На один выстрел больше Нестеров Михаил

В кассе аэропорта она, к своей радости, узнала, что теперь количество рейсов на Сокотру увеличилось на порядок, и первый отправлялся всего через полтора часа.

Когда она отошла от кассы, ее внимание привлекла полноватая женщина лет тридцати пяти.

– Здравствуйте, – поздоровалась она. – Летите на Сокотру?

– Только собираюсь, – ответила Мария, опустив приветствие. – Я могу вам помочь?

– Может быть. Нас двое, – женщина указала на тучного мужчину, одетого в стиле сафари: пробковый шлем, гетры, шорты, рубашка с короткими рукавами и множеством карманов. – Знаете, цена тура сильно зависит от количества человек. Оптимально – ехать втроем.

– Почему именно втроем? – Мария демонстративно посмотрела на свой «Ролекс»: немного золота и много точности. Она предположила, что эта пара подбирает себе любовный треугольник. Лично она не одобряла гомосексуальной привязанности, хотя фильм Бертолуччи «Мечтатели» об особенностях молодежной сексуальной культуры ей понравился и она смотрела его дважды.

– Разве вы не знаете?.. – снова вступила в разговор незнакомка.

– Не знаю чего?

– По острову передвигаются в основном на джипах. Вчетвером в том же «Лендкрузере» уже тесно, а втроем – в самый раз.

– Вы правы: вчетвером действительно будет тесно. На Сокотре меня будет встречать мой друг. Я как раз хотела позвонить ему. Извините.

Через минуту Мария снова услышала голос Альваро Сантоса. Он сообщил ей, что вылетает в Каир через два с половиной часа. Реально они смогут встретиться только спустя двое суток. И много, и мало, вздохнула Мария.

На глаза ей попался старик, который отдаленно напомнил Карло Гальяно, и она вспомнила подслушанный лет пять или шесть назад разговор между Гальяно и Винни Подкидышем. «Запомни, Винни: хорошо зафиксированная женщина в ласках не нуждается». На следующее утро в своей квартире была найдена мертвой дочь одного из адвокатов, работавших на семью. Тело ее было изуродовано до неузнаваемости, и она была зафиксирована на кровати, с которой предварительно был сброшен матрас. Винни Подкидыша можно было назвать последователем Гальяно: он отличался аккуратностью и четкостью. Мария не сомневалась: если бы на ее поиски Гальяно бросил Подкидыша с его небольшой бригадой, то... Ее вдруг передернуло. Она, боясь упустить нить мысли, набрала номер Сантоса. Едва раздался характерный щелчок, сопровождавший соединение, она спросила:

– Ты уверен, что за тобой нет хвоста?

– Положись на меня.

– Но...

– Отбой!

Он не захотел выслушать ее. И, наверное, он прав. Он мужчина. Того же Винни Альваро знает, как самого себя, а может быть, даже лучше. Друг – это пустое слово. Но его легко может наполнить ядом «Паук в замочной скважине».

Сантос для Марии уже сделал немало. Она сейчас не в Новом Орлеане, не в Америке – она в одной из арабских стран, а скоро окажется на самом ее краю. Какой он, этот остров, название которому дал голландский мастер морского пейзажа? Там любой берег граничит с небосклоном...

Сокотра. Третий, а точнее, четвертый по счету звонок Сантосу. Мария понадеялась на то, что встреча состоится в аэропорту, однако Сантос распорядился по-другому:

– Переночуешь в гостинице. Утром отправляйся на запад острова, в дайв-клуб «Тигровая акула». Он находится в полутора километрах от портового поселка Кайсох.

* * *

Бруно растолкал Винни Подкидыша ровно в тот момент, когда шасси самолета прекратили свой бег по взлетно-посадочной полосе аэропорта Саны.

Винни впервые оказался так далеко родины. Интересно, подумал он, что чувствует сейчас Бруно Масуччи? И спросил у него:

– Что для тебя Йемен?

– Не знаю. Подскажи ответ.

– Восточная сказка, может быть?

– Да, точно, – согласился Бруно.

– А для меня Йемен – расписной глиняный кувшин, в котором поселилось эхо муэдзина, призывающего к молитве... – Винни остановил проходящую мимо стюардессу: – Передай благодарность капитану.

– Хорошо, сэр!

– Ты не дослушала. Поблагодари его за то, что он при посадке не снес ни одного минарета: вот было бы визгу!

– Вы сможете передать ему это сами, сэр.

