Полдень, XXI век (апрель 2010) - Коллектив авторов

Полдень, XXI век (апрель 2010)
Коллектив авторов


Альманах Бориса Стругацкого «Полдень, XXI век» #64
В номер включены фантастические произведения: "Юрьев день" А.Гребенникова, Г.Прашкевича, "Универсальная машина" М.Позняковой, "Заговор старичья" К.Ситникова, "Гадкий Барби" О.Артамоновой, "Глюк" Е.Акуленко, "Медитация" В.Брускова, "Моя гостья из будущего" А.Собакина.





Альманах Бориса Стругацкого

Полдень XXI век, апрель (64), 2010





Колонка дежурного по номеру


С одной стороны, конечно, жаль, что журнальчик наш на ощупь тонковат. И по весу едва ли потянет на одну, самое большее – две главы стандартного кирпича, одетого в сверкающий переплет с изображениями роботов и чудовищ. С другой стороны – в романе какого угодно объема (не важно, какого качества: хоть наилучшего) сюжет-то всего один.

А тут у нас целых семь. Повесть (про конец света, исключительно бодрит), четыре новеллы, два эссе – и в каждом тексте соблюдено Правило Следующей Страницы, т. е., а) вам не все равно, что на ней произойдет; и б) самому вам нипочем не угадать.

Сюжетный интерес создается размещением центра тяжести как можно ближе к финалу. Сама же сила этой условной тяжести зависит от скорости. Тоже условной, с точки зрения внешнего наблюдателя – даже иллюзорной, но дающей то самое переживание, за которое люди и платят книготорговцам (а те – издателям, а издатели откатывают авторам). Когда движение излагаемых событий воспринимается как ход мыслей.

Interesse рабски переводится с латыни: быть внутри. Статус, вообще-то, довольно скучный. Все мы находимся внутри чего-то всеобщего, каждый – внутри еще чего-то своего, и ум страдает от тесноты, поскольку в принципе, как известно, его объем больше совокупного объема всех вселенных. Но в т. н. жизни он обычно пригождается нам лишь для разбора чужих ошибок и оправдания своих. Поскольку все ситуации, внутри которых мы пребываем или оказываемся, возникли в результате взаимодействий, ничуть не похожих на деятельность ума. Бог – не литератор. Ему наплевать, что его не понимают.

А человек скучает, когда ничего не хочет. Но скучает вдвойне, когда хочет чего-нибудь. То есть когда страдает от пребывания отдельно, снаружи, вне этого чего-нибудь. И стремится внутрь.

Тут и возникает сюжетный интерес. Другого, собственно, и не бывает. Цель и Средство, Причина и Следствие, Вина и Возмездие, Заслуга и Награда становятся парами, танцуют котильон. В уме человека, который чего-нибудь хочет. До той секунды, пока не расхотел. Пока он не внутри.

В т. н. жизни все происходит – по гениальной формуле Вен. Ерофеева – медленно и неправильно. А в мало-мальски приличной литературе – быстро и неизбежно.

Самуил Лурье




1

Истории, Образы, Фантазии





Геннадий Прашкевич, Алексей Гребенников

Юрьев день

Повесть


И во дни грешников годы будут укорочены, и их посев будет запаздывать в их странах и на их пастбищах (полях), и все вещи на земле изменятся и не будут являться в свое время; дождь будет задержан, и небо удержит его. И в те времена плоды земли будут запаздывать и не будут вырастать в свое время; и плоды деревьев будут задержаны от созревания в свое время. И Луна изменит свой порядок и не будет являться в свое время.

    Книга Еноха




«Дарьин сад»


Вообще-то мы хотели в Париж.

Но на выезде из Новосибирска Алексу позвонили.

– Разве аэропорт Толмачево теперь уже не западнее?

– Какая разница, если мир спятил? – Алекс развернул машину.

