так что любые управленческие усилия и действия в этом мире – это переживание собственного тела, потому что тем самым придаешь его шевелениям огромное значение. И только когда мир для тебя становится таким же значимым, то есть совершенно равнозначным переживанию собственного тела, тогда тебе можно доверить владение этим миром, то есть управление происходящими в нем событиями и движениями.

Управленческое действие должно стать проведением потока любви твоего тела без разделения мира на себя и другого, на поглощение этого мира потоком любви такой же силы и качества, каков он в своем собственном теле по отношению к самому себе.

Перевод

Переживание как почестей, так и позора нужно рассматривать лишь как предупреждение об опасности.

Ценность тела заключается в том, что оно является источником большой беды для его владельца.

Почему в переживании и почестей и позора нужно лишь видеть предупреждение об опасности?

Переживание почестей – это ощущение движения вверх.

Переживание позора – это ощущение движения вниз.

Так что и возникновение этих ощущений вызывает переживание тревоги, и утрата этих ощущений вызывает тревогу.

Именно это и определяет необходимость отношения к почестям и позору как к предупреждению об опасности.

Как понимать высказывание, что ценность тела лишь в том, что оно является предупреждением о большой беде?

То, что ты действуешь через свое тело, обязательно создаст тебе большую беду. И если бы не было у тебя тела, могла ли с тобою случиться какая-нибудь беда?

Отсюда понятно, что, только придавая огромное значение собственному телу, можешь осуществлять действия по управлению этим миром. И в этом случае существуют основания, позволяющие доверить тебе власть над этим миром.

Только когда любовь к своему телу проводится вовне, как действие по управлению миром, тогда можно поручить тебе управление миром.

Размышления на тему

Вообще, любые приходящие из мира знаки, вызывающие переживания, обязательно толкуются лишь одной из частей твоей личности как вестники твоего будущего подъема или соответственно унижения. И именно так, в общении с миром, которое выражается в обращенных к тебе предложениях рассмотреть дальнейшие направления твоих странствий во времени, оцениваются тобой все эти шевеления в виде восхвалений, выражений тебе пристрастной расположенности, или, наоборот, вопиющего неуважения, передачу тебе чувства стыда и позора (знак не важен). Все это лишь знаки. Сами по себе отношения не являются событиями или действиями. Эти движения силы, уловленные обозначениями в знаках, лишь сообщают нечто возможное, и если ты правильно их видишь, то, вглядевшись внимательнее в свое переживание, не отделяя его от внешнего движения, ты поймешь, во что это может превратиться в следующем круге обстоятельств. Так что не обольщайся и не огорчайся.

Мерилом всех ценностей является этот сгусток переживаний или, проще говоря, кожаный мешок, который для удобства ты именуешь кратким и емким сочетанием слогов «тело». Ты просто трясешься над своими переживаниями, пускаешь слюни, бережешь сладкие кусочки на потом, и тем самым потихонечку тянешь за ниточки, сложно переплетенные, подергиваешь за их кончики, запутываешь и без того непростые связи. Увлекаешься этой игрой (определим ее хотя бы как «Ценности и Тело», или «Ценности тела», или «тело ценностей» – неважно, понятно, о чем речь). Тасуешь колоду, гоняешь под наперстками ветер своих взглядов, пытаясь из пустоты воплотить шарик в этой уютной тьме под колпачком своего неведения. А шарика там нет. Как, возможно, нет и самого тела. И действительно, откуда ему, телу, взяться? Ты когда говоришь «тело», имеешь виду комочек «переживаний надежды, радости и боли». И самая большая беда для тебя – это потеря всех ценностей, прародителя и носителя всех ценностей для тебя – твоего тела. Именно это тревожное ожидание беды и следует ценить как свое тело, а не саму текучую и летучую сущность, которая притворяется вечностью вещественной осязаемости и видимости мясного образа. Не верь очевидному, не щипай ничего, чтобы удостовериться. Не нужно себя щипать. Нет ни щипка, ни щипающего. Что уж говорить об объекте твоего щипка. Хочешь вызвать переживания боли? Болей своей болью. Только игра, смена, подмена, обман, изменения, перемены, перемены изменений, как перемены блюд, как перемены в школе, школа подмен – все остальное по списку. Просто и надежно. Никаких обещаний. Только набор скудно повторяющихся фрустраций, то есть разочарований.

ВОТ ТАКАЯ ЧЕРЕДА ощущений, постоянно бегущая волнами ожиданий прошлого и сожалений о будущем. Почему я меняю местами смысловые единицы? Только для того, чтобы изменить направление расположения центра своей личности в потоке времени. Сожаления о прошлом – это жалость, это попытка удержать, с влажной такой хваткой потеющих рук, истекающих слез и прочих слизей разного уровня густоты и жидкости. У жидкости любой всегда есть уровень. Нужно понимать, что уровень жидкости или плотности определяет меру и качество переживаемого тобой переживания. По сути, ты же постоянно пытаешься опосредованно влиять на порядок прихода или возникновения изнутри тех или иных переживаний. То есть, обретая переживание, ты или стараешься его удержать, или, наоборот, пытаешься выгнать это ненавистное и болезненное ощущение из области, родной и личной для тебя, густо покрытой полем твоего внимания, в некоторых местах сгущенного до действительной осязаемости рук, ног и прочей ливерной неразберихи, живущей тобой.

«Так что, дорогой мой, – обращаюсь я к самому себе, – тебя ждут большие неприятности, и избежать их не удастся, не удастся откупиться ничем, разве что заранее и мучительно отказаться от своего тела. Только и сам отказ оформляется в этом теле как отказ тела, а следовательно, отказ тела от тела только усиливает целостность и мощь этого тела.

И все твои действия – это действия тела, которое любит себя, наслаждается собой, страдает собой, соотносится с собой, живет в себе. Напрягая и расслабляя ткани своих образных переживаний, определяя их понятиями, создавая смысловые связки, забрасываешь все это, как пращой, языком своим в иные поля сознания, которые точно так же из единого поля порождаются теми, кто считает себя отдельными личностями. А только такие и есть, только такие и существуют. Только когда ты отдаешься своим телом в большей размерности потоки – семьи, рода, народа, страны, человечества – и начинаешь действовать движениями переживаний этого уровня, тогда любовь твоего тела в себе самом становится любовью твоего мира в себе самом, и ты осуществляешь все так называемые внешние действия посредством этого живого и мощного переживания целостной любви всего сущего. Ибо именно этот поток животворящего божественного света и проявляет из вечной тьмы небытия плавные и упругие линии действительного волшебства творения мира.

И избежать беды мучительной тебе удастся не путем отказа от своего тела, а только расширением своего тела до бесконечности всего сущего и несущего мира. Когда прячешь себя во всем мире, тебя можно украсть только вместе с этим миром.

Так разве можно не ценить беду своего тела? Ведь только это усилие по отделению от оцененной ценности позволяет тебе осуществлять управление миром, и только в этом случае мир свободно доверяется твоей воле, отдает себя в твою власть, то есть только так ты можешь стать действительным правителем этого мира.

Тело твое становится проводником и течет по проводнику, по руслу реки любви, то есть действия придания безусловной ценности всему сущему, действия выявления и осознания осязаемого присутствия живого творца, Бога, прародителя всего сущего во всем, так же как и в себе самом. Более того, здесь исчезает граница, различие себя и другого, и ты просто вообще перестаешь различать, так как в таком виде, в состоянии совершенной мудрости, больше нет и не может быть обыденного, сличающего и различающего, меряющего, соизмеряющего и примеряющего все на себя ума».

