Отряд зомби - Деревянко Илья

Отряд зомби
Илья Деревянко


Хроники майора Корсакова #23
«Операция была разработана досконально, с большим профессионализмом, а потому протекала гладко, без сучка без задоринки. К половине десятого вечера оперативники ФСБ и приданные им в усиление бойцы группы «Омега» скрытно рассредоточились вокруг загородной усадьбы благотворительного фонда «Прометей». А когда полностью стемнело, получили по рации приказ «Поехали» и тенями заскользили вперед, отлично ориентируясь на заранее изученном объекте…»





Илья Деревянко

Отряд зомби


Все имена, фамилии, прозвища действующих лиц, равно как и названия городов, площадей, благотворительных фондов, политических партий и т. д. вымышлены. Любые совпадения случайны.





ПРОЛОГ


Май. 2007 год.

Ближайшие окрестности г. Н-ска

Операция была разработана досконально, с большим профессионализмом, а потому протекала гладко, без сучка без задоринки. К половине десятого вечера оперативники ФСБ и приданные им в усиление бойцы группы «Омега» скрытно рассредоточились вокруг загородной усадьбы благотворительного фонда «Прометей». А когда полностью стемнело, получили по рации приказ «Поехали» и тенями заскользили вперед, отлично ориентируясь на заранее изученном объекте. Два дня назад руководитель операции полковник Корсаков безжалостно гонял их пять часов подряд в учебном центре ФСБ. Моделировал различные ситуации, давал неожиданные «вводные» и в итоге замучил подчиненных, как сержант-зверюга молоденьких новобранцев. Но зато теперь они чувствовали себя как рыбы в воде и от всей души благословляли полковника, которого не так давно материли. (Мысленно, разумеется.)

Первой жертвой «теней» стала внешняя охрана фонда – восемь хорошо вооруженных бойцов в камуфляжах. (Все сплошь профессиональные наемники.) Благодаря внезапности и быстроте нападения они не сумели воспользоваться оружием и даже не поняли, что, собственно, произошло. Лишь один, самый здоровый успел издать слабый, задушенный хрип. Несколько «теней» сноровисто оттащили неподвижные тела за ограду. Остальные двинулись дальше…

Вы, наверное, удивлены, мой уважаемый читатель? Усиленная спецназом опергруппа ФСБ берет штурмом благотворительное учреждение, снимает внешнюю охрану… Чепуха какая-то! Конечно, в первую часть (насчет штурма) либеральная пресса охотно поверит и с удовольствием заклеймит позором «современных эсэсовцев», как любит называть фээсбешников госпожа Новохлевская. Но вот многочисленная вооруженная охрана в столь мирном, гуманном заведении… Гм!!! А все дело в том, что благотворительность «Прометея» являлась всего-навсего камуфляжем, а в действительности там творились страшные, запредельные вещи, которые, к сожалению, стали сейчас обыденностью и о которых наши записные правозащитники почему-то скромно помалкивают. Подробности, извините, чуть позже…

Итак, внешняя охрана пала.

– Три «двухсотых», остальные «теплые». У нас без потерь, – прошептала рация в машине, находящейся от усадьбы метрах в четырехстах и умело замаскированной среди деревьев. – Заходим внутрь.

– С богом! – шепнул в ответ руководитель операции, высокий, сероглазый, светловолосый атлет и обратился к сидящему рядом командиру «омеговцев»: – Ты чего такой кислый? Живот прихватило?

– На сердце кошки скребут, – не обратив внимания на подколку, ответил тот.

– Но пока вроде все нормально!

– Вот именно – пока и вроде.

– Пессимист ты, Андрюха, – заметил Корсаков, – хотя… знаешь… если честно… У меня тоже на душе не спокойно! Сам не пойму отчего!!! Или это паранойя развивается у нас, у обоих?! При длительной службе в нашей системе….

– Вошли внутрь, продолжаем зачистку, – прервав его речь, вновь зашипела рация.