Может, и нет разницы. Дождь над Сибирью моросил все лето. Правда, он и всю весну моросил. Низкие облака, плоское небо, сводку новостей подбирают дебилы. Сегодня активно обсуждалась ситуация в небе – поменяла Луна орбиту или нет? Удачливые наблюдатели из Австралии и Южной Америки не дремали: клялись, что визуально Луна выглядит несколько меньше, чем раньше. Серьезные ученые, впрочем, помалкивали, а у сумчатых и наследников апартеида свои взгляды на мир. Сообщалось, что приливы и отливы меняют налаженный тысячелетний ритм, приливные энергостанции одна за другой выходят из строя, магнитное поле Земли прыгает, суда сбиваются с курса. В «Российской газете» появилась заметка о дельфинах, якобы пытавшихся что-то сообщить людям. Короткая заметка, без комментариев. Зато «Комсомольская правда» разразилась длинной чудесной басней об Атлантиде, посланцами которой выступают вышеназванные дельфины. В Новосибирске любители-астрономы устроили пожар в Академгородке, выжидая на площадке перед университетом долгожданного появления Луны. В Чебоксарах госпитализировали подростков, устроивших ночную рыбалку на Волге. «Так и не дождались появления небесного тела». Искитимские дрозды, по сообщениям орнитологов, зимовали не в Индии, а в дельте Нила. Там же оказались заблудившиеся гуси из Беломорья. Одна за другой наваливались на материки новые модификации свиного и птичьего гриппа, Сахалин и Камчатку трясли землетрясения, Венеция, как всегда (только еще быстрее), уходила под воду, ураганы крушили поселки Австрии и Словакии. (Полный список катастроф см. в открытой печати.) А в конце апреля в США полностью отменили паспортную систему. В мае примеру американцев последовала Европа. На улицах городов появились поблескивающие никелем автоматы-ксероксы. «Вы в шоке от перемен? Жизнь кажется вам пресной? Жить без документов, удостоверяющих ваш пол, личность и знания, не можете? Запускайте программу! Автомат в считанные минуты выдаст вам любой документ. Примечание: осуществите мечту, станьте самим собой, но помните – любые полученные вами документы нигде и никогда вам больше не пригодятся». Кстати, в Ленинском районе Новосибирска объявилась столетняя (так она сама утверждала) бабка, обещающая каждому нагадать такое будущее, какого он лично заслуживает.

Очереди к бабке не наблюдалось.

Облака, облака, облака. Серые, низкие.

На подъезде к плотине Новосибирской ГЭС вырубились придорожные фонари. Стало темнее, пошел дождь. На этот раз уверенный. Отправиться в Париж еще месяц назад предложил Алекс, но он же теперь разрушил идею, повернув на юг. А в Париже точно есть уголки, где забываешь о непогоде. Нам требовалось уединение. Мы собирались написать веселую книжку о полярных богах, которые по-братски делят своих олешков с соседями и занимаются любовью даже при двухстах градусах по Кельвину!

Нужны еще поводы для веселья?

Албанцы ссорятся с ЮАР (к счастью, не из-за Косово). Гаагский суд распущен, судей выдали странам, больше других пострадавшим от правосудия. Красная рыба, закольцованная американскими ихтиологами, идет нереститься на Курильские острова (видимо, российские условия кажутся им комфортнее). Правда, в Греции и Калифорнии горят леса, в дельте Меконга выпал снег, на Кубани тучные урожаи привели к столь резкому увеличению численности грызунов, что пришлось составами ввозить на Кубань веселых неприхотливых сибирских лис. Даже добродушные мальгаши ни с того ни с сего прогнали с президентского поста своего похожего на лемура лидера. А в селе Покровка мы с Алексом увидели тучного (как кубанский урожай) батюшку в рясе и с бородой. Он стоял на обочине, его обдавало мокрой дорожной пылью, злыми синими губами батюшка кастовал какое-то затейливое проклятие.

Увидев это, Алекс наконец сообщил причину резкого разворота.