Глава 14

Видеть невидимое

Об управлении состояниями, делами и обстоятельствами

Имена в мире твоего сознания даются вещам ощутимым или через уподобление ощутимым вещам. Здесь же речь идет о том, что направляемый обычными усилиями взгляд шарит по поверхностям предметов и очертаниям их в мире предметных отношений. Так же построен и ум. Если ты делаешь очень простое усилие видеть то, что находится между проявленными во взгляде очертаниями и пятнами разного цвета и интенсивности, тогда начинают в поле зрения возникать явления, которые до того пережить тебе не получится. Вот то, что появляется на границе полей зрения явленного и неявленного можно определить именем, например «рассеянное» или «размытое».

Если средоточие твоего внимание переходит в область слуха, тебе тут же стоит начинать делать усилие, чтобы слушать то, что звучит между звуками. Вот это явление на границе состояния и ощутимого явления определяется именем, например «разряженное», «тонко звучащее».

Следующее усилие направляется на то, чтобы уловить, схватить и удержать то, что не улавливается обычным усилием. Вот именно в этой области возникает явление, которое можно определить именем «тончайшее», «мельчайшее» или «неуловимое».

Пережить эти явления невозможно, попадая в те области обычным усилием рассуждающего ума, то есть не получится поставить вопросы и по лесенке последовательных ответов выбраться на желанный берег предощущаемых переживаний. А потому и невозможно определить эти состояния-явления.

Будучи изначально за пределами восприятия, они находятся в области неразделенного внутреннего пространства переживания мира, где все они пребывают в единстве.

Оно не дает возможности видеть себя сверху, потому что там нет светимости, однако и под ним нет тьмы, то есть оно располагается в пространстве, у которого свойства, не поддающиеся описанию обычным человеческим языком, составленным посредством соотнесения разных областей и особенностей ощутимого восприятия.

Оно представляет собой постоянно присутствующее в нитях ощущений важное движение, это и есть движение непрекращающейся и необрывающейся нити. Эта нить сшивает пространства твоего восприятия в единое целое. И ее невозможно определить точным именем по той же самой причине особенностей устройства обыденного языка.

Через сообщение с этой областью, делая усилия, предложенные в трех первых высказываниях главы, ты можешь обернуться и возвратиться в состояние отсутствия предметов сознания. Оно определяется как облик отсутствия облика или образ отсутствия предмета.

ПОТОМУ ГОВОРИТЬ об этом можно, только описывая его, как мерцание и мелькание, то есть такие световые явления отражают облик состояния, о котором идет речь.

Когда сталкиваешься с этим явлением, должен понимать, что у него есть особенности отражения твоих усилий, направленных на его постижение. И если ты устремляешься своим вниманием ему навстречу, не сможешь обнаружить, где его начала, где его направляющая голова. Ибо нет у него никакого начала.

Тебе может показаться, что это состояние уходит, то есть отвернулось от тебя, и ты пытаешься следовать за ним. Но и сзади ты тоже ничего не можешь увидеть лишь потому, что взаимодействуешь с этим с обыденной пространственной точки зрения, где его просто не может быть.

Ты должен внутри себя удерживать состояние начала времен, устремляя и отодвигая свое восприятие на точку зрения, которая располагается в древности как состояние, и только оттуда, только так есть возможность управлять тем, что происходит сейчас.

То есть возможно (и в настоящее время так отстроено целеполагание) управлять будущим, что-то делая в настоящем. Здесь же говорится, что управлять нужно настоящим, постоянно уходя в удержание древности.

Необходимо уметь распознавать начало древности как состояния, только тогда у тебя появляется связь с Путем как единым и непротиворечивым законом, который проявляется во всем, проходит через все.

Перевод

Когда всматриваешься, не улавливая зрением, возникает состояние, которому подходит имя «Рассеянное».

Когда слушаешь, но не улавливаешь слухом, возникает состояние, которому подходит имя «Разреженное».

Когда, стараясь ухватить, не удерживаешь, возникает состояние, которому подходит имя «Тончайшее».

Эти три состояния нельзя описать через определения, ставя вопросы.

Они смешаны в мире и представляют собой единую неделимую сущность. При движении вверх оно не испускает света. При движении вниз оно не затмевает. Оно подобно состоянию постоянно ускользающей нити. Нельзя определить его именем.

Оно постоянно возвращается в состояние отсутствия воспринимаемых вещей.

Оно определяется как облик отсутствия облика или образ отсутствия предмета.

Можно говорить о нем как о трепете и мерцании.

Устремись к нему навстречу, а ничего не будет пред тобой.

Попробуй преследовать его, а нет у него и спины.

Настоящим можно управлять, лишь сосредотачивая свое внимание на Пути древности.

Нужно уметь распознавать точку начала древности. Именно оттуда можно нащупать состояние, которое определяется как «Путеводная нить».

Размышления на тему

Очень важно в нашей человеческой жизни научиться видеть невидимое. Ведь это невидимое находится не где-то далеко-далеко, за горами, за небесами, за семью печатями. Если и есть эти печати, скрывающие и прячущие двери в пространство тайны, пространство чуда, то они находятся прямо внутри твоего поля зрения, пространства твоих всевидящих глаз. Глаза, конечно, у тебя всевидящие, только это все очерчено границами твоего мирка, трясинами, болотцами мелких пристрастий, заборчиками твоих привычек, ловушками надоевших закольцовок, ведущих тебя по кругам обстоятельств туда, где ты находишься сейчас.

Ну и как же можно выбраться из такого уютного, такого пропахшего кислятиной обыденного пространства до того надоевших тревог, что потроха твои внутри трескаются и лопаются, выбрасывая наружу зловоние, ибо не справляются с этими движениями. Да и у кого на это сил хватит. А ты, привязанный этими движениями к своей дорожке, ходишь не просто по ней, а только вместе с ней и ходишь. И видишь только эту дорожку. Она неотделима от твоей ноги, от твоего закоснелого взгляда. Ты и не отличаешь одно от другого. Ибо дорожка твоя – это твой способ ходить по миру. Она обозначена в мире привычным сочетанием и порядком цветов, от белого к черному, потом к красному, давай сюда синий, а дальше зеленый. И так в этой пляске прилетаешь неизбежно к планке, о которую со всей дури бьешься своим мирком, сосредоточенным в голове, на кончиках лучей твоего зрения, и воешь от боли, пробуешь научиться ее терпеть, справляться с ней, изучаешь иностранные слова про стрессы, нагрузки, экзистенцию, философию, неврастению, психотерапию и объясняешь все недостатком (или на крайний случай избытком, все равно) денег и ценностей.

А ведь, скажем так, какое зрение, такие и ценности. Какую дорогу выберут твои ноги, по ней ты и пойдешь. Ибо Путь в тысячу верст начинается значительно раньше. Это ко времени и пространству отношения вообще не имеет. Путь, он имеет отношение только к сознанию. А сознание имеет отношение ко всему. Сознание – это светящееся пространство, которое и является тобой в меру твоей осознанности в пространстве сознания. Важно понимать, сколько и чего ты знаешь в этом пространстве, что ты умеешь в нем делать и какие способы работы с этим пространством тебе доступны.

