Мистические истории доктора Краузе - Давыдова Инесса

Мистические истории доктора Краузе
Инесса Давыдова


Серия рассказов под названием «Мистические истории доктора Краузе» включает в себя более пятнадцати рассказов о практике и драматических событий из личной жизни московского гипнолога Эриха Краузе. Каждый рассказ – это отдельно взятая история пациента обратившегося к доктору с загадкой, которую нельзя решить традиционным методом. В своей практике доктор использует уникальную методику погружения в предыдущие инкарнации, которая помогает пациентам понять и преодолеть свои страхи и фобии.





Инесса Давыдова

Мистические истории доктора Краузе





www.napisanoperom.ru

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения правообладателя.

© И. Давыдова, 2014

© ООО «Написано пером», 2014





История первая. Смерть во спасение


До тех пор, пока вы не осознали непрерывный закон умирания и рождения вновь, вы просто смутный гость на этой Земле.

    Иоганн Гете




Глава первая


– Не надо бояться смерти, она лишь переход от одной инкарнации в другую. – Такими словами доктор Краузе начал свою очередную лекцию в школе гипноза, которую он создал несколько лет назад. – Что переживает душа в момент перехода? Сколько времени длится переход? Где оказывается душа после перехода? На все эти вопросы вы сможете ответить после первого же сеанса регрессивного гипноза.

В аудитории воцарилась тишина. Слушатели перестали шелестеть тетрадями и сумками и направили свои взгляды на лектора. И только некоторые, особо забывчивые, судорожно пытались отключить мобильные телефоны или перевести их в виброрежим. Теперь все внимание аудитории было приковано к высокому, статному человеку с мягким хриплым голосом, стоявшему за кафедрой.

Доктор Краузе имел пропорциональную атлетическую фигуру, которую ежедневно поддерживал многочасовыми физическими нагрузками. На его худощавом лице выделялись резко очерченные скулы и впалые щеки. Густые черные брови нависали над выразительными и цепкими глазами. Модная прическа с длинной челкой прикрывала высокий лоб.

Лощеный внешний вид доктора особо привлекал женскую аудиторию своей аккуратностью и лаконичностью. Костюм от Армани, часы Rolex и золотые запонки придавали его образу законченный вид. Казалось, что именно у него, человека, заглянувшего по ту сторону смерти, достигшего финансового благополучия и всемирной славы, должна быть идеальная и безупречная жизнь.

– Мои пациенты во время гипноза часто описывают состояние смерти. Кто-то говорит, что это незабываемый и болезненный переход из одного состояния в другое или столп белого света. Кто-то утверждает, что это состояние Безусловной Истины, в котором нет иллюзий и сомнений, нет различных мнений и религий. Все в этот момент едино. Но я настаиваю, что смерть – это таинство. Находясь в регрессивном гипнозе, мы можем видеть и осознавать ощущения, которые вызвала у нас смерть. Но ни в коей мере не само пребывание в ней. Только один процент из ста заявляют, что это просто пустота. Темнота и пустота, в которой они пребывали несколько лет. Остальные ощущали себя в безграничном счастье и покое. И возникает вопрос: так ли уж страшна смерть?

– Она просто ужасна, – иронично пробасил мужской голос с задних рядов.

Эта реплика разрядила напряженную атмосферу в аудитории, и по лицам слушателей пробежала улыбка.

Рассказывая заученный до автоматизма текст лекции, доктор Краузе то и дело мысленно возвращался к образу своей жены Елены. Утром она сообщила, что уходит от него, и теперь он думал, успеет ли застать ее дома.

Когда лекция закончилась, несмотря на шквал вопросов слушателей, он схватил свой новенький портфель и торопливо поспешил к выходу. Теплый осенний вечер не поднял ему настроения. Предстоял тяжелый разговор с женой.

– Доктор Краузе! – услышал он за спиной женский голос.

Обернувшись, он увидел молодую миловидную блондинку невысокого роста, спешащую к нему из аудитории. Она складывала книги на бегу в пестрый дамский рюкзак.

– Я спешу! – отрывисто кинул доктор и ускорил шаг.

– Я не задержу вас! Меня зовут Виктория Старикова, я только хотела узнать, когда вы сможете дать мне интервью?

Доктор приостановился:

– Вы журналистка? – недоверчивым тоном спросил он и прожег ее пронзительным взглядом.

