В поисках забытых ремесел - Ехалов Анатолий

В поисках забытых ремесел
Анатолий Константинович Ехалов


«Человек – мера всего, – говорили наши предки, – человек создан по принципу Вселенского мира и соразмерен ему…» Русские плотники носили особый кушак – пояс зодчего – и головную ленту, которые вмещали все необходимые для строительства меры длины и пропорции: сажень, косую сажень, локоть и пядь…





В поисках забытых ремесел

Приключенческая повесть

Анатолий Ехалов



© Анатолий Ехалов, 2015

© Вера Добрынинская, иллюстрации, 2015



Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.ru




Глава 1. Железное поле


Замечательная река Молога. Чистая, быстрая, дно песчаное, а на берегах ее отличные пляжи.

На Мологе стоит небольшой старинный город Устюжна, которому почти восемьсот лет. В нем нет больших многоэтажных домов, дымных заводов, шумных, забитых автомобилями улиц и проспектов. Здесь в зелени садов и цветущей сирени дремлют тихие улочки большей частью с деревянных домов, украшенных затейливой резьбой.

В это лето после захватывающих приключений в тотемских подземельях и походов со школой путешественника Федора Конюхова по северным рекам, мы с Санькой Горушкиным, моим двоюродным братом, по настоянию родителей приехали на недельку в Устюжну к моему деду. Приехали на недельку поблаженствовать на песчаном берегу, ни о чем не думая, ни в какие авантюры не ввязываясь. Просто отдохнуть. А в итоге…

Раньше дед Маркел работал журналистом и объехал почти всю страну. Но когда он вышел на пенсию, то оставил большой город и переехал в дом своих родителей на родину – в этот маленький уютный городок, больше похожий на деревню.

В городе нашего деда зовут Маркелом Сорокаделом, потому что он мастер на все руки. Кроме того, говорят, что Маркел знает ответ на любой вопрос.

…С раннего утра мы уходили купаться на Мологу, забывая порой про обед и ужин. Но в тот день мы вернулись в город почти сразу.




Глава 2. Загадочная находка


Когда Санька выплывал на берег, он зацепился ногой за какой-то плоский камень. Санька не поленился и вытащил его на берег. Камень был очень странный. Рыжеватого цвета, пористый. По форме он напоминал толстую лепешку, какие любит печь бабушка Платонида, жена деда Маркела.

Мы заспорили: что это такое: ни каменное, ни железное? А поскольку ни который ничего умного придумать не смог, то решили узнать тайну этой загадочной то ли каменной, то ли железной лепешки у нашего деда Маркела. А вдруг это осколок какой-нибудь внеземной цивилизации, прилетевший к нам из космоса?

В глубине сада у деда был старинный каретник, где когда-то давно стояли кони и экипажи для дальних разъездов.

Теперь в этом каретнике была собрана всевозможная старина. Поломанная мебель красного дерева из дворянских и купеческих домов, музыкальные инструменты, старинные латунные и медные самовары, колокольцы и бубенцы, хомуты, седла, лампы, светильники, ковши, рукомойники… Когда Санька первый раз увидел все это «богатство», которое большинство наших граждан почитают за хлам и ни к чему не годный утиль, он ахнул.

– Ну, дед Маркел, дает! Я думал, что круче Кронида Софронова старьевщика и нет, оказывается даже в нашем небольшом родственном кругу найдутся старьевщики с еще большим прибабахом.

Санька, хоть и не говорил прямо ни Крониду, ни деду Маркелу, что он не разделяет их преклонения перед старинными вещами, мне-то он не раз высказывал, что эти их увлечения – возрастной «задвиг». Что современный молодой человек должен не задом пятиться в будущее, а бежать вперед, чтобы тебя не опередили…

Главная гордость деда – коллекция старинных ремесленных инструментов.

В каретнике у деда мастерская. Больше всего он любит вырезать из дерева всякие диковинные фигурки, которые в День города продает на ярмарке.

…Дед Маркел был за работой.

– Что, друзья? – Спросил он весело. – Аль праздная жизнь надоела? К делу потянуло?

Он отложил инструменты и взял в руки таинственную находку.

– Так это же крица! – Воскликнул он удивленно, разглядывая тяжелую рыжую лепешку.

– Крица!? А что это такое? Она случайно не из космоса прилетела к нам – вон какие края у нее обожженные? – Спросил напористо Санька.