Так вот, чтобы увидеть пространство сознания, нужно постараться убрать свое зрение, всю его силу, которой тебе не хватает постоянно, ибо все время чего-то пропускаешь в своих поисках, не замечаешь. Зато видишь столько всего не только не нужного, но и даже совершенно по всем признакам вредного, что очень скоро подтверждается, ибо и зрение у тебя ухудшается, и нрав твой становится несносным. Не многие люди с возрастом становятся осознаннее и добрее. А именно это и нужно. Зачем иначе этот возраст нужен?

Так что убирай зрение со всего видимого до тех пор, пока не окажешься в прямом соприкосновении с тем, что невидимо. И на это всегда есть время, потому что нужно просто по-другому видеть, чтобы зреть невидимое. Будем пробовать, будем стараться.

ВОТ ЭТО НЕВИДИМОЕ, оно-то и рассеяно повсюду, только на его фоне все остальное видимо. Можно его назначить полем своего зрения, все равно, неважно, как оно называется, не забывай просто делать усилие с помощью зрения, чтобы пребывать в пространстве невидимого, ибо именно только в это пространство проникают все чудесные явления. Там, кстати, большая часть этих чудес и остается навсегда. Как же их оттуда достать? А по сути никак. А и не нужны они здесь, в этом мире. Этот мир хорош таким, какой он есть. Но его нужно постепенно и последовательно слить, то есть перетащить в невидимое пространство чуда.

«Как это сделать?» – снова спросите вы.

Все очень просто. Послушайте меня, прислушайтесь. Что вы слышите? Голоса и звуки? Шумы и грохоты, свисты и шуршания. А слышите вы, как шуршат ваши мысли, как поскрипывают помыслы, как звучит намерение добрых дел, как оно все стонет, трещит, пищит, визжит, басит и разваливается на кусочки в едином пространстве слуха?

Вы слышите?

Бегите, бегите, друг мой, из пространства звучащего слуха. Это звучащее пространство неизбежно подсовывает тебе объяснения и толкования происходящего. Он заставляет тебя толковать все, что проявляется со звуком в твоей божественной тишине. Где она, эта божественная тишина? Какая дорога приводит туда, как нам туда попасть? Как нам туда попасть? Как нам туда попасть?..

Это все звучащее пространство значимых единиц сознания. А нужно разобрать это пространство, нужно разобрать его устройство на мельчайшие частицы, растащить по всем углам необитаемой Вселенной и не позволить птицами волшебного мира собирать зернышки этого тела, ибо всегда стремятся зерна и крохи вернуться к целостности. И сколько ты ни разбираешь звучащие значения будущего, все никак не можешь оказаться в глубокой тишине прошлого. Тебе не надо в будущее. Вернись к началу, вернись к тишине высочайшей древности. Заберись и шагни. Лети, у тебя есть крылья. Они звучат тишиной, твои крылья. Они наливаются тишиной звучащего образного пространства разряженной и разреженной прозрачности всего сущего, всего космоса, легкого, звонкого и косматого в своей невидимой бесконечной доброте.

ИМЯ ЭТОГО безмолвного пространства, куда ты попадаешь по тропам между звуками, как между деревьями, имя его «Разреженность».

Старайся взять хваткой нежнейшей то, что никак не улавливается силой пальцев, внешних и внутренних. Ухватывай внутренней хваткой, делай это усилие, неуловимые частицы во всех потоках, создающих русло жизни твоей в мире. Вот эти тончайшие волокна и будут тончайшими, неуловимыми составляющими жизни, и именно из них ткется ткань, всегда ткется ткань времени, ткань сознания. Потому это действие называется «уловлением мельчайшего и тончайшего». Вот бы ухватить такую ниточку, все что угодно можно соткать из таких движений.

Нет никакого смысла искать объяснения и основания этим действиям в речах обыденного языка. Нет там возможности задать об этом вопросы, потому что понятий подходящих нет, потому что нет связей между обычными понятиями, которые можно было бы использовать, чтобы добраться до места, назначенного тебе твоими целями. Цели твои – это постижение непостижимого. Ибо все постижимое уже постигнуто.

Из этих трех состояний и складывается целостное единство Воды, Огня и Воздуха. Именно они смешаны в единое пространство, пронизывающее все сущее в этом мире. И нет в нем ни света, ни тьмы, нет ни верха, ни низа. Оно не возникает как следствие привычных усилий души, словно гончая, идущая по следу утраченного блаженства. Она не настигнет добычу. Ибо как только бросаешься к нему навстречу, оно исчезает и теряется, растворяется облик его. Исчезающие нити, если касаешься их не так, как подобает. Не так коснулся, не нежно, не тонко, не мягко, не сильно. И все, нет и не было этих нитей. И никто кроме тебя их и не видел и не подтвердит, что были они. И одиночка, идущий по дорогам мира, полагаешься только на себя в своих глубинных поисках чудесной птицы, птицы чуда, просто чуда как способа переживания мира. Нет имени у нитей, ведущих к этим нитям.

ЧЕРЕЗ ЭТО УСИЛИЕ превращаешься, изменяешься, переходишь в состояние отсутствия предметов в твоем мире. Сначала остаются только отношения, потом отношения между отношениями, потом и эти предметы восприятия тоже исчезают. Что же появляется в восприятии, которое живет восприятием самого себя? Ничто. Это облик отсутствия облика, когда сняты все маски и оболочки, сорваны все покровы до самой основы, и убрана сама основа любого покрова, только голая ткань голого платья отсутствия облика. Больше ничего. Что ты можешь увидеть? Представь себе образ отсутствия, вырази невидимым зрением, никак не проявленным образом, невыросшим листом, невыпавшим дождем, неощутимым движением ветра – любым отсутствием образа вырази отсутствие предмета. Тогда ты окажешься там, где надо.

Как определить это состояние? Трепет влажный и трепет сухой, убежавшая улыбка, прозрачность чистейшей слезы, мягкость навсегда забытого воспоминания о красоте трепетного мгновения вечности. Что-то об этом.

Мерцающая бездна бесконечной тьмы, мерцающая бездна свечения дна твоего зрения, трепыхание сердца, горение крови, шевеление души прозрение духа. Мерцание и трепет, трепет и мерцание, мерцающий трепет твоего мерцания. Сумерки Бога, рассвет духа, полет, свежее отдаление от смыслов любого рода.

Бросаешься к нему, и с первым твоим движением исчезает прямо в этом движении. Останавливаешься – опять появляется. Кажется, что удаляется, бросаешься за ним, а его уже опять больше нет. Уходит в небытие. И стоишь обескураженный и взволнованный, безнадежно зачарованный простой возможностью чуда движения невидящего глаза, неслышащего уха, неосязаемого касания.

Уходи, уходи, погружайся в тугую струю времени, плыви в глубину этого потока, к истоку самой высокой древности. Найди способ остаться там, в вечности, и только тогда обретет наличие то, чем ты столь безуспешно стремишься управлять в краткие вспышки проживаемых тобой бесконечное количество раз жизней трепетных.

Вернись в древность, и появится настоящее.

Где же слепящая тьмой и безумной прозрачностью отсутствия времени и пространства точка – точка наивысшего натяжения древности? Это есть начало и конец нити, через соприкосновение с которой единственно и может появиться Путь.

А иначе никуда не придешь, потому что никуда и не выйдешь.

Так что вглядывайся в отсутствие, вслушивайся в отсутствие, лови его неуловимость.