Подкидыш еще раз перелистал копии разрешений на перемещение по стране. Он ничего в них не понял, поскольку составлены они были на арабском языке. Винни переложил каждую стодолларовой купюрой, посчитав, что пропуск у него в кармане. Дело в том, что по дорогам этой страны иностранцы не могут передвигаться без вооруженного сопровождения: участились случаи похищений.

В зале прилета итальянцы оставались недолго.

Винни взял Бруно за пуговицу.

– Возьми с собой Фарино.

– Которого?

– Обоих. – Винни и забыл, что оба брата Фарино вместе с ним прилетели в Йемен. Один походил на солонку, другой на перечницу – и того и другого надо было трясти. – Займитесь билетами на Сокотру.

Перед отлетом из Штатов Подкидыш получил обнадеживающую информацию: теперь чартерные рейсы на Сокотру совершались и с военного аэродрома частной авиакомпанией; самолет «Ан-24» обслуживали военные летчики.

– Да, Винни, – ответил Бруно.

– Вот и молодец. Я же займусь оружием.

Сана уже проснулась. Винни, сравнив страну с кувшином и поселившимся в нем эхом, столицу сопоставил с картиной, которую намалевал суперкубист: ни одного одинакового дома, двери, окна! Все разное.

В первой же подворотне этого городка авиаторов Подкидыш увидел обнадеживающую картину – этакий супермаркет, уместившийся на одном-единственном ковре. У Винни глаза разбежались от разнообразия товаров: набор фломастеров, крем для рук, строительные перчатки, цифровой фотоаппарат, суперклей, бумага для принтера, набор шпателей... И среди всего этого обилия ему не сразу в глаза бросился автомат, как будто он был частью коврового рисунка.

Винни перевел взгляд на продавца, сидевшего, скрестив ноги. Тот был вооружен кривым кинжалом, равно как и его сын, сорванец лет десяти. Одеты они были стандартно: длинные юбки и пиджаки. То же самое касалось всех йеменцев, которых Винни повстречал в этой части города.

– Такое чувство, – сказал он по-итальянски, чтобы торгаш его не понял, – что горожан обшивает один портняжка. – Автомат, – Винни перешел на английский и указал на оружие, на всякий случай изобразил стрелка: его левая рука поддерживала воображаемое цевье. – Та-та-та!

– «Калаш», – гнилозубо улыбнулся араб.

– Вот-вот, – покивал Винни. – «Калаш». Возьму пару. – Он показал два пальца.

– Двести долларов и двести долларов – четыреста долларов, – подсчитал продавец на приличном английском. И перешел на арабский, отдав сыну какое-то распоряжение.

Тот юркнул в калитку. Вернулся он через минуту и, перехватив взгляд отца, передал автоматы Винни.

– То, что нужно, – обрадовался итальянец этой модели калибра 5,45.

Со сложенным прикладом «калашников» был не больше метра и с полным магазином весил три с половиной килограмма.

– Пистолет, купи пистолет, – услышал Подкидыш голос продавца. И не мог не откликнуться на его предложение. Он мысленно представил себя, стоящего над раненым Альваро Сантосом. Он что-то говорит ему и добивает одиночным выстрелом в голову.

Марка пистолета, которую ему предложил продавец, Винни была хорошо знакома. В каждом оружейном магазине в Америке можно было увидеть пистолет Макарова – он продавался как оружие самообороны.

– Возьму пару. Эй, – привлек он внимание продавца, – на твоей витрине есть дорожная сумка?

Очередное распоряжение уличного торговца – и мальчик принес сумку.

Винни подавил в себе желание заказать Альваро Сантоса...

На вокзальной площади он около часа дожидался Бруно и братьев Фарино. Когда они наконец-то появились, Подкидыш едва не скопировал с Людовика XIV: «Мне чуть было не пришлось дожидаться».

– На базе военного аэродрома функционирует частная авиакомпания, – докладывал Бруно. – Есть плановые рейсы, есть рейсы под заказ, но последние вдвое дороже. Вылет планового – через час. Нам нужно поторопиться.

Среди множества машин с шашечками они выбрали видавший виды «Форд Аэростар». Этот мини-вэн 1986 года выпуска мог вместить семь пассажиров.

Винни занял место переднего пассажира, положив сумку с оружием себе под ноги. Остальные разместились на задних сиденьях. Водитель лично закрыл за ними боковую дверь и, заняв место за рулем, тронул «Форд» с места.

Путь до аэродрома занял три четверти часа. Входом на летное поле служила брешь в бетонном ограждении, оборудованная, правда, шлагбаумом. Водитель остановился на просторной площадке. Получив от Бруно деньги, он поклонился и прошептал слова благодарности Аллаху.

