Последний вираж штрафбата - Кротков Антон

Последний вираж штрафбата
Антон Павлович Кротков


Библиотека Победы
Карьера лейтенанта Игоря Нефедова, сына легендарного летчика-штрафника по кличке «Анархист», складывается не слишком удачно. Неожиданно подворачивается прекрасная возможность закрепиться при Генеральном штабе, выполнив секретное задание в составе спецгруппы. Молодые летчики-асы отправляются в далекую африканскую страну, не подозревая, что получили билет в один конец. Человек, задумавший эту операцию, преследует совсем другую цель, и к Игорю Нефедову у него свои счеты.

Чтобы спасти сына, «Анархисту» снова придется действовать на свой страх и риск, вспомнив безумные воздушные бои, которые, как раньше казалось, канули в Лету после окончания Великой Отечественной.





Антон Кротков

Последний вираж штрафбата





Вступление


Ни один летчик не поднялся бы в небо в таких условиях – ночью, в проливной дождь. Но в этой дикой стране за штурвал, как правило, садились именно крейзи-пилоты. Таковы были правила игры для всех. И каждый, кто подписывал контракт, знал, что за проблеск заветного богатства ему предстоит ежедневно рисковать головой, нарушая все правила. Тот же, кто попадал в этот тропический ад случайно, обязан был быстро научиться играть по новым правилам или умереть. Для дилетанта служба в местных ВВС становилась настоящим штрафбатом. Впрочем, таковой она по сути и являлась, ибо попадали сюда обычно лишь отверженные, по разным причинам не нашедшие себе нормального места в цивилизованном мире.

Впрочем, благодаря отточенной системе вербовки, среди наемников крайне редко попадались случайные люди. Начинающие искатели военных приключений обычно отсеивались на первых же этапах отбора. Если какой-нибудь придурок, случайно раздобывший телефон вербовочной конторы, заявлял ее агенту: «Я хочу стать наемником, так как разругался со своей женой; или мне надоело сидеть в офисе, а хочется устраивать засады на партизан в джунглях», такого психа просто посылали подальше.

Чтобы попасть на хорошо оплачиваемую службу к какому-нибудь диктатору из страны третьего мира или криминальному боссу, требовалось пройти цепочку посредников и опытных отборщиков. Главной рекомендацией для работодателя являлась принадлежность кандидата к касте: участие в колониальных войнах, служба в наемнических подразделениях, например в Иностранном легионе, высшая профессиональная квалификация.

Тот парень, что сидел за штурвалом потрепанного вертолета S-58, Сикорский, как раз принадлежал к числу таких «псов войны». Перед тем как посадить свою «вертушку», он выполнил несколько рискованных маневров у самой земли. Парень сделал это просто так, ради собственного удовольствия и чтобы пощекотать нервы ожидающим прибытия охотников «тузам» из местного правительства. Однако трюкачество «летуна» лишь раздосадовало доверенного человека Президента. Правитель страны Морган-Зубери Арройя не отличался долготерпением. О выполнении его распоряжения с нетерпением ожидающий посадки вертолета чиновник должен был доложить еще час назад, и каждая минута промедления могла стоить ему жизни.

Толстый чиновник вытянул палец по направлению к выкаблучивающемуся на своей стальной стрекозе пилоту и мрачно осведомился у подчиненных:

– Этот говнюк издевается надо мной?

– Вы же знаете, господин Звала, сколько самогона и наркотиков потребляют эти животные, – развел руками один из помощников сердитого министра. – Зато они могут несколько недель продержаться в джунглях, выполняя ваш приказ.

Но министру сейчас было наплевать на достоинства наемных коммандос. Он готов был сегодня же перевешать этих кретинов всех до одного, если они по какой-либо причине не справились с порученным им делом.

Как только винтокрылая машина зависла в нескольких метрах над землей, толстяк отделился от своей свиты и направился к выпрыгивающим из «вертушки» охотникам.

– Где русские?! – с изумлением и нарастающим ужасом воскликнул он, когда обнаружил, что чернокожие коммандос не привезли с собой пленных.