Глава 15

Совершенствовать дух

Об управлении состояниями, делами и обстоятельствами

Здесь говорится о состоянии духа, в котором должен пребывать человек, который идет по Пути древности. Если ты находишься на Пути древности, то пребываешь в соответствующем состоянии духа. И древность – это понятие, которое обозначает состояние времени, и находится это состояние на границе с состояниями духа. Это тончайшее движение, прослойка, невидимая граница.

Это состояние, отделяющее внешнее от внутреннего, когда там древность смыкается с настоящим. И там ты пребываешь в способности улавливания тончайшего, мельчайшего, темного и проницаемого.

Глубина этого способа переживания настолько велика, что туда невозможно проникнуть обычными способами познания. Ибо обычные способы познания просто не могут ни на что опереться в этих переживаниях. Но для того чтобы выразить, хотя бы приблизиться к правильному видению состояний этих воинов знания, применим способ уподобления силой, то есть приложить нарочные усилия, чтобы уподобить эти состояния духа некоторым явлениям и движениям в отношениях человека с природным миром и миром обстоятельств.

Способ уподобления при правильном подключении к этому каналу должен дать почувствовать, как это переживается и ощущается на самом деле. Истинная мудрость – это состояние бессмертия, и связующая нить Пути соединяет точку самой глубокой древности с концом всех вообразимых времен.

Потому необходимо делать усилие уподобления, чтобы в эти подобия вместить ощутимые смыслы переживаемых состояний.

Бдительность, осторожность, трезвость, ясность, внимательность – это первые качества, которые необходимы, когда шагаешь по Пути и ходьба твоя связана со всевозможными опасностями. Тебе следует развивать качество бдительности такого рода, чтобы ты был всегда в состоянии перехода по тонкому льду через бурную реку. Неверный шаг – и тебя нет. И ведь это правда. Так оно и устроено. Потому следует на все свои движения накладывать образ жизни своей, образ шагов, поступи и образ глубокой и опасной воды под тонким льдом.

Ты, пребывая все время в отношениях, должен понимать, что все может прийти откуда угодно. Как только ты теряешь свою осторожную внимательность, допуская угрозу от тех, кто рядом с тобой, она обязательно и приходит. То есть нельзя предполагать, что опасность не придет от близких. Потому уподобь всех отдельным странам, и расположенные рядом с тобой пространства сознания предполагают предельную внимательность и осторожность.

Строгость – это требовательность к себе в проявлениях. Ты нигде не рассматриваешь себя как хозяина. Ты всегда и везде гость, не имеющий никаких прав, кроме тех, которые обеспечиваются законами гостеприимства до тех пор, пока ты не ведешь себя в противоречии со своим статусом гостя.

ТЫ РАСТЕКАЕШЬСЯ по пространству этого мира, занимая новые поляны, и делать это нужно так же, как лед от своей строгости, твердости и холодности, принимая в себя тепло и свет, начинает таять и растекаться, следуя рельефу местности, в которой ты находишься. Это действие постепенное и спокойное, оно связано с возможностью притянуть к себе тепло. И именно это усилие позволяет льду таять, а не непосредственное действие по превращению себя в состояние большей текучести из твердости.

Искренность человека мудрого, настоящего воина знания – это способность открыто выражать самые сложные и трудные переживания, описывать их для другого, связывая переживания именно с образами, их породившими, не производить тонких подмен, не называть одно другим, не украшать, не усиливать и не ослаблять нарочито то, что хочешь передать другому. Таков кусок дерева, который еще не подвергся обработке, еще никто не начал на нем вырезать узор, украшая то, что и без украшений хранит свою природную, естественную неотразимую красоту. Эта красота не навязывает себя никому, а лишь открывается, показывая все в произвольном порядке без предпочтений и желаний оказать какое-то влияние, не называя его прямо.

Восприимчивость – это способность обретения нового, заведения его в свои круги и периоды с целью создания ценностей, ибо ты всегда отделяешь ценное от малозначимого и стараешься принять, воспринять то, что несет для тебя ценность и пользу. Потому уподобление долине между гор, которая естественным образом принимает поток с Неба, помещая себя ниже и между двумя возвышениями, одно из которых будет янским, а другое – иньским, позволяет тебе принимать все в тебя приходящее и превращать его в непосредственные ценности, которые таковыми становятся, когда потом долина спускается вниз.

При этом воин духа хранит качество непроницаемости. И его, следовательно, и твоя непрозрачность должна быть подобна мутной воде.

При этом муть, существующую в душе твоей, ты превращаешь в проницаемость и прозрачность, делая усилие по сохранению и поддержанию состояния покоя, ибо только в этом случае в водах души твоей вся взвесь осядет и дух обретет качество прозрачности, необходимое для правильного познания себя в мире.

ОБРЕТАЯ ПОКОЙ, всегда сохраняешь внутри состояние тишины, то есть хранишь молчание, не воспроизводишь звуков, успокаиваешь все шумы. В этом случае поток жизни, живой силы проходит через тебя плавно, плавными становятся его волны, и ты движешься по Пути, не стараясь наполниться, а лишь проводя и в первую очередь уделяя внимание созданию качества плавности потока Пути жизни, по которому и ты движешься не вовне, а впуская его внутрь себя.

Ты никогда не стремишься к заполнению пустоты движениями своего духа, ибо течение потока жизни должно естественным образом двигаться в русле, естественно меняться через твои усилия по сохранению качеств, перечисленных в списке уподоблений, приведенном выше.

То, что приходит в негодность, исчезает из твоего мира, ибо пустоты не заполняются, и, как следствие, ты обретаешь возможность быть всегда новым. Ибо то, что ветшает, не создается в тебе заново, а уступает место новому и свежему, всегда юному и растущему, не увядающему и не стареющему.

Перевод

В древние времена воины, идущие по Пути совершенствования духа, пребывали в состоянии погружения в тайну мельчайшего, тончайшего и невидимого мира, достигая глубин, не постижимых для обычного способа познания.

И так как это нельзя выразить в понятиях обычного знания, то попробуем описать это через уподобления.

Качество бдительности должно быть такое, будто зимой переправляешься через опасный поток.

В построении отношений – будто боишься соседей со всех четырех сторон.

В строгости нужно быть подобным гостю.

Распространяться нужно так, как тает лед.

Искренность должна быть подобна необработанному куску дерева.

Восприимчивость должна быть подобна долине между гор.

Качество непроницаемости подобно мутной воде.

Когда, будучи мутным, способен сохранять неподвижность, тогда через покой постепенно очистишься.

Когда в состоянии внутренней тишины способен плавно переходить к движению, сможешь поддерживать плавное течение жизни.

Поддерживать такое состояние движения по Пути, не стремись к наполнению.

Лишь когда ты не стремишься заполнять пустоты, тогда не создаешь снова то, что приходит в негодность.

Размышления на тему

Воины духа идут по Пути вечности, и все эти единицы называния мира сознания (воин, дух, Путь, вечность) не являются отвлеченными, умозрительными философскими понятиями. Они ощутимы, осязаемы, мощны. Это действия, точные точки, а умение их находить и пребывать в них позволяет тебе создавать состояния, управляющие узорами обстоятельств, а не наоборот, управляться обстоятельствами и безуспешно оберегать свои состояния от постоянства перемен предметных взаимодействий, как это происходит в обыденности человеческой жизни. Воин духа всегда пребывает в точке состояния, называемой древностью, определяемой как древность. И древность – это не линейная единица. Невозможно, отправившись вспять, против потока воспоминаний и представлений внутри себя, по воображаемой шкале исторических событий, личных, родовых, семейных, общечеловеческих, вдруг оказаться в точке древности, в точке начала. Это требует совершенно другого усилия.