Винни подошел вплотную к шлагбауму и глянул на летное поле. В первую очередь он обратил внимание на самолет, на котором ему предстоял очередной перелет. Это был «Ан-24», по классификации НАТО – «Кока». Винни изучал этот русский самолет на военной службе. Обычно экипаж составляет три человека, реже – шесть. Он мог взять на борт сорок восемь человек и «прокатить» их со скоростью четыреста сорок километров в час.

Помимо пассажирского «Ан-24» на аэродроме Винни не мог не заметить транспортный «Ан-12» с приподнятой задней частью и огромным грузовым люком, и «допотопный» «Ил-14», место которому было в музее. Боевые самолеты стояли, скорее всего, в ангарах.

Всего пассажиров на этот рейс набралось девятнадцать человек. Диспетчер – арабка лет тридцати с небольшим, с крючковатым носом, в газовой косынке – горячо заверила пассажиров, что рейс состоится при любых условиях.

Наконец она объявила посадку.

Винни лично нес сумку с оружием к самолету. Второй пилот стоял у раскрытого грузового отсека и руководил погрузкой багажа; в лучшем случае, он поправлял сумки так, чтобы они не помешали створкам отсека закрыться.

Винни сдал багаж последним, чтобы после приземления на Сокотре забрать багаж в числе первых.

Он вспомнил про книгу, которую ему дал Йен Джефферсон, и решил почитать ее. Немало удивился, когда узнал, что автор книги сам Джефферсон. Книга имела странноватое название: «Да. Терра инкогнита».

«В Карибском море к северо-востоку от Наветренного пролива есть скалистый островок, от северо-западного берега острова Гаити его отделяет пролив шириной всего четыре мили. Испанцы называют его «Остров черепаха»... Сначала Тортуга (ее открыл Христофор Колумб) служила убежищем для охотников-буканьеров с «Эспаньолы». Они построили поселок около гавани, сдавали жилье заезжим торговцам и подрабатывали морскими грабежами. А после того, как в этом районе могущество Испании было подорвано голландскими флотилиями, из гавани Тортуги стали совершаться регулярные морские набеги. Они продолжились, несмотря на то, что остров подвергся нападению испанцев из Санто-Доминго.

В 1635 году Тортуга все же была ограблена испанцами, а через три года испанская флотилия истребила почти всех жителей... И еще тринадцать лет Тортуга была негласной столицей пиратства. Окончательно пиратские базы на острове были уничтожены только в 1713 году, когда Франция официально объявила пиратство вне закона.

Заселение Тортуги началось с того, что французы, основав колонию на острове Сен-Кристофер, снарядили несколько судов в поисках новых мест. На Тортуге в то время жили десять или двенадцать испанцев. Французы выгнали их с острова, а позже заложили там плантации».

Нет, это не криминальное чтиво, вздохнул Винни, закрывая книгу. Но содержание тех нескольких «исторических» строк, которые он успел прочитать, перекликалось с действительностью. У него сложилось стойкое чувство, что Сантос перелопатил массу подобной литературы, прежде чем у него созрел план бегства на современную Тортугу с современным губернатором-исламистом.

* * *

Сокотра, Йемен

Самолет приземлился в аэропорту на главном острове Сокотры «по расписанию», о чем сообщил лично командир экипажа. Винни сошел с трапа и в первую очередь закурил – но не потому, что на борту был запрет на курение. Наоборот, он обкурился – потому что нервничал. Потому что голова работала на опережение и выдавала такие мысли: «Сантос и Мария у меня в руках». Он не мог забыть слова босса: «Убьешь Сантоса и Марию, когда они встретятся». В любом другом случае Винни мог перешагнуть через табу Гальяно и убить их «по отдельности». Запрет – он и есть запрет, а в этом запрете было заложено и предостережение. Маленький шажок в сторону, и Винни окажется на обочине, в одном ряду с отступником. И дело не в весе вины каждого, а в том, что ни Винни, ни его армейский товарищ Сантос не имели права на смягчение своей вины. Это все равно, что украсть булку и ограбить банк, сравнил Винни.

Да, он много курил. Даже молчаливый Бруно Масуччи заметил: «Ты много куришь. Побереги сердце».

Винни не мог ответить по-другому: «Побереги зубы!»

...Передав сумку с оружием Бруно, Подкидыш направился к полицейскому, высокому и худощавому, с усталыми глазами.

– Говорите по-английски?

– Йес, – ответил полицейский по имени Азам.

– То, что нужно, – обронил Винни свою любимую присказку.