Вместо ответа командир спецназовцев – двухметровый негр в каплевидных очках с виноватым видом вытряхнул из кожаного мешка несколько окровавленных человеческих голов. Гигант старался не встречаться глазами с фактически «дышащим ему в пупок» начальством.

– Мы выследили их, загнали на болото и взяли в кольцо, – оправдывался бритоголовый головорез, сверкая в свете прожекторов золотыми коронками передних зубов. При этом его зверское лицо с перебитым в переносице носом и несколькими шрамами на щеках и подбородке выражало полное раскаяние. – Клянусь матерью, мистер Звала, мы сделали все, как вы велели: предложили русским сдаться и гарантировали им жизнь. Но они все равно отстреливались. Убили четверых моих людей.

Грузный господин в массивных министерских очках пошатнулся. Держащий над ним зонтик молодой помощник заботливо поспешил поддержать шефа. Но толстяк раздраженно оттолкнул подчиненного.

– Да пусть бы они перестреляли всю твою вонючую свору, Темба! – заорал на спецназовца чиновник. Его глаза налились кровью, с больших губ вместе с проклятиями слетали брызги слюны, а второй подбородок колыхался, словно студень. – Хозяину и его деловым партнерам эти русские летчики были нужны живыми. Понимаешь – живы-ми!!! Только такой сумасшедший маньяк, как ты, мог пустить в ход мачете. Теперь тебе самому не избежать разделочного стола на кухне виллы Бабу-Шау. Да я сам раньше Президента прикажу утопить тебя в ближайшей же выгребной яме.

Но тут в разговор вмешался мужчина европейской внешности лет сорока пяти. Подтянутый и прямой, в костюме бизнесмена он явно в недавнем прошлом носил форму. Впрочем, сменив камуфляж на деловой костюм, ветеран остался солдатом империи, пытающейся превратить чужой континент в источник дешевого сырья и рабочей силы. Его вкрадчивый голос звучал примиряюще, а благородная проседь на висках, приветливый, чуть ироничный взгляд серых глаз, волевые черты загорелого лица лишь усиливали доверие местных к словам белого советника:

– Господа, господа! Не надо радикальных решений. Конечно, неприятно, что все так вышло. Но я уверен, что в следующий раз осечки уже не будет. Давайте считать этот случай пробным шаром. А Его Превосходительство Президента я беру на себя.

Во взглядах африканцев надежда боролась с недоверием.

– Вы хотите сказать, мистер Райдер, что русские прилетят снова? – осторожно, чтобы не спугнуть снова забрезжившую надежду, осведомился толстый чиновник.

– Обязательно прилетят! – обнадежил его седовласый. – У нас есть для них хорошая наживка.




Глава 1


Это случилось после одного из полетов демонстрационной группы истребителей, в которую около трех месяцев назад включили в качестве стажера недавнего выпускника Ейского высшего военного училища летчиков лейтенанта Игоря Нефедова. Полк, в который попал недавний курсант, был создан по особому распоряжению главкома ВВС специально для показа высокому начальству и зарубежным покупателям из дружественных стран новейшей советской авиационной техники…

«Показуха» проходила по многократно отработанному на тренировках полетному плану. Летчики, как обычно, «открутили» комплекс фигур высшего пилотажа в тесном строю из пяти машин. Все маневры выполнялись на форсаже с высокими скоростями и перегрузками. Это было необходимо для того, чтобы продемонстрировать потенциальным покупателям из ближневосточной страны, недавно сменившей проамериканскую ориентацию на просоветский внешнеполитический курс, возможности данного типа перехватчика. Надо было убедить арабов вместо «Фантомов» закупить для своих ВВС МиГи.



После выхода из финальной петли ведущий группы довернул свою головную машину в сторону трибуны с высокопоставленными зрителями. На предельно малой высоте пятерка истребителей с оглушительным ревом пронеслась всего в 15 метрах над головами людей. Если бы не сумасшедшая скорость, летчикам наверняка доставило бы удовольствие зрелище почтительно пригибающихся генералов и министров, вид послетавших с них фуражек и шляп. После этого МиГи на полном форсаже свечой взмыли вверх. В высшей точке командир распустил группу. С земли это напоминало распустившийся цветочный бутон. Далее каждый пилот пошел на посадку по собственному маршруту.