– Результаты? – лаконично осведомился полковник.

– Три «двухсотых», два «трехсотых». Они тут гораздо шустрее, чем на улице. Один из наших легко ранен, ножом в шею по касательной.

– С охраной больше не церемоньтесь. Работайте по нулям, – разрешил Корсаков. – Только потерь нам не хватало!!! Итак за последнее время… Впрочем, ладно, – прервал он сам себя и добавил: – Но остальных, вплоть до дворника, обязательно живьем!

– Понял! – радостно прошелестел в ответ оперативник и «ушел» с частоты.

– Тринадцать «псов» выбыли из строя, – заметно повеселел спецназовец. – Осталось четверо… Думаю, зря мы с тобой беспокоились… Тьфу-тьфу-тьфу, чтобы не сглазить!!!

Полковник промолчал, отрешенно глядя куда-то вдаль…

Сегодняшняя операция оказалась побочным продуктом бурной деятельности, начатой Корсаковым с момента получения им полковничьего звания и вступления в должность начальника отдела, взамен полковника В.А. Рябова, ставшего генерал-майором и начальником Управления[1 - Подробнее см. повесть «Пленных не брать» в пятом сборнике с твердым переплетом или в девятом с мягким.]. Означенная деятельность имела целью свести на нет усилия «западных друзей» по организации в России массовых беспорядков в начале 2080-го и протаскивании на их (беспорядков) волне в президентское кресло западной марионетки. Работа велась по нескольким направлениям, одно из которых представляло собой создание агентурной сети в среде так называемой либеральной оппозиции. В первую очередь в Союзе Прозападных Сил (сокращенно СПС) – созданном и финансируемом Западом. Первоначально планировалось внедрить туда кадровых сотрудников ФСБ. Но, посовещавшись с генералом Рябовым, Корсаков решил отказаться от этой затеи (долго, хлопотно, людей жалко) и пойти другим путем – вербовать агентуру непосредственно из эспеэсовцев. Намеченного к вербовке потихоньку изымали из родного змеюшника и тем или иным способом сажали на прочнейший крючок. Спрыгнуть с него свежеиспеченный сексот мог только в руки штатных палачей СПС, а затем в могилу.[2 - Некоторые представления о подобного рода «крючках» вы можете получить, прочитав повести «Изнанка террора» и «Кровная месть» во втором сборнике с твердым переплетом или в третьем с мягким. Правда, там вербовали чеченца, со строгим учетом его горского менталитета, а здесь – лиц других, самых разных национальностей. Поэтому способы воздействия, применяемые к ним, были иными. Хотя и не менее жесткими. (Корсаков не верит в один лишь подкуп и привык не церемониться с врагами.)]

Одним из таких агентов стал некий Серж Чухонцев – владелец элитарного массажного салона (по совместительству публичного дома) с сауной, рестораном и бильярдным залом. Функционировал он под псевдонимом «Сюзанна» и из кожи вон лез, дабы угодить новым хозяевам. Не зная о поставленных Конторой «жучках» в его салоне, он натыкал повсюду свои (в том числе в одежду многих посетителей) и две недели назад сообщил – глава благотворительного фонда «Прометей», видный член СПС господин Хашарский, промышляет подпольной торговлей человеческими трансплантантами. Причем исключительно детскими, особенно ценящимися в насквозь прогнившей, выродившейся Европе. Осуществлялось сие безобразие следующим образом: под видом помощи малообеспеченным и неблагополучным семьям подручные Хашарского отыскивали в них здоровых ребятишек (не наркоманов и не алкоголиков). Под благовидным предлогом проводили их медицинское обследование и заносили полученные данные в компьютерную базу данных. Когда поступал заказ на конкретные органы, детей похищали и прятали в подвальном помещении принадлежащего фонду загородного поместья. А оттуда, через «окно» в таможне, отправляли на убой в европейские клиники. Причем Хашарский не любил мелочиться и делал исключительно массовые поставки – по двадцать, сорок человек за раз…