Только через усилие работы с состояниями, через постоянное созидание, поддержание, сохранение и обновление узора ткани своего правильного состояния можно пребывать в древности, быть этой древностью, тем самым порождая современность, выдувая из себя мыльный пузырь настоящего, искрящийся на солнце цветами радуги, радующий наше детское воображение, наиболее близкое восприятию древности в воинах духа.

ЭТО СОСТОЯНИЕ является великой и непостижимой тайной для обыденного ума, усилия которого не приводят тебя никуда. Усилия обыденного ума не способны вообще оказывать непосредственное воздействие на состояния, и состояния, в связи с передаваемыми туда переживаниями радости, обольщения, отчаяния, желания, неудовлетворенности гнева, влияют на состояние не больше, чем поток мыслей об изменении погоды, передаваемый через глаза смотрящего на небо. Небо меняется по своим законам, облака, послушные ветрам, и солнце летят по своим правилам, а взор твой, послушный внутренним ветрам, тоже летает по своим законам. Где же возникают ветра, направляющие лучи твоего зрения, тебя, смотрящего в небо? Чаще смотри в небо, чтобы увидеть, как это происходит. Только взгляд в небо, внимательный и спокойный, осторожный и мягкий, позволяет увидеть, что происходит на самом деле с тобой в этом священном действе.

Качество усилия, которое совершает воин духа, пребывающий в состоянии древности, для моего обыденного ума может быть описано только как нечто столь тонкое, что оно может быть названо неощутимым, невоспринимаемым, не видимым в своей глубине, в темной таинственности непостижимой бездны великого чуда этого мира, через которое все проникает, и все им только преобразуется, и больше никак по-другому быть не может.

Но в действительности твоей этого нет именно потому, что ты не находишься в этом состоянии, а когда – если только тебе повезет – вдруг сталкиваешься с подобными вещами, оказывается, что ты ничего в этом понять не можешь.

ЭТО СОСТОЯНИЕ пребывает в непостижимой глубине древности, и тебе просто не хватает запасов внутреннего света, чтобы погрузиться на дно этого мирового океана. К тому же ты привычно скользишь по поверхности, в большинстве случаев даже и не пытаясь нырнуть вглубь, ибо знаешь, предчувствуешь, что в любом случае тебе там придется измениться настолько, по сути расставшись со всем, что у тебя есть, отчего возникает обоснованный страх, ибо это и есть смерть в настоящем значении этого понятия. Ибо смерть указывает тоже только на состояние переживания чего-то, что происходит всегда, что всегда присутствует как часть твоего целого мира, пронизывая все, что есть в твоем мире, позволяющем себя пережить.

Чтобы описать эти состояния, можно сказать лишь о некоторых качествах действия духа, выражаемых в ощутимых и видимых понятиях путем уподобления этим единицам мира. К таким движениям всегда можно вернуться, всегда можно их изучать, и, если сильные уподобления помогают тебе двигаться по Пути древности, нужно каждый миг творить это заклинание. Нужно повторять фразы, чтобы состояние стало пронзительным и четким, окрасив все происходящее в цвет вечно текущего и меняющегося неба этого дня.

В движении тебе в первую очередь необходима бдительность, способность заранее не просто видеть, но всем существом своим предчувствовать изменение качеств ощутимой действительности твоего сознания. Ты должен ощущать свое движение, выраженное ощущением перемещения стоп твоих босых ног по поверхности тонкого, прогибающегося каждый раз при переносе центра тяжести пласта льда, под которым течет бурный поток великой силы Вселенной. Это очень опасный поток, и, если каждый твой шаг не становится шагом всего космоса времени, не наполняется состоянием превращения всего во все, однажды ты теряешь бдительность. Ты перестаешь слышать и различать качество потрескивания льда, перестаешь понимать, что каждый шум связан с изменениями и что каждый треск – это появление новых трещин. Ведь никто не сможет пройти по твоим следам, и ты переправляешься в русло нового себя, на другой берег себя – всегда в одиночку, всегда сам, всегда уповая только на свои способности сохранять качество внимания, которое сродни потоку изменений форм летящего облака на закате.

НЕИЗБЕЖНОСТЬ ПРЕБЫВАНИЯ в человеческих отношениях со всех сторон окружает тебя, и тебе нужно быть в состоянии осторожного внимания ко всем. Ибо отовсюду может прийти угроза, опасность, если ты будешь невнимательным в переживании своего отношения к соседям, к твоим близким и далеким спутникам по этому странствию.

Относиться к себе нужно строго, нужно хранить состояние неприступной, ничего не выражающей строгости, в которой ты везде гость. Ты никогда и нигде не хозяин – должен об этом помнить и пребывать в соответствии раз и навсегда выбранном для себя положении среди этого мира. А гость должен быть строгим, ибо, если ты допускаешь возможность игривости через отсутствие строгости, это обязательно приведет к плохим последствиям, и состояния твои разрушатся, как стеклышки разлетятся, унося отражения всего в разные стороны. Так что потом и собрать себя в целостность свою уже не сумеешь. Что уж говорить о мире вообще.

Лед держит форму, он жесткий и хрупкий, так что и ты, обретя любое качество, пробуешь его закрепить, но постоянно необходимо отпускать натяжение, упругость внутренней колкости, гордость своими качествами. Ты должен быть способным в этом уподобиться тающему льду, который не становится мягче, ибо он сразу превращается в воду, в чистейшую воду, которая растекается во всех направлениях, заполняя долину твоего русла в пространстве души.

Во всем этом без искренности не будет никакого смысла, ибо человек склонен обманывать себя. И если не создать качество искренности, способности выражать себя вовне без прикрас, нарочитости, легко и свободно как в своей ловкости, так и в своей неуклюжести, ты потеряешь путеводную нить, утратишь так необходимое тебе состояние теплой и светлой ясности, в котором, как в облаке, можешь свободно странствовать по потокам времени на ветрах переживаемых состояний из одного мира в другой без препятствий и помех.

ИСКРЕННОСТЬ ТВОЮ уподобим бревну – куску дерева, из которого резец мастера еще не добыл никаких узорчатых форм, чтобы ввести в заблуждение того, кто смотрит на эти украшения. Ведь они скрывают в действительности природу самого дерева, являющегося величайшим произведением настоящего Творца, а не того, кто пытается своими жалкими усилиями уподобиться высшему в своих действиях и движениях.

Только храня искренность, создавая ее в себе, ты обретаешь качество восприимчивости. Ведь искренность неотделима от доверия, доверие – от честности, честность – от веры, вера – от правды, а правда – от чести. Только по правде можно быть честным, и, только доверяя, можно правильно принимать, воспринимать, то есть сначала нужно искренностью раскрыться вовне. Только тогда ты сможешь уподобиться долине между гор, притягивающих своей выпуклостью силу Небес и собирающих в долину влагу, несущую эту силу, так что капля за каплей, струйка за струйкой создается ручеек, поток, ручейки и потоки сливаются. А потом по равнине плавно несет свои волны могучее русло великой реки. Такова важность восприимчивости, и с помощью этих образов можно и нужно сохранять и поддерживать в себе это состояние.