Из самолета Игорь выбирался в крайне подавленном настроении. На выходе из третьей петли он по неопытности немного отстал от группы. Молодой летчик в предполетной лихорадке забыл опустить защитный фильтр своего шлема, и в воздухе его на мгновение ослепило солнце. Этого оказалось достаточно для того, чтобы одним махом перечеркнуть многодневную работу всей группы.

Допустившего ляп летчика охватило сильнейшее волнение. В смятенных чувствах, пытаясь все исправить, он бросился догонять своих и, разумеется, чуть не наломал дров. Сперва едва не зацепил левой плоскостью своей машины фюзеляж одного из впереди идущих МиГов. Затем, уклоняясь от столкновения, опасно шарахнулся в сторону командирской машины. Ведущий едва успел нырнуть вниз. В состоянии, близком к панике, лейтенант дернул ручку управления, зашуровал педалями. Справа на панели аварийной сигнализации замигала красная лампочка, резко прозвучал сигнал предупреждения о выходе машины на закритические углы атаки. «Осталось только обвалить машину в штопор! И меня заслуженно удостоят звания главный неудачник года», – тоскливо подумал Нефедов. Одновременно командир обматерил неумеху по радиосвязи: «Тебе говновозом управлять, а не истребителем, растяпа!» В заключение длинной нецензурной тирады командир пообещал по полной программе разобраться с виновным на земле.

«Теперь точно отстранят от полетов, – мрачно размышлял лейтенант. – Имеют полное право. Это тебе не ошибка в тетради, а предпосылка к серьезному летному происшествию. И как могло случиться, что я вывалился из строя?! Наверное, такая миллиметровая работа, когда требуется почти сверхъестественное ощущение собственной машины и дистанции до идущих с тобой крыло к крылу партнеров, и правда не для меня. Кому-то суждено летать, а мне, видимо, ползать. Как говорится, не по Сеньке шапка!»



Игорь сам точно не знал, почему именно его распределили в самую элитную часть столичного военного округа. Когда на торжественном построении выпускников его вызвали из строя и начальник училища объявил: «Лейтенант Нефедов направляется для прохождения службы в гвардейский, орденов Ленина, Суворова…» (далее последовало довольно долгое перечисление регалий особого полка…), Игорь испытал смешанные чувства. Конечно, он был счастлив. Служить в одной из лучших частей истребительной авиации страны считалось намного престижнее, чем даже в Группе советских войск в Германии. Хотя служба в ГДР была самой хлебной в Советской армии. Знакомый парень, закончивший училище на год раньше Игоря и попавший в 296 ИАП[1 - Истребительный авиационный полк.] на авиабазу Нобитц под Лейпцигом, на зависть дружкам расписывал свое райское существование «почти что в Европе». Так как об особенностях полетов в пограничной зоне военная цензура писать не разрешала, счастливчик бо?льшую часть каждого своего письма посвящал смакованию добытых «трофеев». Часть денежного довольствия офицерам, проходящим службу в Западной группе войск, выплачивали в восточно-германских марках. Лейтенант получал 350 марок в месяц. Даже рядовым солдатам ежемесячно платили по 18 марок, чтобы в увольнительную они могли сходить в кинотеатр или кафе (посещать местные пабы солдатам не рекомендовалось). Валюту старались не тратить, ибо по возвращении в Союз марки можно было обменять на чеки Внешпосылторга. Обладателям чеков в специальных валютных магазинах системы «Березка» вне очереди продавали автомобили «Волга», югославские гарнитуры, ковры, импортную одежду и обувь.

Но знакомый Игоря до возвращения в Союз успел основательно прибарахлиться. За год пребывания в Германии лейтенант приобрел великолепный фарфоровый сервиз «Мадонна» и кое-что из одежды. А в будущем планировал закупить такие дефицитные в СССР вещи, как чешский хрусталь и мебельную стенку «Хельга». Для того чтобы перевезти все это добро на новое место службы, офицеры обычно заранее закупали исполинские чемоданы-рундуки местного производства, именуемые «Великая Германия». Для крупногабаритных грузов – мебели, мотоциклов, бытовой техники – заказывались железнодорожные контейнеры.

