Красная Шапочка - Блэкли-Картрайт Сара

Красная Шапочка
Сара Блэкли-Картрайт


Волк не трогал людей, пока они платили ему дань домашней птицей или скотом. Но однажды на пшеничном поле было найдено истерзанное клыками тело девушки – красавицы Люси, в которой души не чаяло все село, считая ее сошедшим с небес ангелом. Четырежды грянул церковный колокол: случилось наконец то, чего все так долго боялись, – Волк первым нарушил зыбкий мир.

И тогда cеляне призвали на помощь отца Соломона, прославленного охотника на оборотней. Но самые смелые и пылкие мужчины не стали дожидаться священника-воина, они вооружились и отправились в лес, чтобы убить легендарного монстра.

С ними пошла и младшая сестра несчастной Люси. По пути Валери заглянула к своей бабушке, одиноко жившей в лесной глуши и слывшей чуть ли не колдуньей. Там девушку ждал подарок – прелестная алая накидка с капюшоном…

Узнайте всю правду об этой таинственной истории, ведь скоро вы узнаете ее продолжение – в марте на всех экранах России новый фильм от Кэтрин Хардвик, создательницы прославленной киноверсии «Сумерек»!





Сара Блэкли-Картрайт

Красная Шапочка



Сценарий Дэвида Лесли Джонсона

Вступительная статья Кэтрин Хардвик



Посвящается Рони, Лауре, Кэтрин и Лорен, четырем невероятным женщинам




Введение


В августе 2009 года я получила по почте киносценарий «Красная Шапочка», созданный Дэвидом Лесли Джонсоном по концепции Леонардо Ди Каприо. Компания Ди Каприо «Эппиан вэй» приступила к съемкам этого фильма совместно с «Уорнер бразерс». Меня тотчас захватила идея создать новую версию знаменитой классической сказки – мрачную, многослойную и сложную.

Сказка – не что иное, как чертеж, позволяющий нам сконструировать свой собственный мир; именно это я и попыталась сделать в данном случае. Моя голова вмиг наполнилась образами героев, а также мыслями о том, как этот мир оживить. Вдохновение я черпала из любых окружавших меня источников. Рисунки сестры дарили мне волшебство и настроение, демонстрации современных стилей подсказывали фасоны нарядов, а книжка о зодчестве русского севера, сохранившаяся у меня с детских лет, помогла изобразить Даггорхорн.

В этой версии «Красной Шапочки» я сделала акцент на психологической аутентичности, на тех чувствах и взаимоотношениях, какие могли быть у людей в ту давнюю эпоху. В сказке раскрываются темы подростковых страхов, выявляются подводные камни взросления и влюбленности. И конечно же, в ней присутствует Большой Злой Волк. В нашей истории Волк олицетворяет темную, жестокую сторону человеческой души и затаенные страхи больного паранойей общества.

Тема социальной паранойи была со мной с первого до последнего дня работы над фильмом и поэтому встроилась во все, даже в архитектуру Даггорхорна. Тамошние дома напоминают миниатюрные крепости – они стоят на сваях, имеют тяжелые ставни, а попасть в такое убежище можно по лестнице, которую на ночь поднимают хозяева. В эмоциональном плане жители села так же усердно заботятся о самозащите, как и в физическом, и когда вдруг рушится многолетнее перемирие с Волком, рушатся и связи между ними.

Чем глубже я погружалась в этот мир, тем яснее понимала, что персонажи и их предыстории слишком сложны, чтобы вписаться в рамки фильма. И тогда мне захотелось оказать помощь в создании романа, чтобы полностью разобраться с хитросплетением страстей и интриг в селе Даггорхорн.

Посетив Нью-Йорк, я встретилась со своей подругой Сарой Блэкли-Картрайт. Она как раз с отличием окончила колледж Барнарда по специальности «креативное письмо». Сару я знаю с тех пор, как ей исполнилось тринадцать, она даже играла эпизодические роли во всех четырех моих фильмах. Мне всегда нравились ее оригинальность, ее ветреная поэтическая натура, и я решила, что она идеально подойдет для этого проекта.