– Вы не знаете, что такое крица? – Удивился дед.

– Эта крица наша, земная, устюженская. Ей, может быть, лет пятьсот, а может быть и вся тысяча. С крицы, можно сказать, началась история современной цивилизации.

Мы уселись поудобнее вокруг дедова верстака и замерли, потому что знали: рассказчик дед Маркел – удивительный.

– Вот представьте, дорогие мои друзья, туманное утро, болотистое мелколесье… Идет по болоту седобородый старичок с лопатой на плече. На нем выгоревший армячишко, на ногах лапти с онучами, за плечами берестяной короб.

Но вот что-то примечает он меж кочек, останавливается, раздвигает лопатой мох, черпает из глубины рыжеватую торфяную крошку, разглядывает, нюхает ее…

– Как вы думаете, что может искать в болоте этот человек? Чему радуется он, стоя по колено в болотной воде?

Мы молчали.

– Не знаете? – Засмеялся дед. – Эх, вы, головы ученые… Слушайте дальше.

…Когда-то давно, может тысячу лет назад, может две, в нашем болотистом Устюженском краю было положено, как утверждают историки, начало русскому железоделательному промыслу. Говорят, что и первое русское железное оружие было изготовлено тоже здесь…. В здешних краях зарождалась металлургия, которая завершилась созданием металлургического гиганта «Северсталь». А о нем знает сегодня весь мир.

И вот так, как этот дед – рудознатец, искали наши предки болотную рыжую землицу – железную руду. А потом ставили на болоте небольшой колодезный сруб, и через него черпали эту болотную землицу, сушили ее, загружали в домницу вместе с древесным березовым углем, разжигали ее, нагнетая в домницу мехами воздух. Когда температура в домнице поднималась градусов до 700, руда начиналась спекаться и плавиться, вытекая по желобу в земляную форму – опоку.

Вот так и получалась крица – лепешка весом в четыре-шесть килограммов, из которой потом в кузнях методом обжига делалось железо.

– Интересно, – сказал я уважительно. – Но сколько можно таким методом железа выплавить – мизер?

– За день такая домница могла произвести до пяти-шести плавок. Так что можете себе представить, как в те времена ценился металл!

Но в средние века наша Устюжна столько выплавляла металла, столько ковала оружия, топоров боевых и плотницких, столько клепала котлов, замков, ключей, сковородок, железных доспехов, столько лила пушек и ядер к ним, что за ней закрепилось название «железное поле России».




Глава 3. Как ремесло город спасало


– И вот почти столько же лет назад, сколько лет нашему славному городу, вторглись на русскую землю несметные орды монголов и татар.

Мечом и огнем прошлись они по нашей земле, кровь, горе страдания на всем их пути… Как ни высоки были стены городов, как ни сильны, ни бесстрашны защитники их, ни что не могло устоять перед несметной дикой ордой хана Батыя.

Но вот встала на их пути Устюжна и не пустила Батыеву конницу в вологодские пределы…

Как вы думаете, что помогло горстке устюжан устоять перед войском Батыя?

– Наверное, устюжане были очень сильными и умелыми воинами, – сказал я.

– А может, у них было какое-нибудь мощное секретное оружие, – предположил Санька.

– Правильно! – Обрадовался дед. – Молодец, внучек. Догадался. Только прежде ремесло, а потом уже оружие спасло город и весь Север от Батыева нашествия. Особое секретное оружие изготовили ремесленники устюжане.

Дед поднялся и достал с полки какую-то странную железную штуковину, с торчащими во все стороны шипами.

– Вот это секретное оружие. Называется оно «устюженским чесноком». Смотрите, это связанные меж собою четыре гвоздя. Они то и образуют «чеснок». Его, как ни кинь, а все равно встанет шипом вверх.

Наделали устюженские кузнецы такого чесноку видимо-невидимо, рассеяли его по дорогам и по лугам. И свалили с ног Батыеву конницу.

Пришлось завоевателям, несолоно хлебавши, поворачивать назад.

И еще не раз мастерство устюжан послужило России. В смутное время в 1609 году устюжане не пропустили через свои пределы войско «тушинского вора» под предводительством пана Косоковского. Он шел с Великого Новгорода с ратью, но их встретили на своих границах устюжане и дали решительный бой. И тогда Косоковский, видя, что хоть и малочисленны устюжане, но бесстрашны в защите своей земли, повернул обратно за подмогой.