Вышеуказанные сведения подтверждались результатами фээсбэшной прослушки, которые сами по себе не давали реальных зацепок (посетители салона о делах беседовали редко), но, будучи приложены к информации Сюзанны, окончательно расставляли точки над «i». Поэтому Корсаков не стал ругать агента за самодеятельность. Более того – похвалил, выдал ему денежное вознаграждение, проконсультировался с начальником Управления и не мешкая начал подготовку к операции, проводившейся в настоящий момент. Основной ее целью являлось освобождение детишек, захват подручных душегуба и на основании их откровений арест самого Хашарского, отдыхавшего от трудов неправедных в суперпрестижном отечественном пансионате…

– Первый, Первый, я Второй. Внештатная ситуация! – вдруг нервно закричала рация голосом майора Филимонова. – Начальник охраны Степанков прикрывается живым щитом и держит в руке пульт. Выдвигает безумные требования, сукин сын! Повторяю – возникла внештатная ситуация…

– Зря я нас с тобой в параноики записал, – ничуть не изменившись в лице, шепнул спецназовцу Корсаков и хладнокровно скомандовал в «Кенвуд»: – Не паникуй, Василий. Заговори уроду зубы. Обещай ему что угодно, хоть правительственную награду. Во всем поддакивай и до моего приезда не предпринимай никаких действий. Главное – не спровоцируй взрыв. Понятно?

– Да, – заметно успокоилась рация. – Скоро тебя ждать?

– А где вы находитесь?

Филимонов подробно объяснил.

– Минут через пять буду на месте, – пообещал Корсаков и приказал шоферу: – Гони к административному корпусу. В темпе!..


* * *

Загородная усадьба «Прометея» маскировалась под бесплатную больницу для алкоголиков, и на ее территории (помимо небольших хозяйственных построек) располагались треугольником три белых кирпичных здания: административный корпус (под ним находился подвал с детьми), лечебный и так называемый бытовой – со столовой, общежитием для рядовых сотрудников и номерами люкс для привилегированных. В лечебном корпусе парочка экстрасенсов кодировала[3 - Кодирование – чисто бесовское действо и исцелить от пьянства оно, разумеется, не может. Более того, большинство кодированных начинают вскорости пить еще сильнее и приобретают целый букет болезней и психических расстройств. Правда, иногда для отвода глаз и обольщения людей бес пьянства может временно отступить от своей жертвы и даже совсем уйти. Но такой «подарок» нечистой силы ничего хорошего не приносит. С получившим его человеком начинают твориться страшные вещи, и он обязательно гибнет и физически и духовно, если вовремя не покается. (См. Иеромонах Анатолий Берестов. Число Зверя М., 1996; Священник Родион. Люди и демоны.) А в некоторых случаях экстрасенс (он же колдун) делает из кодированного зомби. См. мой роман «Кровососы».] любителей зеленого змия. Был там и отдельный закрытый отсек. (О нем немного позже.) Территорию усадьбы заливал яркий свет мощных прожекторов, принесенных штурмующими. К зарешеченным окнам «больницы» липли разбуженные непривычным светом пациенты. (В «мирное время» усадьба по ночам не освещалась, а внешняя охрана довольствовалась инфракрасными очками.)

У дверей административного корпуса тихо переговаривались оперативник корсаковского отдела и боец «Омеги». А чуть поодаль, у стены, стояли на коленях четверо пленных с ладонями на затылке.

– Удобно устроился, сволочь, – сквозь зубы цедил спецназовец. – Помещение без окон, снайперу его не взять… Не представляю, как полковник будет выкручиваться! Истребитель и десять миллионов долларов начальство точно не выделит!

– Не волнуйся. Дмитрий Олегович найдет выход из положения, – уверенно отвечал молодой оперативник.

– Как тогда, с молдаванами?![4 - См. мой роман «Штрафники» в четвертом сборнике с твердым переплетом или в восьмом с мягким.] – ехидно сощурился «омеговец».