Конечно, многие старшекурсники мечтали попасть на службу в ГДР. И все же на первом месте по престижу стоял столичный округ. Считалось, что здесь молодые лейтенанты-летчики быстрее могут получить второй и первый класс. К тому же в Москве талантливый пилот имел шанс попасть на глаза начальству и сразу взлететь на запредельные карьерные высоты. Поэтому в Москву распределяли самых способных или блатных.

Но отца-генерала за спиной у Игоря не было, да и особенным талантом он не блистал. Правда, Нефедов окончил училище с неплохими оценками, но ведь не с отличием же… Между тем одновременно с Нефедовым из училища выпустилось восемь обладателей красных дипломов. Тем не менее только он один удостоился чести служить в суперпрестижном гвардейском авиаполку, который кулуарно называли «кремлевским».

Похоже, все дело было в его знаменитой фамилии. Любой летчик в ВВС, вне зависимости от того, являлся ли он истребителем, служил в бомбардировочной авиации или летал на транспортной машине, знал, кто такой Борис Нефедов – отец Игоря.

Еще на первом курсе летного училища стоило преподавателям узнать, что перед ними сын того самого «Анархиста», как они сразу выделяли стройного юношу с застенчивым взглядом из общей массы новобранцев. Ему начинали уделять больше внимания, снисходительно прощали многие ляпы. Инструкторы по летной подготовке вели себя с зеленым юнцом так, будто он прирожденный истребитель, а им доверена высокая честь – помочь раскрыться заложенным в мальчишке недюжинным талантам.

Но за все годы учебы Игорь так и не блеснул качествами будущего аса. Тем не менее даже более чем скромные успехи «восходящей звезды» никого не разочаровывали. Инструкторы продолжали верить в Игоря, говоря, что супербойцы почти всегда проявляют себя не сразу, мол, даже знаменитый гитлеровский ас Вернер Мельдерс был вообще вначале признан непригодным к обучению на пилота-истребителя. И даже добившись приема в авиашколу, Мельдерс долгое время считался первым кандидатом на отчисление. В воздухе он часто терял ориентировку из-за отвратительного пространственного воображения и головокружения и вынужден был постоянно бороться с приступами тошноты.

Самый результативный германский летчик Второй мировой войны Эрих Хартман после того, как попал на фронт, долгое время служил лишь обузой для своих ведущих, несколько раз совершал вынужденные посадки из-за потери ориентировки. Хайнца Бэра сбивали 18 раз! Одного из лучших асов «Битвы за Британию» Гельмута Вика руководство летной школы сочло «не полностью сформировавшимся как личность». В его личном деле даже появилась запись: «Маловероятно достижение данным курсантом среднего для обучаемых пилотов уровня». Тем не менее за свою последующую короткую боевую карьеру, продолжавшуюся всего один год (до гибели аса), Вик успел сбить 56 французских и британских самолетов. Феноменальный результат!

Какое-то время подобные примеры действительно служили Игорю утешением. Как и инструкторы, он тоже с надеждой ждал от себя прорыва.



Читать бесплатно другие книги:

«Далеко-далеко отсюда, в Королевстве Бабочек, живет крошечный народ. Маленьких детей называют куколками, и они счастливо...
Книга «Пир у царя зверей» рассказывает о шутливом соревновании зверей, которые стремятся угодить своему повелителю Льву ...
«Дама из Долины» норвежца Кетиля Бьернстада – заключительная часть трилогии об Акселе Виндинге (ранее вышли «Пианисты», ...
Повесть Юлии Кузнецовой «Дом П» – это рассказ о самой обычной семье, с мамой, папой, двумя дочками и бабушкой. Папа Сере...
В «Дерзкой книге для девочек» есть всё, что понравится и девочкам, и их мамам, и бабушкам, – рецепты кухонь разных стран...
Недаром говорят, что под Новый год возможны любые чудеса. Вот представьте себе: решили вы купить гуся, чтобы запечь его ...