Как только я изложила свой замысел, Сара с головой ушла в работу. Она прилетела в Ванкувер, на нашу съемочную площадку, и погрузилась в мир «Красной Шапочки». Она опросила всех актеров, выяснила, что они думают о своих ролях. Она побывала на репетициях и даже плясала на горячих углях в сцене праздника. Можно сказать, что она стала равноправной участницей фильма.

Мне кажется, Сара написала великолепную книгу, развив характеры героев и углубив их мир. Она позволяет нам задержаться на эмоциональном аспекте «Красной Шапочки» и понять, что это не просто сказка, а вечная легенда о любви, храбрости и взрослении.

Приятного чтения!



Давным-давно

жила-была Девочка

и жил был

Волк.




Часть первая





1


На верхушке огромного дерева сидела девочка, ее взору было открыто все: и чашевидная долина, и лежащее на дне этой долины сонное село. Сверху Даггорхорн казался вовсе даже и не селом, а целой страной, далекой и неведомой. Там, должно быть, не жизнь, а сказка, ни забот тебе, ни хлопот, и навязчивый страх не бродит по пятам на пару с докучливой родительской заботой.

Валери и сама как будто менялась, залезая на этакую высотищу. Как будто оборачивалась вольной птахой, парящим в воздухе диким соколом – дерзким и надменным одиночкой.

К своим семи годам Валери успела понять, что кое-чем отличается от других жителей села. А потому держалась довольно замкнуто даже с самыми близкими подружками, добросердечными и общительными девочками. Только к одному человеку ее тянуло – к старшей сестре. Валери и Люси – как две виноградные лозы, о которых поется в старинной песне. Они выросли, крепко переплетясь друг с другом.

Болтая босыми ногами, Валери глядела вниз и недоумевала: и с чего это вдруг я сюда забралась? С того, что всегда приятно нарушить строжайший запрет? Кажется, это не единственная причина. Из подспудного желания перебороть страх высоты? Так ведь уже почти год по деревьям карабкаться не боязно, с того дня, как она, впервые оседлав самую верхнюю ветку, поняла: дальше нет ничего, кроме распахнутого во всю ширь неба.

А потому забралась девочка так высоко, что внизу, в селе, ей нечем дышать. Спуститься – все равно что упасть в объятия глухой тоски; и не заметишь, как навсегда породнишься с нею. Здесь же, на верхушке дерева, прохладный ветерок ласкает тебе лицо и ты чувствуешь себя неуязвимой.

Она ничуть не боялась упасть; такого просто не могло случиться в ее невесомой вселенной.

Валери! Эй, Валери!

Сквозь листву донесся властный голос Сьюзет – как будто твердая материнская рука дотянулась и потащила девочку вниз.

По тону Валери поняла, что пора возвращаться домой. Она подтянула ноги, привстала, чтобы ухватиться за ветку, а затем начала спускаться. Внизу проглядывала крутобокая крыша бабушкиного дома, ее скаты прятались под толстым слоем палых сосновых иголок. Дом был втиснут в самую гущу сучьев, словно его занесло ураганом. Валери всегда хотелось узнать, как здесь образовалось человеческое гнездо, но она боялась задать вопрос, боялась разрушить очарование тайны. Такому чуду не может быть объяснения.

Деревья уже оголялись помаленьку, отдаваясь во власть поздней осени. Листья падали и сейчас, пока спускалась Валери, как будто провожали ее. Она просидела на ветке до вечера, ловя краем уха негромкую болтовню. Казалось, нынче женщины ведут себя осторожнее, говорят тише, чем обычно, словно не хотят ни с кем посторонним делиться секретами.

Когда Валери добралась до нижних, задевавших крышу веток, на крыльцо вышла бабушка. Из всех женщин, кого знала Валери, бабушка – самая красивая. Она носила длинную многослойную юбку, и когда делала шаг правой ногой, шелковые волны сбегали налево, чтобы миг спустя устремиться в правую сторону. Ее лодыжки были стройны и тонки, как у крошечной деревянной танцовщицы, хранившейся в шкатулке у Люси. Это и восхищало, и пугало Валери: ей казалось, что они могут легко сломаться.

Себе Валери ничего не боялась сломать и потому взяла да и спрыгнула с нижней ветки на крыльцо. Бум!

