Со всеми и ни с кем: книга о нас – последнем поколении, которое помнит жизнь до интернета - Харрис Майкл

Со всеми и ни с кем: книга о нас – последнем поколении, которое помнит жизнь до интернета
Майкл Харрис


Среди всех изменений, которым мы подвергаемся в эпоху цифровых технологий, есть одно, которое вряд ли смогут понять будущие поколения. По мысли автора, это конец уединения: всякая пустота в нашей жизни заполнена, а подлинного свободного времени (в тишине и одиночестве) у нас больше нет.

Эта книга отражает нашу эпоху и заставляет задуматься над тем, что быть наедине с собой и своими мыслями сегодня – большая и уже почти недоступная ценность.





Майкл Харрис

Со всеми и ни с кем: книга о нас – последнем поколении, которое помнит жизнь до интернета



Мichael Harris

The End of Absence

Reclaiming What We’ve Lost in a World of Constant Connection



Издано с разрешения Current, a member of Penguin Group (USA) LLC, a Penguin Random House Company



Правовую поддержку издательства обеспечивает юридическая фирма «Вегас-Лекс».



© 2014 Michael Harris

© Перевод на русский язык, издание на русском языке, оформление. ООО «Манн, Иванов и Фербер», 2015


Посвящается Кенни







Пролог

Он покажет тебе все


Малайзия, 1996 год

Населенный пункт Бату Лима находится в глубине тропических лесов Восточной Малайзии приблизительно в трех милях от ближайшей деревни. Стоящие на сваях лачуги с бамбуковыми полами к моменту начала нашего рассказа были покинуты жителями и частично разобраны. Оставалась всего одна семья – Сиандим Гунда, Джими Синтинг и их двенадцать детей. Одна из дочерей, четырнадцатилетняя Линда Джимми, готовилась к отъезду.

В комнате стоял старый ящик на четырех низких ножках, а на нем – черно-белый телевизор. Электричества в поселке не было, и Линда собирала в джунглях дрова, чтобы топить кухонную плиту. Но по большим праздникам ее отец брал автомобильный аккумулятор, шел в деревню и заряжал его, после чего семья могла какое-то время смотреть телевизор. Линда увлекалась «Улицей Сезам», этим совершенно бессмысленным, но восхитительным фильмом с американскими детьми и маппетами[1 - «Маппет-шоу» – англо-американская телевизионная юмористическая программа, созданная Джимом Хенсоном. Выходила в 1976–1981 годах. Основные действующие лица – куклы-маппеты. Первоначально они были персонажами детской программы «Улица Сезам». Впервые слово muppet было употреблено в 1956 году и, видимо, образовано из слов marionette и puppet («марионетка» и «кукла»). Прим. ред.], болтавшими на упрощенном английском и игравшими в свои непонятные игрушки.

Большая Птица была желтой – это Линда усвоила твердо. У детей в деревне имелись электричество и цветные телевизоры, деревенские все время хвастались этим. Линда говорила им: «Я знаю» – и хвалилась, что у них дома тоже цветной телевизор.

«Улица Сезам» сбивала с толку, но семья Линды верила в духов и призраков, и мелькавшие на экране привидения прекрасно вписывались в магию чудес.

Еще более магическим был предмет под названием «комбуронго», которым орудовала Сукат, бабушка Линды. Девочка никогда не прикасалась к этому священному предмету, боясь разгневать духов и заболеть, но она видела, как бабушка колдует с этой связкой зубов и мелких косточек разных животных. Сукат, имевшая право безнаказанно прикасаться к комбуронго, могла общаться с духами предков и умела их вызывать, чтобы лечить людей племени дусун.

Прежде, когда в поселении жили люди, Линда видела, как ее бабушка лечила ребенка от лихорадки. Это действо почти не требовало ритуала, поэтому бабушка не стала облачаться в одежду боболиана (высшего священнослужителя) – она была в простом саронге[2 - Саронг (или сарунг) – традиционная мужская и женская одежда ряда народов Юго-Восточной Азии и Океании. Представляет собой полосу цветной хлопчатобумажной ткани, которая обертывается вокруг пояса (или середины груди у женщин) и прикрывает нижнюю часть тела до щиколоток наподобие длинной юбки. Распространен в Бангладеш, Камбодже, Малайзии, Мьянме, Индии, Индонезии, Полинезии. Прим. ред.] и блузке с длинными рукавами. Сукат водила комбуронго над головой больного ребенка, трясла зубами и костями целых пять минут, пока ребенок потел в своей колыбельке. Бабушка велела духам исцелить ребенка, и духи потребовали за это жертву – курицу или несколько чашек риса.

Все знали, что свои волшебные способности Сукат передаст своей дочери, матери Линды. Но бабушка умерла слишком рано, а мать Линды, как и многие малайзийцы, перешла в католицизм. Когда семья наконец покинула Бату Лиму, мать оставила дома все колдовские принадлежности.