С видом главы многодетного семейства он открыл бумажник. За прозрачным пластиком одного из отделений хранилась фотография Сантоса, другое отделение топорщилось денежными купюрами.

– Это мой близкий родственник, – начал Винни. – Я многое бы дал за то, чтобы повидаться с ним. Он итальянец...

– Здесь много итальянцев. – Полицейский говорил на английском так бойко, что даже перебил Винни.

– Все же посмотрите снимок, – настоял тот.

Азам глянул на него мельком.

– Я не видел его. Может быть... – Он, окинув взглядом шеренгу водителей джипов, взял фотографию с изображением Альваро Сантоса и подошел к ним.

Вот первый из них покачал головой, второй, четвертый, подмечал Винни, потеряв надежду на то, что кто-то из шоферов встречал здесь Сантоса. Но когда полицейский, сняв головной убор, стал на ходу протирать его изнутри носовым платком, один из водителей окликнул его и что-то быстро заверещал на родном наречии и несколько раз кивнул, когда Азам поднес к его глазам снимок. А сам Винни обратил свой взор к небу и прошептал слова благодарности...

– Ваш близкий остановился в дайв-клубе «Тигровая акула», – сообщил Винни полицейский после того, как пообщался с водителем, причем беседа их длилась не меньше пяти минут. – «Тигровая акула», запомнили? Это там, – кивок головой в никуда.

Винни отсчитал пять стодолларовых купюр и передал их полицейскому. Тот взял деньги, глядя прямо перед собой, на «Ан-24», у трапа которого собрались члены экипажа и что-то обсуждали между собой. Он повернулся только тогда, когда за спиной у него заработал сначала один двигатель, потом другой. Проводив глазами вновь прибывших на Сокотру итальянцев, убрал деньги в карман.

* * *

– Что же, это недорогой костюм для дайвинга. Годится для всех теплых вод. Материал – лайкра. Австралийский стандарт – дает отличную защиту от солнца... и медуз. Он гибкий и комфортный.

– Вы производитель этого костюма?

Альваро Сантос обернулся. Его улыбка, тяжелый подбородок, седина на висках, мускулистые руки, его «сбалансированный» возраст наконец произвели на Сильвию Бонне сильное впечатление. И последний, незначительный, как будто «рекламный» момент: еле уловимый блеск золотой коронки, достигший самого дна ее темных глаз.

– Меня зовут Анджело, – представился он на том языке, на котором и перечислил достоинства гидрокостюма, перебросив его через руку. – Извините, что взял эту вещь без спроса.

– Извинения приняты, – улыбнулась в ответ владелица «Тигровой акулы», также отвечая на своем родном французском. Но легко могла перейти на итальянский или испанский. Она назвала свое имя:

– Сильвия.

– Очень приятно.

Женщина пошла впереди – по мосткам, на которых и застала гостя. Мостки представляли собой плавучий мост, стоявший на якорях. Он был оборудован надстройкой, в которой хранились мини-электростанция, компрессор, тросы, масло и топливо для катера; также это легкое сооружение служило мастерской.

– Прилетели на Сокотру вчера или сегодня? – спросила Сильвия.

– Сегодня. Как вы угадали?

– По внешним признакам. У вас вид человека, который никуда не торопится. Значит, у вас впереди море времени. Анджело, вы из какой провинции Италии родом?

– Рагуза, Сицилия.

– Странно. Вы ответили сразу и не спросили, чем вызван мой интерес.

Сантос остановился, достал из кармана авторучку и что-то написал на пачке сигарет.

– Здесь ответ. Итак, Сильвия, чем же вызван ваш интерес?

– Ну... вы не очень-то похожи на итальянца.

Сантос дал ей прочесть то, что было написано на пачке:

«Моя бабка согрешила с испанцем».

Оба они рассмеялись.

Сильвия пригласила гостя в дом. Сантос не стал отказываться. Он расположился за плетеным столиком в правой, считая от моря, веранде этого бунгало. Сильвия подала сок, выставила на стол запотевшую бутылку водки, пояснив:

– Все холодное здесь – дефицит. Я лишь на пару-тройку часов включаю электростанцию – чтобы включить холодильник, набрать воду в душ, заправить баллоны, зарядить батарею ноутбука. Ночью зажигаю свечи. Странно, но именно здесь, где нет электричества, я по-настоящему научилась экономить.

– Вы надолго здесь застряли, Сильвия?