Валери ничуть не походила на других сельских девчонок, краснощеких и круглолицых хохотушек. Она была спокойной и уравновешенной, и румянец появлялся на ее лице очень редко. О своей внешности она не задумывалась: хорошенькая или дурнушка, такая, как все, или особенная – да разве это хоть капельку важно? Однако каждый, кому она попадалась на глаза, навсегда запоминал ее волосы цвета пшеничной соломы и зеленые глаза. В них как будто горел таинственный свет, отчего она казалась не по годам мудрой.

– Девочки, поспешите! – донесся из дома нетерпеливый голос матери. – Сегодня нам нужно вернуться пораньше.

Валери поспешила войти, прежде чем кто-нибудь узнает, что она занималась запретным древолазанием.

В открытую дверь Валери увидела мать и Люси – та сжимала в руках куклу, закутанную в подаренные бабушкой лоскуты. Ах, как мечтала Валери хоть немножко походить на сестру!

Кисти Люси мягки и округлы, похожи на подушечки, – ну разве не прелесть? У Валери кисти худые, с узловатыми пальцами и твердыми мозолями. В глубине души она огорчалась: никто не захочет до такой руки дотронуться.

Валери понимала, что со старшей сестрой ей нипочем не сравниться. Люси – это сама вежливость, доброта и щедрость. Она никогда бы не полезла на дерево, потому что здравомыслящие люди такими глупостями не занимаются.

– Девочки! – снова раздался голос матери. – Сегодня полнолуние. К тому же сегодня наш черед, – с грустью добавила она и умолкла.

Валери не поняла, что означает «наш черед». Она надеялась, что это приятный сюрприз. Может быть, их с сестренкой дома дожидается подарок?

Девушка посмотрела вниз и заметила на земле черточки вроде отпечатков стрелы. Пригляделась – и правда, очень похоже на указующие стрелки.

Питер!

Она вмиг слетела с веранды дома-дерева по крутой пыльной лестнице, чтобы получше рассмотреть метки.

«Нет, не Питер, – подумала Валери. – Просто случайные царапины на земле».

А вдруг?..

Стрелки вели в глубь леса. И девочка пошла по ним, вмиг позабыв о материнских призывах, не рассуждая о том, как бы на ее месте поступила Люси.

Разумеется, они никуда не привели. Просто исчезли через десяток шагов. Валери осерчала на себя: вот же дуреха, поддалась пустому любопытству! Хорошо хоть никто не заметил, как она направилась неизвестно куда.

Питер часто оставлял для Валери подобные стрелки. Чертил их палкой на земле, и девочка без труда находила к нему дорогу. Чаще всего он прятался в глубине леса.

Ее друг ушел несколько месяцев назад. А ведь казалось, они неразлучны! Валери до сих пор не могла поверить в то, что он не вернется. Питер словно разорвал связывавшую их веревку, оставив два болтающихся конца.

Питер не был похож на других мальчиков, которые так любят дразниться и драться. Он понимал порывы Валери и разделял ее страсть к приключениям; он тоже любил поступать вопреки правилам. И никогда не упрекал ее за то, что она девчонка.

– Валери!

На этот раз кричала бабушка. Не откликнуться на ее зов было нельзя, потому что свои угрозы она приводила в исполнение без проволочек. Валери отвернулась от загадочных следов, ведущих в никуда, и помчалась обратно.

– Бабушка, я уже здесь, внизу.

Она прислонилась к стволу дерева, к восхитительно шершавой коре, и закрыла глаза, чтобы полностью насладиться ощущениями. Но тут долетел грохот тележных колес, словно гром приближающейся грозы.

Бабушка тоже его услышала и сошла по ступенькам на лесную почву. Она обняла Валери, прижав ее лицо к прохладному шелку своей блузы и уйме всевозможных амулетов. Положив подбородок на бабушкино предплечье, Валери увидела, что Люси осторожно спускается вслед за матерью по высокой лестнице.

– Крепитесь, милые мои, – прошептала бабушка.

Прижимаясь к ней, Валери предпочла промолчать. Она пребывала в полной растерянности.

Для этой девочки каждый человек и каждое место обладали своим особым запахом, а весь мир казался ей садом. Она решила, что от бабушки исходит аромат сушеных трав с примесью другого, более сильного, но незнакомого.