– Да, – с готовностью ответила она, но потом осеклась и добавила: – Скоро буду.

– Вот когда будете, тогда и поговорим! – отрезал он и подошел к черному «ягуару».

Водитель открыл перед ним заднюю дверь. Но будущая журналистка не сдавалась:

– Вам когда-нибудь говорили, что вы похожи на Мадса Миккельсена? – крикнула вдогонку она и, широко улыбаясь, добавила: – Не могла вам этого не сказать.

Доктор положил портфель на сиденье и повернулся к девушке.

– На кого? На кого?

– Это такой известный датский актер, – ответила девушка и обворожительно улыбнулась.

Оголились ее белоснежные зубы, и на щеках появились ямочки. Улыбка кардинально изменила ее лицо, делая его милым и привлекательным. Судя по всему, девушка об этом прекрасно знала и часто пользовалась этой уловкой, чтобы завоевать расположение собеседника. Доктор сразу это почувствовал и испытал разочарование от примитивного трюка.

– Не знаю такого, – покачал он головой.

– Он играл во многих фильмах.

– В каких, например?

– В «Казино Рояль» он сыграл коварного и умного Ле Шифра, а в сериале о Ганибале Лекторе – самого Лектора.

– Значит, для вас я – архизлодей! – резюмировал раздраженно доктор и сел в машину.

– Домой! Скорее! – кинул он водителю.

Поняв, что испортила о себе первое впечатление, девушка обиженно закусила губу и громко крикнула вслед уезжающей машине:

– Я хотела сказать, что больше всего вы похожи на него в сериале «Первая группа». Там он не злодей, он герой. Черт! Я снова все сделала не так…

Услышав ее слова через открытое окно, доктор улыбнулся и нажал на кнопку стеклоподъемника.

Доктор Краузе состоял во втором браке пятнадцать лет. Детей у них с Еленой не было, и все время, которое он проводил в своем офисе, она находилась в роскошном двухэтажном особняке в полном одиночестве. Он не мог допустить, чтобы жена ушла без объяснений. Что-то мучило и терзало ее душу много лет. И каждый раз, когда он пытался завязать с ней разговор на эту тему, она уходила от ответа.

По дороге домой он вспоминал о том, как они познакомились и прожили первые три года. Именно этот период был самым счастливым в его жизни. В это время они много путешествовали и встречались с интересными людьми. Только первые три года он чувствовал единение с женой, потом она начала незаметно отдаляться и, в конце концов, замкнулась в себе. Елена была очень красивой, стройной женщиной, с печальными глазами и улыбкой, которая нечасто посещала ее лицо, но делала ее образ еще загадочнее.

На подъезде к дому его воспоминания прервал телефонный звонок.

– Краузе, – нервно ответил он.

– Эрих, привет, это Светлана Анисимова, – услышал он приятный голос коллеги.

– И тебе привет, – дружелюбно ответил Краузе.

– Хочу отправить к тебе своего пациента. Его зовут Степан Одинцов.

Между бывшими сокурсниками обмен пациентов был привычным делом, и доктор Краузе спросил:

– В чем его проблема?

– Он видит сны, в которых его преследует один и тот же женский облик, на протяжении многих лет. Я провела несколько сеансов, но ничего, что могло на него так подействовать, не нашла.

Обычно доктор уточнял детали, прежде чем соглашаться, но сейчас он настолько был поглощен мыслями о жене, что предпочел быстрее закончить разговор:

– Хорошо, я приму его. Пусть позвонит в приемную моей ассистентке, она назначит время.


* * *

Черный «ягуар» подъехал к особняку, и водитель нажал на пульт. Металлические ворота медленно открылись, и машина остановилась перед парадным крыльцом двухэтажного дома. Дом был построен в калифорнийском стиле. В нем успешно соседствовали ультрасовременные материалы, дух романтики тридцатых годов прошлого века и простота архитектурных форм. Стеклянные стены плавно выходили из помещения на улицу, делая дом частью ландшафта. В доме было минимум перегородок, и создавалось ощущение безграничного пространства. Со стороны патио открывался превосходный вид на Воробьевы горы. Коттедж отвечал всем привычкам и потребностям хозяина, но Елене он никогда не нравился.