– Придержи язык, а то поругаемся, – заледенел глазами оперативник. – Давай так: ты присматриваешь за пленными, я – за дверями. А побеседуем после завершения операции… если захочешь.

– Договорились, – недружелюбно буркнул боец, отошел немного в сторону и взял на прицел коленопреклоненные фигуры.

Остальные участники штурма по приказу Филимонова покинули здание и разделились на две части. Одна оцепила административный корпус, а вторая под руководством майора Горошко занялась отловом гражданского персонала фонда: управленцев, врачей, санитаров, медсестер и т. д. (Упомянутые командиром спецназа четыре «пса» были уже мертвы.) В настоящий момент двое «омеговцев» тащили под руки одного из пойманных экстрасенсов: полубесчувственного, с разбитым вдребезги лицом. Как выяснилось позже, он не подчинился команде «Замри, сволочь! Руки за голову», попытался загипнотизировать спецназовцев и тут же получил прикладом в репу. Другой колдун, более благоразумный, шел сам, целый-невредимый, впереди небольшой кучки арестованных…

А в административном корпусе, на втором этаже происходило следующее: в пустой, недавно отремонтированной комнате без окон прижался спиной к стене здоровенный мужик с толстыми мясницкими лапами, наголо обритой головой и бешеными глазами.

Левой рукой он прижимал к груди юную, пепельно-серую от ужаса секретаршу, а в правой держал на отлете пластмассовый пульт, внешне похожий на телевизионную «лентяйку».

Ближе к дверям стоял широкоплечий, русоволосый фээсбэшник в «разгрузке». (Тот самый майор Филимонов.) В ладони он сжимал молчащую рацию, а на полу, в трех шагах от него, лежали «ПСС» и «вал»[5 - АС «вал» – автомат, специальный для бесшумной, беспламенной стрельбы. Стреляет патронами калибра 9 мм. Прицельная дальность – 400 м. На расстоянии до 100 м пробивает бронежилет четвертого класса защиты. На расстоянии 200 м – стальной лист толщиной 6 мм.], брошенные Василием по требованию террориста.

– Не вижу конкретных действий, майор! – сипло рычал тот. – Жду еще две минуты, а потом сверну девке шею и взорву подвал с сопляками! Мне терять нечего!!!

– Успокойся, не кипятись, – вкрадчивым тоном психотерапевта отвечал Филимонов. – Да, признаю, все козыри у тебя! Деваться нам некуда. И твои пожелания мы скрепя сердце выполним. Но пойми одно – чтобы решить подобные вопросы, необходимо переговорить с высшим руководством Конторы. А у меня нет такой возможности. Вот подъедет полковник, и тогда…

– Не верю я твоему полковнику! – яростно взревел Степанков. – Небось забился в нору, сидит там, не желая брать на себя ответственность, и плешь потной пятерней трет: «Ах, что делать, что делать?!!!» Я прям воочию его вижу: маленький такой, пузатый, важный, а сейчас весь обоссанный со страха и воняет за версту…

– У тебя сложилось довольно превратное представление о моей скромной особе, – прозвучал холодный голос, и в комнату вошел известный читателю высокий блондин.



Читать бесплатно другие книги:

Андрею Мартынову, русскому бандиту из Америки, дано поручение найти иголку в стоге сена – мальчика, двадцать лет назад з...
Лучший способ обороны – это нападение! Андрей Мартынов решил обрубить тянущийся за ним шлейф «американских» дел, в том ч...
Константин Разин, получивший в тюрьме прозвище Знахарь, отсидел четыре года, готовясь к самому дерзкому побегу за всю ис...
После изнуряющей войны между русской мафией и американскими «латинос», Знахарь ищет прибежища в Мексике. Свободный от ст...
Злой рок опять испытывает Знахаря на прочность. Удел сильных – терять тех, кого любишь, но не время предаваться воспомин...
Третий год демократии иракского образца на российской земле. Государства РФ больше нет, слово «Россия» запрещено цензуро...