Линда тоже покинула свою малую родину, расставшись с мифологическим прошлым Малайзии. Ей хотелось чего-то большего, хотя она и не знала, как оно выглядит. В восемнадцать лет девушка ушла из дома и переехала в город Сабах (настоящую столицу с двумя тысячами жителей). Там она устроилась на работу в закусочную KFC (такое же заведение, как в Америке, но с более низкой зарплатой). Несколько месяцев пришлось сильно экономить, прежде чем она смогла купить мобильный телефон, свое первое и на тот момент единственное сокровище. Ей очень хотелось попасть в современный мир, жить в сиянии будущего. Наконец Линде удалось устроиться в более престижный ресторан «Маленькая Италия» в Кота-Кинабалу[3 - Город на северо-западном побережье острова Борнео, столица штата Сабах. Это основной пункт доступа туристов, посещающих штат Сабах и остров Борнео в Восточной Малайзии. Прим. ред.]. Зарплата там была такой же, но зато в заведении обедали туристы, а это значило, что девушка могла совершенствовать свой английский.

Почти все туристы там были такие, как Нейт, канадец, только что окончивший колледж и решивший перед выходом на работу попутешествовать по Малайзии.

– Поедем со мной в Сингапур, – предложил он Линде.

Линда с радостью согласилась, и мир вокруг нее раздвинул свои горизонты. Между молодыми людьми случился роман, и Нейт, уезжая домой, обещал вернуться осенью. Линда скорее мечтала, чем на самом деле верила, что Нейт сдержит слово. Когда же он действительно вернулся и позвал Линду жить к себе в Ванкувер, на другой конец мира, девушка испытала настоящий культурный шок. Этот канадский город переживал тогда не лучшие времена и немного разочаровал Линду, которая думала, что все населенные пункты Северной Америки похожи на черно-белые картинки из «Улицы Сезам».

Несколько лет спустя, преодолев много тысяч миль, Линда вернулась в Малайзию. Теперь она была без пяти минут гражданка Канады и привезла матери в подарок ноутбук. Девушка вышла в интернет через ненадежный телефонный коммутатор и открыла маме чудо под названием Google.

– Он покажет тебе все, – сказала Линда. На экране в это время замелькали кадры видеоклипов со знаменитостями. – Сейчас ты увидишь дом, в котором я живу в Канаде.

Несколько нажатий клавиш – и на мониторе появилась карта мира. Линда, увеличив масштаб, показала матери сначала Канаду, потом провинцию Британская Колумбия, Ванкувер, его восточную часть и наконец квартал, в котором они жили с Нейтом.

– Вот, – сказала она, ткнув пальцем в крышу дома. – Здесь я живу. Это мой дом.

Мать сначала не поняла, о чем идет речь, и Линда еще раз все ей объяснила.

– Он может показать тебе все.

– Эта штука может показать мне все? – спросила мать, подавшись вперед. Глаза ее загорелись в ожидании чуда.

– Все. Что ты хочешь увидеть?

Женщина расплакалась.

– Покажи, как живется моей маме на том свете.




Часть I

Труба зовет


Мы-то думали, что открыли пещеру, полную умопомрачительных сокровищ. Мы вышли из пещеры на свет и увидели, что все взятые нами драгоценности фальшивые – они оказались простыми стекляшками, – но все же в темноте они сияли неподражаемым блеском настоящих сокровищ.

    Морис Метерлинк




Глава 1

Одно убивает другое


Технология не хороша и не плоха, но и нейтральной ее не назовешь.

    Мелвин Кранцберг[4 - Мелвин Кранцберг (1917–1995) – один из ведущих мировых историков технологии. Прим. ред.]

Пройдет немного времени, и люди не смогут понять, как они раньше жили без интернета. Что означает этот неизбежный факт?

Для миллиардов наших потомков он не будет значить ничего особенного. Онлайновые технологии в целом станут чем-то вроде основополагающего мифа – феноменом, в существовании которого люди едва ли будут отдавать себе отчет. Всемирная сеть станет обыденным и поэтому малозаметным явлением. Предыдущие поколения были очарованы телевидением, и длилось это до тех пор, пока телевизоры не появились в каждом доме и не стали создавать тот приятный ненавязчивый фон, который ранее формировали радиоприемники. А будущие поколения будут настолько погружены в интернет, что вопрос о его цели и смысле отпадет сам собой. Из жизни человечества исчезнет что-то очень существенное – тип мышления, который мы, их предки, считаем само собой разумеющимся. Но едва ли потомки заметят пропажу. И нам не стоит их за это винить.

Однако нам посчастливилось жить в уникальное время: мы успели застать доинтернетовскую эпоху, а теперь активно пользуемся всеми благами вездесущего интернета.

Таков этот необыкновенный «миг между прошлым и будущим». Осознание его уникальности то и дело появляется в нашей жизни. Мы замечаем, что, стоя на автобусной остановке, рассеянно тянемся за телефоном. А наш приятель в середине разговора начинает рыться в кармане, чтобы достать телефон, заглянуть в Google и что-то вспомнить. Мы еще можем спохватиться. Мы говорим себе: «Постой-ка…»

Думаю, что в суматохе изменений, которые мы сейчас переживаем, есть одно серьезное отличие, и именно его будет трудно постичь грядущим поколениям. Это конец уединению – утрата эффекта отсутствия. Мечтательная тишина в нашей жизни заполнена, жгучего одиночества больше не существует.