Доктор Краузе стремительно преодолел ступеньки из желтого песчаника и вошел в коттедж. В просторном холле с мраморными полами он снял кашемировое пальто и прислушался. В гостиной звучала легкая джазовая композиция. Доктор подошел к музыкальному центру и увидел любимый диск жены с популярными треками Дюка Эллингтона.

Значит, она не ушла! Ему сразу полегчало.

Обеденный стол из цельного куска дерева с неровными краями был накрыт на две персоны. В столовой горели свечи. Из кухни расползался ароматный запах пряностей и мяса.

Доктор быстро поднялся на второй этаж по деревянной лестнице без перил и оказался в спальне, совмещенной с ванной комнатой. Он снял пиджак и повесил его в гардеробной. Из ванной послышался шум воды, видимо, Елена принимала душ. Дверь в ванную комнату оказалась закрыта на замок. Это было плохим знаком. Он осторожно постучал в дверь и вполголоса позвал ее, но она не ответила.

Доктор решил подобрать вино к ужину и спустился на цокольный этаж в винохранилище. На столе стояла открытая бутылка вина. Он подумал, что впервые жена сделала выбор за него и откупорила бутылку заранее. Рядом с бутылкой стоял недопитый бокал. Доктор плеснул вина в бокал для дегустации и остался доволен ароматом. Потом его взгляд упал на этикетку: странно, но такой марки в его коллекции он не видел. Вино было молодым, урожая 2010 года. Он подошел к электронному табло винохранилища и вывел на экран весь каталог вин. Точно, такой же марки у него не оказалось. Это было по меньшей мере необычно, потому что Елена никогда не покупала вино самостоятельно.

Он отнес бутылку наверх и поставил на обеденный стол. В духовке сработал электронный таймер. Доктор решил накрыть на стол. Он вынул мясо из духовки, порезал его на куски и разложил по тарелкам. Затем достал листья салата из контейнера и разложил их в салатнице.

Когда заиграла «In a sentimental mood», самая любимая композиция жены, на лестнице послышался звук ее каблучков. Он поднял глаза и увидел Елену. Она стояла на самой верхней ступени. Длинные светло-русые волнистые локоны обрамляли ее худощавое загорелое лицо. Ярко-синее элегантное платье от Versace облегало точеное тело. В руке она держала бокал вина. Мягкой поступью она спустилась по лестнице и подошла вплотную к мужу. Заглянув ему в глаза, она холодно произнесла:

– Я решила, что прощальный разговор должен следовать за прощальным ужином.

Ее печальные глаза никак не вязались с романтической атмосферой гостиной. Только сейчас он заметил, что на ее пальце отсутствует обручальное кольцо. Его это страшно разозлило.

– Ты не переусердствовала? – раздраженно спросил он.

– Ничуть, – ответила она и сделала большой глоток вина.

Ужин прошел в полном молчании. Иногда Эрих заглядывал Елене в глаза и глубоко вздыхал, не зная, как начать разговор. Она была напряжена, и даже вино не помогало ей расслабиться. Наоборот, когда взгляд останавливался на этикетке, Елена растерянно разглядывала ее и после этого начинала озираться по сторонам. Казалось, она играет заученную роль в пьесе плохого сценариста, в которой нет ясности сюжета.

Покончив с ужином, доктор промокнул салфеткой губы и отбросил ее в сторону.

– Я понимаю, ситуация неприятная и мучительная для нас обоих. Но инициатором разрыва являешься ты, и тебе придется поговорить со мной.

Она пренебрежительно усмехнулась и подняла на него глаза. Доктору это не понравилось, и он завелся:

– Не пойму, чего тебе не хватает? Скажи, я все сделаю для тебя. Только скажи.

Он смотрел на жену пристально, стараясь прочитать ее настроение по глазам, но, кроме безразличия, ничего не находил.

– Если ты меня разлюбила, то скажи, я пойму.

Елена отвела от него взгляд, и мучительная улыбка начала сползать с ее лица.



Читать бесплатно другие книги:

Художественная манера Михаила Алексеевича Кузмина (1872–1936) своеобразна, артистична, а творчество пронизано искренним ...
Художественная манера Михаила Алексеевича Кузмина (1872–1936) своеобразна, артистична, а творчество пронизано искренним ...
Художественная манера Михаила Алексеевича Кузмина (1872–1936) своеобразна, артистична, а творчество пронизано искренним ...
Человеку на войне несколько раз мерещится пуля во всех подробностях ее внешнего вида. Что это – обычная галлюцинация или...