Когда он вернулся с новой ратью, то увидел, что город окружен трехкилометровой крепостной стеной с двадцатью боевыми башнями, с глубоким рвом и частоколом. Все эти крепостные сооружения, да еще и с подземным ходом к реке, устюжане построили за три недели.

Устюжане встретили незваных гостей пушечными и пищальными залпами. Это оружие они отлили из того самого кричного железа, добытого в болотах. Сражение было жесточайшее, и враг отступил ни с чем. С тех пор и пошла поговорка: «Устюжна – железная, а люди в ней – каменные».

А в Полтавской битве победу над шведами принесла русским войскам артиллерия. И опять же пушки у Петра-1 были преимущественно устюженские да белозерские из деревни Тырпица.

А вот когда на Урале начали добывать в больших объемах железную руду и плавить железо, упало значение устюженского поля. И тогда по указу Петра первого тридцать лучших устюженских мастеров железных дел вместе с семьями перевезли в Тулу, снискавшую вскоре славу города оружейников.

А потому знаменитый Левша, сумевший подковать английскую блоху, мог быть происхождением устюженский…

Дед Маркел снова взял в руки тяжелую крицу.

– А как же попала эта крица в реку? – Спросил я.

– Ну, это совсем просто. Крицу, думаю, уронили, когда грузили железом баржи да в столицу переплавляли. Самые короткие дороги – реки. Вот так-то, друзья мои. Есть еще вопросы?

– Есть. А как из этой крицы оружие делали? Или хотя бы топоры…

– Ну, ладно, друзья, – поднялся дед, заканчивая разговор. – Придется мне отвести вас в кузницу к моему товарищу. Там-то вы и найдете ответы на свои вопросы…




Глава 4. «Всем ремеслам отец»


В кузнице пахло углем, каленым железом и пригоревшим маслом. Большой и сильный, с ленточкой вкруг головы, с молотком в руке, в кожаном фартуке, кузнец по-хозяйски ходил по свои владениям, раскладывая по местам инструменты, железные заготовки и поковки.

Сколько всего интересного было у него в кузнице!

Большой пневматический молот стоял в углу, готовый с нечеловеческой силой, обминать, обжимать, плющить, вытягивать раскаленный металл.

В центре кузни – наковальня. Она массивная, тяжелая – целых сто килограммов. Она стоит на могучем дубовом пеньке диаметром в метр. Рабочий верх у нее плоский. Он называется наличником. С одной стороны наковальни торчит рог. На нем загибают металл и придают ему нужную форму. С другой стороны наковальни – хвост, в котором два отверстия – круглое и квадратное. В них вставляются нужные инструменты, чаще всего зубила, на которых перерубают металл. И вообще кроме молота, кувалды, клещей, щипцов, зубил, гладилок, правилок у кузнеца множество инструментов…

У стены возвышался горн – сердце кузницы.

Горн – это такой металлический шкаф и стол одновременно, к которому снизу подведен воздуходув. Теперь воздух в горн подается электричеством, а раньше для этого служили меха, которые качал подручный кузнеца.

На этот стол в железном шкафу насыпается каменный и березовый уголь, который горит и разогревает помещенный в уголь металл под воздействием мощного потока воздуха до белого каления…

Вот тут и выхватывает кузнец клещами раскаленную поковку, кладет ее на наковальню, и начинается веселый перестук молотка и молота.

– Чак! – Молоток кузнеца ударяет в поковку ровно в то место, куда должен быть направлен удар молота.

– Бух! – Подручный кузнеца наносит удар по поковке, которая щедро сыплет искрами и на глазах меняет свою форму.

– Чак! Бух! Чак! Бух! – Переговариваются молоток с кувалдой, а на наковальне рождается нечто, похожее на подкову.

Еще несколько минут работы, снова поковка набирает белого каления в горне, и снова звенит на наковальне молоток, потом в дело идет пробойник, которым накалываются в раскаленной мягкой подкове отверстия под будущие гвозди, и вот уже с взрывным шипением и облаком пара подкова окунается в емкость с водой. После купания металл становиться твердым и необычайно крепким. Закаленным!