– Застряла? Верно, черт возьми, подмечено. Кстати, к черту церемонии; предлагаю перейти на «ты». – Женщина первой выпила водки и запила соком. Положив ногу на ногу, она продолжила: – Разочаровалась в этом острове. Рай, скажешь ты. Но без сотовой связи, электричества, водопровода – это ад. Я страшно соскучилась по нормальному туалету. Променяла бы на него все драконовы деревья, за которыми мне приходилось присесть. Однажды, в какой-то несчастный миг поняла, что надолго отрываться от цивилизации мне лично противопоказано. Я держала дайв-клуб на Мальте, но там совсем другое дело, правда?

– Что верно, то верно.

Она налила гостю еще водки, сама пропустила:

– У меня завтра тяжелый день. В турагентстве, с которым у меня договор, он имеет порядковый номер «2». Сокотра – это дикое место, согласись. Цивилизованное человечество только готовится его изнасиловать – в жестокой, извращенной форме. Пока что сюда стекается деревенщина со всего света: торгаши, предприниматели средней руки... Миллион драконовых деревьев вздрогнет, когда эти псевдолюбители природы врубят магнитолы. Они будут гадить в эти чистые воды, а потом рассказывать об этом в своих публичных дневниках. И ни словом не обмолвятся о том, что чокнутая Сильвия Бонне тралила акваторию, очищая ее от бутылок, банок, презервативов... всякого дерьма, которое, как это широко известно, не тонет. Бескорыстные поступки вызывают зависть, – чуть тише добавила она. – Извини, я не спросила, как ты добрался сюда?

– Меня довез Грум на «Лендкрузере». Пляж, ужин в Хадибо, ночевка в отеле – это не для меня. Я рассчитаюсь с тобой, если ты разрешишь мне остаться у тебя на ночь.

– Смело, – покивала головой Сильвия. Она встала из-за стола. – Нужно включить электростанцию, набрать воды в душ.

– Я помогу тебе.

– Не часто приходится слышать такие слова. В основном я справляюсь одна, но часто принимаю помощь от местных жителей.

– Много их?

– Тридцать или сорок человек. Они появляются здесь, если им что-нибудь от меня нужно.

* * *

Мария не стала проявлять инициативу и осталась в своей комнате, которая окнами выходила во двор. Если бы Сантос захотел ее видеть, дал бы знать.

Она стояла у окна и смотрела через чуть приоткрытые пластины жалюзи, как сквозь неплотно сомкнутые ресницы. Мария с нетерпением ждала этой встречи и могла сказать, что она состоялась. Мешала ей эта женщина, которая встретила Марию вчера так тепло, как это бывает между близкими родственниками. Сантос улыбался ей; что именно он говорил Сильвии Бонне, Мария расслышать не могла. Может, отвешивал комплименты. Но так или иначе он играл с ней. Мария наблюдала прелюдию и, по-прежнему проявляя нетерпение, ждала основных событий. От накатившей волны адреналина ей стало трудно дышать...

* * *

По пути к причалу Сантос бросил взгляд на часы. Времени было в обрез. Этот Грум – чернокожий водитель джипа – несколько раз останавливался из-за проблем с зажиганием. Последний раз двигатель заглох, когда до дайв-клуба осталось проехать километр с небольшим. Альваро заплатил Груму и пошел пешком. Его путь лежал мимо поселка: не больше двадцати домов, но все они, что вызвало у Сантоса удивление, были добротными, настоящие бунгало.

Электростанция нашла себе место справа от двери. Бензиновая двухтактная, с полувзгляда определил Сантос. Он имел дело с такими в армии. Небольшие, неприхотливые, они вырабатывали достаточно энергии, чтобы подключить к сети компрессор, подать освещение на понтон. Заводилась она при помощи ручного стартера. Только он на этой станции был снят. Так что, скорее всего, Сильвия заводила двигатель, намотав отрезок шнура на маховик.

Да, так оно и было. Сантос увидел капроновый шнур на клапанной крышке двигателя; на одной его стороне был завязан узел, чтобы шнур не соскочил с маховика во время рывка. Он взял его в руки, подергал, словно проверял, насколько он крепок. Поймал взгляд Сильвии, который расшифровывался легко: «Ну что же ты? Смелее!»

И он шагнул ей навстречу.

Его движения были быстры и необычайно точны. Скрещиванием рук он сложил шнур в кольцо и набросил его на шею Сильвии. Тут же шагнул ей за спину и, упершись коленом ей в спину, резко затянул концы. Сильвия не успела упасть на колени, а убийца успел «законтрить» первый узел вторым.