Как только бабушка отпустила Валери, Люси протянула сестре букет из лесных трав и цветов.

Подпрыгивая на толстых корнях, показалась длинная телега, запряженная двумя крепкими рабочими лошадками и нагруженная бревнами – внизу потолще, вверху самые тонкие. Когда телега резко остановилась перед домом, вся эта кладь качнулась вперед вместе с сидевшими на ней дровосеками, которые и сами казались вырубленными из дерева.

Валери увидела своего отца, он сидел позади всех. Сезар встал и потянулся к Люси, хотя прекрасно знал, что к Валери тянуться бесполезно. Когда-то он был весьма хорош собой, но с тех пор здорово опустился. От него вечно разило потом и пивом, и девочка старалась держаться от него подальше.

– Бабушка, я тебя люблю! – крикнула Люси через плечо, пока Сезар помогал ей и жене забраться в телегу.

Валери вскарабкалась сама. Хлопнули вожжи, и нагруженная телега тяжело тронулась с места.

Один дровосек подвинулся, освобождая место для Сьюзет и девочек, и Сезар, наклонившись вперед, запечатлел на щеке парня показной поцелуй.

– Сезар, – шепнула Сьюзет, бросив на него укоризненный взгляд, когда остальные дровосеки занялись разговорами, – удивительно, что в такой поздний час ты еще не заснул в канаве.

Валери были знакомы эти упреки, всегда замаскированные под добродушные замечания или шутки. Но ее все же покоробил язвительный тон.

Она посмотрела на сестру, которая не слышала слов, потому что смеялась над рассказом какого-то лесоруба. Люси всегда утверждала, что их родители любят друг друга, что любовь выражается не широкими жестами, а совместным житьем-бытьем, – из года в год, в будни и праздники, муж и жена делят поровну печали и радости. Валери старалась этому верить, но все равно чувствовала: любовь – это нечто большее, не такое практичное и обыденное.

Она склонилась над задним бортом, вцепилась в его край руками и стала следить, как из-под телеги убегает вдаль земля. От этого зрелища вскоре закружилась голова, и пришлось отвернуться.

– Иди сюда, деточка! – Сьюзет потянула Валери к себе и усадила на колени.

Та не противилась. От бледной красивой мамы пахло миндалем и мукой тончайшего помола.

Телега выехала из леса Черного Ворона и покатила вдоль серебристой реки. Впереди показалось село; окружавшая его стена была сплошь усажена шипами, гвоздями и кольями, в небо упиралось самое высокое строение – дозорная башня над амбаром. Даже издали Даггорхорн вызывал тяжелые мысли. И каждый, кто попадал на его улицы, сразу испытывал страх.

Жители Даггорхорна не чувствовали себя защищенными даже в собственных постелях, они сознавали свою уязвимость на каждом шагу, беспомощность – каждую минуту.

Некоторые поверили, что заслужили эти мучения. Должно быть, они когда-то совершили некий неправильный поступок или с ними самими что-то не так.

Валери ежедневно наблюдала за крестьянами, неразлучными со страхом, и сознавала, что отличается от них. Куда больше, чем темноты, приходящей снаружи, она боялась того мрака, что шевелился внутри ее. Но, судя по всему, другие ничего подобного не ощущали. Кроме Питера.

Валери помнила те времена, когда он жил здесь, когда они оба ничего не боялись и были полны беспечной радости.



Читать бесплатно другие книги:

Возрастающее строительство индивидуальных жилых домов и усадеб в селах и городах, садовых участков горожан и постоянно р...
В предлагаемом вашему вниманию «Семейном молитвослове» собраны молитвы святым, имеющим благодать помогать в семейных тру...
Филлиниан – молодой талантливый студент, будущий целитель в мире, где самые могущественные маги именно целители, – верну...
В наши дни книги по оккультизму и эзотерике наводняют полки книжных магазинов. Предложения «приворожить», «почистить аур...
Наш современник по дороге домой попадает в автомобильную катастрофу. Придя в себя, он обнаруживает, что оказался в теле ...
Затерявшись во времени и поселившись на окраинах Киевской Руси XII века, наши герои не только сумели выжить, но и постар...