Попросил Алекса поменять маршрут его старый приятель майор Мухин, следователь. Жила в вещдоках майора снайперская винтовка – опытная, со стажем, с хорошей оптикой, но уже приговоренная комиссией к списанию. Чудесно пахла ружейным маслом, благородной гарью, в специальном чехольчике лежал кусочек замши, все как у людей. Готовясь к списанию, неделю назад, объяснил Алекс, майор Мухин, косоротый, кривой, веселый, пригласил близких друзей на старый танковый полигон – отдать винтовке последние почести. Пили самогон домашнего изготовления, стреляли по пластиковым бутылкам с водой, развешанным в листве огромного тополя. Лазал на дерево юркий лейтенантик с какой-то двойной фамилией – Смирнов, а может, Суконин, то есть Смирнов-Суконин. С ветки на ветку прыгал, как белка, разносил слухи, травил старые анекдоты и давал добрые советы, странно, что Алекс промахнулся, а майор вообще не попал в парня. Понятно, бывший полигон выглядел сиротливо. Когда-то по нему гоняли танки, теперь мощные колеи заросли травой, в них стояла мутная, желтоватая от цветочной пыльцы вода. «Вольво» Алекса и «калдина» майора стояли метрах в двадцати от мангала, сквозь непрекращающуюся морось несло дымком, прохожих на полигоне в принципе не предполагалось. Тем не менее на другой день тугой на голову майор не обнаружил винтовки, запертой в багажнике. Вот жила себе в вещдоках – и вдруг ушла в другое место.

– Она же списанная.

– Но висит пока на майоре.

– Он взял ее без разрешения?

– Улавливаешь, – одобрил мою прозорливость Алекс. – И не дай бог, где-нибудь выстрелит.

– А ушла с чьей помощью?

– Вот это майор и выясняет. Пять часов на полигоне, двадцать минут – во дворе Управления, потом еще два часа возле мухинского дома, при этом в машине неотлучно находился водила, багажник на замке, а вот надо же – исчезла винтовка. Водила стопроцентно ни при чем, а Смирнов-Суконин и булку не украдет.

Алекс пустил одну из своих замечательных многообещающих улыбок и предупредил следующий вопрос. Нет, нет, ему самому такое мощное оружие тоже ни к чему. А майор начальству о происшествии пока не сообщил, ждет, когда включится на винтовке им же до того временно выключенный радиомаячок.

– И маячок включился?

– Включился, – Алекс кивнул. – И движется в сторону Алтая.

– Если известно, куда и с какой скоростью движется, почему винтовку не перехватят?

– Да она хитро движется. Сперва отлеживалась в Новосибирске, теперь выбралась на федеральную трассу М 52. На какое-то время задержалась в Усть-Семе, может, перевозчик раздумывал, не перебраться ли ему через Катунь. Нет, не стал перебираться, поехал через Чепош – там снова задержка. Затем двинулся в сторону Унзеня. И через Элекмонар – на Чемал.

– Мы что? Будем ее искать?

– Да нет. Как бы понаблюдаем.



Так мы попали в «Дарьин сад».

Анар, хозяин гостиницы, понял нас с полуслова.

Собирались в Париж, даже выехали в аэропорт, а оказались на Чемале? Ясный пень, судьба. Где еще по-настоящему отдохнуть? До самой Ташанты, до монгольской границы не найдете такого места, чтобы и тихо, и река, и все удобства. Только в «Дарьином саду». Ну а дождь моросит, так его и в Париже не меньше. На узбека Анар не походил, ну более темная кожа, глаза темные. В трехкомнатном номере хозяина царил сиреневый полумрак от нежнейшего китайского фарфора, вывезенного из Золотого треугольника. Чудесный круглый стол из черного дерева, неподъемные стулья, в узком простенке – портрет принцессы Укока. Копия того же портрета – внизу, на стене бара. Недоуменно склоненная женская головка, зачесанные назад волосы, три косы, одна спускается между голых лопаток.



Читать бесплатно другие книги:

Миллиардер Уильям Прайс способен купить ученых, разведчиков, киллеров… Но разные, зачастую не знающие о существовании др...
Система навыков ДЭИР (Дальнейшего ЭнергоИнформационного Развития) – целостная практическая система достижения гармонии и...
Основу книги составляет подробное рассмотрение установки, настройки и использования программного обеспечения – приложени...
Книга посвящена синтезу и обработке звука на компьютере. В качестве основного инструмента для обработки звука предлагает...
Подробно рассматриваются аспекты использования Интернета в качестве посредника между вами и работодателями, а также все ...
Книга является практическим руководством для самостоятельного освоения работы в Интернете. Вы узнаете: о предоставляемых...