Сантос схватил задыхающуюся женщину под мышки и выволок из эллинга. Подвел ее к краю мостков и толкнул в воду. Все, теперь она его больше не интересовала. Через полминуты это будет просто труп, несколько десятков килограммов мяса. Сантос спрыгнул в кокпит катера и в первую очередь осмотрел мотор...

Осклизлая опора мостка была у Сильвии перед глазами. Она сделала попытку зацепиться за нее, но тут же снова вцепилась в веревку, которая не давала ей дышать. Горло стало опухать, веревка впивалась все сильнее. И в тот миг, когда Сильвия попыталась ухватиться за опору, уже не смогла высвободить из-под петли пальцы. Вода сомкнулась над ней. Ее широко раскрытые глаза различили черный силуэт мужчины. Но это было виденье из недалекого прошлого – Сантос в это время находился в лодке.

Он проверил уровень масла и закрыл крышку моторного отсека. Вытянул рукоятку газа и снова утопил ее до упора, проделал эту нехитрую операцию еще раз, подавая бензин в карбюратор. Включил зажигание и нажал на кнопку стартера. Двигатель завелся с полоборота. «Отлично», – бросил испанец под нос и глянул на показания приборов. Бензина было меньше чем полбака. Он быстро сориентировался: топливный бак находился на корме. Заправлять было удобно как из шланга, так и из канистры.

Топлива в сарае было в избытке. Он взял канистру, прихватил с собой воронку с мелкой сеткой; воды здесь – море, и даже несколько капель, попавшие в бак, могли привести двигатель к остановке. И он вспомнил незадачливого Грума.

Его Альваро заприметил, едва ступил на землю этого архипелага. Он чуть задержался на коротком трапе, чем вызвал недовольство у молодой пары, прилетевшей вместе с ним с материка.

Группу туристов ждал небольшой автобус. Гид посчитала всех по головам и спросила, где еще один турист. Кто-то указал рукой на Сантоса, садящегося в джип. Он не стал ничего объяснять, от гида отмахнулся, как от мухи. «Поехали», – сказал он довольному Груму, и «деревенщина» во главе с чичероне скоро осталась далеко позади.

...Бак оказался вместительным. Сантос влил три канистры, еще пару поместил в специальный отсек и закрепил тросом.

Вернувшись в дом Сильвии Бонне, он сухо, как будто только утром расстался с ней, поздоровался с Марией.

– Найди сумку, – распорядился он, – сложи в нее еду, воду и отнеси в лодку. Жди меня в лодке. Оттуда ни ногой.

– А Сильвия...

– Тебе не о чем беспокоиться, – ответил Сантос.

Поигрывая желваками, он поставив турку на газ, потом... пожалел Сильвию: газовый баллон находился на кухне, небольшая утечка могла закончиться для нее печально.

Заметив на низкой кухонной тумбе ноутбук Сильвии, он убавил газ под туркой и включил компьютер. «Я лишь на пару часов включаю электростанцию», – вспомнились ему слова Сильвии; этого времени ей хватало на зарядку ноутбука, что показал индикатор зарядки батареи.

Ноутбук был подключен к сети через спутниковый телефон. Сантосу оставалось лишь активировать его в системе и запустить обозреватель. Он решил еще раз проверить электронную почту (последний раз он делал это на борту самолета в начале восьмого утра). Скорость соединения удручала. Но отступать было поздно: переадресация на его зашифрованную страницу уже началась. Сантос прикинул: к тому времени, когда она закончится, он успеет выпить кофе.

Он устроился за тем же столиком, за которым владелица дайв-клуба поделилась с ним сокровенным, тем, что хранила на поверхности души и боялась расплескать. Она сказала, что рай и ад устроены по принципу соединяющихся сосудов. Впрочем, это он так интерпретировал ее слова.

Взгляд Сантоса упал на багажную сумку и мягкий кейс. Черт, он чуть не забыл о своем багаже.

Альваро расстегнул багажную сумку, в которой в разобранном состоянии находился австрийский пистолет «Глок-17», созданный по схеме «выхватил и стреляй». Разложив в ряд на столе все тридцать четыре части пистолета, в основном из полимера, Сантос собрал его. К этой марке, способной вести огонь из-под воды и в любом состоянии загрязненности, он питал особые симпатии.

Оставив пустую чашку на столе, Сантос вернулся на кухню, глянул на монитор. Он ожидал одного сообщения, но входящих на эту минуту не было. Что же, он, пользуясь случаем, сменит пароль. На странице учетной записи Альваро ввел старый пароль, а за ним – новый, подтвердив последний. Оставалось только дождаться сообщения на другой почтовый ящик со ссылкой на подтверждение смены...