Но ты должен быть в то же время совершенно непроницаемым для внешнего взора, потому в общем поле, где все видимо, где любой может включаться в твою волну, может начать ветром своих пристрастий смущать гладь твоего мистического зеркала. Храни свою непроницаемость, неразделенность, изначальную целостность, подобно потоку мутной воды, в котором невозможно ничего разглядеть и заметить, сквозь который не видно дна. В него страшно войти, ибо не знаешь, где тебя подстерегает в непроницаемом потоке опасность.

СОЗДАВ В СЕБЕ эту непроницаемую под светом любого пристального в тебя вглядывания муть, ты сохраняешь постоянство незыблемого покоя, обязательно достигнешь состояния чистоты. Ибо покой – это величайшая сила Вселенной, которая заставляет осесть любую муть, а вода изначально чиста по своей природе, так же как чисты изначально состояния твоего сознания. Просто они замутнены тревогами и беспокойством, обольщениями и пристрастиями, корыстью и жадностью, умничаньем и враньем. Но покой позволит всему этому осесть и стать частью крепкого русла и берегов безбрежного потока вселенского сознания, часть которого пришлась на твою незамысловатую долю в этот раз.

Пребывая в хрустальном шаре внутреннего молчания, в прозрачности кристаллической решетки, ты хранишь молчание, ибо нет ничего тверже и крепче, чем внутреннее молчание. Оно способно победить любые образы, любые движения этого мира, и в таком состоянии ты всегда принимаешь ручейки и струйки внешних движений в долины своего восприятия, как плавные упругие потоки, проходящие через тебя только в вечность и делающие тебя частью ее такой же вечной и от всего вселенского сущего неотделимой. Только из внутренней тишины ты можешь плавно превращать покой в движение, позволяя движению случиться в области твоего управления, в разных плотностях твоего внимания. Так будет строиться твоя жизнь, так будет проходить каждое ее движение через всю проницаемость непрозрачности молчащего и поющего твоего бревна целостной искренности таящего льда в долинах великих гор в окружении со всех сторон соседями, в резком броске застывшей волны, этой ледяной корки вселенского потока.

Только так нужно двигаться по Пути, и все эти усилия ведут тебя к постоянному опустошению, ибо только пустой сосуд способен принять в себя новые смыслы, способен принять их по-новому. Именно так ты приходишь туда, где пустоты перестают заполняться, и ставшее ветхим в твоем мире исчезает тленом и прахом, не возвращаясь обратно в подновленное, а не обновленное переживание жизни. То, что ветшает и не становится новым, способно жить вечно.

Глава 16

Бесконечно длить

Об управлении состояниями, делами и обстоятельствами

Следует направить свое внимание на переживание ощущения пустоты, в этом усилии нужно дойти до предела и постоянно направлять свое основное усилие именно на достижение предельного переживания пустоты во всем.

Это делается посредством, одновременно являясь и следствием первого усилия, постоянного, искреннего и усердного стремления по сохранению состояния покоя.

То есть покой и пустота связаны в сознании в единое целое, являясь двумя сторонами одного и того же переживания, у которого в обычном человеческом языке не может быть однозначного, точного и недвусмысленного обозначения.

Все огромное количество предметов твоего сознания, появляющихся и исчезающих в поле восприятия, живут и действуют в одном времени, то есть одновременно. То есть то, что есть, оно есть именно сейчас, а разнос всего этого во времени – это уже искусственное усилие разума, который так поступает для удобства с какими-то чисто техническими целями. То есть ощущение и переживание разновременности происходящего – это лишь игра воображения. Больше ничего.

И основная цель существования воспринимающей происходящее личности состоит в том, чтобы видеть, как все сущности этого мира движутся по единой дороге, сходясь в единой точке, то есть они постоянно возвращаются к своему истоку, откуда выходят прямо в твоем сознании.

В общем поле движения предметов кажутся беспорядочно суетливыми, каждое движение каждой сущности имеет свои истоки и корни, в которые возвращается опять и опять, чтобы снова пройти путь своей судьбы, появиться в новом обличии и виде и снова вернуться к корням.

Именно это направление движения любого предмета, ведущее к корню его появления, и определяется как состояние покоя. То есть, направляя внимание таким образом, ты создаешь состояние покоя, а идя против этого потока, неизбежно вызываешь беспокойство, связанное с появлением образа данного предмета в поле твоего сознания.

Осознание состояния наличия судьбы, предопределения в этом мире приходит только тогда, когда ты совершаешь действия, направленные на удержание покоя, и потому сохранение и поддержание состояние покоя называется возвращением к судьбе.

Только сохраняя осознание того, что все есть лишь возвращение к судьбе и нет никаких других целей в этой жизни, начинаешь видеть и чувствовать во всем постоянство, то есть понимаешь, что все управляется постоянным законом.

И только придя к постоянству осознания постоянства, ты по-настоящему начинаешь видеть сокровенное устройство всего, то есть обретаешь просветление, достигаешь наличия совершенной ясности видения.

КОГДА НЕ ОСОЗНАЕШЬ наличие постоянного закона, управляющего движениями всех сущностей этого мира, пребываешь в суете бестолковых усилий, не ведущих тебя никуда и не улучшающих твое состояние, то есть не увеличивающих ясность твоего сознания и осознания себя в этом скопище предметов мира. Такие действия приносят тебе обязательные неудачи, и счастливым этот способ стать не позволяет в ста случаях из ста.

Осознание постоянства делает тебя восприимчивым, то есть ты способен вмещать в свое сознание все, что случается и происходит в мире. И только восприимчивость, то есть вместимость твоего духа, делает тебя справедливым, то есть дает возможность принимать правильные решения в спорных обстоятельствах, исходя из соображений общей пользы, а не частных мелких выгод, какими бы значительными они тебе ни казались.

Если способен быть справедливым, тогда тебе можно доверить власть, ибо именно это качество необходимо для того, чтобы человек правильно управлял сообществами людей, направляя их во времени к целям, создающим блага для сообщества, а не для отдельных личностей, в целях корыстных и мелких.

Будучи правителем сообщества, ты обретаешь такое качество, которое позволяет тебе сообщаться с Небом, то есть принимать и воплощать в себе качество движений времени, Неба, духа.

Именно таким образом происходит постижение Пути, таким образом создается сообщение с Путем, и когда твое движение, все движения твои в этом мире становятся движениями единого Пути, тогда сумеешь бесконечно длить происходящее.

Тогда даже при разрушении и исчезновении твоей телесной оболочки не прекратится твое осознанное существование в этом мире.

Перевод

Стремясь к ощущению предельного переживания пустоты, поддерживаешь в себе состояние покоя.

Все множество предметов действует одновременно.

А я существую лишь для того, чтобы созерцать их возвращение.

Ведь все предметы пребывают в беспорядочной множественности, но каждый возвращается, приходя к своим корням.

Состояние прихода к своим корням называется покоем.

Сохранение состояния покоя называется возвращением к судьбе.

Сохранение состояния возвращения к судьбе называется постоянством.

Осознание постоянства называется просветлением.

Не осознавая постоянство, суетишься, а от этого только неудачи.

Осознание постоянства делает тебя восприимчивым.

И лишь восприимчивость позволяет быть справедливым.

Если способен быть справедливым, тогда сможешь быть правителем.

А когда можешь быть правителем, сохраняешь сообщение с Небом.

Через сообщение с Небом приходишь к состоянию Пути.

А движение по Пути позволяет бесконечно длить происходящее.

Тогда не погибнешь, даже если исчезает твое тело.