Вот так в прошлые времена выполнялась, наверное, главная кузнечная работа. Лошадей обували в железо, чтобы сберечь конские копыта на каменистом пути, чтобы в мороз и гололед лошади крепко стояли на ногах…

А что же наша крица?

Кузнец с большим интересом разглядывал нашу находку.

– Знаете, в кричном железе много шлаков и мало углерода. Чтобы крица стала годным для кузнеца металлом, она должна пройти специальную обработку. Сначала надо при большой температуре выжечь шлаки, а потом насытить ее углеродом. А углерод как раз и дает металлу ковкость, способность к обработке и закаливанию, которое делает сталь прочной…

– А как насытить ее углеродом? – Спросил дотошный Санька.

– Раньше железо плавили без доступа воздуха вместе с костями животных или сургучом. Таким способом можно получить сверхпрочную сталь – булат…

Помните, русские богатыри были вооружены мечами и саблями булатными…

А на востоке тамошние кузнецы изобрели дамасскую сталь. Секрет ее состоит в том, что женское железо с низким содержанием углерода спаивали в горне с мужским железом – с богатым содержанием углерода. Потом спаянную из двух начал поковку расковывали в блин, потом снова спаивали с мужским железом, складывали пополам, снова плющили, и снова спаивали и сворачивали, и так до тех пор, пока в металле не получалось слоев до тысячи… – Рассказывал кузнец, разогревая горн с углями. – Такой металл имел на срезе удивительный рисунок. И чем богаче был рисунок, тем крепче была сталь. Говорят, что клинком из дамасской стали можно было разрубить в воздухе шелковый платок…

Так что не зря сказано: кузнец – всем ремеслам отец.

Без кузнеца в прежние времена и деревня не стояла, и город не поднимался.

– В легендах, былинах и преданиях народ наделял кузнецов сверхестественной силой. – Добавил дед Маркел – Кузнец обладал такой силой, что мог потягаться с самим дьяволом. Английский кузнец Галстен поймал дьявола, привязал его цепями к наковальне и бил молотом до тех пор, пока тот не взмолился.

Кузнец отпустил его и наказал, чтобы он не переступал порогов кузниц и тех домов, на дверях которых висит чашей вверх подкова – символ благополучия и достатка.

– А кузнец Вакула? Помните «Вечера на хуторе близь Диканьки» Гоголя? Тот оседлал самого черта и погонял его до самого Петербурга. – Добавил кузнец… – Слава по России идет не только о тульских кузнецах, подковавших английскую блоху. Вот мои друзья Митины из Кириллова выковали яйцо высотою всего в два сантиметра и разместили на нам сто подковок. Представляете, какие гвоздики были у этих подков? И какой инструмент для этой работы потребовался кузнецам?

Пока кузнец с дедом Маркелом рассказывали истории про кузнечное ремесло, руки у них были делом заняты… Из кричного железа да разбитых в порошок старых напильников выковали они ловкий аккуратный топорик, кузнец закалил его в масле, наточил на наждачном круге.

– Это тебе память от наших мастеровитых предков, добывших на болоте руду и выплавивших крицу, – сказал он, подавая деду изделие. – Сносу этому топору не будет. Ему любой сучок не помеха. Даже еловый. Настоящий плотницкий топор! Осталось только насадить на топорище.




Глава 5. «Мужику не в укор, что за поясом топор…»


Дед Маркел так обрадовался новому топору, что, не мешкая, отправился делать к нему топорище. И мы с Санькой за ним. Интересно было посмотреть, как топорище мастерят.

– Лучше всего, – рассказывал дед, – годится на топорище ясень. Это прочное и упругое дерево.



Читать бесплатно другие книги:

Книга «Ветер полуночных снов» представляет собой первый том серии книг «Секреты жизни за гранью тьмы», раскрывающий пере...
В детстве все мечтают о добрых, понимающих, великодушных родителях. Более того, мы просто уверены, что со своими детьми ...
Молодой российский дипломат по имени Адам Иванов направляется в служебную командировку в Таджикистан после окончания Дип...
Стихотворный сборник Александра Аргунова «Дороги и встречи» интересен именно опытом познания мира, опытом защиты нашего ...
Представлена вся экспозиция теории и практики социальной работы: ее история в России и за рубежом, основы теории, место ...
Автор настоящей работы – Сергей Алексеевич Жинкин, кандидат юридических наук, доцент, заместитель декана юридического фа...