Через минуту Сантос понял, что зря затеял эту несложную процедуру, хотя у него и вошло в привычку менять пароли каждую неделю. Компьютер завис, а Сантос не успел корректно выйти из зашифрованной страницы. Значит, данные, которые он ввел с клавиатуры, реально могли стать доступны третьим лицам.

Сложив ноутбук так, словно собирался взять его с собой в дорогу, он размахнулся и разбил его о пол.

– Падла! Вот сволочь!

И вздрогнул – чего с ним не бывало лет двадцать, – когда услышал позади голос:

– Что это вы делаете?

На него смотрел мускулистый парень с раскосыми глазами. Его голову покрывала соломенная шляпа, этакий отличительный признак местных жителей. Его акцент был ужасен, и любой другой понял бы его с трудом. Он обратился к Сантосу на том языке, на котором общался с хозяйкой этого дома.

Альваро дотянулся рукой до подставки с ножами и выбрал самый большой и тяжелый. Парень не думал отступать. Наоборот, он первым напал на противника.

В драке он был неплох, и его правый хук едва не достиг цели. Сантос вовремя уклонился и пустил нож, который он держал обычным хватом, в дело. В это время его вооруженная рука находилась точно под мышкой другой руки, и этот наполовину колющий, наполовину рассекающий удар мог оказаться роковым даже для подготовленного бойца. Рука описала дугу, и нож наполовину вошел в шею противника. Выдернув его, Сантос нанес такой же разящий удар с другой стороны. Толкнув парня ногой и переступив через него, он быстрым шагом вернулся на катер. Там он кивнул Марии: «Все нормально» – и завел двигатель. Прежде чем дать ему полный ход, он глянул на вечернее небо. Ночь в этих краях не подступала, она обрушивалась.

* * *

Винни Трователло, глядя на катер, выругался вслед Сантосу: «Счастливый ублюдок!» – и схватил водителя за грудки:

– Здесь есть еще моторка? Не спрашивай, какая и где, просто ответь, идиот!

– Да.

– А вот теперь скажи, где она.

– Там! – Он указал глазами, боясь пошевелиться. – Там туристическая база «Кэмп-Кью». Катер – он многоместный.

– Садись за руль! – приказал ему Винни и резко оттолкнул от себя.

Обе машины снова тронулись в путь. Винни молил бога только об одном: чтобы лодка оказалась скоростной. Пусть это будет одноместный скутер!..

* * *

Альваро Сантос перешел грань между риском и куражом, когда на высокой скорости прошел так близко от берега, что Винни, будь он поудачливей, мог изрешетить его из автомата.

Он ограничился лишь поворотом головы в сторону Винни и его боевиков, и этот жест был красноречивей любых слов: бросивший вызов самому Гальяно, он вышел на финишную прямую этого затяжного поединка.

Катер получил несколько пробоин, но все они, на взгляд Сантоса, были царапинами: находились выше условной ватерлинии.

Два джипа помчались вдоль берега, подскакивая на ухабах.

– Что они делают? – заглушая рокот мотора, выкрикнула Мария. – Пытаются догнать нас по берегу?

– Винни надеется на пробоины; надеется, что наш катер затонет.

– Держись подальше от берега, Сантос!

– Хорошо. – Однако внутренний голос ему подсказал: рано.

Пять минут гонки, и Сантос скрипнул зубами: сзади стали различимы очертания катера, и судя по его стремительным обводам, он был скоростным. Через минуту Альваро смог разглядеть его более отчетливо. И покачал головой: эта каркасная лодка с двумя подвесными моторами по скорости могла конкурировать со скутером.

– Плохо дело, – бросил он под нос.

* * *

Головной джип протаранил низкие хлипкие ворота кемпинга, которые не устояли бы и перед велосипедом, и остановился у края мостков. Водитель второго джипа, чтобы не вмазаться в зад второго, резко вывернул вправо. Сидящие у костра туристы чудом спаслись, рванув от машины через пламя. Мужчины в едином порыве вооружились кто чем: камнями, палками. Винни парой коротких очередей из автомата охладил пыл туристов и перелез через ветровое стекло на капот, откуда спрыгнул на мостки.

Бруно залез в лодку и проверил, сколько топлива было в баках. Выпрямился и жестом показал Винни, что баки под завязку: провел ладонью по горлу.

– Хватит для часовой погони, – вслух высчитал Винни. – С началом второго часа вылетишь на берег исламистской базы. Показательная казнь гарантирована.

Отсалютовав туристам еще одной очередью из «калаша», он занял место за штурвалом и, дождавшись, когда Бруно отдаст швартов, дал катеру полные обороты.