Размышления на тему

Перед нами стоит очень простая и одновременно невыполнимая задача – попасть туда, где пребывает истина, оказаться в настоящем, стать полной, целостной, неотделимой единицей всеобщего единства, и, по сути, все усилия, которые мы совершаем по жизни, направлены на достижение состояния целостности. Но как нам свидетельствует наш травматический опыт, которого у каждого во множестве, никак не получается оказаться там, куда ты изначально направляешь свои намерения. Как-то на пути к достижению этих призрачных сущностей, которые показались тебе издали именно тем, что нужно, встречается множество отвлекающих, соблазнительных, привлекательных, пугающих, радующих предметов, и ты, в очередной раз запутавшись, оказываешься, как всегда, в состоянии переживания, разочарования в связи с тем, что не достиг поставленных целей. А происходит это оттого, что цели, которые ты перед собой ставишь, совсем необязательно существуют в действительности. Ведь большая часть мелькающих в пространстве твоего воображения химер никогда не бывает в других пространствах воображения. Потому ты суетливо бегаешь по кругу, созданному тобой в твоем сознании, и не имеешь никакой возможности установить сообщение с бесконечной целостностью разумных пространств, существующих даже и в твоем маленьком космосе.

Поэтому нужно стремиться очистить свое пространство до предельной пустоты, ибо, как я уже заметил, большая часть обитателей его – это сущности ненастоящие, прошлые или будущие, сложенные из каких-то рваных кусков вещества жизни. Они создают неудобства, не вписываются в стройную картину мира, сталкиваются, спорят, мешают, наконец, просто жить по-человечески. А жить нужно по-человечески. И нет для этого других возможностей, кроме как очистить свое пространство до предельной пустоты.

И тогда предельная, запредельная пустота твоего внутреннего пространства (а есть только такое, ибо внешнее – это отражение внутреннего, обратная его сторона) озарится удивительно мягким и теплым светом покоя. Покой совершенно необходим, и покой этот достигается только в том случае, если ты действительно понимаешь, ощущаешь и видишь, что он тебе необходим как воздух. То есть на внешней стороне – воздух, вода, еда, чистота, а изнутри, в пустоте внутреннего пространства, покой. И ничего больше. И следует для этого просто отделять себя от всех беспокойств, которые возникают лишь потому, что что-то делается несвоевременно, и несвоевременность – это следствие торопливости или, наоборот, медлительности в маленьких перемещениях вещества, качества и силы духа в соотношении с веществом, качеством и силой ощущений. Ибо есть лишь взаимодействие ощущений и духа, то есть сознания.

ОЩУЩЕНИЯ ДОЛЖНЫ осознаваться, а осознаваться они могут только посредством предельно спокойного дыхания. Это дыхание правильное лишь в пустоте, за пределами всего явленного. Так что нет возможности, не добравшись до предела пустоты, обрести покой, а не обретя покой, не сможешь правильно дышать, то есть переживать свое дыхание как плавное, мягкое, глубокое, тонкое, ровное. Все эти качества соответствуют искомым качествам потока жизни и определяют переживания и ощущения в потоке образов, отражаемых во внутренних зеркалах твоего восприятия.

Какие же есть разумные основания делать и считать высшей ценностью покой во всем бесконечном множестве случающихся обстоятельств и мелькающих по экрану предметов и сущностей? Очень важно, очень нужно и даже, может быть, очевидно, что все сущее существует единовременно. То есть все совершает одно единственное движение, и это движение называется временем, тем вечно длящимся мгновением, которое пытается втиснуться между прошлым и будущим. И то и другое – это уже признаки сознания, наделения значением того, что само по себе значения не имеет. И наделение значением – это основное непроизвольное усилие, которое влияет на судьбу, если к нему подключать разумную волю. Но подключить ее можно лишь в том случае, если видишь, что все действия этого мира случаются прямо сейчас. А коли вдруг тебе померещится, что ты сейчас одним рывком уберешь помехи и окажешься в царствии Божием, то так не бывает и быть не может. Коли тянешь за одну нить, то делай это плавно, из состояния покоя, не дергай и не рви, потому что каждая нить связана со всеми остальными, и есть предельный уровень допустимого воздействия на отдельную единицу происходящего. Вот здесь-то и нужно включать все свои возможности тонко чувствовать, мягко двигаться, легко дышать. Ох, не дышите тяжело, прошу вас, дышите легко и мягко. Тогда и увидите единовременность всего живущего.

И НЕТ У ТЕБЯ других задач и целей, кроме как наблюдать, созерцать, видеть и тем самым осуществлять схождение всех единиц осознаваемого мира в одну точку – точку истока всех потоков, где светит прекрасный свет, свет твоего Пути. И кроме этого света должен признать непреложность этого явления – больше ничего нет. Все остальное лишь отдельные качества, свойства и особенности светимости это света великого Пути мира. Нужно видеть, как разнородность, возникающая как следствие несвоевременности внутри тебя: одна часть торопится, другая тормозится, одна в забвении, другая суетится, – эта разнородность связывается этим светом в единое целое, возвращается, сходится, соединяется и существует вечно, потому что сейчас и всегда.

Ибо все предметы – это предметы сознания, и их беспорядочность множественности отдельных проявлений – свойство сознания, ума, духа, в котором нет порядка. Стоит помнить и видеть, что все они, исходя из единого истока, обязательно возвращаются к своим корням, в единый исток, и возвращаются они не к плодам и листьям, а именно к корням, их породившим, становясь снова землей, почвой, огнем и водой. Чаще смотрите на землю и думайте о смерти. От этого одна только польза. Желательно не просто представлять, а ощущать, чтобы точно понять, что это за великий переход, возвращение к корням.

И так необходимый тебе покой обусловлен сохранением состояния возвращения к корням, то есть каждое мгновение своей жизни ты понимаешь и помнишь, что все это лишь возвращение обратно. Нет никакого пути вперед, никакого прогресса и эволюции. Это все жалкие заманухи по дороге, не обращай на них внимания, делай свое дела. Родившись, делай то, что происходит само собой. Тогда не потеряешься и не собьешься с пути. А само собой происходит только исчезновение, происходит возвращение обратно. В этом главный источник покоя по жизни. Так что покоем можно назвать сохранение состояния возвращения к корням и истокам. Весь покой оттуда, или, вернее, туда. Другого нет.

ИБО ТОЛЬКО ТАКИМ ОБРАЗОМ, сохраняя состояние покоя, ты приходишь к пониманию судьбы. И судьба становится всем, что случается с тобой в данный момент, а кроме данного момента, как мы уже разобрались ранее, никаких других моментов не существует. Пребывая в судьбе, понимая, что капли дождя, летящего с неба, – это твоя судьба, запах из кухни – это твоя судьба, страна наша больная и убогая – это судьба, дороги и люди, воровство и мздоимство, ханжество и лицемерие, блистательность и красота, щедрость и добродушие – все судьба. И понимание, удержание судьбы в руках своих, нежно, бережно, как птичку живую, держишь это волшебный комочек, и пусть пролетают журавли в высоком небе. Держи в руках своего воробышка, согревай его и питай – вот она, твоя судьба, всегда в этом теплом трепете непосредственного касания маленьких крыл.