Но до того как сотрется всякое воспоминание об этой потере, продлится тот короткий миг, когда мы будем помнить, что же было «до». Мы еще можем что-то сделать с теми малыми, почти незаметными мгновениями, когда вспоминаем о нашей любви к уединению. Эти воспоминания неожиданно всплывают среди потока ежедневных дел и словно сигнализируют: «Подожди, а разве не было?..»

Меня потряс один из таких моментов. Это случилось в редакции журнала «Ванкувер». Много лет я проработал там редактором и штатным автором. Теперь таких людей называют «создатель контента».


* * *

Итак, я еду в автобусе номер десять по Гранвиль-стрит. Я опаздываю на работу. Из окна вижу небо цвета бронзы и облизываю пальцы, облитые кофе, купленным в «Старбаксе». Интересно, насколько я опоздаю? Вариант первый: на десять минут, что не только не порицается, а даже поощряется. Вариант второй: на двадцать минут, что уже может вызвать недовольство и язвительные замечания.

Увы, неизбежен второй вариант. Жизнерадостный стажер улыбается: «Значит, вы все-таки решили присоединиться к нам?» Я слышу эти слова, пробегая мимо его рабочего места к своей норе. Улыбаюсь, чтобы не показаться неучтивым, но шаг не замедляю. Остановка чревата приглашением «на кофе», а это означает, что стажер попросит профессионального совета. Такие разговоры меня угнетают, ибо стажеры отличаются непомерными и малоизученными амбициями. Они попадают в издательства с факультетов журналистики, ожидая, что стажировка откроет им путь в журналы и газеты, и при этом не верят в искренность, которую буквально источают наши изможденные лица.

Наша профессия больна. Каждый журнал, как большой грузовой корабль, стонет от попытки совершить быстрый маневр, чтобы приспособиться к сетевой жизни, – но делает он это очень медленно. Некоторые издательства трещат по швам, другие закрывают свои корпункты в других странах, все теряют аппетит, отделы продаж, понукаемые отчаянием издателей, все сильнее размывают границу между рекламными и редакционными статьями. (Когда в разговоре с одной дамой, шефом отдела продаж, я затронул старую концепцию о церкви и государстве[5 - Вероятно, автор имеет в виду византийскую концепцию взаимоотношений церкви и государства, называемую также «симфония» церкви и государства. Прим. ред.], она прощебетала: «О да, мы и церковь, и государство, но в очень карикатурном виде».)

Мы не хотим видеть того, что начертано на стене[6 - По библейскому преданию во время пиршества вавилонского царя Валтасара и поругания им священных сосудов, принесенных из иерусалимского храма, появилась кисть человеческой руки, которая начертала на стене какие-то слова. Никто из вавилонских мудрецов не мог прочитать написанного. Призвали пророка Даниила. Он разъяснил значение слов: царство твое Бог исчислил, ты взвешен на весах. То есть имелось в виду: в тебе недостает того, за что можно было бы продлить твое существование, и твое царство разделяется. Прим. ред.]. Я начал работать редактором в «Ванкувере» в 2008 году, незадолго до глобальной рецессии, которая углубила подкоп под фундамент профессии. В Монреале уволили треть персонала, а тем временем появление цифровых технологий значительно прибавляло работы, которую нам с неохотой приходилось выполнять. Десять лет назад ни один главный редактор журнала не мог даже вообразить, что будет сидеть в Twitter или строчить комментарии в Facebook. Но теперь мы делаем это, обрабатывая, а не создавая содержание. Большую часть жизни мы тратим на перемалывание электронного вздора, уставившись в светящийся экран.

После редакционной летучки, на которой прозвучало, что наш аватар в Twitter недостаточно «эффектен», я возвращаюсь в свою конуру и открываю окна на двух мониторах, постоянно светящихся на моем столе. Я начинаю писать маленькую заметку о «Цирк дю Солей», но ее размер тотчас уменьшают на семьдесят пять слов, прислав через iChat видео с Андерсоном Купером[7 - Андерсон Купер – американский журналист, писатель и телеведущий. Прим.



Читать бесплатно другие книги:

Мы воспринимаем мир, как данность, а что, если он существует лишь пока где-то на земном шаре живёт человек, пишущий миро...
В данном сборнике собраны лучшие стихи автора в двух категориях:– наивная (любовная) лирика;– пейзажная лирика (стихи о ...
Чудотворная Владимирская икона Божией Матери… Она дорога каждому русскому сердцу, ибо разделила нелегкую судьбу России, ...
В брошюру вошел акафист Пресвятой Богородице в честь иконы Ее Иверская....
Когда я приступала к этой книге – мне казалось, что мир очень изменился, и то, чем я хочу поделиться, уже в прошлом. Но ...
Эта книга рассказывает о человеке, который считал, что с помощью образования невозможно стать успешным. О человеке котор...