* * *

Сантос не пожалел о том, что задержался, сопровождая джипы по воде. Зная наверняка расклад сил, он выжмет из «Ямахи» все. А для этого нужно избавиться от всего лишнего на борту.

– Стань за руль, – приказал он Марии. – Просто держи его крепко.

Когда он передавал управление катером женщине, их руки соприкоснулись. Сантос улыбнулся ей:

– Положись на меня.

Он обрезал якорную стропу у самой швартовой утки. Разместив тяжелый якорь на борту и смотав стропу в бухту, он, сделав скользящую петлю, ловко набросил ее на Марию. Резко повернув ее к себе, Сантос обронил:

– Спасибо.

Он сбросил Марию за борт. Но смотрел, как красиво разматывается стропа, сложенная им на стлани в виде эллипса. Последний виток, и натянувшаяся снасть буквально смела якорь с борта. Сантос равнодушно подумал о том, что Мария сможет продержаться на плаву, пока якорь не окажется точно под живым поплавком. Отчаянная борьба за жизнь подарит ей несколько мгновений...

Марию сдавила водяная пелена. Последнее, за что зацепилось ее сознание, – это шлейф воздушных пузырьков перед глазами...

Глава 3

Инцидент

Территориальные воды Йемена

Торговое судно «Мейер-11», шедшее под нидерландским флагом, готовилось вторгнуться в пиратоопасную зону, оставив на левом траверзе мыс Гвардафуй. Это место капитан «торговца» 42-летний Николай Светин называл воротами в Аденский залив.

Светин лично нес вахту, считая прохождение через «ворота» ответственным моментом, к тому же это обстоятельство пришлось на темное время суток. «Мейер-11» нес сигнальные огни, которые указывали другим судам, что это одиночное судно и оно движется.

Пиратоопасная зона. Новое слово. Новое словосочетание. Этим все было сказано.

Капитан Светин покачал головой и по рации связался с центром «Африканский рог».

– Я – «Мейер-11», номер 1664, нахожусь 11 градусов северной широты, 53 градуса восточной долготы, следую маршрутом через Баб-эль-Мандебский пролив, – уверенно докладывал он по-английски. – Прошу указать безопасный маршрут прохождения Аденского залива.

– Принял, «Мейер-11». Я диспетчер центра «Африканский рог» Винс Паскоу.

– Ник Светин, – был вынужден назвать себя капитан.

– На данную минуту безопасный коридор для вас – между островами Порселлис и Самха.

Капитан, включив свет над штурманским столом, нашел их на карте. Порселлис – 12°11' северной широты и 52°14' восточной долготы, Самха лежал тридцатью милями восточнее. Порселлис был больше и назван в честь Яна Порселлиса, голландского живописца, основоположника голландского реалистического морского пейзажа. Кто именно и как давно назвал так этот остров, но название прижилось, а старое забылось.

– Это территориальные воды Йемена, – напомнил капитан диспетчеру. – А на Порселлисе есть небольшой военный гарнизон.

– Держитесь западнее острова – там территориальные воды пиратов. И никаких военных гарнизонов. Слушай, приятель, – Винс Паскоу перешел на доверительный тон, – сейчас у нас нет средств мониторить тебя на этом этапе. Можешь лечь в дрейф и дождаться русского фрегата.

– Долго его дожидаться?

– Сейчас посчитаю... Часов шесть.

– Долго, – приободрившийся было капитан сник. – Время – деньги. Я, пожалуй, последую твоему совету.

– Это рекомендации, приятель. Я тут по твоему номеру смотрю – ты не зарегистрирован в нашем центре морской безопасности. Это означает, что ты отказался от защиты ВМС и ВМФ Евросоюза.

– Обычно я не ем то, что мне вешают на уши.

Страницы: «« 1234 »»

Читать бесплатно другие книги:

Тысячи девушек пытаются получить водительские права. Всем так или иначе это удается. А журналистка Ю...
Развод – дело тонкое, нервное, к тому же и в своей профессии психолога Надежда потерпела фиаско. Уст...
Ане было о чем подумать. Бизнесмен Олег Терехов, случайно попав в магазин «Оптика», наткнулся взгляд...
Неудачно сложилась жизнь у подполковника морской пехоты Аркадия Сереброва после выхода в отставку. Н...
Она была актрисой, любимицей публики, столь же талантливой, сколь и красивой. Ее лицо не покидало об...
Древний, загадочный, лживый и опасный культ Порока порожден в древние времена двенадцатью магами-рен...