Так ты обретаешь постоянство, постоянство удержания судьбы, постоянство удержания покоя, постоянство сохранения пустоты, постоянство ровного дыхания, постоянство веры твоей, постоянство усилия твоего, любви человеческой, доброты, ясности и честности, преданности и силы. Просто постоянным возвращением к судьбе. Вот оно, движение глаз по строкам, – судьба. Вернулись. Остановились. Обрели покой. Не теряем. Следующее движение – опять возвращение к судьбе. Вечность повторения, возвращение, постоянство возвращение к судьбе.

Осознаешь это постоянство – обретешь ровную ясность видения внутреннего и внешнего, получишь доступ к вечному источнику света. Вот оно, просветление, не в понимании этих букв, а просто в видении, что движение глаз по строкам – это и есть то, что нужно. И прекращение этого движения – это тоже то, что часто нужно. Спокойно и светло. Вот так все и происходит. Не суетись, побудь там, где ты есть. Там, где ты есть, есть все, что тебе нужно. Удачи уже не желаю, ибо главное сказано. Удачи в этом.

Только когда постоянство не осознаешь, ничего у тебя не получается, ничего не выходит. Потому что все суета, все разнородность движения бесконечного количества несвязных мелочей, бредового лепета, противоречивых дерганий. Откуда здесь удаче взяться? Неоткуда. Сам понимаешь. Терпи. Сам это и делаешь. Или держись судьбы.

ОСОЗНАЕШЬ ПОСТОЯНСТВО происходящего? Это очень тонкое ощущение, и если ты улавливаешь его во множественных потоках, тогда у тебя появляется совершенно необходимое тебе качество – восприимчивость. Это умение вместить в свой мир все, что туда приходит, ибо нет у нас в судьбе выбора – есть выбор только принять, быть восприимчивым, и именно эта твоя способность сказать правильное приходящему в твой круг может поменять его качества. Хотя на деле качество не меняется, а правильный звук приветствия меняет твой взгляд, поле твоего видения. Так что без восприимчивости – никуда.

Будучи восприимчивым, видишь все как есть, ибо не пытаешься ничего оттолкнуть, и приходится наводить порядок, строить правильные связи между всеми предметами своего мира. А делать это можно только по справедливости, то есть правильно, то есть с правдой и праведностью, правильно ведая обо всем, что есть в храме твоего духа.

А когда ты становишься справедливым, ибо тебе некуда деваться, и не быть справедливым нельзя, вот тогда легко тебе управлять тем, что требует твоего управления. Это и есть правильное состояние власти, когда ты видишь естественность всех происходящих обстоятельств, правильное положение всех предметов в поле судьбы, тогда ты можешь управлять только усилием правильно взгляда на происходящее, и сохранением в себе покоя в пространстве светящейся пустоты, вмещающей своей бесконечностью всю малость теплого комочка сущего космоса.

Став правителем, ты проводишь Небо, ты проводишь его волю, ибо тем самым ты сообщаешься с Небом, становишься его частью, и осознаешь, что шарик твой, кожаный мешок, мыльный пузырек наполняется чистым свечением Неба, его светящимся воздухом, бесконечно, до пустоты разреженным, но плотным как хрустальная структура совершенной прозрачности летящего в битве меча.

Такое сообщение с Небом делает тебя совершенно проницаемым, и потому Великий Путь проходит через тебя, становится тобой, а ты становишься Путем, и тебе больше не нужно это тело, не нужно это дыхание, так как весь мир дышит тобой, а ты дышишь всем миром, и в травинке малой, и в горе огромной, и в слезе детской, и в росе утренней, и в громе небесном, и в последнем выдохе, к которому все мы, каждый по своему, каждый с суммой своих заблуждений, идем, как умеем, и благослови нас всех Господь на этом нашем Пути.

Глава 17

Придавать ценность

Об управлении состояниями, делами и обстоятельствами

Речь идет об отношениях между знанием и силой власти в системе, она же может быть силой воли. Неважно, кто и в каких обстоятельствах является носителем этой силы. В любом случае речь ведь идет о силе духа, которая, попадая в среду, обязательно наводит в ней порядок.

Однако качества порядка и отношение к носителю упорядочивающей воли, в частном случае, например, как власти, отличается в зависимости от чистоты этой силы.

Высший уровень чистоты силы духа, проводящей упорядочивающие побуждения в сообществе, не осознается этим сообществом вообще, то есть просто никто не понимает, откуда и кем осуществляется управление.

Конечно, эти закономерности лучше всего применять к сообществу, укладу отношений и ценностей (это почти одно и то же), называемому мной сознанием. И там тоже, если достигается высший уровень чистоты движений духа, то есть происходит соединение с Небом и ты становишься проводником потока силы Пути, нет нужды применять знание как таковое, нет нужды называть источник этой силы. Сама твоя суть соединяется с этим источником и становится этим источником, ибо сила мира может проявляться в любой его мельчайшей единичке.

Когда хочется в обратной связи обозначить уровень отношений к потоку власти, то это значит, что есть разрыв и направляющая сила не настолько чиста, чтобы не ощущаться вообще. То есть второй уровень ощущения определяется как любовь и восхваление. Такому потоку придают наивысшую ценность, искренне выражая высочайшую оценку его заслуг. Это, кстати говоря, тоже очень немало. Когда уже у нас такие были, и не упомнить. Это если данный подход использовать как оценочный по отношению к государственной власти, но хочется отметить, что применение этих способов думания по отношению к государственной власти может вызывать вдохновение, любовь и восхищение, а все же не является высшим способом управления.

На следующем уровне тоже отчетливо ощущается отношение, которое выражается как крайняя степень уважения, то есть такую власть боятся. Не думаю, что в таких отношениях есть что-то плохое. Разные бывают периоды и времена, и во всех случаях наличие порядка лучше для людей, чем его отсутствие, так же как не обсуждается преимущество здорового тела перед больным. Мало кто предпочтет второе, и если такое предпочтение будет, то оно и явится показателем болезни этого тела, которое порождает болезнь духа, отчего разум не способен правильно оценивать происходящее, определяя эти ценности и сопоставляя их по необходимым признакам и качествам.

И НАКОНЕЦ, низший уровень проведения движения по наведению порядка в сообществах вызывает среди этих сообществ презрительный смех, хотя нельзя отрицать, что и такие усилия могут приносить какие-то плоды. Все равно лучше так, чем никак вообще. Во всех случаях сопоставление с упорядочиванием сил в теле, когда возникает болезнь, позволяет понять, о чем идет речь.

То есть, если носитель начала движения, направленного на наведение порядка в сообществе, не имеет достаточно силы веры и слабость его выражается в неумении говорить точные вещи, правду, то есть быть честным, доверять и вызывать доверие, тогда он получает в ответ точно такое же недоверие, неискренность, ложь и обман. Да и тебе никто не поверит, будут обманывать, делать вид и, если существует страх, будут притворяться, но во всех случаях это состояние болезни, то есть отсутствия порядка или, другими словами, возникшей вдруг из ничего разрухи.

Страницы: «« 1234 »»

Читать бесплатно другие книги:

Луиза Хей – знаменитый на весь мир психолог, лектор-метафизик и одна из основателей движения самопом...
Он вернулся. Он прошёл сквозь Врата иного мира, чтобы продолжить свой поединок со злом. Холодная ста...
Воины-даны повидали много морей, сражались во многих битвах, и трудно было удивить их доблестью. Одн...
Полное собрание русских и английских рассказов крупнейшего писателя ХХ века Владимира Набокова в Рос...
Она повидала неописуемое. Она познала необъяснимое. А теперь ей предстоит схватка с неодолимым.Джаре...